Глава 15
14 июня 2024 г., 10:35
**
Преодолев, казалось, нескончаемые поля и степи, девушки покинули Техас. — Я по-другому представляла себе Нью-Мексико, — сказала Эвелин, оглядываясь по сторонам. Она уже совсем комфортно чувствовала себя на лошади, умело держась ногами и лишь для подстраховки положив ладони на плечи Элли. — А чего ты ожидала? — усмехнулась девушка, — Что отовсюду сразу посыпятся сомбреро? — Что это? — Ну такие… Смешные мексиканские шляпы. — А! Я не знала, как они называются. Ну, не знаю, наверное, ожидала увидеть хоть одну, — хихикнула женщина. Барда фыркнула. Элли сделала козырёк из ладони и сказала: — Вижу впереди город. — Наконец-то не степь, — протянула заражённая, шутливо качнувшись на лошадиной спине. — Надо будет поискать карту. Идти по солнцу, конечно, беспроигрышно, но хотелось бы быть готовой к возможным столкновением с людьми. Заражённых не чувствуешь? — Пока всё чисто. Первые частные дома начали окружать их с трёх сторон. Только через час удалось подобраться ближе к центру. — Странно, что здесь нет заражённых, — сказала Элли, — Мы уже полгорода прошли. — Я никого не чувствую. — Надо осмотреться, поискать полезного. Город не выглядит разворованным. Девушки по очереди спрыгнули с лошади и пошли пешком. Эвелин вела Барду, держась за поводья. Элли заглядывала в окна. — Я вижу там супермаркет, — сталкерша указала рукой вправо от них. — Вперёд. Входы оказались заколочены досками, причём, судя по виду, довольно давно. Элли убрала прядь отрастающих волос за ухо. — Давай обойдём. — Мы только что кругом прошли, — протянула Эвелин. — Может, окно какое-нибудь удастся разбить. — Окна тоже фанерами забиты. — Не ной, — фыркнула девушка. Обойдя здание ещё раз, они остановились сбоку, возле глухой стены, на которую были облокочены большие деревянные паллеты. Элли подошла поближе, осматривая полусгнившую древесину. — Мне кажется, за этими паллетами есть проход, — сказала она, — Иди, помоги мне. Оставив Барду, Эвелин подошла. Элли примерилась, посмотрев на тяжёлый паллет, и упёрлась в него обеими ладонями. С другой стороны заражённая потянула паллет на себя, и им удалось немного сдвинуть его, открывая часть дыры в стене, завешенной тканью. — А если там внутри кто-то есть? — боязливо шепнула Эвелин, останавливая девушку, которая уже почти пролезла внутрь. Вместо ответа Элли молча достала из кобуры пистолет и, повернувшись боком, протиснулась в щель между паллетом и стеной. Перед девушками предстал большой супермаркет с полками и холодильниками, некогда наполненными продуктами. Элли огляделась. — Здесь темно, — заражённая взволнованно потёрла руки. — И тихо, — заметила девушка, — Значит, никого нет. Она прошла мимо длинных морозилок, в которых лежало множество разнообразных коробок с мороженым. Цветастые этикетки покрылись белёсыми разводами от когда-то вытекшего десерта, а всё пространство под стеклянными дверцами морозильников было затянуто пушистыми зелёными клубами плесени. Элли скривилась. — Страшно представить, как будет вонять, если это открыть, — протянула она. — После кордицепса плесень кажется абсолютно безобидной, — невесело усмехнулась Эвелин, рассматривая залежавшуюся упаковку с чипсами. Девушка продолжала смотреть по сторонам, когда вдруг звук её шага поменялся. Опустив голову, она увидела, что стоит подошвой на платформе из досок, лежавшей в квадратном углублении вместо белой плитки. Убрала ногу. — Под ним что-то есть, — констатировала она, присев на корточки. Заражённая боязливо опустилась следом. — А вдруг не что-то, а кто-то? — прошептала она. — А вдруг что-то полезное? Не дав женщине сказать ещё что-нибудь, Элли подцепила пальцами доски и потянула наверх. Внизу обнаружилась дыра в