Ангел.

Пвгуд проснулся в своей кровати после тяжёлой ночи на базе Надзирателей. Он не знал сколько время. Перед глазами до сих пор стояли реки скалка, а в носу витал легкий запах сырости. Провести три дня в яме под базой — себе дороже. Угадайте, кто же этим занялся? Пугод. Юноша встал с кровати, прошел мимо зеркала и мельком взглянул на него. В ответ на парня посмотрели две пары зорких глаз, спрятанных в тени шляпы, под гущей каштановых волос. Он никогда не любил своего лица, с самого детства Пугоду приходилось закрывать лицо всем, чем только можно. Маска, чёлка, панама, кепка, чего он только не пробовал. Но выбор остановил на черной шляпе с жёлтой полоской. Головной убор был ему велик, по этому скрывал весь лоб, перекрывая обзор любому смотрящему на него своими широкими полями. Юноша любил свою шляпу, не снимал ни ночью, ни днем. Он не представлял себя без аксессуара на голове. Словно сняв широкополое нечто с головы он тут же расстворится, окунется в кислоту, из которой выхода нет, рассыпется на мелкие частицы, на молекулы ДНК. Конечно все это сказки. Но в глубине души… Вдруг в раздался стук в дверь, а база младшего мгновенно наполнилась уличным шумом, которого хозяин до последнего не хотел слышать. — Эй, король лягушек и скалка, могу войти? — раздался знакомый голос черта за темно-дубовой дверью. Ответа не последовало. Юноша давно сказал всем, что если он не отвечает, то либо спит, либо это означает положительный ответ. Не раздумывая Джаст вошёл внутрь. Хозяин базы всё так же стоял возле зеркала, смотря на себя. Заметив краем глаза непрошенного гостя, он посильнее надвинул шляпу. — Ох, кого я вижу! Это же мой любимый бывший дровосек! Ну как твое ничего? — начал было юноша, заводя шарманку с бесконечным представлением гуру эмоциональности, как его схватили за руку, в хлам раздавливая так называемую «шарманку». — М? Ты чего это, Джаст? — Милый, милый мой Пугод. Ты мало того, что проспал два дня, так ещё и начинаешь свою эмоциональность? — строго продолжал чёрт, — Понимаешь, я же знаю тебя. Тебе, как и мне, не нравится все происходящее. Но не надо же в кому впадать! Пугод, давай мы спокойно сядем и ты расскажешь всё. Шляпа тоже считается. — О, э, что ты, все хорошо! — продолжал улыбаться юноша. — Не ходи вокруг да около. Я сам готов выслушать вас, господин Пвгуд, — ухмыльнулся Джаст. — А это не слишком сложно? Ай, ладно, к черту, — улыбка сползла с белого лица младшего. — Что ты хочешь узнать от меня? Да, я устал строить, командовать надзирателями, которые меня даже не слушают, но это не отменяет факта, что я в полном порядке. — Шляпа, — напористо произнес чёрт. — А, шляпа? Это моя фишка! — вскочил Пугод, вскоре падая обратно. Джаст прямо за руку настаивал на том, чтобы тот сидел, — Что? Я сказал всё! — Я вижу, что ты мне лжешь. Да, шляпа уже является твоей фишкой, но она берет корни откуда-то. Расскажи откуда, это не так уж и трудно, — спокойным голосом говорит чёрт, успокаивая и располагая к себе. — Если тебе так будет проще, то ты можешь не снимать её. — Спасибо хоть на этом, — нервно усмехнулся Пвгуд, — Мх, чёрт, ты не представляешь как я устал от этого. Устал смотреть в зеркало и видеть ничтожество, уродливое и ни на что не годное ничтожество. Я хочу быть как все, не стесняться себя, не делать глупостей, просто быть сраным человеком! — юноша слегка перенервничал, эмоционально размахивая руками. Настолько, что сбил свою шляпу с головы. Правда осознал он это только тогда, когда увидел удивление на лице собеседника. Искреннее удивление. — Пугод, ты… — Что? Уродлив? Невозможен? Похож на мерзкую крысу? — перечислял юноша. — Ангел, — лишь произнес Джаст, затыкая прыткого надзирателя поцелуем. Нежный, полный любви поцелуй пронизывал от макушки до кончиков пальцев, заставлял табун мурашек пробежаться по тонкой коже Пвгуда. Очнувшись от транса шатен убрал волосы с лица. Веснушчатые щеки и нос притягивали внимание не меньше, чем глаза. Голубые, бездонные глаза. Окунаясь внутрь них можно с лёгкостью утонуть в нежности, чувствах. Длинные коричневые ресницы завивались на концах, словно у девушки. Аккуратные, слегка закругленные черты лица парня манили. хотелось расцеловать каждый кусочек его тела, любить и никогда не отпускать. И Джаст любил. И не отпускал. — Джаст, это значит, что ты… Ну, любишь меня? — смущенно произнес юноша, щеки которого покрылись багровым румянцем. — Люблю. Больше дровосеков. Больше жизни люблю. Достаточно? — с самой что ни на есть искренней улыбкой говорил чёрт. В окнах виднелось звездное небо, отражающееся в глазах Пвгуда. Они сидели на кровати и смотрели друг на друга. Каждый думал о своем, но их мысли сходились на: «Я люблю его». И это было ожидаемо, особенно в столь романтичный момент. Пугод терзал себя сомнениями, правда ли это любовь или влюбленность, чувствует ли он что-то к Джасту, достоин ли его, такого внимания и любви. А чёрт в свое время просто любовался возлюбленным. Он по настоящему любил, не хотел отпускать или прощаться даже на пару минут. — Пугод, можешь мне пообещать кое-что что? — прервал тишину Джаст. — М? Смотря что. — Не скрывай от меня ничего. Хорошо? — Джаст смазано поцеловал его в щеку, ожидая ответа. — Обещаю, — юноша подался вперед, утягивая любимого в такой же нежный поцелуй, как и в первый раз.