Глава 20
14 июня 2024 г., 10:35
Заприметив конюшни, уже мысленно проложив обратный путь, Элли ускользнула из города и пошла по окраине, по перелеску. Сквозь просветы между зданиями она отмечала знакомые места, но сворачивать всё-таки пришлось наугад.
Люди слегка успокоились. Теперь вместо беспорядочной толпы они ходили небольшими патрулями, и явно не все, кто мог. Элли мельком заметила, что среди вооружённых врагов ходят и девушки, а несколько пожилых женщин с детьми уехали на лошадях в сторону центра.
Теперь, когда тревога, поднятая среди врагов, утихла, было проще передвигаться скрытно. Элли продвигалась всё глубже и глубже в город, оставляя лес позади. После некоторого времени плутания среди домов ей удалось найти здание, в котором она очнулась.
Пригнувшись, девушка прошла под окнами первого этажа, прижимаясь к стенке, и оказалась у входа в подвал. Вместо дверей или люка вход представлял собой дыру в земле и разломанный фундамент, а вниз уходила наполовину обломанная лестница. Не медля, Элли спрыгнула в темноту.
За глухим стуком подошв её ботинок последовала тишина. Девушка позволила глазам привыкнуть к темноте и начала искать очертания рюкзака, как только стала способна видеть хоть что-то. Найти его оказалось просто: он лежал в ближайшем углу, единственный полный. Вокруг валялись пустые сумки, в основном для сёдел.
Схватив рюкзак, Элли тут же накинула его и с наслаждением почувствовала привычную тяжесть. Но, не стоя на месте, сразу же полезла обратно на поверхность.
Чем ближе к центру, тем больше людей бродило между зданиями. Но теперь Элли чувствовала себя увереннее. Спустя несколько часов она увидела вдалеке высокое здание с нарисованными на дверях красными крестами. Секундная радость сразу же сменилась напряжением: его входы охраняло немыслимое количество человек. Около тридцати вооружённых мужчин и женщин стояли по периметру и, Элли была точно уверена, не меньше сидело и внутри. О том, чтобы войти в здание незамеченной, не могло быть и речи.
Быстро осмотревшись, девушка свернула и протиснулась в дыру в каменной стене за секунду до того, как в этот переулок свернула женщина с пистолетом.
Здание было высоким и несильно разрушенным.
Чуть-пригнувшись, она торопливо зашагала по лестнице наверх. На каждом этаже оказались жилые квартиры с распахнутыми дверьми: люди побросали всё, убегая или идя на поиски беглой пленницы. С решительным взглядом исподлобья Элли собрала все патроны, что нашла в комнатах: в ящиках, в шкафах, в нычках, затем приняла решение остановиться на шестом этаже. Забаррикадировала по очереди двери в здание, в квартиру и в комнату, приоткрыла окно, опустила жалюзи наполовину, с двух сторон придвинула к окну деревянные полки, оставив себе снайперскую щель шириной сантиметров двадцать. Зарядила винтовку. Разложила найденные патроны в ряд на подоконнике. Приняла положение. Прицелилась. Сделала глубокий вдох — медленный выдох…
Первый враг отлетел в стену здания с красными крестами на дверях. Остальные дёрнулись, схватились за оружие, начали озираться… Пока тревога поднялась и все поняли, откуда стреляют, Элли времени не теряла и убила ещё троих. Группа вооружённых мужчин бегом направилась ко входу в здание, где находилась девушка. Она с удовлетворением услышала, как они пытаются выломать дверь, подпёртую мебелью. Враги, оставшиеся на улице, попрятались за укрытия, перейдя в режим настоящей перестрелки. Когда кто-то выглядывал из-за укрытия и целился в неё, Элли нажимала на спусковой крючок и слышала в свою сторону новую порцию проклятий.
Несколько раз их пули попадали в шкафы, которыми она прикрыла края оконной рамы, но голова девушки была скрыта за прикладом и жалюзи. Вскоре люди перестали предпринимать попытки выстрелить в неё и оставались за укрытиями. Тогда девушка сгребла патроны, отодвинула баррикады и бегом, со сбитым дыханием понеслась наверх.
