Глава 25
14 июня 2024 г., 10:35
На протяжении нескольких недель патрульные ходили по окрестностям города и усиленно собирали припасы для изготовления оружия, о котором говорила Элли. Те, кто оставался в Джексоне, мастерили коктейли Молотова и бомбы. Люди сказали Марии, кто останется в укрытии, а кто пойдёт в бой, и она распределила всех, кого необходимо, по убежищам. По плану туда должны были влезть даже лошади.
Дина тоже собиралась было пойти на бой, но Элли сразу же осадила её:
— Нет, и речи быть не может! — воскликнула она, едва услышав, что девушка говорит Марии однажды вечером.
— В каком смысле?
— У тебя ребёнок, Дина! Ты вообще представляешь, что тут будет твориться?! Все, кто идёт на бой, скорее всего не выживут! И все они знают об этом!
— Сколько раз сражались с заражёнными, — отмахнулась Дина.
— Нет, Дина! — Элли толкнула её ладонями в плечи, будто той прямо сейчас нужно было спрятаться, — Ты нужна Джей-Джею!
— Ты тоже! — вдруг воскликнула Дина с таким выражением лица, будто это было само собой разумеющееся.
Лицо Элли вытянулось. Морщинка между бровями дёрнулась, но девушка насильно заставила себя ни в коем случае не показать печали.
— Я защищу вас. Пожалуйста, сиди в укрытии.
Дина опустила глаза. Стиснула зубы. Как-то сипло, тихо выговорила:
— Хорошо.
Во всей это суматохе царила тяжёлая атмосфера. В воздухе чувствовался страх людей, которые, занимаясь всей этой серьёзной подготовкой, похоже, до конца поверили в правдивость слов Элли. Она и сама начала поддаваться всеобщему настроению, поэтому была рада, когда однажды Дина пригласила её к себе.
— Привет! — воскликнула она, распахнув для девушки дверь, — Проходи! Джей-Джей уже заждался, с самого утра спрашивает «Когда придёт Элли?».
Элли усмехнулась.
— Говоришь, это он меня позвал? — спросила она.
— Да! Говорит «Хочу играть с Элли»! Вот и что тут сделаешь? — Дина прошла на кухню, — Джей-Джей, зайка, Элли пришла! А ты проходи, он там, в комнате. Будешь что-то? Чай, кофе, вино?
— Ого, — девушка снова усмехнулась, — Нет, спасибо.
Из комнаты выбежал Джей-Джей и торопливо протопал босыми ножками к Элли.
— Подём! Подём! — схватив её за руку, мальчишка бесцеремонно потащил гостью к приоткрытой двери.
— Джей-Джей, а поздороваться не нужно? — подала голос Дина, следуя за ними.
— Пивет! — кинул он, явно не вкладывая в это действие много смысла. Элли рассмеялась.
В комнате, справа от входа у смежной стены стояла двуспальная кровать, застеленная светлым бельём. Над изголовьем висела какая-то вычурная картина, а на деревянной тумбочке рядом лежала книга и стояла рамка с фотографией Тальи, сестры Дины. Слева же от входа, в дальнем углу расположилась детская кроватка со скомканным одеялком внутри. Напротив кровати высился комод с цветами в вазе и бардаком из кучи книг, детской одежды и коробок с патронами.
— Я надеюсь, он не дотягивается до сюда? — спросила Элли, усаживаясь на пол по-турецки по настоянию уже плюхнувшегося на попу Джей-Джея.
— Конечно нет, — Дина присела следом, — Но ещё немного и придётся мне хранить их в другом месте. Честное слово, я скоро просто примотаю всё, что ему нельзя брать, скотчем к потолку! Он растёт, как на дрожжах!
— Хах! Весь в папу, да?
Джей-Джей взял с пола деревянную лошадь и отдал Элли. Та нахмурилась. Взглянула на Дину.
— Это ведь… Джоэл делал, да?
— Да, — девушка печально улыбнулась, — Мы разбирали его вещи где-то год назад. Мария решила раздать статуэтки в качестве игрушек. Я взяла несколько. О, и ещё выцепила вот что, — она встала, открыла нижний ящик комода и принялась бесцеремонно копаться в нём. Спустя несколько секунд достала и протянула Элли коробку из-под обуви. Та открыла: в коробке лежали запылившаяся рамка с фотографией Джоэла и Сары, его портрет, сделанный Элли, и его кружка с совой. Девушка тихо вздохнула, — О, и ещё мы взяли ту брошюрку про динозавров, когда уходили с фермы. Надеюсь, ты не против. Джей-Джей её уже до дыр засмотрел.
Элли усмехнулась, накрывая коробку крышкой.
— Когда-нибудь и прочитает, — сказала она и задумчиво подняла с пола пластмассового брахиозавра, тут же получив детские хлопки в ладоши, — Что? Нравятся динозавры?
Джей-Джей поднялся, помогая себе руками, и отошёл в сторону. Опустившись на четвереньки, он пошарил ручками под своей кроваткой, затем вернулся и, приняв прежнее положение, показал Элли такого же пластмассового тираннозавра.
— Ого, — наигранно удивилась девушка, — У нас тут большой мальчик! Это тираннозавр, — она подняла свою игрушку на уровень глаз малыша, — А это — брахиозавр.
Джей-Джей изобразил рык и несколько раз ударил динозавра с длинной шеей зубастой мордой ти-рэкса. Элли с притворным возмущением ахнула.
— Ах ты вот как! А ну иди сюда!
Схватив ребёнка в охапку, она встала на ноги и закружилась, после чего аккуратно бросила Джей-Джея спиной на кровать Дины. Его распирало от смеха, когда он на четвереньках подполз обратно к Элли и схватил её за майку и руку.
— Мало тебе? Ещё хочешь получить? — с улыбкой спросила она, взяла его на руки и принялась щекотать. Затем, под заразительный детский хохот, она взяла ребёнка ладонями подмышки и подняла над головой, закружилась, изображая звуки космического корабля.
— Космический шаттл «Кортофан» идёт на посадку! О нет, справа по борту атака! Пиу-пиу! — она изобразила выстрелы, несколько раз тряхнув детскую ручку, — И-и-и снижаемся! Ужас, ну ты и потяжелел, Картоха!