бетоне, а под ней — вручную вырытый погреб. Включив фонарик, девушка слегка наклонилась и осмотрела подземную комнату. — Там полно еды! — воскликнула она и тут же спрыгнула вниз. Эвелин успела только протестующе пискнуть. Элли медленно крутилась, светя фонариком на многочисленные консервы тушёнки и банки с маринованными овощами: кукуруза, помидоры, огурцы, кабачки, морковь в огромных количествах покоились в стеклянных ёмкостях, спрятанных в углублениях в земляных стенах. Некоторые стояли на полу. — Тут тушёнки нам на месяц! — девушка улыбнулась в зубы, села на корточки и принялась пихать в рюкзак банки. — Это место не выглядит заброшенным, — сказала Эвелин, так и не спустившись в погреб. — Я никого вокруг не вижу, — фыркнула Элли. Когда молния едва застёгивалась, девушка поумерила свою жадность и выбралась по деревянной, явно самодельной приставной стремянке. — Осмотрелась? Пойдём отсюда, — вполголоса попросила Эвелин, оглядываясь. — В чём дело? — направляясь к выходу, Элли нахмурилась, — Ты кого-то слышишь? — Нет, но… Просто как-то неспокойно. — Да тебе всегда неспокойно. Девушки двинулись дальше по дороге. Барда резво шла рысью, цокая копытами по асфальту. Вокруг тонким слоем лежал снег, на небе были раскиданы облачка, но солнце иногда пробивалось. — Странно, что здесь есть снег, — сказала сталкерша, наконец успокоившись, — Я думала, Нью-Мексико — жаркий штат. — Жаркий, но, видимо, и снег бывает, — пожала плечами Элли. — В городе, где ты жила, был снег? — Да. Много, — Элли невольно улыбнулась, — Люди устраивали субботники по очистке снега, иногда собирались компаниями и шли кататься на санках. — Я в детстве каталась! — вдруг радостно воскликнула заражённая, — До эпидемии. — А ещё у нас были тракторы. — Нет, — неверяще протянула Эвелин и заглянула в зелёные глаза, — Где вы взяли работающие двигатели?! — Не знаю, — девушка пожала плечами, — Я как-то не интересовалась. — Кошмар. Таким и не поинтересоваться! Элли усмехнулась. — Ну а ты? Где жили с отцом и братом? — Мы где только не жили, — женщина грустно улыбнулась, — Но везде снег был. Думаю, в масштабах континента мы топтались на одном месте. — Я вот всё думаю: ты говорила, что отец учил вас только читать и считать, но для такого человека ты слишком много знаешь. — В смысле? — Эвелин нахмурилась. — Я знала людей, которые умели только считать. Они не знали, что такое континент, где Калифорния и ещё многие вещи, которые ты знаешь. — О! Это смешная история, — встрепенулась сталкерша, и на её лице появилась широкая улыбка, — Когда мне было семь, папа нашёл глобус. И решил рассказать нам про планету, про страны… Короче, Дэн ему не поверил! Они так долго спорили, и он говорил, что «не может Земля быть круглой, мы же стоим на ней!». Мне до сих пор так смешно, как вспомню его лицо! Весь раскраснелся, и так спорил, как взрослый! Эвелин похихикала. Элли спросила: — Дэн? Заражённая осеклась. — Ой. Да, его звали Дэн, — она посмотрела на проплывающие мимо низкие сугробы и грустно улыбнулась, — Дэннис. Дэнни. — На сколько он был тебя младше? — уточнила девушка. — На два года. — А отца как звали? Эвелин ответила не сразу. Она поджала губы в печальной улыбке, а серые глаза затуманились воспоминаниями. — Энтони. А маму Грейс. — Мою маму звали Анна, — Элли помолчала немного, потом спросила, — Так что там с глобусом? — А! Ну да, — женщина снова хихикнула, — Когда папа оставил нас одних, Дэн отломал у глобуса подставку и стал играть, как с мячом. Ему потом за это влетело. Но смешно то, что он запомнил этот случай на всю жизнь, и было ему… лет десять, что ли, когда мы остановились в каком-то городе переночевать и он сбежал, потому что видел по пути книжный магазин. Так вот он перерыл