С последнего этажа ей открылся вид на все дороги внизу. Торопливо придвинув диван и шкаф с посудой к двери, она присела к окну, не имея больше времени строить снайперское укрытие. Пересчитала патроны: у винтовки заканчиваются, но есть ещё много для пистолета и револьвера. Прицелилась — и начала огонь.
С высоты следить за тем, что происходит внизу было легко. Движение — и Элли уже направляет прицел туда, не давая врагам подстрелить себя исподтишка. А в доме уже слышалась возня. Девушка убила последнего, кого видела внутри со своего поста — высунувшуюся из окна второго этажа женщину — и, повесив винтовку на плечо, поставила у окна мину-ловушку. Затем схватила пистолет и подбежала к двери комнаты, в которую уже старательно колотились кричащие враги. Посмотрев по сторонам, Элли спряталась в деревянном шкафу слева от входа.
Как только она закрыла дверцу, мебель, которой была подпёрта дверь, со скрежетом сдвинулась и раздались шаги. Девушка затаилась. Люди шли медленно, вскинув оружие, исследуя помещение. Через несколько секунд раздался взрыв.
Комнату встряхнуло. Посуда разбилась, посыпалась со столов. Шкаф, в котором сидела Элли, покачнулся, и девушка, зажавшая уши, вместе с ним. Она чуть не потеряла равновесие, широко расставив ноги. Щепки полетели ей на голову, заставив зажмуриться.
Когда последний крик стих, Элли осторожно приоткрыла дверцу. Никого не осталось в живых. Удостоверившись в этом, девушка, не собирая даже патронов и оружия с убитых, кинулась вниз по лестнице.
Она перепрыгивала ступеньки, в конце пролётов пропуская штук по пять разом. Десяток этажей быстро остался позади, и Элли выбежала на улицу, где асфальт покрылся многочисленными кровавыми лужами и брызгами.
Не обращая внимания на хаос, который она здесь навела, сжимая в руке пистолет, девушка с разбега влетела во входную дверь с нарисованным на ней красным крестом. За секунду оценив обстановку, убедившись, что засады нет, она метнулась к лестнице и понеслась наверх, с силой отталкиваясь от ступеней. На ходу крикнула:
— Эвелин!
Никто не ответил. Элли добежала до последнего этажа, сопровождаемая гробовой тишиной, и только на самом верху услышала возню. Не думая, распахнула дверь.
Бегун, находящийся в комнате, закричал, увидев девушку, и напал быстрее, чем она среагировала. Элли упала на спину, оказавшись придавленной к полу, а заражённый бездумно молотил руками и клацал зубами прямо возле её лица.
Придя в себя, девушка направила дуло пистолета на голову с потемневшими венами и выстрелила. Уши заложило от грохота оружия. Бегун обмяк. Элли сбросила его с себя, неуклюже вскочила на ноги и осмотрелась.
Через несколько секунд слух вернулся в норму. В этот же момент она увидела, что в дальнем углу комнаты, который едва ли освещался из заколоченного досками окна, сидит Эвелин. Сталкерша вжалась спиной в стену, согнула ноги в коленях, обхватив их руками, и смотрела в пол перед собой мокрыми от слёз глазами. Её губы скривились в беззвучном плаче. Элли подлетела к ней, присела на одно колено и положила ладонь на бугристое плечо.
— Что? Что они тебе сделали? — спросила она.
— Это… это я… — пропищала заражённая и зажмурилась, — Это я его убила…
Элли оглянулась через плечо и посмотрела на труп бегуна, валяющийся посреди комнаты. Вернула решительный взгляд на женщину и негромко произнесла:
— Послушай. Сейчас нам надо идти. Ладно?
Эвелин злобно, с обидой посмотрела в зелёные глаза.
— Элли, я убила человека! — её голос неистово дрожал.
— Это тяжело, — согласилась девушка, но продолжила твёрдой интонацией, не терпящей возражений, — Но сейчас надо идти. В городе слышали стрельбу, они могут прийти с минуты на минуту… Ты сейчас пойдёшь за мной. Да?
Секундный гнев пропал из серых глаз, как его и не было. Осталось только отчаяние и, как ни странно было это видеть Элли, абсолютное доверие.
— Д-да… — пролепетала Эвелин. Девушка подала ей руку, и заражённая встала.