Из её губ вылетает смешная пародия на взрыв, когда мальчишка, смеясь всё сильнее, плюхается на мамину кровать. Элли падает рядом.
— Посадка успешна! Повторяю, посадка успешна!
Весь оставшийся вечер пластиковый тираннозавр «убивал» несчастного брахиозавра. Каждый раз, как Элли изображала комичное поражение своего бойца, Джей-Джей заливался звонким смехом и тут же возвращал сюжет игры к началу. Когда пришло время прощаться и Элли стояла в прихожей, он обнял её ногу. Присев на корточки, девушка обняла ребёнка по-нормальному, изо всех сил стараясь не растрогаться.
Когда они отстранились и Элли выпрямилась, Дина сказала:
— Зайка, подождёшь маму в комнате, хорошо?
— Хаашо.
— Скажешь «пока» Элли? — попросила черноволосая девушка.
— Пока, Эййи!
Малыш прошлёпал к спальне и скрылся за приоткрытой дверью. Дина повернулась и посмотрела в зелёные глаза. Передала ей коробку с вещами Джоэла. Ещё несколько секунд на их лицах сохранялись улыбки, но, когда Дина чувственно обняла девушку, губы обеих дрогнули.
Отстранившись через несколько секунд, Дина оставила ладони на худых плечах. Взгляд её был печален.
— Пожалуйста, — негромко сказала она, — Выживи.
Элли положила пальцы свободной руки на запястье девушки, слегка сжав. Сдавленно прошептала:
— Хорошо.
Дина подняла правую руку и нежно огладила ладонью веснушчатую щёку. Элли сглотнула, опустив взгляд. Смуглые пальцы аккуратно заправили непослушные отросшие пряди за бледное ухо, и девушка отстранилась.
— Будьте осторожны, — сказала Элли, уже нажав рукой на дверную ручку за своей спиной.
— Это ты будь осторожна.
Стиснув зубы, Элли торопливо покинула дом.
Придя к себе домой, где всё действительно было также, как она оставляла, она поставила коробку на тумбочку и села на край кровати. В один из последних дней Дина помогла ей перевезти уцелевшие вещи с фермы обратно в Джексон, и те немного печально покоились в пластиковых и картонных ящиках у стены при входе.
Девушка взяла в руки свой дневник. Пролистав несколько страниц с рисунками и записями, она пробежалась глазами по строчкам.
«Помогу им и уйду обратно. Теперь я знаю, где Светлячки. Со знанием, что все, кого я люблю, в безопасности, больше мне терять точно будет нечего.»
Картинка перед глазами помутнела из-за подступивших слёз. Элли оскалилась, отчаянно зарычала и швырнула дневник в стену напротив. Книжка грустно приземлилась на диван, подпрыгнула и закрылась. В те дни, когда весь город слаженно готовился к предстоящему нашествию, Эвелин стояла на посту над южными воротами. Без необходимости спать она круглые сутки вслушивалась в звуки и ловила сигналы, становящиеся всё ближе. Поэтому, когда заражённые пришли, все были готовы. Эвелин предупредила об их приближении за день, чтобы все разошлись по укрытиям. Когда дозорные, стоявшие на посту вместе с ней, увидели вдалеке невероятных размеров орду и подняли тревогу, все, кто не мог сражаться, были надёжно спрятаны в подземных убежищах. Услышав сигнал тревоги, Элли крепко сжала в руках дробовик. За её спиной приятной тяжестью тянул вниз рюкзак с бомбами и коктейлями Молотова. Те, кто изъявил желание пойти в бой, собрались за городом, недалеко от запертых южных ворот. Их оказалось двадцать человек, каждый был на лошади. Элли, естественно, оставила Барду в укрытии и взяла другого коня. Эвелин встала перед ними, лицом к идущей орде, и приготовилась отводить заражённых сигналами. Стоило толпе приблизиться к ним так, что оставалось несколько десятков метров, как бегуны из первых рядов заметили группу людей и, прилежно оповестив об этом щелкунов, двинулись на них дружной живой стеной. Эвелин тут же закричала в сторону: толпа обогнула их. Мария подожгла фитиль у бомбы, крикнула такое громкое «Осторожно», что заглушила заражённый гвалт, и первый взрыв раздался на поле боя. Лошади, как одна, дёрнулись в сторону, но всадники пресекли попытку сдвинуться с места. Пока это было похоже на хаос только по звуку. Остальное шло согласно оговорённому плану: Молотовы бросали только далеко от стен Джексона, чтобы не спалить город, бомбами немного сокращали численность врагов, дробовики и остальное оружие использовали для самообороны. Эвелин удавалось направлять заражённых мимо группы. Бросив очередную бомбу, которая убила сразу штук десять заражённых, Элли обернулась через плечо и увидела, что многие те, что уже пробежали мимо, собираются огромной толпой у ворот и бьются в них кулаками, ногами, плечами. Крепкие деревянные стены трещали под таким натиском. Уверенно сдвинув брови, Элли передала поводья ближайшему к себе человеку и, проигнорировав возмущённое «Куда?!», спрыгнула с коня. В два шага она оказалась возле Эвелин, держа наготове дробовик, и, перекрикивая орду, спросила: — Ты можешь заставить их обойти город? Рано или поздно они сломают стену! — Я уже говорила… — начала женщина, то и дело прерываясь на новый крик для новой волны бегунов и щелкунов, не желавших проходить мимо, — Их слишком… слишком много!.. Я могу увести… только часть… остальные нападут на вас! — А если мы разделим их? — вдруг предложила Элли. Эта мысль ворвалась к ней в голову только сейчас, неожиданно и бесцеремонно, но зелёные глаза загорелись, — Ты направишь за каждым по толпе, мы уведём их за собой, а потом по очереди приведём обратно и ты проведёшь всех мимо Джексона! — Слишком опасно! — надрывисто ответила Эвелин, — Вас могут убить! — Нас и так могут убить! — рявкнула Элли, — Надо решаться на что-то! Сможешь