Под тем деревом

— И мне тоже, пожалуйста, — Микаса протянула свой бокал, а Энни, в свою очередь, наполнила его яблочным сидром.     Летнее солнце пекло голову, так что компания, состоящая из Микасы, Армина и Энни удобно устроились под тем самым деревом с пышной, сочно-зеленой кроной, где Эрен с друзьями часто играли в детстве. Это место, кажется, совсем не изменилось с тех пор: всё тот же вид на город с высокого холма, зелёная мягкая трава, что щекочет голые стопы, а тень под сотнями, а то и тысячами листьев всё так же была прохладной и спасала от июльской жары. Изменилось, пожалуй, лишь то, что тех огромных, таких ненавистных Эрену стен не было, за ними раскинулся вид на обширные земли, где уже начали строить новые дома, расширять Сигансину.     С конца войны с титанами прошло уже целых два года и как в Элдии, так и в Марли мирная жизнь идёт своим ходом. Никто даже не задумывается о тех ужасах, что происходили совсем недавно. Бывшие солдаты уже обзавелись семьями, а кто-то мирно доживал свой век в кругу близких и друзей.. — Габи и Фалько так выросли! — Армин и Энни приплыли в Парадиз навестить подругу после столь долгой разлуки. И теперь, наконец встретившись за бокалами освежающего сидра да клубничного пирога, друзья могут поделиться захватывающими или просто спокойными историями друг с другом. — Они теперь присматривают за капитаном Леви. Представляешь, у него даже волосы местами уже побелели! — Армин смешно жестикулировал, изображая руками что-то на подобии шапки над головой. — Не думала, что он может стареть, — прикрыв рот кончиками пальцев, хихикнула Микаса, а за ней продолжила Энни: — А ещё, он теперь возится с детьми, рассказывая им разные истории, и даже раздаёт им конфеты. Из бедного мужчины буквально сделали сиделку! — вечно хмурая и, казалось, сердцем изо льда Энни тоже изменилась. После окончания войны она буквально расцвела: стала более открытой, а улыбка с её лица практически не спадала. Что же, Армин явно на неё хорошо повлиял, раз смог растопить её холодное сердце. Назовём это "Арминотерапией", а почему нет? — А ты как, Микаса? — отпивая глоток освежающего напитка, блондинка обратилась к подруге.     Та же, поглаживая чёрного кота, что лежал у её ног, задумалась: а что же интересного ещё рассказать? Ведь что она, что пара уже так долго здесь сидели, что, казалось, обо всем на свете успели поговорить. Но, не успела девушка и слова вставить, как кот выпрыгнул из-под её ладони и рванул вперёд к ногам подошедшего к компании парня. — Ну наконец-то! — поднял голову Армин с яркой улыбкой. Его примеру последовали и девушки, а Микаса даже рукой помахала, подзывая долгожданного гостя к себе, — пока тебя дождёшься, состариться успеешь, — Арлерт наигранно нахмурил брови. — Прости–прости, дела были. Овец так просто не загонишь в овчарну, — оправдывался юноша. — Ну всё-всё, достаточно, — Микаса нежно приобняла плечо шатена, — тут ещё остались три куска пирога для тебя. Угощайся, Эрен. — девушка махнула рукой предлагая тому выпечку, пока Армин протягивал ему бокал сидра.     Эрен любезно принял угощение, и компания, пополнившаяся брюнетом, продолжила весело проводить время все вместе...

***

    К вечеру, попрощавшись, Энни и Армин удалились в свой дом на время прибывания в Элдии, а Микаса с Эреном прибрали место пикника, пока черненький кот бегал под ногами, веселя первую и раздражая второго. — Всё никак не снимешь этот шарф? — через минут десять они уже бок о бок шли по дороге домой с мурчащим котом на плече Микасы. — Не могу. Это ведь твой мне подарок, — привычно прикрывая нос красной тканью, мягко ответила брюнетка.     На это шатен лишь вздохнул: переубедить девушку он никак не мог, да и она сама с этим шарфом и тем, как она им дорожит, умиляла Эрена, заставляя его влюбляться в неё ещё больше.     Вот уже почти доходя до двери, Эрен опрокинул голову и полной грудью, будто в последний раз, вдохнул свежий вечерний воздух. — Птицы высоко... — как-то невзначай вбросил он и опустил взгляд на Микасу. — Да, — коротким кивком поддержала его девушка и тоже взглянула на небо, а шатен продолжил: — Микаса, пообещай мне, что снимешь и забудешь про этот шарф, когда меня не станет, — непонимающий и, даже слегка обеспокоенный, взгляд Микасы заставил его отвернуть голову, и теперь он сверлил взглядом деревянную дверь перед собой. — Почему... ты так говоришь, Эрен? — тихо спросила брюнетка в попытках заглянуть в глаза парня, но тот всё никак не отводил взгляда с одной точки. — Эрен, ответь, — теперь беспокойство в голосе Микасы ничем не было скрыто.     Мурчание под ухом резко утихла, да и на плечо больше ничего не давило: кот куда-то внезапно пропал. Пропал так же, как и скатерть, на котором полчаса назад весело сидели и бурно говорили о том, о сём старые друзья, пропала корзина с грязной посудой и недоеденным пирогом. Остались лишь они одни. Эрен и Микаса, и бесконечное зелёное поле вокруг, да маленький домик перед ними.     Шатен наконец таки соизволил прислушаться к девушке и повернул голову в её сторону. Его, вдруг отросшие волосы, медленно, плавно упали с его плеча, а под глазами тянулись красные линии до самых щёк Эрена: — Забудь меня, Микаса, — несмотря на все тот же спокойный и мягкий тон шатена, девушка не находила себе места. Её сердце бешено колотилось в груди, а на глазах наворачивались горькие слезы.     Взмах мечом и изумрудные, так любимые Микасой глаза, навечно закрылись из-за неё же. — Прощай, Эрен, — голос любимой, едва ли выше шепота, стал последним, что услышал парень в своей жизни.