Эти двое такие странные...

Кажется я только что видел всё то, чего явно не должен был. Но... Но я не виноват! Я не хотел! Правда! Меня послали сюда, и.. И.. И вообще, нужно было подумать, прежде чем что-то делать! Хотя, наверное, это слишком глупые оправдания, я знаю... Но я не мог просто взять и уйти из этой комнаты. Эта камера так и манила, чтобы я досмотрел этот порнофильм до конца.. Я вообще не мог с места сдвинуться. Я как зашёл в эту самую комнату с камерами, так и не выходил оттуда как минимум час, может даже больше... Я уже потерялся во времени. Дазай, возможно, уже потерял меня.. Но сейчас мне было совсем неважно это. Я просто всё ещё не мог поверить во всё это.. Я даже и представить не мог, что мои друзья могут встречаться... А уж тем более делать такие непристойные вещи. Они вообще знали, что там была камера? Но что это меня так волнуют они...? Неужели.. Неужели я просто завидую им..? Фу, как такому вообще можно завидовать?! Или погодите, можно? Да, я думаю можно.. Так обидно и грустно от того, что у меня действительно нет человека, который мог бы просто обнять меня так крепко, как только он может. Чтобы мы простояли так много часов подряд... Я бы точно не устал от такого физического контакта.. Но если снова вернуться к Николаю и Фёдору... То у меня просто не слов, чтобы описать этих двоих. Потому что то, как руки Николая скользили по бёдрам Фёдора... Наверное он старался действовать нежно и неспеша, пытаясь больше возбудить Достоевского своими действиями. Даже их поцелуи — это что-то с чем-то. Они были такими страстными и горячими, что, кажется, им обоим стало душно в достаточно большой комнате. Пальцы Фёдора и впрямь спешили поскорее снять с них обоих всю одежду, которая им мешала в такой момент.. Николай так нежно начал спускаться ниже, словно боялся повредить хрупкое тело Достоевского. Он начал нежно и страстно покрывать своими поцелуями шею и ключицы Фёдора, отчего можно было слышать немного тяжёлое дыхание со стороны темноволосого. В это самое время левой рукой он ласкал щёку Достоевского, а правой рукой неспеша придвигался к интимному месту Фёдора. Тот был совсем не против этого, ведь, как я понял, он сам на это согласился. По крайней мере зная его, он и вправду мог принять это всё. Но они даже не успели нормально раздеться, оставаясь полуголыми. Но им, кажется, было совершенно всё равно на этот факт. Хорошо, тут ещё всё ясно с этим. Но мне просто интересно, откуда у них мог быть такой опыт во всём этом? Неужели они уже вытворяли подобные некультурные вещи ранее? Этого я уже никогда точно не узнаю... Пока Гоголь продолжал расцеловывать ключицы Фёдора, правой рукой он начал немного неуклюже расстёгивать ширинку его штанов, пытаясь их так же немного стянуть. Конечно, вместе с боксерами. На этом месте я моментально полностью покраснел, прикрывая лицо руками. Но моё любопытство всё же взяло вверх надо мной, и поэтому я слегка приоткрыл глаза, отходя немного подальше от этой камеры, продолжив наблюдать за этой сценой. Я так же не мог не заметить, что Гоголь быстро тянул свою перчатку, откинув её куда-то подальше, в угол. И именно этой рукой он спустился немного ниже, плавно засовывая свои пальцы в не совсем приличное место Фёдора. Было слышно, как Фёдор начал слегка постанывать от такого. Ему, как я подумал, нравилось то, как над ним доминируют. Не знаю, кажется мне или нет, но Достоевский явно был каким-то мазохистом. Но сейчас немного не об этом.... Гоголь спустился ещё ниже, начав языком проводить по груди Фёдора, не забыв остановится на мгновение у его сосков. Тут у меня пробежали мурашки, ведь я словно начал ощущать всё это на себе. Эти игры Николая продлились ещё какое-то время, и он начал теперь действовать не один пальцем, как ранее, а уже двумя. Его левая рука спустилась от щеки Фёдора к его плечам. Он начал их слегка массировать. Я не знаю для чего, но, может, так нужно было... Фёдору определённо нравились все эти действия, и эти двое совсем не стыдились ничего. И хотя Фёдор начал краснеть, на его лице играла лёгкая ухмылка. От его рта доносились лишь слабые стоны и лёгкие вздохи, – от того, что он мог ощущать уже сразу два пальца внутри себя. Но когда Гоголь также ухмыльнулся, только ещё шире, он попытался засунуть уже третий палец.. Ему удалось это с трудом, но он пытался двигать ими, не смотря на трудности. Фёдор лишь прикусил губу. Ему стало явно ещё приятнее, ведь, кажется, я мог видеть то, как Достоевский сам осторожно насаживался на эти самые пальцы. Я просто молча стоял, всё ещё краснея, и пытаясь найти в себе силы покинуть эту комнату, ведь прошло уже так много времени с тех пор, как я зашёл сюда... Оба парня же продолжали своё дело. И поэтому когда Гоголь вытащил свои слегка мокрые пальцы, он прекратил игру с телом Фёдора, и вместо этого он наклонился к его уху, что-то прошептав. Я не мог это чётко услышать, но после его слов Фёдор повернулся к нему спиной, и можно было заметить то, какие у него довольно... Большие бёдра, я думаю... О, мне достаточно стыдно говорить подобное, прошу меня простить. Я просто не могу подобрать других слов! Но после Николай потянулся к своим