Слуга Фараона

      Вейвер никогда в жизни не был настолько популярен, чтобы его приглашали на какие-либо вечеринки, поэтому в некотором смысле ему понравилась эта небольшая вечеринка, которую Райдер устроил вместе с Гильгамешем, хотя от него и требовалось подавать им еду и питье. Обеденный зал пирамиды был полон еды, напитков, украшений и даже нескольких египетских гомункулов, игравших на египетских музыкальных инструментах.       — Мальчик, еще того египетского вина, — громко приказал Гильгамеш.       — Сейчас буду, — вздохнул он, взял кувшин с вином и налил его в чашу Гильгамеша, которую поставил на стол. Арчер взял чашу и выпил ее, даже не поблагодарив, и продолжил разговор с Райдер.       — Я тоже помню своего лучшего товарища, его звали Моисей, но, к сожалению, наши пути разошлись, — сказал Райдер, осушая очередной кубок. — Парень, еще вина, — крикнул он со своего места.       Не расстраивайся, добром это не кончится, подумал он, заставляя себя улыбнуться. — Я иду, Райдер. — Он схватил кувшин и подошел к Райдеру, который протянул ему свой кубок, он налил в него вина, и Райдер кивнул, возвращаясь к своему разговору с Арчером.       — Грустно, когда они уходят, — сказал Арчер, потягивая вино. — Ибо величайших товарищей невозможно заменить, — сказал он, печально глядя в свой стакан.       Вейвер сел обратно на свое место и дал сфинксу, сидевшему рядом с ним, немного еды. Должно быть, я тебе очень нравлюсь, да? Подумал он, улыбаясь сфинксу, который потерся головой о его ногу. Этот конкретный сфинкс следовал за ним повсюду, он был довольно милым, и ему нравилось играть с ним.       — Скажи, Райдер, тебе приходилось иметь дело с какими-нибудь бесполезными и доставляющими беспокойство богинями? — Спросил Арчер, делая глоток вина.       Вейвер заметил, как Райдер закатил глаза.       — О, да, я имел. Речная богиня Нефтида постоянно доставляла мне неприятности, у нее хватило наглости выставить реку Нил грязной перед моей любимой Нефертари в день ее рождения, когда я планировал романтическую прогулку на лодке. А потом она просто заболела, когда Моисей решил повозиться с Нилом, чтобы доказать свою правоту, — сказал он со вздохом.       — Вау, звучит грубо, — со вздохом сказал Гильгамеш. — На моей земле Иштар была еще хуже, эта богиня ничего не может сделать правильно. Честно говоря, ее следовало бы лишить титула богини. В свое время она доставила мне столько проблем. Эта женщина была настолько бесполезна, что ее невозможно описать словами, — сказал он, недоверчиво качая головой.       Вейвер сидел и наблюдал, как эти двое продолжают подшучивать друг над другом, о боже, они как зеркальное отражение друг друга, подумал он, глядя со смесью ужаса и недоверия на двоих, сидящих за столом и болтающих так, словно они знали друг друга всю свою жизнь. Хотя я все еще думаю, что Райдер добрее, чем Арчер, думал он, хотя, честно говоря, он не очень хорошо знал Арчера, но, судя по тому, что он почувствовал от него, он не был тем, кого он хотел бы видеть своим врагом или обидеть.       Вейвер сидел, слушал музыку и продолжал есть еду, которая стояла перед ним. Время от времени он вставал, чтобы угостить Гильгамеша и Озимандию вином, но в остальном оставался наедине со своими мыслями за столом, где проводил время, расслабляясь под музыку и играя со сфинксами (у Райдера было довольно много маленьких сфинксов, и он должен был признать, что они были действительно милыми). На самом деле, это очень расслабляет; я не могу поверить, что формально мы находимся в состоянии войны. Думал он, погружаясь в праздничную атмосферу. Но я знаю, что Арчер будет жестким противником, я сомневаюсь, что Райдер и он разделят чашу Грааля, в конце концов, мы станем врагами, от этой мысли у него скрутило живот, но он покачал головой и заставил себя думать о чем-то другом.       Он посмотрел на Арчера и Райдер, которые оба смеялись, и почувствовал тяжесть в животе, когда понял, что в какой-то момент им, вероятно, придется встретиться лицом к лицу. Из того, что он слышал, он знал, что Мастера Гильгамеша происходил из великой семьи Тосака, семьи настолько великой, что даже его учитель, вероятно, был ничем по сравнению с ними. Судя по тому, что я о нем слышал, он, вероятно, еще хуже, чем он сам, подумал он, вспоминая все, что он слышал о нем от Райдер и Арчера. Хотя он подозревал, что кое-что из того, что они говорили, было преувеличением; он достаточно хорошо знал магов, чтобы понимать, что они могут быть такими же тщеславными, если не больше, чем его учитель, особенно если они из знатной семьи.       