Фиалки плокстерского леса

По белой дороге, вздымая пыль, ритмично шагало четыре фигуры. Ветер волновал обволакивавшие тропу вересковые поля, а маленькие овсянки, прятавшиеся в карликовых кустах, неуверенно начинали свою раннюю песнь. Апрельское утро обещало быть тёплым; предрассветный туман уже сходил с лугов, оставляя на лепестках редких полевых цветов хрустальные капли росы, которые норовили вот-вот испариться из-за восходящего солнца. Вокруг царила умиротворённая тишина и спокойствие, и только весёлые возгласы взрывали чинное безмолвие. – Ричард! – крикнул рыжеволосый парень и со смехом запрыгнул на спину друга. – Я Артур! Вперёд, Канрит, вперёд! – смеялся молодой человек и подгонял друга волшебной палочкой, как прутиком. – Мерлин Всемогущий! Артур, ты тяжёлый! – взвыл «Канрит». – Ланселот спешит на помощь! – раздался за спиной Изабелл задорный голос Марка. Молодой человек, засучив рукава белой рубашки, разбежался и запрыгнул на спину Артура. Ничего не подозревавший сын Уориков со стоном умирающего коня (как иронично) согнулся в коленях и упал, а за ним и весь этот «круглый стол». Девушка не удержалась и звонко рассмеялась, по ходу доставая палочку и очищая всех троих от пыли. Стонущий Ричард еле поднялся, держась за спину. – Ну всё, хватит стонать, давай, кто быстрее добежит до холма, – смеясь, на бегу кинул Марк через плечо и тут же ускорился, когда увидел блеснувший огонёк озорства на лицах друзей. – Рич! – смеялась Изабелл. – Смотри, не упади! И, словно предрекая, девушка увидела, как её брат, споткнувшись о маленький камешек, распластался на земле. Мисс Уорик снова разразилась звонким смехом и, не сдержавшись, сама побежала вслед за ними. Парни, уже успевшие расположиться на траве, уступили Изабелл место на большом валуне и стали разговаривать об учёбе и выпускных экзаменах. – Даже не верится, что последний год пролетел. Всё, нас выбрасывают на дорогу взрослой жизни, и это неимоверно пугает, – вздохнул Артур, наколдовывая на ладони маленький смерч из травинок. – Это же прекрасно, – рассмеялся Ричард, – никаких экзаменов и зачётов. Самостоятельная жизнь, делай что хочешь и как хочешь. – И по крайне мере, тебе не суждено прозябать всю свою жизнь в скучном Дорсете, – Изабелл грустно улыбнулась: «Как бы я хотела пережить все эти экзамены, зачёты..», и невольно перевела взгляд на Марка. Тот, погрузив пальцы в завитки волос, уставился куда-то вдаль. Создавалось впечатление, будто бы он отсутствовал, мысленно был не с компанией, но момент, и черты его лица смягчились, и оборачиваясь, он посмотрел Иззи прямо в глаза. – Господа! А среди нас суфражистка! – Я бы рада, был бы шанс выразить свое мнение открыто, – девушка посмотрела на парня, который, пнув камушек, лежавший в траве, усмехнулся. – Вас, должно быть, это шокирует? – с долей бахвальства. – Марка этим не удивишь, он их поддерживает, – лениво пробормотал Ричард, растянувшись на прогретой утренним солнцем земле. – Правда? – Изабелл была немного удивлена, но это сразу её оживило. – Ну как, мама ими восхищается, даже Молли воспитывает в духе свободомыслия, – заметив на себе вопросительный