все книги про географию и тому подобное, и понял, что отец был прав! Он ему об этом так и не сказал. Рассказал мне, потому что я заметила, что он уходил ночью. Не спала тогда из-за него. Кто уходит один, в незнакомом городе, в десять лет, ночью, когда по миру бродят заражённые?! — Да он был крутой, — усмехнулась Элли, — Мы бы с ним спелись. — О да-а-а! — с хрипом, не без улыбки протянула Эвелин, — Он просто несносный был. Вечно весь ободранный, разбитые коленки, дырявая одежда, вечно грязный, куда-то лезет, глаз да глаз за ним нужен был! Он и в огонь, и в воду полезет чисто из любопытства или веселья ради. Если мы останавливались в каких-то поселениях, моментально начинал дружить с другими детьми. И потом они с папой вечно ссорились, когда надо было уходить. — Почему ваш отец уводил вас от людей? — спросила Элли, — В таком мире разве не безопаснее для детей жить в каком-то укреплённом лагере, с другими людьми, которые могут их защитить? — Не знаю. Мы никогда не говорили об этом. Почему-то он хотел жить в одиночестве, только втроём, но при этом не сидел на месте. Мы всё время куда-то шли. Так подумать… Я стабильно жила в одном месте только в детстве, до эпидемии, потом в плену с мужем и в том магазине с заражёнными, пока ты на меня не наткнулась. Я, наверное, уже полстраны видела. — Где была? — Так не вспомню… Если найдём глобус или карту, покажу. — Мне тоже есть, что рассказать. — Точно. Бостон — это где? — Массачусетс. — Что?! — Эвелин вытаращила глаза, — И вы с тем человеком дошли пешком из Массачусетса в Вайоминг?! — В Юту, — поправила Элли, улыбаясь полностью ошарашенному выражению лица заражённой, — А потом уже обратно в Вайоминг. Ещё была в Вашингтоне, Калифорнии… Ну, вроде всё. Теперь вот ещё с тобой идём по новым штатам. — Я. Просто. В шоке. — А где ты родилась? Где вы жили до эпидемии? — В Арканзасе. — Из Арканзаса в Вайоминг тоже путь неблизкий, — с усмешкой заметила Элли. — Во-первых, в два раза меньше, чем из Массачусетса, — засмеялась Эвелин, — Во-вторых, мы путешествовали на протяжении тринадцати лет, а вы? — За год дошли. — Да ты шутишь! — Не-а. А как так вышло, что вы с мужем тринадцать лет ходили по стране вдвоём и прошли только пять штатов? — Ну… — женщина замялась и молчала несколько секунд, — Не знаю. Мы просто… рассматривали города. Подолгу оставались на одном месте. Как будто были туристами, как до эпидемии. Она тяжело вздохнула, но всё-таки продолжила: — Думаю, мы просто боялись. Находили безопасное место и оставались там, пока оно не станет опасным. — Боялись настолько, чтобы быть в паре штатов от моря и не пойти туда? Ты говорила, это была ваша мечта. — Я не такая, как ты, Элли, — тихо, грустно произнесла Эвелин, — Я не полезу на рожон. — Даже если это мечта? — Как видишь. И, как ты тоже видишь, у нас с мужем было много общего. — О! — вдруг воскликнула Элли и направила лошадь чуть-влево, — Вижу туристический магазин. Оставив Барду снаружи, девушки залезли через разбитое окно, поскольку дверь оказалась заколочена изнутри. Элли осмотрелась и стала обшаривать полки, а Эвелин, слегка задумавшись, рассматривала остатки товаров. — Смотри, — сказала она, указав на висящий под потолком рюкзак со шнуровкой на внешней части и резинками для спального мешка снизу, — Может, мне тоже рюкзак взять? — И что ты туда положишь? — усмехнулась Элли. — Ну, не знаю. Тебе дополнительные припасы, могу носить еду… Так, что-то для себя положить. Книги, например. Ночами скучновато, хоть ты меня больше и не привязываешь. Девушка проигнорировала последнюю фразу. — Мне всё равно, — сказала она, и в конце голос едва заметно, прямо совсем немного, но всё же предательски дрогнул. — Поможешь достать? Вздохнув, Элли сняла