Закон выше пацанского

В пятницу Андрей смог просидеть в школе только полдня, как его живот резко скрутило тянущей болью. Это случилось столь неожиданно, что учителю географии пришлось лично держать за руки альфу с последней парты, что весь урок смотрел на него, не моргая. Он точно запомнил тот взгляд полный похоти и слегка заострённые когти, которые успели оставить на нём пару царапин. Подросток видел как такие же кровавые полосы оставались на жертвах насилия, из-за чего испуганно прятался за спиной учителя и с надеждой смотрел в сторону закрытой двери. К счастью, скоро в кабинет без стука вошла школьная медсестра, которая, учуяв запах течки, поспешила изолировать омегу от остальных. Она быстро и грубо схватила Андрея за руку и в темпе повела на первый этаж в свой кабинет. Женщина, конечно, не хотела причинять боль, но задержка в действиях могла повлечь за собой неблагоприятные последствия, поэтому она завела подростка внутрь и закрыла дверь, после чего подбежала к стационарному телефону. — Сейчас дома кто-то есть? Или знаешь рабочий номер тёти? — Знаю… рабочий… — с одышкой ответил он и резко упал на стул рядом с дверью, так как боль никуда не ушла и росла в геометрической прогрессии. Заслышав тяжкие вздохи медсестра вытащила из тумбочки блистер с обезболивающим, выдавила из него таблетку и отдала в руки парня со стаканом воды. — Я понимаю, что тебе плохо, но если не поторопимся, то вся средняя школа окажется под дверью. Андрей вымученно кивнул и стал диктовать рабочий номер, но, как он и думал, Анна сказала ехать сразу в больницу. На скорой помощи, потому что, конечно, она не могла отпроситься с работы по такому случаю. «И не хотела», — подумал подросток, хотя не сказал что-либо вслух. Просто смотрел на то, как женщина набирала следующий номер и диктовала адрес школы. И уже хотел, чтобы это был последний день течки, потому что не вовсе не мечтал сутками сидеть в одинокой палате. Только кто его спрашивал. Через семь или десять минут Андрея уже забирали люди в белых халатах и задавали стандартные вопросы, чтобы при случае помочь с лёгким протеканием течки. Однако скоро замолчали, потому что подростку не требовался особенный уход. Это была стандартная течка, для которой нужна лишь свободная палата. Тётя даже заплатила небольшую сумму, чтобы для Андрея всегда нашлась свободная палата. Он и не сразу обратил внимание на то, что забыл свой портфель в классе или коридоре, пока бежал за медсестрой. Точно не помнил. Пульсирующая боль давала сосредоточиться только на ногах, чтобы в следующую минуту не свалиться где-то возле стойки регистрации или на лестнице. Так что Андрей не слушал ещё какой-то бубнёж дежурного и смотрел невидящими глазами, пока дверь не закрыли и заперли снаружи. В следующий раз она откроется либо вечером перед ужином, либо завтра, так что подросток мог без стеснения, наконец, лечь в позе эмбриона и пытаться абстрагироваться от боли. Та таблетка притупила ощущения на короткие минуты и сейчас ядерные взрывы внизу живота заставляли тихо скулить с закрытыми глазами. В палате всё также пахло спиртом. Андрей невольно поморщился из-за этого и через силу встал, чтобы подойти к раковине и умыться. Температура тела поднялась быстрее, нежели в прошлый раз, так что парень с тяжёлым дыханием держался за керамику, пока колени мелко подрагивали. В конце концов, он вынужденно сел на корточки и положил ладони на холодную плитку. Желанная прохлада мгновенно придала силы, отчего Андрей через минуту смог вернуться в постель, хотя боль продолжала нарастать. Он не знал, когда стоит ждать апогея, потому что цикл вновь начался раньше, но тайно уповал на беспамятство. Айгуль говорила, что помнит только начало своих течек, а потом белый лист. Как бы подросток хотел тоже не помнить все эти тоскливые дни наедине с ноющей болью. Поток бесконечных