Глава 12
14 июня 2024 г., 10:35
Когда выпал снег, девушки пересекли границу Оклахомы. Элли продолжала ориентироваться в пути по солнцу, а Эвелин окончательно превратилась в сталкера.
**
— То есть они… типа… люди? — Нет. Ну… они ведут себя, как люди, но по сути он — губка. Элли нахмурилась, обернувшись на заражённую, и со смехом спросила: — Что за хрень ты смотрела в детстве? — Эй, это по телевизору показывали! — улыбнулась Эвелин. — Ужас, — Элли отвернулась обратно вперёд, покрепче перехватывая поводья. Барда шла рысью. — Ладно. А что ты смотрела? — спросила сталкерша. — Я люблю боевики. Знаешь, такие… нелепые. Где один герой раскидывает всех врагов одной левой под прикольную музыку. — Я слышала, что «Джеки Чан» — что-то похожее, — Эвелин задумчиво прикусила губу, — Но не уверена. Кто-то когда-то разговаривал про эти фильмы. — Кто-то из твоих? — Нет. Кто-то из тех, кто жил в лагере, в котором я познакомилась с мужем. — Ну, может, нам повезёт, и мы найдём этот фильм как-нибудь. И ещё проигрыватель, телевизор и электричество, — усмехнулась Элли. — Я не то чтобы люблю вот это всё. Боевики, кровища… этого и в жизни хватает. — Ну ладно, святоша, — с улыбкой съязвила девушка, — Как про говорящую губку и белку в скафандре смотреть, так пожалуйста. А боевики — зло. — Мне было четыре и это показывали по телеку! — засмеялась Эвелин, защищаясь. — Оправдания. Погода стояла спокойная. Совсем без ветра. Они держались старой дороги, припорошённой снегом. Мелкие снежинки умиротворённо спускались на землю, чуть-кружась в пути. Волосы Элли, кончиками доросшие до плеч и лежавшие теперь на них, похожие на удлинённый маллет, были украшены редкими снежными узорами. Эвелин рассматривала их, сидя сзади на лошади. Вены на её лбу, щеках и руках сильно вздулись и, кажется, ещё сильнее почернели. Кожа стала жёлтой, а нос с каждым днём всё больше задирался вверх, в конце концов норовя исчезнуть, оставив только ноздри на плоском лице. Губы женщины понемногу разъединялись, как и верхние зубы отдалялись друг от друга, но пока она старалась держать рот закрытым. От её шеи к голове проросли длинные грибы кордицепса, возвышаясь теперь на макушке, чуть-слева, напоминая рог оленя, но всего один. — Так всё-таки… где мы? — спросила она, оглядываясь. Левой рукой Элли достала из рюкзака карту и встряхнула, раскладывая бумагу. Они нашли её в одном из мелких городов штата и, хоть нижний правый угол и был оборван, всё равно находка приносила пользу. — Скоро должны подойти к Оклахома-Сити. Надеюсь, он заброшен. — Выглядит большим. Скорее всего, нам не повезёт, — печально сказала Эвелин. — Ну, тогда они пожалеют, что напали на нас, — девушка пожала плечами, убрала карту и поудобнее взяла поводья, — Так или иначе, перед ним ещё городок будет. По обеим сторонам от дороги росли пышные деревья, голые ветви покрывали снежные шапки, и вокруг царила зимняя тишина, не оставляя надежды на охоту. Звери не спешили выходить к дороге, да и вообще шуметь в такую погоду. Когда им стали попадаться первые домики пригорода, Эвелин напряглась. Барда же спокойным шагом прогуливалась мимо бывших жилищ. — Я чувствую много заражённых, — сказала женщина, покрепче усаживаясь верхом, — Они все встревожены чем-то… Но это очень далеко. — Я даже не слышу ничего. Думаю, пока мы в безопасности. Элли взяла курс правее, чуть-потянув поводья, чтобы не соваться в центр города, а обойти окраинами. Через несколько минут пути по дороге между рядами частных домов девушка вдруг приказала лошади остановиться. Эвелин замерла. Напряжение передалось и ей. — В чём дело? — шёпотом спросила она. Элли слезла с лошади, и сталкерша без вопросов последовала её примеру. Девушка, смотря куда-то вперёд, вложила ей в