их разделить? Эвелин колебалась. — Й-если ты уверена… То… то смогу. Элли развернулась на сто восемьдесят и закричала так громко, как только могла, размахивая руками: — ВСЕМ СЛУШАТЬ! — несмотря на царящий вокруг сущий ад, к ней и правда повернулись, — СЕЙЧАС ЭВЕЛИН РАЗДЕЛИТ ОРДУ НА ТОЛПЫ ПОМЕНЬШЕ! КАЖДЫЙ ДОЛЖЕН УВЕСТИ ЗА СОБОЙ СВОЮ ТОЛПУ И ЛИБО УБИТЬ, ЛИБО ПРИВЕСТИ ОБРАТНО ЧЕРЕЗ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ! ДЕЙСТВУЕМ В ПОРЯДКЕ ОЧЕРЕДИ… эм… ДОПУСТИМ, КАК СТОИМ СЕЙЧАС! ПРИМЕРНО ПО ПЯТЬ МИНУТ НА ОДНУ ТОЛПУ! Я БУДУ ПОСЛЕДНЯЯ! ЯСНО? Люди покивали. Кто-то издал нечто, напоминающее боевой клич, словно бы всё это доставляло ему азартное удовольствие. Мария посмотрела на Элли с сомнением, но и с уважением. Девушка запрыгнула на лошадь и крикнула: — Давайте! Первый пошёл! Мужчина в ковбойской шляпе хлопнул поводьями и поскакал вправо от Эвелин. — Эв, он справа! Давай! — скомандовала Элли, но поняла, что женщина, скорее всего, и сама прекрасно знала, что происходит вокруг. Она повернулась к удаляющемуся наезднику и оглушительно завопила. Первые несколько десятков недисциплинированных рядов заражённых повернули головы в ту сторону и понеслись туда. Следующие, не отреагировавшие на предыдущий сигнал, были отправлены за другим всадником. И пусть, когда последний человек ускакал, осталось их всё равно очень много, обернувшись через плечо, Элли увидела, как Эвелин решительно кричит на заражённых, собирая их в кучу и ведя вдоль забора, то и дело оббегая толпу, словно пастушья собака. Стиснув зубы, девушка вернула взгляд вперёд, заставив коня ускориться. План, который она выдумала на ходу, был более, чем шаткий. Оставлять город на одну Эвелин не хотелось, когда она вернётся, то может обнаружить руины вместо высоких стен, но выхода не было. За ней сейчас с криками бежало по меньшей мере заражённых тридцать. Они размахивали руками, кричали, толкали друг друга, спотыкались и вопили, когда на них один за другим наступали собственные собратья. Крепче стиснув бёдра вокруг лошадиной спины, Элли подожгла фитиль своей последней бомбы и швырнула её себе за спину. Раздался громкий взрыв: конь заржал, пошатнулся от испуга. Его ноги потеряли ритм движения, он зацепился копытом за землю, и Элли успела только вскрикнуть протяжное «Блять», прежде чем потеряла связь с седлом. На несколько секунд она почувствовала себя в невесомости, оставляя позади и коня, и орду, но гравитация быстро напомнила о себе, и девушка, прижимая к груди дробовик, зажмурилась прямо перед самым падением. Посадка вышла донельзя жёсткой. Приземлилась Элли на плечо, чудом не вышибла и не вывихнула сустав. Дальше её закрутило вокруг собственной оси, она прокатилась добрых метров десять, лишь под конец затормозив о землю рукой. Она распахнула глаза, первые секунды пытаясь сфокусироваться на травинках, но всё двоилось, троилось и плыло. Голова раскалывалась, как и саднило содранное плечо на пару с ладонью. По правде сказать, ссадинами покрылось всё: кровоподтёки быстро проступили на ткани джинсов и майки, Элли едва чувствовала руку, на которую пришёлся самый первый удар. Но заражённые быстро заставили её прийти в себя, насколько это было возможно: бегун навалился на неё всем своим весом, начав бесцеремонно лупить руками. Кое-как направив на него дуло, девушка, не раздумывая, нажала на спуск. Приклад ударил и так настрадавшееся плечо, заставив Элли вскрикнуть от боли. Приподняв голову, она увидела, что довольно большая часть заражённых отвлеклась на бедного коня, жалобно ржущего, пока ненасытные твари кусали его за ноги и живот. Оскалившись с какой-то дикостью и страхом во взгляде, девушка попыталась подняться на ноги, но те не слушались. Тогда она выпустила патроны один за другим, а затем, вставляя новую партию, не рассчитала время. На неё напали сразу несколько заражённых: два щелкуна плотно сжали свои заросшие пальцы на её ноге и руке, каждый тянул на себя, неистово крича. Один бегун навалился сверху, клацая зубами и брызжа слюной прямо перед веснушчатым лицом, а второй подбежал и, не церемонясь, вцепился зубами в свободную ногу. Элли закричала. В этом первобытно звучащем хриплом вопле различались и гнев, и страх, и готовность бороться за свою жизнь любыми способами. Дёрнув ногой, она отвадила кусающегося бегуна, дав подошвой по окровавленному лицу, затем свободной рукой перехватила дробовик и ударила навалившегося заражённого прикладом. Уперев ствол куда-то в свои рёбра, она выстрелила в щелкуна, державшего ногу, а затем обеими подошвами отпихнула последнего щелкуна, вогнала недостающий боеприпас и выстрелила, снеся заросшую голову. Конь перестал издавать звуки или шевелиться. Девушка подожгла торчащую из бутылки ткань и швырнула в пирующую группу заражённых коктейль Молотова. А за ним и второй. Их обычные мерзкие звуки сменились на крики агонии, после чего стало тихо. Ну, почти. Вдалеке по-прежнему слышались вопли и щёлканье. Держась за бок, Элли встала на ноги. Её дыхание больше походило на стоны, воздух немного посвистывал, выходя сквозь стиснутые зубы. Одежда, кожа и волосы девушки покрылись пылью и грязью, на руках и лице остались ссадины, бёдра промокли в собственной крови от содранной кожи, а на правой голени спереди, прямо на джинсах красовался размашистый укус. На плече и на рёбрах явно останется синяк от приклада, если вообще ничего не сломалось. Плечевой сустав неистово ныл, видимо, растяжения избежать всё-таки не