divine wriolette

Когда Герцог, начальник Крепости Меропид и просто любимый Рио болел, будь то диковинный Фонтейновский вирус или обычная простуда, его приступы учащались и становились страшнее в тысячи раз. — Я не понимаю твоих ебучих человеческих принципов. В чем проблема принять лекарство, когда это так необходимо, и ты это прекрасно понимаешь? — Невилетт впринципе никогда не позволял себе ругаться, а когда речь шла о Ризли, он даже злиться на него редко мог. Но когда речь идёт о здоровье этого комочка на кровати, Невилетт не мог сдерживать себя. Мужчина, сидящий рядом с ним на краю кровати с таблеткой и водой в руках, не дождавшийся ответа на свое недовольство, кладет стакан воды и белую таблетку на тумбочку рядом с кроватью, затем кладет руку на плечо Ризли. — Я вижу, что тебе плохо, но нельзя так. — Он попытался развернуть Ризли к себе, но тот одернул плечо, сильнее укутавшись в одеяло. Это была обычная простуда. По работе Герцогу пришлось спускаться в складские помещения тюрьмы, где всегда сыро и холодно. После рабочего дня он ещё и знатно замерз по пути домой, так что обморозив себе все что только можно, тем же вечером слёг с температурой. Белая таблетка, которую Невилетт заставлял его пить, была не связана с болезнью. От простуды он лечился как можно скорее. Это была таблетка от его ночных приступов, которые обострялись во время любого заболевания. Приступы сопровождались кошмарами во сне, а после — паническими атаками, иногда даже лунатизмом, которые могли не прекращаться по часу. Почему он отказывается пить их? Эти таблетки делают его ходячим, безэмоциональным трупом, и Ризли ненавидел себя так чувствовать. Никаких эмоций, все вокруг одинаковое и безжизненное. А когда он пил полный курс этих таблеток, у него начались проблемы в постели. Едва ли сами таблетки избавляли его от кошмаров — они становились значительно реже, но не пропадали насовсем. Наконец Ризли отреагировал на измученного упрямством своего партнера Невилетта, чуть развернувшись к нему. — Я повторю в сто первый раз: я ценю твою заботу, но пить это я не буду. — Вымолвил он хрипло, слабо, но уверенно и твердо. Невилетт обреченно рухнул на кровать. — Ты знал, что ты невозможен? — Он посмотрел на него, поймав на себе невинный взгляд, затем тяжело вздохнул. — Если я мешаю тебе спать своими кошмарами, я могу поспать в другой комнате. — Ризли насупился, скрестив руки на груди, но вместо ответа получил несильный толчок в плечо.

***

Невилетт закончил свои предсонные процедуры и вернулся в постель к Ризли, предварительно замерив его температуру. — Все ещё 37,5. — Бе. Самая мерзкая температура. — Ризли устало хныкнул, уткнувшись в плечо Невилетта. — Принести мокрое полотенце? — Судья погладил его по голове, внимательно наблюдая за ним. — Ты итак очень много для меня делаешь. Чересчур много. — Он коротко поцеловал его в плечо, не пошевелив головой. — Чересчур? Видимо, я и правда слишком давлю на тебя.. — Невилетт искренне задумался, отведя взгляд в сторону. Хоть он и достиг невероятных высот в познании человеческой натуры, встречаясь с Герцогом уже больше года, иногда его природа давала о себе знать. Ризли тихо посмеялся. — Я пошутил, дурак. — Обняв его крепче, Ризли замолчал, настроившись на сон. — Спокойной ночи, Нёви. — Он понимал, что скорее всего, эта ночь спокойной быть не намерена, но искренне надеялся, что сегодня все будет иначе. — Сладких снов, Рио. — Невилетт устроился поудобнее, укрыв себя и Ризли одеялом, и обнял его крепче, словно стараясь обезопасить от чего-то. Только вот от самого себя обезопасить вряд ли вообще возможно.