с плеча винтовку, подцепила рюкзак кончиком ствола, крепко сжав пальцы на прикладе, и сумка упала сталкерше в руки. — Спасибо, — она быстро просунула руки в лямки и, судя по глазам, сразу почувствовала себя увереннее. Элли всё копошилась на полках, когда вдруг воскликнула: — Ага! — и победно подняла над головой карту штата с оборванными краями, — Так, посмотрим… — она провела пальцем от правой границы к середине, — Судя по товарам здесь, мы в городе под названием «Кловис». Тут нарисована дорога… — девушка уверенно сложила бумагу вчетверо и сунула в рюкзак, — Если всё выгорит, пройдём по прямой и окажемся в Аризоне. Эвелин вдруг тихонько, блаженно засмеялась. Элли остановила на ней взгляд и недобро спросила: — Что? — Смотри! — женщина взяла в руки картонную цветастую открытку, на которой был изображён весёлый енот в жёлтом треугольном колпаке в розовый горошек и надпись «С днём рождения!». — И что? — девушка изогнула бровь. — А ты смотри дальше, — закусив губу в предвкушении, заражённая развернула открытку, и внутри оказался такой же енот, только приклеенный сверху. В руках он держал жёлтую хлопушку, и при открывании из-за этой хлопушки выдвигались конфетти, нарисованные на ещё одной приклеенной сверху бумаге, будто «вылетали». Элли отвернулась. — Енот в колпаке, — вздохнула она, но в голосе промелькнула едва заметная улыбка. — Тебе понравилось! — воскликнула Эвелин. — Вот и нет. — Я видела, ты улыбнулась! Она звонко рассмеялась, а Элли только коротко усмехнулась. Вздохнув, женщина немного печально положила открытку на место. — Когда у тебя день рождения? — спросила она. — Девятнадцатого мая. У тебя? — Двенадцатого января. — Что? — отвлекшись от обыскивания магазина, Элли обернулась через плечо, — Так это же, наверное, скоро! Зима-то уже довольно давно. — Наверное, — Эвелин пожала плечами, — Но я понятия не имею, какое сегодня число. — Я тоже, — интонацией «это же очевидно» отозвалась Элли, — Ладно, тут пусто. Пошли отсюда. Эвелин первая подошла к окну и вылезла наружу, сразу же погладив Барду по бедру. Та, сперва настороженно относившаяся к заражённой, теперь всегда была ей рада. Когда потемнело так, что почти не было видно дороги, девушки стали оглядываться в поисках места для ночлега. — О, давай там! — сталкерша указала пальцем на книжный магазин слева от них, в паре десятков метров, — Там заражённых нет и стёкла не выбиты. А пока будешь спать, я почитаю что-нибудь. — Заражённых что-то вообще нет, — негромко произнесла Элли, сворачивая в сторону здания, — Не нравится мне это. Они завели Барду внутрь и закрыли дверь. Все стёкла и вправду были целые, и внутри удалось скрыться от ветра. — Ну, костёр тут не разведёшь, — констатировала девушка, затем сняла рюкзак со спины, — Но зато… У нас теперь есть куча тушёнки! Усевшись на пол по-турецки, она открыла банку, пальцами оторвала несколько волокнистых кусочков говядины и отправила в рот. Эвелин села напротив. Комната немного освещалась фонариком, прикреплённым к лямке рюкзака Элли. Девушки передавали друг другу консервную банку, съедая по несколько кусочков. Их окружали деревянные стены и пол и запах книжной пыли. На корешках порой нельзя было разглядеть буквы из-за их загрязнённости. Некоторые книги упали с полок, но в основном место выглядело нетронутым. Доев свою половину, Эвелин принялась ходить между стеллажами, с любопытством читая названия книг и разглядывая разноцветные обложки. Жадно доставая пальцами последние кусочки мяса, Элли спросила: — Что будешь читать? — Пока не знаю, — задумчиво ответила она, — Хочу что-нибудь позитивное. — Тогда тебе в детский отдел, — усмехнувшись, девушка положила рюкзак на пол и улеглась на него головой. Сон пришёл быстро.