мыслей легко утянул его в сон, как только живот ненадолго успокоился. И Андрей подскочил на кровати только ближе к вечеру, когда в палату зашла медсестра с каким-то пакетом и сказала: — Тебе передали, — хитро улыбнулась она. — Молодёжь. Не успеешь оглянуться и потом будешь тут лежать беременный. Он тотчас встал, заслышав знакомый аромат потрескивающего костра в зимнем лесу. Потому что знал, что он мог принадлежать одному-единственному человеку, отчего, не стесняясь, вытащил из пакета первый попавшийся свитер и зарылся в него носом. Знакомые феромоны молниеносно опьянили и лишь присутствие постороннего помогло сдержать облегчённый стон. Однако, завидев помутневшие глаза, женщина что-то сказала напоследок и поспешила выйти, так что Андрей мог спокойно наслаждаться запахом Марата с лёгкой улыбкой. И такая мелочь слегка притупила боль, что дало возможность немного прийти в себя и заново осознать ситуацию. Парень посмотрел на другие вещи в пакете, потом на койку и после недолгих размышлений сел сверху на одеяло и расположил кучу вещей напротив. Он брал по одному свитеру и вынюхивал каждый несколько минут, после чего располагал рядом с собой и приступал к следующему. Он закончил на домашней футболке Марата, которая сохранила запах намного лучше чего-либо другого, так что Андрей не выпустил её из рук и продолжил сжимать в руках, спиной падая на подушку, в образованный круг из вещей, в котором он мог уместиться в позе эмбриона. И без перебоев наслаждаться приятными нотками, которые не способен был заглушить спирт. И через пару минут он протяжно простонал, потому что хоть запах и создавал иллюзию присутствия, но также дразнил, отчего хотелось хоть ненадолго увидеть Марата, чтобы обнять. Андрей бы всё сделал, чтобы сейчас почувствовать руки на своей спине и тут же думал о том, что не отлипнет от парня как только выйдет из палаты. Мысли скакали от частного к общему, однако, возвращались к одному знаменателю грёз о скором возвращении домой и в школу. Хотя называть квартиру тёти домом всё ещё непривычно.

***

Марат почувствовал, что что-то не так в конце третьего урока. Внезапная тревога охватила тело, да так, что руки слегка дрожали и заставляли с усердием следить за почерком в сочинении. Кажется, он сделал ошибку или две — он не считал. Не обращал на подобную глупость внимания, потому что сущность на пару с тревогой словно гнали его из класса и предупреждали об опасности. Только в чём она заключалась? Стоило раньше сигналить, если он так поздно распереживался из-за неожиданной самостоятельной по русскому. Но когда до обоняния дошёл знакомый запах, нотки которого заставили порозоветь, подросток мигом встал из-за парты и поспешил в сторону двери. — Никто не разрешал вставать, — с напором сказал учитель. Марат не слушал его. Даже не собрал портфель и просто прошёл мимо учительского стола. Только мужчина взял его за предплечье и потребовал объяснений, когда подросток уже взялся за дверную ручку. И новые претензии были пропущены мимо ушей, однако, никто ему не позволил покинуть кабинет, когда и учитель почувствовал насыщенные феромоны. Марат тотчас посмотрел в сторону одноклассников и, завидев как те стали хищно оглядываться в поисках дурманящего запаха, через силу попытался выбраться из кабинета. Он не мог оставить Андрея, если на него там точно также скалились какие-то придурки. Мужчина схватил его за оба предплечья со спины и выпустил собственные феромоны, чтобы успокоить бушующего подростка. От этого давления рефлекторно показались клыки, и Марат с силой толкнул учителя, чтобы всё-таки выбежать в коридор. Ориентир в виде насыщенных феромонов верно подсказывал направление, только возле лестницы его зажал физрук, который не ждал момента и сразу вплёл в запах приказные мотивы, которые заставляли упасть на колени. Марат не ожидал, что