руки поводья и негромко сказала: — Спрячься вместе с Бардой. Я слышу впереди людей, я с ними разберусь. Эвелин кивнула, хоть Элли этого и не видела, и торопливо повела лошадь в обратную сторону, ища незапертый дом. Девушка же слегка пригнулась и побежала вперёд, на голоса. Когда на дороге показалась группа мужчин с винтовками, она спряталась за небольшим сараем возле ближайшего дома. Эти люди прислушивались, были начеку, но при этом шли довольно вальяжно. Один из них, выдыхая клубы пара, возмущённо и слегка испуганно сказал: — Это уже ни в какие ворота. Мы сегодня убили слишком много заражённых. Раньше так не было. Надо что-то делать! — О, да? И что ты сделаешь? — съязвил ему в ответ тот, что шёл в центре, в синей куртке и с коричневой бородой, неаккуратными прямыми шипами торчащей вниз. — Я не знаю, надо поговорить с Марком! Пусть делает что-то! — Ага, он скажет тебе нахуй пойти. — Нужно выбрать нового лидера, — спокойно сказал третий, заглядывая в один из домов. — Если он спросит, кто недоволен его лидерством, я молчать не стану, — усмехнулся бородатый. — Да пошли вы оба. Мы утопаем в этих грибах, а он ни черта не делает. — Мы уже давно должны были зачистить это всё или уйти из города, — закивал первый, — А не патрулировать клочки земли, на которых по тридцать заражённых на квадратный метр! — Так, ладно, заткнитесь, — раздражённо произнёс бородатый, — К чёрту. Мы и так сегодня дохрена сделали. Идём обратно. Я вроде никого не слышу. Они свернули, пройдя между домами, и скрылись в глубине бывшего населённого пункта. Элли вылезла из своего укрытия и ещё какое-то время смотрела в их сторону, прежде чем вернуться за Эвелин. — Что там было? — спросила сталкерша, забираясь Барде на спину вслед за девушкой. — Трое. Они ушли, даже не пришлось их убивать. Я подслушала их разговор. — И что там? — Похоже, мы застали немного революции, — без улыбки сказала Элли, — Им не нравится их лидер. И они говорили о том, что убивают слишком много заражённых в патрулях. Судя по их разговорам, лучше нам туда не соваться. — Обыщем эти дома? — спросила Эвелин. — Вряд ли они что-то там оставили. Просто проедем по краю города и постараемся остаться незамеченными. Будь начеку. То и дело прислушиваясь, Элли повела лошадь рысью. Вокруг было тихо. Сталкерша поёрзала за спиной девушки, усаживаясь крепче, придерживаясь за её плечи. Она была одета в тёмно-синие прямые джинсы, тёмно-красный свитер, коричневые ботинки и куртку. Элли же сейчас носила кофту цвета хаки, чёрную куртку, тёмные ботинки и нашла похожие на свои старые джинсы, обтягивающие чёрные. — Я будто чувствую заражённых где-то далеко, — беспокойно сказала Эвелин, — Но не могу понять где. — Значит, далеко. Не страшно. — Да, но они все в тревоге… Некомфортно постоянно получать эти сигналы. Элли задумчиво вслушивалась в мерный стук копыт. Вдруг слева, со стороны города раздалось несколько далёких выстрелов, и девушки синхронно повернули в ту сторону головы. На таком расстоянии Элли едва уловила крик, последовавший за стрельбой. — Что там происходит? — испуганно пролепетала заражённая. — Не знаю. Но давай-ка ускоримся, — девушка тряхнула поводьями, и уже почти сбавившая ход до шага Барда снова резво побежала рысью. — По-моему, крики приближаются, — сказала Эвелин. Элли напряжённо всматривалась в город, готовая в любой момент перейти на галоп. В следующий момент и она заметила, что выстрелы стали раздаваться всё ближе. Когда шальная пуля прилетела в стену дома прямо рядом с ними, девушка хлопнула лошадь по бокам голенями и крепко сжала бёдра. Эвелин схватилась за её плечи. Слева от себя и за спиной они услышали крики множества щелкунов и бегунов, смешанные с воплями людей. Обернувшись через плечо, Элли