Он сжал кулаки при воспоминании о том, как его унизил учитель, а также о многих других воспоминаниях о том, как его унижали за то, что он не происходил из престижной семьи. Что ж, это их шутка, похоже, я могу выиграть эту Войну, если все пойдет так, как идет, — подумал он с улыбкой на лице. Мне просто нужно все хорошо спланировать и не злить Райдера, и все получится.       — Мальчик, еще вина для нас обоих, — крикнул Райдер.       — Будь добр, Райдер, — сказал он, вставая и хватая кувшин. Он подошел и налил им обоим еще вина, прежде чем отставить кувшин в сторону и взять другой, полный. Сколько их у него? Подумал он, глядя на кажущийся бесконечным ряд кувшинов. Он вздохнул, взял новый кувшин, поставил его на стол и продолжил есть.       — Итак, Арчер, что ты думаешь об этих других слугах? — С любопытством спросил Райдер.       — В основном, это никчемные личности, недостойные присутствия настоящего правителя; хотя Сейбер и представляет мне интересы, — сказал Гильгамеш, делая глоток вина.       Райдер кивнул.       — Верно, она тоже утверждает, что она Король, возможно, мне следовало послать ей приглашение.       Гильгамеш рассмеялся.       — Может быть, фараон, но я думаю, она все еще оправляется от травмы, которую ей нанес Лансер.       Райдер рассмеялся.       — Парень, который здесь сегодня с ней столкнулся, утверждал, что она все еще ранена.       — О, правда? — С любопытством спросил Гильгамеш, поднимая на него глаза. Вейвер сглотнул, почувствовав, как его красные глаза пронзают его насквозь. — Дворняжка, как прошла встреча с Сейбер?       Вейвер почувствовал, как по спине у него пробежал холодок, и заставил себя заговорить, избегая взгляда Гильгамеша.       — Я наткнулся на них, когда шел в магазин. Но я больше разговаривал с ее Мастером, — сказал он, объясняя, что произошло между ним и Мастером Сейбер.       Гильгамеш рассмеялся.       — Эта женщина продолжает забавлять меня. Кто бы мог подумать, что она выйдет из игры, будучи все еще раненой. Она — нечто. — Райдер присоединился к смеху Арчера, и Вейвер заставил себя присоединиться к нему.       — Я подумываю о том, чтобы устроить пир для нас, королей. Я приглашу ее на следующий, — сказал Райдер, поднимая свой кубок.       Гильгамеш кивнул.       — Неплохая идея. Другие правители забавляют меня своими историями и попытками править. Я присоединюсь к этому празднику, когда ты это запланируешь, — Райдер кивнул, и они продолжили болтать, шутить и хвастаться своими различными достижениями.       Остаток вечера прошел без каких-либо проблем, и в целом Вейверу все понравилось, несмотря на то, что он чувствовал себя измотанным за весь день. Когда они покончили с едой, Райдер пригласил Арчера принять ванну, на что тот согласился, а Вейвер решил, что в его интересах не присоединяться к ним (их смех сведет его с ума, а от выпитого вина у него может развязаться язык, что ему не пойдет на пользу). Позже, той же ночью, он отдыхал в одной из комнат пирамиды, играя со сфинксами, когда услышал знакомый голос, окликнувший его.       — Все еще ждешь своего повелителя? — Раздался голос Гильгамеша.       Вейвер чуть не подпрыгнул со своего места.       — А-Арчер, разве ты не был в бане? — Он посмотрел и увидел, что Арчер теперь полностью облачен в броню, хотя его волосы казались мокрыми.       — Я был дворняжка, и мы только что закончили, — сказал Гильгамеш, подходя к нему. — Райдер все еще хотел немного понежиться; египетские бани — это совсем другое дело.       Вейвер кивнул.       — Д-да, они действительно расслабляют, — осторожно сказал он, не желая обидеть Арчера.       Арчер кивнул и продолжил разглядывать его своими холодными красными глазами. Он старался не смотреть в них, потому что они заставляли его чувствовать себя неуютно. Арчер прошел мимо него, и все сфинксы уставились на него, ожидая каких-либо подозрительных движений.       — Мальчик, — спросил Арчер, заставив его повернуться и посмотреть на спину Арчера. — С какой целью ты сражаешься на этой Войне?       Вейвера удивил этот вопрос, но он ответил на него, тщательно подбирая слова.       — Я хочу проявить себя как маг и показать миру, что происхождение — это еще не все на свете.       Гильгамеш уставился на него своими ярко-красными глазами и рассмеялся.       — Люди никогда не перестают меня забавлять. Всегда пытаешься доказать, что ты достоин, но кто даст тебе одобрение, о котором ты мечтаешь, мальчик?       