***

Изученное, ранее крепкое, но сейчас исхудавшее, такое губительно родное лицо, полностью бледное, безжизненные, красные глаза, и… висящее в их гостинной на люстре тело. Страх. Вина. Какого черта. — Я ещё раз повторяю, какого черта?! — Вскрикнул Ризли, оглядываясь, будто пытаясь найти виновника преступления. А в его сне, виновником был сам Ризли. — КТО ЭТО СДЕЛАЛ? — Ризли подбегает к висящему под потолком Невилетту, обхватывая его и пытаясь поднять, но веревка на шее затянута слишком туго. — НЁВИ!!! — Его голос оборвался в болезненном крике, когда он еще раз всмотрелся в его мертвое лицо, положив ладони на щеки такого же мертвого Невилетта, о чем пожалел, ведь это позволило ему еще раз почувствовать, насколько его тело холодное, а кожа сухая. Ризли начал задыхаться. — Кто сделал это с тобой… боже, если я узнаю, я УБЬЮ ЕГО! — Ризли уткнулся лбом в бездыханную грудь, не справляясь с потоком слез. — Ты. — Хрипло донеслось сверху, и Ризли резко поднял голову вверх. Его глаза округлились, и он застыл в ужасе: безжизненные глаза Невилетта вдруг смотрели прямо в его душу, словно подтверждая, что ему не послышалось. — Неви..? Но как… — Ризли не прекращал плакать. его хриплый голос менялся в тональностях и дрожал, как и все его тело. — ТЫ СТАЛ ПРИЧИНОЙ МОЕЙ СМЕРТИ, ТЫ ПОСТОЯННО ВЫМАТЫВАЕШЬ МЕНЯ СВОИМ ХАРАКТЕРОМ И СЛАБОСТЬЮ, ТЫ НИЧТОЖЕСТВО, КОТОРОЕ ЗАСТАВЛЯЕТ ЛЮБИМОГО ЧЕЛОВЕКА НЕНАВИДЕТЬ ТЕБЯ. Я СТРАДАЛ РЯДОМ С ТОБОЙ, И ТЕПЕРЬ МНЕ ДАЖЕ ЛУЧШЕ, ПОДАЛЬШЕ ОТ ТВО.. — До этого момента каждое слово врезалось пулей в его сознание, но теперь Ризли просто потерял это самое сознание, не в силах больше справляться с тем, что он слышит, видит и чувствует. Он очнулся на своей кровати, но не сказать, что пришел в сознание. От слова совсем. Он сел на кровати, довольно резко, но недостаточно, чтобы разбудить Невилетта, мирно спящего рядом. Герцог не мог даже определить частоту своего дыхания, слишком сбивчивое. Но можно было уверенно сказать, что он задыхается. Он кинул взгляд на Невилетта. Все так же красив. Во сне он хмурился, обнимая Ризли за руку. «Ему снятся кошмары из-за меня..»— Додумал больной мозг Ризли. Его мысли были заполнены тревогой и уверенностью в том, что Невилетт страдает из за того, что Ризли рядом. Каждую минуту и секунду. Сознание снова помутнело, Ризли, словно ведомый темной силой, поднялся с кровати, накинул на себя свое пальто и залез в ботинки, вышел из входной двери в дом, с пустым взглядом, будто он не уходил от Невилетта подальше, лишь бы не мучить его своим существованием, а делал что-то обычное в 4 утра. Невилетт действительно проснулся от кошмара, и обнаружив рядом с собой пустоту, вместо любимого волчонка, а затем и звук захлопнувшейся входной двери, не на шутку запакниковал. — РИЗЛИ! — Он подскочил, мигом накинув халат и прямо в тапочках выбежал на улицу. Ризли, стоявший в этот момент весь в слезах во дворе, обернулся, увидев бежавшего к нему Верховного судью, лишь сжал кулаки и рванул к воротам. Невилетт попытался схватить его за руку, но ничего не вышло. Невилетт понял, что происходит. Он нахмурился, вытянув руку вперед, плитка перед бегущим Ризли стала мокрой, и тот поскользнулся. Невилетт лишь на долю секунды превратился в небольшой сгусток гидро материи, тут же оказался рядом с Ризли, у самых ворот, и подхватил падающего беглеца за талию и тут же на руки. Тот лишь измученно и слезно смотрел на него. — Ну и куда ты собрался в одних трусах и пальто в такое время? Почему меня с собой не позвал? Потому что выглядит это всё очень даже интересно. — Его голос и взгляд, насквозь пилящий лицо Ризли, звучали донельзя строго. — Отпусти… это для твоего же блага... Невилетт не мог не заметить, что Ризли трясло. — Знаешь что, Рио? — Он направился к дому с ним на руках, — Я даже слышать этого всего не хочу. Мы идем домой. — Невилетт действительно переживал за него, но это все было пройдено уже тысячи раз, и он понимал, что слова сейчас не помогут. — Потому что ты устал все это слушать. — Ризли спрятался в плече Невилетта, продолжая лить слезы. — Да, устал. Но не потому, что я устал от тебя, а потому, что я устал от того, что моему любимому каждую ночь приходится страдать. И даже то, что я устал, вовсе не значит, что я когда-нибудь сдамся и брошу тебя. — Они тем временем зашли в дом, Невилетт снял с Ризли ботинки и плащ и уложил его на кровать, закрыв дом на три замка, затем вернулся к Ризли. Он был готов к дискуссии и очередному успокоению, ведь после его кошмаров обычно следовал лунатизм либо панические атаки, а затем долгие слезы. Тут было все и сразу, но к удивлению вернувшегося в комнату Невилетта, Ризли лежал на кровати и… — Ты что, спишь? — Невилетт поднял брови и не смог сдержать своей грустной, слабой, но искренней улыбки, когда действительно не дождался ответа от за минуту уснувшего, вымотанного Ризли. Невилетт лег рядом с ним, внимательно смотря на любимого. Его губы были слегка поджаты, все щеки были мокрые от слез, и сам он как его Невилетт уложил на кровать, в позе поющей балерины, так и уснул. Невиллет тяжело вздохнул. На этот раз он даже не узнал, что же этой бедной черно-серой головушке снилось. Он погладил его по влажной щеке, с искренней грустью и сожалением смотря на него, понимая, что он не в силах помочь тому, кому хотел бы подарить целый мир.

