Твоя смерть заставила дрожать весь мир.

Юная, легкая девушка. Фурина озаряла Фонтейн еще восемьдесят лет после катастрофы, но пришло и её время. Когда она совсем отошла от произошедшего, прошло три года. Ранним утром девушка с ничего влетела в кабинет к юдексу, фактическому правителю региона. — Леди Фурина? Рад Вас видеть, что привело в Мермония? — Сказал схожий с ее видом Нёвиллет, он тоже был взбалмошен ее приходом. — С Вами все хорошо? — Отбрось формальности! Все прекрасно, как никогда! Нам нужно срочно выйти прогуляться. Ох, с этого момента, когда ее боль ушла с концами, Гидро дракон погрузился только в ее просьбы, желания, дни. Года. Почему? Как же дела? Как же вся страна? — Я не отнимаю у тебя... слишком много времени? — Прошептала Фурина, когда Нёвиллет на этот вопрос покорно обнял ее при утренних лучах солнца. — Никогда. Будем честны, твоя жизнь теперь хрупка, твое время, — С горечью говорил Юдекс — Мимолетно. Каждый день казался наполненным только радостью, он заботился о ней, когда болела. Они вместе выбирали, что готовить. Когда дракону приходилось работать, Фурина проводила время в изысканных садах, или напротив же, в его кабинете. Она не хотела, чтобы это заканчивалось. Он же, не хотел увидеть ее смерть снова. Когда Фурине исполнилось тридцать человеческих лет, она начала закрываться в себе и изредка соглашалась выходить с Нёвиллетом на прогулки. "Уже не молода я, уже не так красива" — Шептала девушка. Совсем маленькие морщинки проявлялись уже тогда, а болезни стали чаще. Но когда отказывалась видеться с ним, слуги дома всегда приносили букет лилий. Голубеньких. Он следил всегда, даже если она думала, что нет его рядом или поблизости. Нёвиллет тяжело принимал правду и выделил ее единственным для себя родным человеком, которого терять не хотелось. Он столкнулся с откровенной несправедливостью. Он подарил ей все, что она не смогла прожить лже-богиней. Любовь, первый поцелуй, Нёвиллет открыл ей свою ранимость, а она лишь, радовалась, что смогла научить его любить людей и не бояться. А как можно бояться одних только людей, когда с течением времени видишь, что твоя любимая погибает от старости? Все воспоминания пронеслись перед глазами, пятьсот восемьдесят лет. Столько они прожили вместе. Но всему приходит конец, пока что, только не задевая его существования. С первым лучом солнца, она сделала последний выдох, в кровати, где постоянно проводили время влюбленные. Умерла. — Нет, пожалуйста, скажи хоть что-то. — Он тряс увеченное старостью тело, бледное, холодное. — Ты же скажешь мне, как любишь? Попроси о чем-нибудь еще, расскажи как ты прекрасно провела свою юность? — Он все еще не верил, что теперь, в его кабинет никто не зайдет и не пожелает доброго утра, или же, не прокричит напыщенным тоном, как хочется сладкого. Его больше никто не поцелует, он никому не позволит обнимать себя и довериться так же, как доверял ей. На улице ливень, по его силе и серьезности можно догадаться, что произошла вторая катастрофа. Он снова пережил смерть. Ему снова стало одиноко, как никогда. Уж точно никогда, всю его жизнь она была рядом. Его психика окончательно выходила из строя. Он возлагал годами после ее смерти дела по стране, ближайшим к нему работникам. Уходя в мрачную тропу, что вела к ее могиле. Он плакал не небом, как всегда, он плакал вместе с ним. — Твоя смерть заставила дрожать весь мир, ты знаешь? — Устало прошептал. Под его глазами были круги, мешки, он выглядел совсем нездорово. Как и весь Фонтейн. С его пошатнувшимся сознанием, дела ушли в пучину мрака и нарушения закона. Маленькая звездочка, что принесла с собой справедливость, унесла ее вместе со своей смертью.