Вейвер отвел взгляд в сторону; я не подумал об этом, подумал он. В конце концов, кто похвалит его, если он выиграет? Что принесет ему победа, кроме, может быть, некоторого временного признания. Кто поверит в его историю, а не просто обвинит его в том, что он сорвался с катушек и вызвал у Райдера еще большее неприятие?       Гильгамеш рассмеялся.       — Люди на самом деле совсем другие, я думаю, вот что происходит, когда у тебя нет короля. Тебе следует хорошенько это усвоить, куда бы ты ни пошел, всегда найдется кто-то, кто не признает тебя и твоих усилий. Погоня за похвалой — пустая трата времени, поверьте мне, потому что по сравнению со мной и ты, и мой Мастер, который происходит из великой семьи, — ничто по сравнению с могуществом магов Эпохи Богов или с той мощью, которой обладаем я или твой Райдер. Для меня ты и Токиоми — оба дворняжки, которые никогда не будут удовлетворены.       Вейвер в шоке уставился на Арчера, он сжал кулаки, желая что-то сказать или прокричать в ответ, но в глубине души понимал, что это было бы плохой идеей. Он просто стиснул зубы и уставился в пол.       — Получай удовольствие от того, что делаешь, дворняжка, потому что, если ты будешь продолжать гоняться за похвалой, ты умрешь, пытаясь это сделать, — сказал Арчер, прежде чем продолжить свой путь по коридору. — Сейчас я вернусь в свою резиденцию, передам привет Райдер. Ты хорошо служишь ему, хотя позволь дать тебе совет: истинный подданный короля всегда готов указать на недостатки. Даже я бы позволил слуге перечить мне, если бы у меня были на то веские причины.       Вейвер кивнул.       — Я так и сделаю, спасибо, — осторожно сказал он, наблюдая, как Арчер выходит из коридора, оставляя его одного, где он обдумывал свои слова. Он действительно не знал, что думать о словах Арчера, он чувствовал себя немного оскорбленным, но в то же время не знал, как на них реагировать. Он отчасти похож на Райдера, его совет хорош, просто звучит как оскорбление. — Я иду спать, — пробормотал он себе под нос, вставая и направляясь обратно в свою комнату. Сфинксы следовали за ним по пятам, пока он шел по коридорам.       Однако, когда он направлялся в свою комнату, к нему подошел большой сфинкс с чем-то во рту. Вейвер понял, что это был один из самых крупных сфинксов, которые были у Райдера для патрулирования окрестностей. Сфинкс, который был размером с небольшой автомобиль, бросил перед собой что-то похожее на письмо, прежде чем развернуться и вернуться туда, откуда оно пришло.       Вейвер с любопытством взял конверт и увидел, что он адресован ему. Однако, когда он увидел, кто это, его глаза расширились: Кайнет Арчибальд лорд Эль-Меллой. Он открыл конверт и достал письмо.       Дорогой Вейвер,       Я пишу это письмо отчасти для того, чтобы извиниться за то, как я обошелся с тобой в тот день на занятиях. Признаюсь, я был настолько удивлен твоей работой, что не знал, как на нее реагировать, и ревновал, потому что сам не додумался до такой теории. Чтобы загладить свою вину. Я хотел бы встретиться с тобой и твоим Слугой, чтобы обсудить наш союз, я знаю, что если мы будем работать вместе, то сможем добиться больших успехов. Пожалуйста, посоветуйся со своим Слугой, я уверен, он сочтет эту идею хорошей. Пожалуйста, пришли мне свой ответ как можно скорее.       Искренне,       Кайнет Арчибальд, лорд Эль-Меллой I.       Что-то здесь не так, подумал он, читая письмо. Во-первых, его учитель никогда бы не извинился, а во-вторых, он, черт возьми, не настолько глуп, чтобы думать, что Райдер станет его слушать и подчиняться ему. Скорее всего, это ловушка или кто-то пытается подшутить надо мной.       — Мальчик, в чем дело? — Спросил Райдер, появляясь у него за спиной.       Он посмотрел на своего Слугу.       — Мой бывший учитель прислал нам это письмо, — сказал он, передавая письмо Райдеру. Райдер взял письмо, перечитал его и начал смеяться.       — У этого человека еще хватает наглости пытаться связаться с нами, — сказал Райдер, возвращая ему письмо. — Мы проигнорируем его ответ, он не имеет права разговаривать ни с кем из нас. А теперь, мальчик, если ты не устал, иди и напиши письмо Мастеру Сейбер с приглашением на банкет, который я скоро приготовлю.       Что ж, будем надеяться, что у Сейбер достаточно терпения и ее уши не такие чувствительные, подумал он, посмотрев на Райдер, и вздохнул.       — Хорошо, я отправлю это как можно скорее.       Райдер кивнул.       — Хорошо, но сначала отдохни, это не срочно. — Вейвер улыбнулся и кивнул Райдеру, прежде чем отправиться обратно в свою комнату.