штанам, приспустив их вместе со своими боксерами. Тут я уже полностью отвернулся, лишь сильнее покраснев. Я явно не хотел этого видеть, но моё любопытство говорило об обратном.. Поэтому я с трудом пересилил себя, осторожно и медленно повернувшись к камерам. Тогда я уже мог заметить, что Гоголь прижал к себе Фёдора, иногда целуя его куда-то сзади в шею и войдя в него тем, что у него имелось.... Я лишь просто почувствовал то, как учащённо забилось моё сердце. Я сам не знаю от чего оно так ныло.. Неужели зависть внутри меня росла всё больше и сильнее? Не уж то мне хотелось бы однажды попробовать тоже самое? Но я слишком противоречу себе.. Мне страшно от таких сексуальных домогательств, но.. Но мне так хотелось попробовать что-то такое.. Какие-то такие тесные отношения... О боже, что я за глупец, полный противоречий? Мне действительно стоит прекратить это.. Но я просто не знал: а с кем вообще? Кто согласится на такое...? Сейчас я просто стоял, наблюдая за той самой злосчастной камерой. Слёзы наворачивались на глаза. Я смог простоять так ещё пару минут, после чего я не вытерпел такого, просто отключив эту камеру. Слёзы нахлынули на меня, начав осторожно стекать по моим щекам. Я лишь прикрыл лицо руками, не зная даже того, откуда и почему у меня появились эти слёзы. Я, кажется, ещё совсем забыл про то, что меня всё это время ждал Дазай... Но у меня просто не было сил уйти из этого тёмного помещения, которое освещал лишь экран телевизора с несколькими мелкими камерами, показывающих множество различных комнат и коридоров. Он начал до боли светить так ярко, что я отвернулся от экрана. Наверное, я простоял бы так ещё очень долго, если бы кто-то не зашёл... Сначала я точно не понял, кто это был, но я мог сказать точно: этот человек явно был озадачен, увидев меня здесь. Я всё-таки смог убрать свои немного трясущиеся руки от лица, взглянув на вошедшего сюда человека. О боже, это... Это был Дазай? Я тут же удивлённо посмотрел на него. Слёзы будто застыли в моих глазах. Сейчас мы точно играли в гляделки. Оба были очень удивлены, и никто не решался что-то сказать. Но через какое-то время вернуться в реальность смог лишь Дазай. Он тихо вздохнул, так же что-то очень тихо сказав, а после чего он подошёл ко мне и осторожно притянул меня поближе к себе. Я почувствовал какое-то странное чувство ласки, умиротворённости и счастья.. Неужели это было то, чего мне так долго не хватало? И неужели Дазай был тем, кто смог подарить мне такие нежные чувства всего за пару секунд? Мне не сразу удалось понять, что вообще произошло, поэтому как только до меня всё, уже точно, дошло, я осторожно и немного неуверенно обнял Дазая в ответ, прижимаясь к его плечу. Слёзы новой волной полились из моих глаз. Я просто уже не мог сдерживать их, это было так больно... Дазай прижал меня сильнее к себе, шепча какие-то слова. По-моему, он пытался утешить меня. Но звон в ушах не давал мне нормально слышать сейчас кого-либо, поэтому я просто плакал на его плече, в это же самое время чувствуя, как чужие забинтованные руки словно вырисовывали простые прямые на моей спине. Именно сегодня я понял, что это, наверное, самый лучший день в моей жизни. То, что я смог по-настоящему испытать такие сильные эмоции, стало для меня своего рода облегчением. Словно тяжёлый груз свалился с моих плеч. Я лишь крепче обнял Дазая, вцепившись в его одежду, не желая, чтобы всё это закончилось так быстро и скоро. А ведь знаете, в последнее время я начал замечать то, что Дазай немного изменил своё поведение ко мне. Я начал замечать, что Дазай стал относиться ко мне немного добрее и нежнее... Тогда я ещё не придавал этому столько значения, думая, что это лишь какой-то глупый розыгрыш или какая-то уловка. Но, кажется, как я сильно ошибался. Сейчас я понял, что это были настоящие чувства Дазая. Что он по-настоящему начал заботиться обо мне. И от этих мыслей у меня потеплело где-то на душе. Мне даже стало так приятно от понимания того, что я смог найти понимающего меня человека... Через какое-то время я всё-таки смог успокоиться. Дазай это понял, и поэтому он переложил свои руки мне на плечи, чтобы попытаться взглянуть мне в глаза.. Я делал то же самое, глядя в карие глаза своего собеседника, но мне было стыдно за свой внешний вид сейчас... Я не мог не заметить то, с какой любовью и добротой он смотрел на меня. Хотя, честно говоря, это всё можно было прочитать только в его глазах, ведь выражение его лица оставалось немного серьёзным, что ли. Он что-то очень тихо сказал, словно говорил сам с собой, а после чего он поцеловал меня в лоб. Также после этого он зарылся лицом в моих волосах. Я мог ощутить то, что его руки спустились на мою талию, и он прижал меня за неё. От смущения я начал краснеть, не зная что сделать. Я так и остался стоять, пытаясь переварить эту информацию. Но мне всё равно было так приятно от того, что я спустя столько времени смог найти человека, который действительно любил меня. И даже в такой момент нам не нужны были слова. Мы просто наслаждались. Ну, по крайней мере, я точно... Теперь я просто надеялся на то, что Дазай не бросит меня и не использует, как какую-то игрушку...