Когда они спустились, Элли уже слышала переклички вдалеке. Протянула пистолет женщине.
— Держи, — твёрдо сказала она. Глаза девушек встретились: уверенные и беспощадные с отчаянными и испуганными.
— Й-й-я н-не смогу, — жёлтыми ладонями сталкерша стала отмахиваться от оружия, — Н-не смогу убить…
— Это на крайний случай, — держа пистолет за ствол, Элли настойчиво впихнула рукоятку в дрожащие руки, — Остальное сделаю я.
Развернувшись, девушка выглянула из-за угла, но затем снова посмотрела на заражённую. Женщина сжала пистолет обеими руками и опустила его. Элли положила руку без двух пальцев на плечо Эвелин, поймала её взволнованный взгляд и сказала:
— Не отставай от меня ни на шаг. Стой прямо за спиной, на пятки наступай. Ясно?
— Д-да, — она кивнула. Шмыгнула носом. Элли развернулась, взяла револьвер и на этот раз всё-таки вышла из-за угла и крадучись побежала вдоль дома.
Девушкам удалось добраться до окраин города незамеченными. Многие люди бросились на звуки стрельбы, и теперь окраины пустовали. Чувствуя себя почти безопасно, Элли выпрямилась и пошла по развалившейся асфальтовой дорожке в сторону, где находились конюшни.
Дорога заняла не один час. Но, когда девушки добрались до деревянной постройки, её охранял только один молодой парень с винтовкой. Элли легко расправилась с ним, скрытно перерезав горло, и раскрыла двери конюшни.
Барда стояла в одном из загонов и умиротворённо жевала сено. Элли открыла ей ворота, и та кинула заинтересованный взгляд.
— Прости, детка, обед закончен, — накинув поводья на загривок, девушка вывела лошадь на улицу, — Возьмёшь вторую?
— М-мы вроде и так нормально ездили… — пролепетала Эвелин. Элли махнула рукой.
— Хрен с тобой.
Они залезли верхом, наездница хлопнула голенями по тёмно-коричневым бокам и Барда резво поскакала галопом прочь из города. Заражённая оглянулась, со страхом посмотрев на остающееся позади собрание высоких домов. Слёзы наполнили её глаза. Женщина сильнее прижалась к Элли.
**
Лишь через час Элли позволила себе остановить лошадь. Вокруг растягивалась степь, а от горизонта поднимались далёкие-далёкие горы. Стоило им отойти от города на несколько километров, как послышались крики заражённых. Бегуны и щелкуны быстро собрались в небольшую толпу и начали их преследовать. Девушка заприметила вдалеке длинную разрушенную временем постройку, вроде сарая, и направилась туда. Эвелин сигналом заставила заражённых отвлечься, и наездницы закрылись внутри сарая. Спрыгнув с лошади, Элли дала ей немного попить, хлебнула воды сама и достала карту. Эвелин тоже слезла, прислонилась спиной к прогнившей деревянной стене и съехала на пол, согнув колени. — Дальше по прямой только степи. Попробуем проехать по дороге на запад и окажемся в Калифорнии. Элли подняла взгляд на заражённую, обнявшую свои ноги и уставившуюся в пустоту. Убрала карту и присела рядом, к стене. Молчание длилось несколько секунд, прежде чем слёзы покатились по щекам Эвелин и она начала сдавленно говорить: — Он держал меня… Схватил сзади за шею… Его рука была прямо передо мной… Я просто хотела выбраться… Зажмурившись, женщина уронила голову и тихо заплакала. Элли взглянула на неё. — Я не хотела… Не хотела… — лепетала сталкерша. Девушка села рядом, мягко положила ладонь на плечо заражённой, и та вдруг повернулась и, не открывая глаз, обняла Элли, вцепившись в неё пальцами и упершись лбом в ключицу девушки. Та опешила, но погладила рельефные плечи. — Ты защищалась. Всё нормально. — Он сжал меня! Я просто хотела… Я просто… Эвелин плакала, и голос её сломался. Из горла вырвался вой. Элли сжала губы. Через несколько минут истерики женщина стала затихать, а потом, не отлипая от девушки и не открывая мокрых глаз, начала говорить тонким, жалобным, виноватым голосом: — Он держал