удалось. Глаза девушки были пусты. Повесив на плечо дробовик, она подняла с земли небольшой камень, взяла обеими руками и, закричав, с размаха ударила себя по ноге так, чтобы шершавая поверхность расцарапала ткань и кожу. Из глаз невольно брызнули слёзы. Закусив губу, Элли сделала так снова, пока укус не скрылся за огромной ссадиной. С отвращением она выкинула испачканный кровью камень, оглядела поле боя и отдышалась. В рюкзаке оставался один коктейль Молотова. Прихрамывая, девушка неторопливо двинулась назад к городу. Когда она пришла, на пустыре перед воротами уже стояла Мария и ещё двое. Элли взглянула на стену города: ворота повреждены, но не выбиты. Толпа заражённых бежала вдоль боковой стены. Когда они оказались достаточно далеко, Элли увидела, как обратно к воротам бежит щелкун с ярко-голубыми бусами, обмотанными вокруг шеи. Облегчённый вздох вырвался сам собой. Элли не представляла, почему у заражённых нет физической усталости, ведь мышцы остаются теми же, разве нет? Но Эвелин намотала уже, наверное, километров пять на своих двоих, и вообще не замедлилась. Стоило Элли подойти, как Мария спрыгнула с лошади и засуетилась вокруг неё. — Элли! Ты в порядке? Что случилось? — Нормально, — отмахнулась девушка, — Заражённых я убила. Конь мёртв. Извини. — Сколько у тебя осталось припасов? — Один Молотов. Эвелин подбежала к ним и положила ладонь Элли на плечо: — Элли! Ты в порядке? — Да, да. — Ты же вся в крови, да? — Всё нормально, — настойчиво повторила девушка. Они стали ждать. Эвелин прислушивалась. Мария помогла Элли обработать и забинтовать ногу и ссадины на плече. Казалось, прошло уже и пять минут, и десять. — Следующий уже должен был приехать, — взволнованно констатировала Эвелин. — Чёрт… Съезжу посмотрю, может, нужна помощь, — сказала Мария, ловко забралась в седло и ускакала. Через некоторое время приехал человек через одного в очереди. Присоединившись к стоявшим людям, проводив взглядом убегающую вслед за Эвелин толпу, он спросил: — А где Майк? — Не приехал, — отозвался Джордж, поправив шляпу, — Мария пошла проверить. — А план-то работает, — радостно заметил новоприбывший, окинув взглядом удаляющуюся толпу, и посмотрел на Элли, — Молодец. Он спрыгнул с лошади и стал копаться в рюкзаке, когда всех присутствующих отвлекло цветное свечение справа. Элли повернула голову: вдалеке в небо взлетел сигнальный патрон. — Твою мать, — одним движением, пусть и не совсем ловким из-за травм, она забралась на свободного коня и хлопнула его по бокам, заставив поскакать галопом под возмущённые крики наездника. Пистолеты с сигнальными патронами были выданы каждому участнику группы, но боеприпасов было мало, поэтому Мария дала чёткие указания стрелять только в самом крайнем случае, когда ты либо позовёшь на помощь, либо сейчас же погибнешь. Видеть сигнал со стороны, куда ускакала сама Мария, оказалось пугающе. Элли стискивала зубы, превозмогая ноющую и саднящую боль во всём теле, пока в её груди распалялась тревога. Через несколько минут она достигла места. Куча заражённых облепили Марию, которая кидалась в них всем, чем могла, уворачивалась и била нападавших наотмашь. Элли выхватила из кобуры пистолет, прицелилась и, не думая, выпустила полмагазина, убив несколько врагов до того, как они успели среагировать на звук. Но больше они себя ждать не заставили. Повернувшись к девушке, почти все тут же сорвались с места. Остались лишь те, кто напрямую атаковал Марию. Только заражённые отошли от женщины, Элли бросила в них коктейль Молотова: бутылка разбилась о голову бегуна, брызги спирта разлетелись в стороны, покрыв собой почти всех, кто бежал на девушку. Загоревшись, заражённые завопили, размахивая руками, а Элли, не теряя времени, расстреляла тех, до кого пламя не достало. Спрыгнув с коня, девушка не устояла на ногах, упав на колени, и, сдавленно застонав, сморщилась от боли, но быстро поднялась и побежала на помощь Марии. На ходу раскрыв нож одним ловким движением, она перерезала горло ближайшему бегуну, затем ударила второго, отвлёкшегося на неё, кулаком в нос, и рассекла потемневшую артерию и ему тоже. Щелкуном занялась Мария, запрыгнув на заросшую грибами спину и несколько раз ударив его кинжалом в ключицу. Затем она достала дробовик, и у оставшихся заражённых больше не было ни единого шанса. Когда на поляне остались только многочисленные трупы и две девушки, Элли, болезненно держась за бок, тяжело усмехнулась и сказала: — Ты просто уничтожила этого щелкуна. Сколько тебе лет вообще? На бледном лице сверкнула слабая улыбка. — Невежливо спрашивать о таком женщину, Элли. — Где Майк? — мгновенно посерьёзнев, спросила девушка. Мария молча указала в сторону от себя. Среди изуродованных мёртвых врагов валялось растерзанное тело, сплошь покрытое кровью, так что едва ли можно было сказать, что это человек. — Блять, — Элли присела на корточки, рассматривая несчастного. — Нужно будет принести его в город после всего этого. Со стороны поля боя раздался хлопок. Девушки повернули головы одновременно: там, откуда Элли только что приехала, в небо взмыл сигнальный патрон. — Вы что, издеваетесь? — нахмурилась она. Прискакав обратно, они увидели, что к группе выполнивших свою часть плана прибавился ещё человек, и все они в ужасе отбивались от новой волны заражённых. Мария потянула поводья на себя: на её обычно по-лидерски уверенном лице теперь проступило отчаяние. Припасы кончались, а враги — наоборот. Элли уверенно