взгляд волшебницы, парень, будто опомнившись, сразу уточнил, – моя младшая сестра. – Марк, опять ты прибедняешься, – Ричард перекатился на живот и, отломив колосок, продолжил, обращаясь к Изабелл, – его матери выделен целый разворот в «Ведьмином досуге», где она пишет советы домохозяйкам. Тем самым содержит семью, так скажем… – тут юноша запнулся и виновато посмотрел на друга. – Прости, надеюсь, я тебя не обидел. Марк лишь неопределённо повел плечами, не переставая носком ботинка рыть землю. Однако тут же, будто предчувствуя сладкий привкус маленькой победы, вскинув голову и посмотрев на изумленную Изабелл, рассмеялся. – Лицо мисс Уорик того стоило. – Я этого не знала… – с тихим восторгом прошептала девушка и озадаченно уставилась на троих парней, смотревших на неё с доброй усмешкой. – Ты ещё, наверно, не слышала, что Марк у нас поступает в Оксфорд, – бросил младший брат, увлеченный новым разговором с Артуром. – Это правда? – ещё ничто, казалось, никогда так не удивляло и не шокировало волшебнцу. – Да, – коротко кинул Марк. – Полагаю, Вы поспешили с выводами обо мне, – плохо сдерживаемый смешок сорвался с губ. – Я думаю, это взаимно, – Изабелл постаралсь пропустить мимо ушей колкость и задала новый вопрос: – И Кем Вы хотите стать? – Не думал ещё, – парень перевёл на девушку отвлечённый взгляд и задержался на её лице, будто выискивая что-то. – А Иззи у нас хочет быть адвокатом или что-то в этом роде, – опять встрянул Ричард, неопределённо взмахнув рукой. – Действительно? – Марк выглядел изумлённым. – А что? – вспыхнула волшебница, готовая отразить новое нападение. – Ничего, просто… – юноша на мгновение остановился и достал из внутреннего кармана пиджака сложенную бумажку, – мне повезло найти Ваши стихи, и я подумал, что Вы хотите стать писателем, я прочел их и…. – Ого, ты мне не рассказывала! – Ричард на пару с Артуром, давно прислушивавшиеся к диалогу, подорвались с земли и, подбежав к другу, стали вглядываться через его плечо, пытаясь разобрать размашистый витиеватый почерк. Изабелл мгновенно зарделась и, резко вскочив, оттолкнула друзей от Марка и выхватила несчастный листок из рук молодого человека в надежде, что никто не успел ничего прочитать. – Это так, глупости… – трясущимися пальцами волшебница сложила бумагу вчетверо. – Как Вы?! – Изабелл вскинула голову и посмотрела на юношу, её возмущению и смущению не было предела. – Вы читали? – Да, – растерянно кивнул Марк, – я же не знал, что это секрет, что нельзя об этом говорить даже. Вы неплохо пишете и … – Довольно, – девушка ещё больше покраснела и неловкими движениями запихнула уже порядком потрёпанный листок бумаги в сумочку из бисера. Ричард и Артур, как в какой-то дешёвой театральной постановке, недоумённо переводили взгляд с одного на другую и, не найдя что сказать, просто похлопав Марка по плечу в знак поддержки, усмехнувшись, ушли вперёд. – Идёмте к озеру, там, говорят, кувшинки зацвели. Изабелл повторять не нужно было, она, смущённая и раздражённая, подняла шляпку с травы и, немного покачиваясь от сильного ветра, ушла вслед за братом и другом, оставляя Марка смотреть ей вслед.