физрук окажется настолько сильным альфой, отчего его сущность коротко заскулила. Что явно говорило о неравных шансах на победу, но подросток прокусил клыками тыльную часть ладони, чтобы боль отвлекла его и колени перестали дрожать пока не выполнят безмолвный приказ. Он не собирался перед кем-то стоять на коленях, тем более когда ему нужно было оказаться рядом с Андреем. Так что он продолжал вонзать клыки в кожу и наперевес давлению поднимался дальше по лестнице, удерживая в поле зрения физрука. Тот с удивлением отметил подобную силу воли и в другой ситуации отпустил бы какой-нибудь ободряющий комментарий, но сейчас нужно было действовать жёстко, чтобы оперативно увести течного омегу от всех подростков с играющими гормонами. Медсестра уже уводила парня из класса, так что нужно было успокоить всех альф и продолжить обучение в обычном режиме. Физрук, заметив как Марат проскочил на второй пролёт, уже с силой схватил его за затылок и почти носом ткнул в ступеньку, после чего откинул к перилам. — Возвращайся в класс, — сквозь зубы сказал он. — Мне нужно помочь! — протестовал Марат. — Вы не понимаете… — Да чем ты можешь помочь? — устало спросил мужчина и, не дождавшись ответа, продолжил: — Только мешаться будешь. Медсестра его выведет из класса и позвонит родственникам. Так что вернись на урок и не создавай лишних проблем. Подросток посмотрел в сторону второго этажа, до которого оставалось восемь ступенек, но знал, что не выдержит вторую атаку приказывающих феромонов. Отчего раздражённо рыкнул и всё же побрёл обратно к своей парте. Всё равно он отсидит лишь этот урок, после чего помчится в медпункт, чтобы узнать о состоянии Андрея. Так он и сделал. Марат больше не думал над запятыми в сочинении и просто ждал звонка, чтобы сдать тетрадь с незаконченной работой, где не было и последнее предложение дописано. Это было неважно, когда в груди продолжала нарастать фантомная тревога, из-за которой он быстро вертел ручку в руках и всё смотрел в сторону двери. Поэтому было неудивительным то, что он первым оказался в коридоре и возле кабинета медсестры до того, как она успела уйти в столовку. — Его забрала скорая помощь, — буднично ответила женщина, закрывая дверь на замок. — Что? Почему? — испуганно спросил Марат. — А ты его брат что ли? Зачем тебе подробности? — с подозрением уточнила она. — Сам расскажет как вернётся. — Но почему в больницу, а не домой? — не отступал парень и в итоге пошёл за медсестрой следом. — С ним что-то случилось? — Послушай, не трепи мне нервы, — раздражённо сказала женщина и на секунду остановилась, чтобы напоследок ответить: — Обычная течка. Только шума, как всегда, слишком много. После она ускорила шаг и всё-таки ушла в столовку подальше от новых вопросов. Но это всё, что было нужно Марату, так что в следующий момент он выскочил в раздевалку и вместе с верхней одеждой забрал оттуда пакет, который собрал ещё вчера. Он думал, что сегодня отдаст его Андрею после школы и их небольшой прогулки, а теперь должен был в темпе бежать в сторону ближайшей больницы. Марат был уверен, что омега находится там, потому что другие находились слишком далеко. И везли туда только при каких-то осложнениях в случаях, когда нужна была дополнительная аппаратура или не хватало мест. Поэтому подросток проехал несколько остановок на автобусе, а затем быстрым шагом вошёл в здание к стойке регистрации. — К вам должен был поступить омега. Андрей Васильев. — К нему нельзя. Тем более, альфе, — ответила девушка, не отрываясь от заполнения каких-то бумаг. Её лицо выглядело уставшим, хотя на часах было одиннадцать утра — Мне только передать, — сказал Марат и протянул девушке пакет с вещами. Та с подозрением посмотрела на него, после чего устремила взгляд на парня. — Что? Встречаетесь? — усмехнулась она. — Ладно, передам, но не пропущу. Жди выписки.