поскакала мимо толпы, невольно уведя нескольких заражённых за собой, к Эвелин. Она столкнулась с женщиной на полпути, и той пришлось отвадить одиночных преследователей и отправить к остальным. — Эв! Там вторая волна! — Да, я знаю, — крикнула в ответ Эвелин, и голос её задрожал, — Я почувствовала их и побежала назад! Она даже не сбавила ход, и Элли поскакала следом. Достигнув группы, женщина закричала на заражённых так, что у девушки заложило уши. Те, словно по команде, оббежали людей, направляясь к воротам. — И что делать? План тот же? — спросил Джордж, и даже в его голосе слышались нотки паники. — Их здесь намного меньше, чем в первой волне… — констатировала Мария, — Эвелин, что скажешь? — С-сколько у вас есть боеприпасов? — спросила та. — У нас с Мирой много, — сказал молодой парень, Кевин, — М-мы только в начале их использовали! — Разделите между собой на крайний случай, — распорядилась Эвелин, — Предупредите тех, кто ещё не вернулся с их частями орды… Я попытаюсь постепенно увести отсюда новых, но пока меня не будет, они, скорее всего, нападут на вас, так что будьте осторожны! — с концом этого предложения уверенность в щёлкающем голосе убавилась, — Й-если Мария не против. — Делай, что нужно, Эвелин, — твёрдо сказала женщина, — С остальным мы справимся. Даже несмотря на то, что Эвелин не видела свою собеседницу, она благодарно кивнула хозяйке города и помчалась к толпе, ломящейся в едва держащиеся ворота. Торопливо разделив припасы, люди повскакивали на лошадей и отправились к ещё не прибывшим участникам предыдущего плана. Элли уступила коня его законному хозяину, но стоило всем разъехаться, а Эвелин увести за угол первую партию заражённых, как толстые брёвна хрустнули: девушка с ужасом смотрела на то, как живое цунами, пусть и не такое огромное, как в начале, прорывается в город. Выхватив пистолет, Элли уверенно вогнала в магазин целую обойму и, игнорируя боль от ушибов, понеслась к воротам. На ходу она подстрелила несколько заражённых, но большая их часть уже была внутри, пробегая по дорогам и невольно круша всё на своём пути. Пробравшись в дыру в деревянной стене, девушка подумала, что стоит добежать до противоположных ворот и и открыть их, чтобы заражённые не разрушили стены и с той стороны. Но как их обогнать? Избегая внимания, Элли свернула на параллельную улицу и побежала по ней. Конечно, тягаться в скорости с бегунами было той ещё идеей. Остановившись, сняв со спины рюкзак, девушка достала единственную бомбу, которую ей отдала Мира, и осторожно её разобрала. В качестве оболочки бомбы выступала консервная банка. Элли сделала продольный разрез, отделила дно, развернула жестяной лист, насыпала совсем немного пороха и свернула, образовав трубочку толщиной примерно с палец. Вставив фитиль, загнула концы, закинула рюкзак на место и понеслась догонять толпу. Спустя время крики стали раздаваться ближе. Элли перебежала обратно на улицу, по которой двигались заражённые, подожгла фитилёк и швырнула самодельную петарду себе за спину, так далеко, как только смогла. Стоило небольшому взрыву разнестись слабой звуковой волной по городу, заражённые устремили в ту сторону взгляды, но Элли уже скрылась на параллельной дороге и, не останавливаясь, бежала к северным воротам. Ей удалось выиграть время. Где-то переулками, где-то чуть ли не по крышам она добралась до противоположной части забора незамеченной и принялась открывать ворота. До её ушей уже доносились визги и щёлканье, пока она, что было сил, толкала сперва одну дверь, потом вторую. Через проход в ширину нескольких человек она увидела, как огромная орда удаляется от города, и невольно почувствовала гордость за людей Джексона и за Эвелин. Но любоваться результатами работы было некогда: девушка нырнула в улочку между домами и спряталась за углом. Бегуны и щелкуны, добежавшие до ворот, остановились на несколько секунд, побегали кругами, как они делают, когда встревожены, но не могут найти причину, затем кто-то из них вытянулся, глядя в сторону орды, и первый побежал за своими. Остальные последовали его примеру, успешно покинув город через открытые ворота, словно цивилизованные люди, и Элли, выбравшись из укрытия, торопливо закрыла за ними огромные двери. Только деревянные створки коснулись друг друга, девушка съехала по одной из них спиной, опустилась на землю, согнув колени, и выдохнула. Дыхание сбилось, а в груди бушевало привычное чувство опасности. Однако адреналин очень быстро закончил своё действие в крови, и Элли почувствовала, как руки и ноги наливаются слабостью, становятся тяжелее. Но она не могла позволить себе сидеть без дела, когда снаружи люди сражались за этот город. Решительно поднявшись, она проковыляла несколько кварталов и вошла в обувную мастерскую. В деревянном полу был металлический люк, ведущий в подвал, где на полках хранились инструменты, но в случае опасности это место, как и другие подвалы в городе, использовалось в качестве убежищ. Тяжело рухнув на одно колено, Элли постучала по люку. — Это Элли! — крикнула она. Через несколько секунд засов внутри щёлкнул, и из-под люка показалось встревоженное лицо работника конюшни. — Всё в порядке? Я слышал заражённых… — Мне нужна здоровая лошадь. — Сейчас, — открыв люк нараспашку, он спустился по лестнице и громко спросил, обращаясь ко второму конюху в глубине подвала, — Джек, кого ей можно отдать? — Мне сейчас немного не до этого, Стив! — возмутился Джек, но всё же ответил на