увидела, как из центра к окраинам бегут мужчины и женщины, держа на руках детей, сбивая всё на своём пути, пытаясь спасти свои жизни. А за ними, не разбирая дороги, раскачиваясь каждый по-своему, неслись заражённые. Всё будто замедлило свой ход: Элли уставилась на отчаяние на лицах людей, которых догоняли и рвали на куски бегуны и щелкуны, не смотря на возраст. Она смотрела, как дети плачут и закрывают лицо ладонями, когда заражённые хватают их руками и тянут в разные стороны, пока Эвелин не толкнула её в плечо. Пелена прошла, звук вернулся в норму, девушку будто выдернуло из задумчивости обратно в мир. — Элли! — вскрикнула сталкерша, пытаясь привести её в чувство. Барда самостоятельно огибала препятствия, не дождавшись управления от наездницы, и Элли торопливо схватилась за поводья. Кто-то из людей кинул в заражённых коктейлем Молотова, и один из домов загорелся. А затем и второй. — Надо уезжать отсюда, — испуганно закричала Эвелин. — Я и так взяла правее! — раздражённо отозвалась девушка. Тем временем люди добежали до их дороги. Многие шарахались от лошади, находились единицы, которые обращали внимание на то, что её здесь быть не должно, но в основном все просто бежали. Заражённые тоже не заставили себя долго ждать. Барда испуганно заржала, и Элли едва заставила её скакать дальше и не сбавлять ход. Девушки прижались к лошадиной спине, Эвелин держалась за плечи впереди сидящей. Элли слышала, как Барда иногда наступает на кого-то. Чьи-то кости хрустели под её копытами. — Ёб твою мать… — прошептала она, коротко обернувшись. Взвесив все за и против, девушка всё же потянула поводья вправо, и они побежали от орды, а не наперерез. За их спинами раздавались звуки неудержимого хаоса. Вдруг Барда болезненно закричала и словно споткнулась. Обе девушки полетели на землю вместе с лошадью, которая тут же неуклюже поднялась и помчалась прочь, едва наступая на заднюю ногу. Элли несколько раз перекатилась по земле и привстала на локте, приложив ладонь к голове, но услышала быстрые приближающиеся шаги и распахнула глаза. На неё навалился бегун, придавив всем своим весом. Улегшись грудью на ладони, которые она еле-успела выставить, заражённый бил её по плечам, силясь дотянуться зубами до лица и шеи. Девушка почувствовала, как её ногу схватили чьи-то пальцы, а на ботинке сомкнулись зубы. Она забилась под весом бегуна, боковым зрением видя, как из толпы к ней бежит третий заражённый, после чего услышала истошный крик сталкера. Крик, от которого обычно кровь стыла в жилах. Все трое, как по команде, развернулись в сторону убегающих людей и злобно ринулись туда. К Элли подлетела испуганная Эвелин с ссадиной на лбу и торопливо помогла ей подняться. — Нам надо уходить, — воскликнула она, — Барда побежала туда! Думаю, мы ещё можем её догнать! Элли выругалась себе под нос, и девушки побежали прочь от пекла. Стремительно распространяющийся пожар почти достиг их к этому моменту. Эвелин бежала со скоростью заражённого. Уже не так быстро, как бегун, но всё равно впечатляюще. Временами она инстинктивно отталкивалась руками, переходя на четвереньки, но в основном старалась держаться прямо. Хотя и горбилась, как другие сталкеры. Элли же просто неслась за ней, и картинка по краям глаз будто размывалась от скорости. В ушах шумел ледяной ветер из-за перемещения. Зато звуки орды остались позади. — Элли! Следы! — сталкерша показала пальцем в сторону тропинки из отпечатков копыт на снегу. Девушки двинулись туда. Через минуту Элли услышала лошадиные фырканья. — Я её слышу, — слегка сбавив ход, сказала она. Эвелин тоже замедлилась. Барда беспокойно переминалась среди деревьев. На её тёмно-коричневом бедре красовался свежий укус. Шерсть ниже пропиталась вытекшими