***

На следующее утро, когда за завтраком Ризли рассказал Невилетту о своем сне, а Невилетт поведал первому, что тот вытворял во время лунатизма, оба лишь тяжело вздохнули. Ризли подошел к Невилетту и крепко обнял его, зарываясь пальцами в длинные, роскошные волосы. — Прости меня. — Ризли чмокнул его в макушку, не разрывая объятий. — Тебе не за что извиняться. С сегодняшнего дня ты пьешь новые таблетки, которые доставят после обеда. И отказы не принимаются. Я отправил твои медицинские данные лучшему врачу Фонтейна, и он порекомендовал те, которые, по его словам, должны действовать на твою бедовую голову, но из побочных эффектов будет одна единственная сонливость, и то, если не повезет. Ризли засветился. — Спасибо, Нёви!! — Он расплылся в улыбке, понимая, как сильно заботится о нем Невилетт, и насколько ему дорога эта забота. — Надеюсь, ты понимаешь, что больше у тебя нет права на отказ от курса лечения. — Он встал, оказавшись чуть выше Герцога, и взглянул ему прямо в глаза. — Я обещаю тебе. Хотя, меня никто и не спрашивал, но обещаю, что противиться не буду! — Он потянулся поцеловать Невилетта в щеку, но вместо этого оказался схваченным за задницу и поднятым сильными руками, а его губы были нежно, и, даже как-то по лечебному, накрыты чужими.