вопрос, — Япония нормальная… И Серпантин тоже. Остальных лучше держать здесь. — Японию я не возьму, — твёрдо сказала Элли, не желающая рисковать лошадью Дины, — А Серпантина давай. Стив передал Элли поводья, и она поманила чёрного коня наверх. — Седла нет, — предупредил Стив. — Да похеру. В глубине подвала, в углу, который был вне поля зрения Элли, вдруг раздался тяжёлый болезненный стон, слабым эхом отчеканивший от стен с полками. Голос явно принадлежал лошади. Девушка нахмурилась. — Что у вас там происходит? — Кобыла твоя рожает! — отозвался Джек из того же угла, — Ну и время выбрала!.. — Что? — одними губами произнесла Элли, но тут же мотнула головой. Она подумает об этом позже. Сейчас есть дела поважнее. — Эй, — Стив остановил её, придержав люк, когда Элли уже почти закрыла его, — Как там наши? Девушка ответила только после небольшой паузы. — Живы не все, — честно сказала она, — Но с ордой мы справляемся. — Ясно, — кивнул Стив, — Да хранит вас Бог. Выйдя из здания, забираясь на коня, Элли подумала, что это именно то, что сказала бы Эвелин. И, слыша из-за стен далёкие крики бегунов и щелкунов, она несколько раз хлопнула Серпантина по бокам, решительно и как можно быстрее двигаясь назад, в самое пекло. Достигнув южных ворот, Элли увидела, что трупов перед пробитой заражёнными дырой прибавилось, а также стало больше людей, стоявших в отдалении, спина к спине, отстреливающие врагов. Тех осталось довольно немного: Элли помогла людям, выцепив парочку бегунов пулями из пистолета, а когда подбежала, Мария сразу же сказала: — Элли! Эвелин увела последнюю партию, которую привели мы с ребятами! — улыбка на её лице растянулась до ушей, когда она, сделав выстрел из дробовика по последнему движущемуся на неё заражённому, повернулась к девушке, — Мы смогли. Элли слезла с коня. — Это кончилось? — словно не веря, она оглянулась вокруг. На пустыре валялось бесчисленное множество трупов, но ни одного живого заражённого. Девушка окинула взглядом группу людей, затем снова посмотрела на Марию, — Все остальные целы? — Лиза так и не привела свою часть орды, — тяжело ответила женщина, — Мы сделали это за неё. Элли потерянно рассматривала разбросанные по полю окровавленные тела. Мария подошла к ней на шаг, положила руку на плечо и негромко сказала: — Мы сделали это. Пошли домой, Элли. Девушка дождалась Эвелин и вошла в ворота, любезно открытые уже вошедшими в город людьми группы. Мария поднялась на постовую площадку на заборе и подала звуковой сигнал, значащий, что опасность миновала. Из убежищ начали опасливо выходить люди: сперва взрослые выбирались сами и лишь после этого, убедившись, что снаружи безопасно, выносили и выводили детей. Элли увидела, как по улице из отдалённого от входа в город убежища к ней быстрым шагом идёт Дина. На её лице полыхало волнение, но, стоило ей приблизиться и налететь на девушку с искренними объятиями, как губы невольно дрогнули, поднимаясь в слабую улыбку, а из тёмных глаз потекли слёзы радости. — Вы смогли! Ты жива! Я так рада! — прошептала Дина ей на ухо. Элли крепко обняла её в ответ. Но вскоре та отстранилась и осмотрела девушку с ног до головы, — Боже мой, что с тобой случилось? — Слишком много, чтобы рассказывать сейчас. Где Джей-Джей? — С родителями Джесси. Тебе нужна какая-то помощь? — Нет. Иди к ним, — огладив ладонями предплечья черноволосой девушки, Элли нежно сняла её руки со своих плеч. Та кивнула и торопливо ушла, пробираясь через толпу собравшихся проведать людей после боя. Со спины к Элли подошла Эвелин. Сперва коснулась её плеча, а когда девушка повернулась, чувственно обняла её. — Я рада, что с тобой всё хорошо, — тихо произнесла она. — А ты в порядке? — Элли нерешительно прижала ладони к рельефной спине. — Да. Я в порядке. Девушка вдохнула и робко отстранилась. Эвелин слегка улыбнулась: из-за деформированного лица это выглядело странно и немного пугающе, но только не для Элли, которая успела привыкнуть к заражённому, живущему с ней бок о бок. Сразу куча народу подошла к женщине: люди стали наперебой говорить, что она их герой, и Элли тихонько отошла от этого гама. Устало забравшись на спину коня, рысью поскакала к убежищу конюхов. Она застала Стива выводящим лошадей на поверхность. Спрыгнув с Серпантина, между делом погладив его шею, Элли спросила: — Как Барда? — Зайди да посмотри, — с улыбкой ответил Стив. Девушка спустилась по деревянной лестнице в слабо освещённое помещение и увидела, что Джек уже занимается другими лошадьми, в дальнем углу лежит Барда, а рядом с ней — тёмно-коричневый жеребёнок. Малыш, судя по всему, ещё не вставал: его тонкие ножки вытянулись вперёд, хотя он и поставил передние копытца на пол, а задние неуклюже распластались в стороны. На мордочке застыла некоторая растерянность. Шерсть была мокрой, Барда вылизывала ему спину. Элли нерешительно подошла. — Девочка родилась, — улыбаясь, сообщил Джек. — Как всё прошло? — серьёзно спросила Элли, посмотрев на конюха. — Неплохо. Она, вообще, похоже, уже старовата для таких подвигов, — он усмехнулся, — Но родила без происшествий. И с жеребёнком всё нормально. Девушка присела к детёнышу и осторожно поднесла руку. Малышка тыкнулась в пальцы мокрым носом. Её шерсть была цвета крепкого-крепкого кофе, а на мордочке проступали едва заметные мелкие пятнышки, напоминающие светлые веснушки. Элли взяла голову жеребёнка обеими ладонями, аккуратно, едва касаясь, и малышка подняла свои крохотные тёмные глазки прямо девушке в лицо. — Привет, — нежно сказала Элли, погладив мордочку подушечками больших пальцев, — Магма. Повернув голову к Джеку, она произнесла уже громче: — Её зовут Магма. Это будет моя лошадь. — Как скажешь, — согласился конюх и повёл на поверхность очередного коня.**