меня сзади за шею… Локтем… Й-я просто хотела вырваться… Я… укусила его… когда он разжал руки, я повернулась и несколько раз ударила его по лицу… Он отключился, и я увидела, что по рукаву растекается к-кровь… Я сняла его куртку… А там укус… И я… Я не знала, что делать, Элли… Я просто сидела там… Никто больше не пришёл… Он превратился… Я убила его, я убила человека!!! Элли продолжала молча гладить дёргающуюся в плаче заражённую по спине. Дыхание Эвелин прерывалось спазмами. — Твой муж… — неожиданно для самой себя, Элли озвучила эту мысль из своей головы, — Он бы гордился тем, что ты жива. — Он всегда защищал меня… Не хотел, чтобы мне пришлось убивать… — К сожалению, они не всегда рядом с нами, — глухо произнесла девушка. Её собственные глаза затуманились непроглядной задумчивостью. — Я же не специально… Я вообще не успела подумать про это… Я даже не знала, заразна ли! — Ты защищалась, — повторила Элли. Затем немного помолчала и медленно, неуверенно сказала, — Я думаю, что бог не будет тебя винить. Эвелин вдруг тихо захихикала. Отстранилась, сев прямо, с улыбкой утёрла мокрые щёки запястьями. — Чего смешного? — спросила Элли и сама слегка улыбнулась. — Это так мило, что ты это сказала, — объяснила сталкерша. Через несколько секунд её губы дрогнули и улыбка пропала. Уставившись в пол перед собой, она вздохнула и тяжело заговорила, — Почему жизнь такая сложная? Почему мы не могли жить в том мире? Зачем понадобилась эпидемия? Почему людям приходится переживать эти ужасы?.. Мы бы просто жили вместе… Навещали бы наших родителей по выходным… Может быть, у нас всё-таки получилось бы родить ребёнка… — А у вас не получилось? — осторожно спросила Элли, почти шёпотом. Её глаза едва заметно расширились, она не смела поднять взгляда на женщину и боялась услышать её ответ. Но та ответила: — У меня был выкидыш. Наступившая тишина оглушила Элли. Она смотрела в пол и не шевелилась. Даже не дышала несколько секунд. Затем, еле-собравшись с духом, сипло выдавила из себя: — Это… ужасно. Они посидели молча ещё какое-то время. Когда обстановка показалась Элли уже менее накалённой, она сказала: — У меня был… кхм, то есть… Эвелин вскинула голову. — У тебя был ребёнок?! — Нет. Но я… жила с… тем, у кого был. Я не могу представить, что бы я чувствовала, если бы она его потеряла. Это ужасно. Заражённая отвела взгляд обратно и спросила: — Какой он был? Элли усмехнулась. — Очень славный! И смешной. Я очень люблю его. Эвелин вдруг мягко, тепло улыбнулась. — Так грустно, что мы оставляем такие хорошие вещи в прошлом, — сказала она. Элли опустила глаза. — Да… Ну, как ты? — Ужасно, — призналась сталкерша. — Снаружи уже темнеет, надо разводить костёр, — девушка встала, хлопнула себя по коленкам, сбросила со спины рюкзак. Эвелин достала из-за пояса штанов пистолет и осторожно положила его на пол возле рюкзака. — Пойду соберу ветки. Меня заражённые не тронут. — Подожди, — попросила Элли, когда женщина почти покинула помещение, — Они вообще говорили, зачем ты им? Может, ты что-то слышала? — О… Тебе понравится, — печально произнесла сталкерша, — Они говорили, что им хорошо заплатят за разумного заражённого, потому что «эти придурки всё ещё пытаются сделать вакцину». Элли замерла. Во все глаза уставилась на женщину. — Они говорили о Светлячках? А не говорили, куда собирались тебя везти?! — Ничего больше не уточняли, — собеседница помотала головой. — Пиздец, ты понимаешь, как это важно?! — воскликнула девушка, всплеснув руками, — Это след! Это значит, что Светлячки и правда ещё существуют! И врачи тоже! Когда воодушевлённая Элли стала копаться в рюкзаке, Эвелин опустила взгляд. Грустная улыбка на её лице сменилась тревогой, а глаза вновь налились слезами. Она молча вышла за дверь, в прохладный степной вечер.