****

– Изабелл! Изабелл! Мисс Уорик, – позвал Марк, подбегая сзади. Изабелл немного притормозила и попыталась скрыть своё смятение. – Вы что-то хотели? Сейчас она очень жалела, что Ричард и Артур ушли так далеко, оставив её позади, только радостные возгласы и отдалённые всплески воды говорили о том, что они где-то поблизости. – Простите меня, я не знал, что читать нельзя. – Неужели? А вдруг это что-то крайне важное? И… Вы не задумывались, что это стоило бы вернуть? – Простите. Я не сказал раньше, так как был глубоко тронут... Девушка повернула голову и посмотрела на молодого человека долгим пристальным взглядом, но мгновение, и черты лица её смягчились. – И как Вам? – дрожащий от волнения голос выдавал её с головой, а пальцы, нервно теребившие перламутровые бусинки на сумочке, только усиливали эффект. – Стихи очень красивые. Поэтому я и был удивлен тем, что Вы хотите стать адвокатом. – Я хотела быть писателем, – девушка остановилась и полностью повернулась к Марку, – но, мне кажется, у меня недостаточно таланта и опыта, и я женщина, а женщина-писатель – это немыслимо. – А женщина-адвокат? – с усмешкой изогнул бровь молодой человек. Уголки рта Изабелл дрогнули, и она улыбнулась. – Да, Вы правы, – смеясь, согласилась волшебница, – это ещё более нелепо. Юноша внимательно посмотрел на Иззи, прямо в глаза. – Вы должны писать. Правда, – было сказано твёрдо, со всей серьёзностью, даже с некой настойчивостью. – Никто мне ещё не говорил подобного, – девушка вскинула голову и заворожённо уставилась на молодого человека. Повисло неловкое молчание. Изабелл, стеснённая столь откровенной фразой, прибавила немного шагу, пытаясь скрыть своё замешательство. Однако, не успев пройти и нескольких футов, тут же остановилась и резко развернулась. – А всё-таки, кем Вы хотите стать? Не может же быть такого, что Вы хотите в Оксфорд, но не знаете, что хотели бы изучать? Молодой человек немного замялся, не готовый к такому вопросу. Словно взвесив все “за” и “против”, он, будто стесняясь и пересиливая себя, в конце-концов произнёс: – Я тоже хотел бы быть писателем. – Правда?! – Изабелл была в таком восторге, что не заметила, как схватила Марка за руку. – Вот это совпадение! И как? Вы пробовали писать что-то? – Пробовал, но всё как-то глупо выходило. – Но как Вы можете судить, что глупо, а что нет, нужен же взгляд со стороны. – Может, Вы и правы… – сказав это, Марк многозначительно посмотрел на её ладошку в белой кружевной перчатке, обхватившую его руку. Иззи, тотчас отдёрнув ладонь, залилась лёгким румянцем и постаралась разрядить царившую в воздухе неловкость: – Это так прекрасно, что Вы можете выбирать. Мне суждено лишь мечтать и уповать на то, что отец согласится отпустить меня хотя бы на вступительные экзамены. – Я думаю... – Марк хотел было уже ответить, как из-за кустов на дорогу выпрыгнули ошалелые Артур с Ричардом. – Бегите! Бегите! – Что? – переспросила изумлённая Изабелл, недоуменно переглядываясь с Марком. – Бегите! – крикнул Артур. – Там кабан, дикий кабан! Волшебница не успела сообразить, что к чему, как Марк, схватив её за руку, кинулся в бег, утягивая ошеломлённую девушку за собой. Обернувшись через плечо, Иззи увидела, как вслед за догонявшими их Артуром и Ричардом яростно нёсся бурый кабан. Белоснежные, словно январский снег, клыки сверкали на солнце, глаза, налитые кровью, излучали свирепую ярость и злость, а пена из пасти неприятно пузырилась. Никогда ещё девушка не видела дикое животное так близко и, испугавшись не на шутку, припустила с такой скоростью, что теперь не Марк тащил её за руку, а с точностью до наоборот. Добежав до особняка, все четверо протиснулись через чёрный вход в маленький предбанник и затаили дыхание. – Ричард, ты стоишь на моей ноге, – с детским возмущением прошипела Изабелл, пытаясь спихнуть с носка туфель сопротивлявшегося брата. – Тихо! – Артур шикнул на дурачившихся друзей, медленно приоткрыл дверь и высунул голову. – Пусто, – облегчённо выдохнул молодой человек, и все вторили ему. – А почему мы, собственно, бежали? – внезапный вопрос посетил голову, кажется, не только Изабелл, но и троих парней. Все одновременно достали палочки и расхохотались.

****

На настенных часах пробило половину двенадцатого, однако Иззи всё не могла уснуть. Девушка сидела на кровати, пытаясь уже как битый час прочесть хоть одну страницу романа. Но её взгляд каждый раз обращался к смежной с её комнатой двери. За ней то и дело раздавались приглушённые разговоры, смех и тихое шуршание, от которого юная мисс Уорик каждый раз подскакивала и замирала. Изабелл с некой легкой раздражённостью демонстративно громко захлопнула книгу и откинулась на спинку кровати. Глаза уставились на сцепленные в замок руки, покоившиеся на покрывале. Девушка не заметила, как стала упорно изучать ладонь, будто бы пытаясь найти признаки каких-то еле заметных изменений. Невольная улыбка скользнула на лице при воспоминании о тёплом прикосновении. Волшебница помнила, как неожиданно для самой себя она почувствовала некий разряд, прокатившийся по всему телу, когда юноша, увлекая за собой, схватил её чуть выше запястья. В тот момент Изабелл не придала этому особого значения, так как списала это всё на бешеный адреналин в крови. Однако сейчас приятное фантомное покалывание до сих пор не испарилось, оно заставляло Иззи лишь непозволительно глупо улыбаться. За стенкой послышался ещё один возглас. Изабелл, вырванная из постыдного для самой себя же состояния, превратилась в слух. Ей, девушке, не пристало сидеть вот так и прислушиваться к звукам за стеной, к звукам в комнате, где уже как неделю ночевал их гость, но Иззи ничего не могла с собой поделать. Раздался громкий щелчок дверного замка, и в соседней комнате повисла тишина. Волшебница, откинув одеяло, на цыпочках подошла к двери и с затаённым дыханием прислушалась. Ничего. Изабелл хотела так же тихо уйти в свою постель, как тут в щель между дверью и полом просунули сложенный вдвое голубоватый листок бумаги. С замиранием сердца девушка опустилась на корточки. Лёгким, практически невесомым движением руки она подняла послание и, нелепо улыбнувшись, также на цыпочках вернулась в постель.