Следующие несколько недель люди восстанавливались морально и физически. Сперва были проведены похороны для погибших, затем — общее собрание, на котором Мария рассказала о бое, поблагодарила всех за участие в спасении города, толкнула воодушевляющую речь, которую Элли почти не слушала, и уделила особое внимание заслугам Эвелин. Женщине аплодировал весь город, Мария лично благодарила её, и Элли видела, как Эвелин смущается, хотя даже не видит лиц людей вокруг. Девушка невольно улыбнулась. Заражённой выделили свободный дом в нескольких кварталах от дома Элли. Небольшой, конечно, но многие вызвались помочь женщине убраться в нём и привести к должному виду для заезда. Она очень сердечно их всех благодарила. После этих формальностей все, кто мог, приступили к работам по восстановлению города. Люди собирали трупы заражённых в кучи и сжигали, заделывали пробоины в воротах и стенах. Элли казалось, что события минувших дней лишь подняли настроение жителям Джексона, как-то вдохновили их. Может, им придала сил победа, но все работали, не покладая рук, улыбались друг другу, шутили шутки и поддерживали родственников погибших. После боя Элли около часа провела в ванной, отмывая от кожи грязь и кровь. Затем обработала все раны и ссадины, перевязала голень и плечо, выбросила безнадёжно испорченную в бою одежду и достала из своих вещей другие джинсы и обтягивающую чёрную футболку. Сунув ноги в чёрные кеды, она пошла к Марии и вместе с остальными записалась на работы по уборке тел заражённых. Однажды вечером, после очередной работы в городе, проходя мимо здания с баром, в котором проводились вечеринки, Элли услышала, что её кто-то зовёт. Нахмурившись, она покрутилась, и обнаружила машущего рукой кузнеца на крыльце дома напротив. — Что? — подойдя, спросила девушка. — Тебя искал Томми. Я обещал, что передам, когда ты вернёшься. Элли устало вздохнула. — Ладно, где мне его найти? — Он сейчас живёт в доме Джоэла. Скорее всего, он там. — Хорошо, спасибо, — вяло кинула девушка, уходя дальше по дороге. Что ему может быть нужно? Несколько кварталов, и она на месте. Поднявшись по ступенькам крыльца, остановившись перед дверью, Элли невольно сглотнула. Возвращаться сюда снова было… тревожно. Сжав кулак, она постучала. Долго ничего не происходило, и она уже было подумала, что дома никого, но вот внутри что-то зашуршало и дверь открылась. На пороге стоял Томми, одной рукой держась за дверную ручку, а второй сжимая горлышко открытой бутылки пива. Он выглядел плохо: хвостик на голове растрепался, несколько прядей выбились из резинки. На футболке были пятна, а бороду он явно давно не подбривал, очень уж она переросла и теперь неаккуратно топорщилась в стороны. — Ты меня искал? — хмуро спросила Элли. — Проходи, — сказал Томми и практически втолкнул её внутрь дома, — Присаживайся, чувствуй себя как дома и всё такое. Его голос звучал низко, тяжело, и сам он явно был пьян. Элли мельком оглядела первый этаж дома: от порядка, который поддерживал Джоэл, не осталось и следа. Повсюду была пыль, на полу — грязь, вещи разбросаны, почти все жалюзи опущены либо до конца, либо наполовину. Одежда валялась на диванах и висела на спинке одного стула на кухне, повсюду стояли немытые кружки и пустые бутылки из-под пива или виски. — Предложить мне нечего, только у Джоэла там остался кофе… — Что ты хотел? — Элли села за обеденный стол, положив не него локоть, и взглянула на мужчину исподлобья. Он тоже тяжело приземлился на стул рядом, повернулся лицом к собеседнице, вальяжно развалившись, и отпил из горлышка бутылки, сморщившись после пары больших глотков. — Тебя долго не было. Дина сказала, ты ушла, — произнёс он, пытливо глядя в зелёные глаза. Элли выдержала взгляд, но сильнее сжала челюсти. — Да. И что? — Да ничего, — как ни в чём не бывало, Томми пожал плечами и посмотрел в окно, — Интересно, как твои дела. Два года мы думали, что ты мертва, а теперь пришла, как снег на голову… Двух пальцев нет. — Ты хотел послушать о моих приключениях? — саркастично спросила Элли. — Я хочу знать, — мужчина вернул взгляд ей в зрачки. На его лице застыло холодное пытливое выражение с каплей пьяного безумства в здоровом глазе, а в голосе прозвучали металлические нотки, когда он задал вопрос, — Ты сделала, что обещала? Элли молчала. Молчала, потому что не знала, что ответить, и потому что горло сдавило страхом, как только до неё дошла суть вопроса. Несколько секунд они провели в тишине, но потом девушка уверенно, с затаённой злостью в глазах посмотрела на Томми, и голос её балансировал на грани между ровным звучанием и откровенной дрожью, когда она холодно произнесла: — Да. Сперва оставшись неподвижным, через пару секунд мужчина опустил взгляд и покивал. Сделал ещё несколько глотков из бутылки. — Хорошо. Уставшая, Элли сидела на диване у себя в доме. В окно пробивался жёлтый свет от заката, освещая умиротворённо парящую в воздухе пыль. Девушка опиралась предплечьями о колени держала в руке дневник, раз за разом перечитывая тревожащие её разум строки.«Помогу им и уйду обратно. Теперь я знаю, где Светлячки. Со знанием, что все, кого я люблю, в безопасности, больше мне терять точно будет нечего.»