тонкими струйками крови. — Блять, её укусили, — констатировала Элли, подходя ближе. Барде это не понравилось. Она дёрнула мордой, топнув передними ногами. Девушка примирительно выставила ладони, — Тихо, тихо. Барда. Она нежно произнесла имя лошади несколько раз, и та подпустила её к себе. Элли сперва погладила шею и только после этого смогла рассмотреть бедро. — Ну, она же не заразится, — сказала Эвелин, — Ведь да? — Не должна, — девушка достала из рюкзака спирт и посмотрела на заражённую, — Держи поводья. Только очень, — она выделила это слово, — очень крепко. Сжав пожелтевшие пальцы на протянутых поводьях, женщина взволнованно кивнула. Элли взяла небольшой кусок ткани, полила спиртом и стала аккуратно протирать ранку. Лошадь возмущённо заржала и задёргала ногами. Элли отставила назад одну ногу, готовая в любой момент отпрянуть. И, когда она приложила тряпку второй раз, Барда всё же выкинула копыто в сторону. Девушка отпрыгнула. — Эй, — негромко позвала она и погладила животное по спине ладонью, — Барда, я знаю, что больно. Но надо обработать укус. С горем пополам ей всё же удалось немного протереть ранку, но закрыть её было нечем, так что Элли просто выкинула испачканную ткань. Забрав у сталкерши поводья, свободной рукой достала из рюкзака карту. — Мы шли туда, — она неуверенно указала пальцем влево от себя, затем взглянула на серое небо, — Чёрт бы побрал эти тучи. — Мы же не поедем на ней сейчас? — Эвелин взволнованно погладила лошадиную шею. — Наверное, она не даст. Надо остановиться где-нибудь на ночь, но не здесь… Мы слишком близко к этому городу. Далёкие крики щелкунов всё ещё долетали до ушей девушек. Убрав карту, Элли пошла вперёд, в сторону Оклахома-Сити, но взяла слегка правее, чтобы разорвать дистанцию с ордой. Барда не хромала, но недовольно фыркала, плетясь за ней. Эвелин шла рядом. Все трое утопали в десятисантиметровом слое снега. — Я видела, как бежали те люди, — вдруг сказала женщина, — Это было так страшно. Элли настойчиво отогнала воспоминания о погибающих детях. — Ты сама переживала события и пострашнее, разве нет? — Да, но… Это всегда ощущается иначе, когда видишь страх других. — Хочешь сказать, тебе страшнее смотреть на смерть других людей, чем испытывать близость собственной? — Ну… — заражённая задумалась, — Когда я смотрю на то, как умирают другие… Я думаю. Перекладываю это на себя, будто чувствую их страх… А когда сам умираешь, думать некогда. Мозг переключается на выживание. — Ты заразилась, — возразила Элли, — У тебя была куча времени, чтобы подумать обо всём плохом. Эвелин помолчала, а потом тихо и печально ответила: — Да, наверное, ты права. — Когда меня укусили, я была в отчаянии, — сказала Элли с интонацией, будто говорила о чём-то очевидном, — Разъебала полкомнаты, в которой мы были. А потом было ужасно. Я не… обратилась, и не знала, что делать. — Ты сказала «мы», — робко произнесла женщина, теребя свои пальцы. Элли сжала губы, поняв, что проговорилась. — Да, я была не одна, — недовольно буркнула она. На несколько секунд повисло молчание. Сталкерша смотрела под ноги, горбясь, а потом неуверенно, боязливо начала: — Я тоже. Мы заразились вместе с мужем. Зелёные глаза наполнились болью. Голос девушки немного просел: — Он превратился? — Да, — глухо отозвалась Эвелин, — И я превратилась. Но с ума не сошла. Она медленно, глубоко вздохнула. В образовавшейся тишине раздалось милое фырканье Барды. — Сначала я подумала, что просто ещё рано, — продолжила заражённая, — Ну, у всех же вроде по-разному. У кого-то пару часов, а кто-то и два дня продержался, слухи вроде ходили однажды… Так вот… Но прошло два дня. Три. А я не чувствовала ничего. Муж… до того, как потерял разум… говорил, что голова