Часть 35
17 апреля 2026 г., 09:00
***
Отто Хайтауэр любил власть, которую давал ему трон. Это было его законное место, он сидел на нем, когда королем был Джейхейрис, когда королем был Визерис, и теперь, когда королем является Эйгон. Пока он снабжал своего внука выпивкой, мальчик оставлял управление делом ему. Когда-то он надеялся, что Эйгон станет способным королем, но легко отвлекающийся король был вторым лучшим вариантом. Если бы только он мог зачать чертового сына, Отто был бы доволен. Хотя, похоже, Эйгон унаследовал от отца бесплодие, возможно, как и его отец, ему понадобится вторая жена, чтобы зачать нужных наследников? Ему нужно было бы об этом подумать, хотя он хотел бы посмотреть, принесет ли плоды эта последняя беременность, девушка могла родить в любой день, и мейстер говорит, что ребенок активен. Хотя у королевы Эйммы было много детей, которые были активны в утробе, но не жили после рождения.~~~~~~~~
Эймонд был возмущен, наблюдая, как его дед хвастается своим положением. Он приказывал Эйгону, как будто тот был непослушным мальчиком, а не королем. Хотя его брат в большинстве случаев вел себя скорее как непослушный мальчик, чем как король. - Как мы можем достать драконьи яйца для моих детей? — спросил Эйгон в десятый раз за эту неделю. - Как совет уже объяснил вам, нет возможности достать драконьи яйца, не нарушив договор, и, честно говоря, мой король, если мы нарушим договор, мы вызовем войну, которую не сможем выиграть, — сказал лорд Уайлд, хмурясь, как будто ему не нравилась эта перспектива. В глазах Эйгона, когда он говорил о драконьих яйцах, было видно лихорадочное, неистовое желание, как будто они могли решить все его проблемы. - А как же Хелейна? — спросил Эйгон, в его глазах, если не в голосе, читалось отчаяние. Если бы он осмелился показать его в голосе, их дед приказал бы выпороть его. Скорее всего, он сам бы это сделал, так как никто, кроме Отто Хайтауэра, не был бы настолько высокомерен, чтобы ударить короля. Эймонд презрительно фыркнул: - Мне жаль быть вестником плохих новостей, но Хелейна нам не поможет. Она ясно дала понять, на чьей стороне она. Если ей придется выбирать между нами и Рейнирой, она выберет Рейниру, — сказал он, не церемонясь. - Я уверен, что верность принцессы своей семье возьмет верх, — возразил великий мейстер. Эймонд просто недоверчиво поднял бровь. - По ее собственным словам, Рейнира заботилась о ее счастье и обеспечила ей все необходимое, в то время как мы видели в ней только ценность ее чрева и то, как оно может быть нам полезно, не заботясь о ее счастье, — ответил он, повторяя слова, которые когда-то жестоко бросила ему сестра. Он видел, как его мать поморщилась, а дед нахмурился, а брат фыркнул, как ребенок, которому отказали в желанной сладости. Все они знали, насколько верны были эти слова.~~~~~~~
Проходит месяц, Эйгон пьет, а Отто Хайтауэр правит, прежде чем королева начинает рожать. Часы криков и боли, только для того, чтобы родился мертвый ребенок. По крайней мере, это был мальчик, доказывающий, что Эйгон может зачать сыновей. Отто пришел в ярость, когда к нему пришла весть о еще одном потерянном ребенке: - Почему никто не может выполнить свой долг, черт возьми?! По крайней мере, моя тупая дочь родила двух мальчиков, но эта идиотка Ланнистер, которую им продали, неспособна выполнять свои обязанности, так же как и бесплодная королева Эймма Аррен. - Когда Отто находит своего внука в своей комнате, погрязшего в выпивке, он выбивает чашку из его рук: - Ты должен как можно скорее начать выполнять свои супружеские обязанности! Тебе нужен наследник! Эйгон посмотрел на него широко раскрытыми глазами, полными слабости и шока. - Но Джоанна только что потеряла ребенка, ей нужно время, чтобы оправиться, — слабо сказал он, зная, как страдает его жена. Он не любил ее, но даже он чувствовал боль при каждой потере ребенка, и он знал, что она чувствовала гораздо больше. - Твоя жена, похоже, не способна выполнять свои обязанности, как и первая королева твоего отца. Ей лучше родить здорового мальчика в течение года, или ты найдешь себе новую жену, которая сможет родить здоровых мальчиков! — сказал Отто, его глаза были полны ярости, когда он ударил Эйгона по голове книгой веры, прежде чем покинуть комнату. Он часто использовал книгу, которую читал для успокоения, как оружие против своего внука. Позже тем же вечером Алисента подошла к сыну и сказала ему, чтобы он просто проводил вечера с Джоанной, играл с ней в кивасс или чем-нибудь еще, чтобы его дед был доволен. Эйгон делает то, что она просит, не желая причинить вреда Джоанне, ведь она мать его ребенка, и, хотя он уделяет мало внимания своей дочери, он не хочет, чтобы она потеряла мать в таком нежном возрасте.~~~~~~~~