В дверь постучали. Тяжело вздохнув, Элли закрыла блокнот, сунула его между диванными подушками и неторопливо подошла ко входу. Ручка щёлкнула. На пороге стояла Эвелин. — Привет, — первой поздоровалась Элли, коротко обняв заражённую. Она позвала её к себе домой сегодня утром, и женщина с радостью пообещала, что придёт. — Привет, — пройдя внутрь, она покрутила головой, словно видела что-то. Её голубые бусы тихонько, задорно гремели, — Ты не против, если я… покричу? — Да пожалуйста. Набрав в грудь воздуха, Эвелин наклонилась, отведя назад руки, как обычно делают щелкуны, и одним криком охватила всю комнату. Элли знала, что это помогает ей ориентироваться. — У тебя здесь уютно, — сказала заражённая. — Забавно слышать это от тебя, — девушка плюхнулась на диван. Усмехнувшись, Эвелин прошла к дальней стене, обогнув кофейный столик, словно и в самом деле была зрячей. — Здесь стоят книги? — поинтересовалась она, коснувшись небольшой полки справа от письменного стола. — Ага. В основном мои комиксы, я тебе как-то про них рассказывала… — Да, ты хотела, чтоб я почитала, но мы их так и не нашли, — она грустно вздохнула, — А теперь я уже и не могу их прочитать. — Ну… может, я как-нибудь почитаю тебе… можно описывать, что на картинках и читать, что они говорят… — Было бы здорово, — женщина улыбнулась, повернувшись к собеседнице. — Ну, садись, — Элли указала рукой на диван, и Эвелин опустилась рядом. Обе сидели вполоборота, лицом друг к другу. Элли первой начала разговор, — Ну, как тебе в городе? — Я о таком и мечтать не могла! — восторженно воскликнула заражённая, эмоционально жестикулируя, — Не только когда заразилась, но и вообще! Все такие милые! Я чувствую, конечно, что все ещё ведут себя напряжённо, когда я захожу… Ну, я представляю, что они чувствуют. Но всё равно! На первом распределении работ, когда я зашла, все сидели на скамейках, и мне было неудобно кричать, и тогда одна девушка подошла и предложила помощь! Она взяла меня за руку и отвела на свободное место. Представляешь? Я думала, им будет противно меня трогать! — А что за девушка? — улыбнулась Элли. — Она сказала, её зовут Бонни. И вообще, каждый, кто меня видит, подходит и благодарит за спасение! Мне до сих пор как-то неловко. — Они правы. Без тебя мы бы это не пережили. Эвелин опустила голову на секунду и улыбнулась. — Мария предложила мне участвовать в патрулях по зачистке орд, — воодушевлённо сообщила она, — А в обычное время помогать обучать начинающих патрульных на курсах и ходить с ними в первые патрули для подстраховки. — Здорово, — улыбнулась девушка. — Это очень круто! Я бы никогда не подумала, что меня так примут! Ещё и занятие нашлось! Молчание затянулось дольше, чем на пару секунд. Элли торопливо набрала в грудь немного воздуха и выпалила: — Слушай, нам надо поговорить. — Хорошо, — спокойно согласилась Эвелин. Девушка вздохнула. — В общем… Мы много пережили вместе… — Это точно! — заражённая улыбнулась. — И… у нас были… кхм… неоднозначные моменты… — Элли прикрыла глаза на секунду, прошептав короткое «боже», — Я хочу спросить… Что ты думаешь о нас? — Я не знаю, Элли… — неуверенно протянула Эвелин. Были бы у неё брови, она бы точно нахмурилась. — Я тут много думала… Я имею в виду, твой круг общения теперь больше, чем только я, ты живёшь в обществе! В городе… И я думала… Не было ли это ошибкой? То, что было между нами? — А это вообще было серьёзно? — опустив голову, тихо спросила женщина. — Я не знаю. Я спрашиваю тебя. — Ты хочешь расстаться? — прямо спросила Эвелин и тут же добавила, — Если мы, конечно, были вместе… — В-вроде того. Я думала… тебе не нужно такое обременение, в смысле… Мы просто целовались, ведь так? Я хотела всё прояснить, чтобы избежать недопонимания… — Без проблем, — вдруг сказала она такой лёгкой, непринуждённой интонацией, что Элли даже сперва нахмурилась, — Ты всё равно дорога мне, Элли… но, если ты так хочешь, то те поцелуи ничего не значили. В конце концов, я сама не пустила тебя дальше… — Ну, я не хочу совсем терять тебя, — поспешно разъяснила девушка, — Я хочу общаться… Вот, может быть, читать тебе или просто разговаривать… Можем ходить в патрули вместе… — Хорошо, — она улыбнулась, — Я понимаю. — Значит… Между нами всё в порядке? — С моей стороны — абсолютно. Помедлив секунду, Элли невольно облегчённо выдохнула и расплылась в улыбке. — Круто. — Ну… Я, наверное, пойду? — Д-да… — Уже темнеет… И, наверное, сегодня нам обеим надо подумать обо всём… — Да, — сдавленно ответила девушка, — Думаю, ты права. Они встали с дивана, прошли к двери. Несколько секунд стояли друг к другу лицом в тишине. Эвелин первая подалась вперёд для объятия. Элли ответила, но они очень быстро отстранились, и заражённая, неловко улыбаясь, вышла за дверь. — Пока, — тихо произнесла Элли. — Пока, — шепнула женщина, спустилась с невысокого крыльца и услышала, как кто-то идёт ей навстречу. Элли тоже не спешила закрывать дверь. По тропинке от деревянной калитки к дому Элли шла Дина. На ногах у неё были шорты и ботинки с распустившимися шнурками, на торсе — майка и накинутая сверху потрёпанная кофта. Волосы, собранные в пучок, шли чарующей волной, пряди на затылке небрежно спадали на плечи, а короткие волосы у лица завивались в кудряшки. В тёмных глазах мерцала привычная для девушки искорка, на лице красовалась лёгкая, как всегда, улыбка. Эвелин улыбнулась. — Привет, Дина, — сказала она. — Привет, Эвелин, — радостно ответила Дина, — Как у тебя дела? Я слышала, Мария предложила тебе ходить в патрули! — Да… думаю, соглашусь. — Это же отлично! — искренне улыбнулась девушка, — Поздравляю! — Спасибо, Дина, — женщина обогнула собеседницу и медленно, смущённо, но решительно двинулась прочь от дома, — Хорошего вечера. — И тебе! — Дина помахала заражённой, словно бы та могла это увидеть, но Элли была уверена, что Эвелин услышала движение ладони, колебание воздуха или что-нибудь ещё, что сказало бы ей о произошедшем. Черноволосая девушка подошла к крыльцу и остановилась в нескольких метрах от двери. Улыбнулась губами. Элли, до этого сжимавшая в руке дверную ручку, в тот момент словно потеряла всякие оставшиеся моральные силы. В два шага она оказалась возле Дины и порывисто обняла её, скрывая собравшиеся в уголках глаз слёзы. Дина с удовольствием ответила на объятие. Её улыбка расширилась, оголив белоснежные зубы, когда она нежно прижала девушку к себе. Они стояли так секунд тридцать, молча, пока закатное солнце освещало их макушки своими последними лучиками, прежде чем скрыться за крышами домов. Спустя ещё некоторое время, не разрывая объятий, таких тёплых, таких родных и успокаивающих, крепких и в то же время невероятно нежных и аккуратных, дурманящих, пьянящих, словно хорошее вино, Дина тихо произнесла: — Я скучала, Элли. Элли прерывисто вдохнула, вкушая лёгкий аромат шампуня и мыла, которыми пользовалась черноволосая девушка, смешанный с запахом её тела, таким неповторимым и неуловимым, и ответила: — Я тоже, — прижав её к себе ещё сильнее, она уткнулась носом в выбившиеся из пучка чёрные волосы на затылке, вновь вдыхая запах шампуня, и с её губ слетел искренний, трогательный шёпот, — Я тоже очень скучала, Дина.