болит. И что есть хочет. У него всё тело ломило, он вспотел, просто насквозь был. И сперва нормально соображал, а спустя несколько часов стал путаться в словах… Потом в воспоминаниях. Голос Эвелин дрогнул, и она затихла на какое-то время. Элли услышала короткий всхлип, после которого женщина продолжила говорить на удивление ровно. — Тяжело смотреть, как любимый человек сходит с ума. Он спрашивал, помню ли я, как мы купались в море, но такого никогда не было. Это была наша мечта. А я сказала ему, что помню. Он так улыбался тогда… Ему было больно, но он улыбался мне. Смотрел на меня глазами, которые начали выцветать… Рассказывал ещё что-то, чего на самом деле никогда не было. Потом просто стонал несколько грёбаных часов… Несколько отвратительных часов. А потом превратился. Он больше не разговаривал со мной и вёл себя, как обычный бегун. Обычный бегун с лицом моего мужа, — она тяжело выдохнула, — Его последними словами было: «Как же мне, чёрт возьми, больно». Я не уверена, что он вообще узнавал меня под конец. Где-то вдалеке дятел несколько раз быстро ударил клювом в ствол дерева. Элли смотрела, как её ботинки утопают в снегу, и думала о том, что только что рассказала ей Эвелин. Через некоторое время она стиснула зубы, но потом веснушчатое лицо разгладилось и она тяжело заговорила: — Со мной была моя подруга, — она сделала паузу, прежде чем нерешительно произнести, — Райли. Мы были в заброшенном торговом центре и нарвались на бегунов. Мы уже почти сбежали от них, но двое напали на нас и укусили. Я помню… — девушка посмотрела в небо, на серые, объёмные, надутые тучи, и усмехнулась, — Я помню, как она сказала «Давай просто подождём. Знаешь, мы можем быть романтичными и сойти с ума вместе». Эвелин слабо улыбнулась. — Это в каком-то роде мило. — Мы провели ещё немного времени в торговом центре, потом инфекция начала брать своё. Я сначала не заметила ничего необычного, но она уже стонала, почти как они, а я вообще ничего не чувствовала. Мы мало разговаривали после того, как ей начало становиться плохо. Потом она превратилась, но, в отличие от твоего муженька, не посчитала меня другом, и напала. — Элли… — сочувственно пролепетала заражённая, предвидя, что будет дальше. — Я не стала её убивать, — нахмурилась девушка, произнеся это, как очевидное, — Оттолкнула и сбежала оттуда. Отсиделась пару дней в заброшенной квартире, а когда поняла, что инфекции нет — пошла к подруге матери. Она была Светлячком. Это была её идея, попробовать сделать вакцину с моей помощью. Эвелин поджала губы. — Мне тоже не пришлось убивать его. Но, видимо, мало было мне видеть, как он медленно теряет контроль над своим телом и мыслями, так его ещё и застрелили на моих глазах. — Блять, — прошептала Элли. — Какие-то люди пришли в наше укрытие… Не знаю, наверное, поискать что-то полезное, а может, убивали заражённых… Это было спустя неделю после нашего заражения. Всё болело, но кашель прошёл ещё в первые дни. Я смотрелась в разбитое зеркало и видела бегунью, но могла мыслить, как и раньше. Это была самая ужасная неделя в моей жизни, — она перевела дух, — Он ходил по комнатам и стонал, не обращая на меня внимания. А потом… Я стояла как бы за углом, — заражённая помогла жестами, чтобы лучше описать обстановку, — А он среагировал на шум. Эти люди выбили дверь и просто выстрелили. Два раза. Он упал, а я не могла пошевелиться ещё несколько секунд. Правда потом, когда они увидели меня, я просто вылетела из этого дома. Никогда не бегала так быстро в своей жизни. Господи, это было целый год назад… — Мне жаль, — негромко сказала Элли. Барда дёрнула головой, словно кивая. Эвелин улыбнулась. — Всё нормально, — она отвела глаза в сторону, но улыбаться не перестала, — Наверное.