В течение двух лунных циклов Эйгон снова искренне выполнял свои обязанности. Он находился под огромным давлением, его дед постоянно гневался по поводу создания династии. Эйгон погрузился в пьянство и свои заблуждения, он начал верить, что единственное, что может его спасти, — это яйца драконов, ведь его дед наверняка не будет так беспокоиться, если у них будут драконы. Их династия будет обеспечена. Конечно, он не поднял бы руку и не угрожал бы, если бы у них всех были драконы. Ему нужны были яйца драконов, они были нужны ему, чтобы защитить своего ребенка, чтобы сохранить жизнь своей жене, ведь Отто Хайтауэр легко избавится от нее, как и от всех остальных. Его одержимость начала расти, и его дед согласился, что только усилило его желание. Конечно, это все прекратит, принесет ему покой. Это было единственное, что могло это сделать. Они были ему нужны, он был королем, кто из его сестер мог ему отказать? Ему больше не было дела до какого-то глупого договора, он был теперь королем, его слово было законом, какое значение имело то, что его отец подписал какой-то глупый кусок бумаги? Дед согласился, значит так и. должно было быть~~~~~~~
Эймонд чувствовал, как его беспокойство растет, он чувствовал себя загнанным в угол животным, наблюдая, как его семья все больше и больше погружается в безумие, ибо чем еще это могло быть. Эйгон и его дед планировали войну с Драконьим Камнем. Их наверняка убили бы, но ни один из них, казалось, не беспокоился об этом, как будто они оба были поражены безумием. Эймонд проверил их еду на наличие яда, но не нашел его. Поскольку его слова о спокойствии и рациональном мышлении остались неуслышанными, Эймонд вспомнил слова своего дяди. Наблюдая, как его брат и дед планируют войну с Малым советом, в то время как большинство членов совета считают их сумасшедшими, он еще раз подумал о словах своего дяди. Когда он собрал лояльных членов городской стражи и большей части королевской гвардии, он вспоминал слова дяди. Став родоубийцей и убив Отто Хайтауэра во сне, он надеялся, что его брат избавится от этого безумия, от этого отчаяния, но оно только усилилось. Его брат зашел слишком далеко, как когда-то его отец. Эймонд знал, что ему нужно делать. Когда его брат объявил своему совету что они начинают войну, Эймонд обнажил меч и приставил его к его шее. - Что ты делаешь, брат? — спросил Эйгон, в его голосе слышалась нервозность. Эймонд сожалеюще вздохнул: - Положу конец этому безумию, пока оно не зашло слишком далеко. Ты не годен для правления, Эйгон. Откажись от престола или потеряй жизнь, — сказал он, удерживая меч у горла брата. Члены совета замерли, королевская гвардия не шевелилась, он завоевал лояльность всех присутствующих в этой комнате. - Ты осмелишься украсть мой трон? — спросил Эйгон, его глаза были полны ярости. Эймонд кивнул: - Для твоего же блага и блага королевства, да. Ты не годен для правления, брат. Я обещаю, что ты будешь жить в комфорте, с вином и шлюхами, сколько захочешь, но ты не можешь продолжать это безумие, — сказал он, надеясь, что брат не заставит его дважды стать убийцей родственников. Эйгон, похоже, раздумывал, но именно слова матери заставляют его сдаться. - Эйгон, сделай это. Ты никогда не хотел трона, это твой шанс на счастье, — уговаривает его Аллисента. Эйгон медленно кивнул и перед своим советом отказался от права на трон. Позже в тот же день он сделал то же самое перед городом и провозгласил Эймонда лордом защитником королевства и королем Семи Королевств. Его брат всегда был более подходящим для этой роли.
