Зависимость сокрушительная.

-Я вижу насколько ты смелый, иди-ка ты.-Голубоглазая девушка нервно улыбнулась, пропуская парня в костюме к уступу, имеющим лишь пенопластовый..пол? Кусок? Хазяйские игры. Шоу на канале Парадеевича, имеющее два выпуска. Суть именно данного испытания было в том, чтобы приклеить свою наклейку дальше чем другие на пенопластовый брусок, до того как он под вами сломается. А он сломается. Под низом пару метров пустоты и некий "бассейн" из различных безопасных штук. Не разбираюсь. Кореш там выступал ведущим, вместе с ещё одним человеком. -Именно для этого я здесь, для того что-бы издеваться над вами.-В своей манере сказал Лёша, закидывая руку на Алису, взьерошивая её волосы. Видя как та уже готовилась потянуть его к спуску, решил незамедлительно отойти. Истерический "угар" шел ещё минут 5, а после же у девушки пришло осознание что она уж долго стоит. Ноги немного подкашивались, но идти надо было. Она неуверенно взяла в руки наклейку, медленно подходя к пенопластному бруску. Много кто кричал снизу, но то что ей удалось разобрать чётче всего было от уже знакомого ей парнишки. -Лис, ты чё, баба что-ли?-В своей манере спросил Фрама, казалось бы, совершенно серьёзным тоном. Был бы тут Костя, он бы раздался тем самым заразительным смехом, который она уже успела полюбить. -Не обижай меня, Сань!-Крикнула она в ответ.

От первого лица. Ноги тряслись, но именно сейчас получилось быть здесь и сейчас. Именно здесь вышло почувствовать собственное биение сердца. Я встаю на колени, настраиваясь ползти по этой сомнительной платформе, но в какой-то момент встаю. Хочу сделать ярко, хочу сделать интересно. Беру наклейку в руку и встаю ближе к краю. И падаю. Падаю пластом, приклеив наклейку на самый край. И вот я зачем-то вдыхаю в самом конце падения. Воздуха резко перестало хватать, а в груди что-то сильно давит. Чувство, будто бы все мои ребра в миг переломились и осколками втыкались в действующие органы, но это лишь ощущения. Я слышала беспокойства других людей, которых, если честно, не хотела слышать сейчас. Хотелось заткнуть всех и полежать так, пока не отпустит. «А отпустит вообще?» От третьего лица —Алис, сьебывай—Задорно крикнул Лёша, улыбаясь. После же, когда ответа не последовало, улыбка медленно сползла с лица и вместо этого на нём появилось беспокойство. —Нормально всё?—Парень немного громче и неуверенно крикнул, но ответа не последовало. ******** —Всё со мной в порядке.—Настоятельно доказывала голубоглазая, попивая кофе, принесенные кем-то ранее из съёмочной группы, хоть это и не входит в их прямые обязанности. —Мне тебя урезать, или нет?—Спрашивал пепельно кудрявый, всё ещё с мелким беспокойством посматривая изредка ей в глаза, в остальном взгляд стоял на собственном мобильном телефоне. —Нет, пусть будет экшена тебе.—С какого-то момента та стала сама не своя и один бог знает, что на уме. Это и настораживало. Вдруг обиделась? Что если что-то болит, что-то серьёзное? Хотя так уже пару недель, уж точно. Что же есть причиной? В это не особо большое помещение зашли ещё два человека, знакомых ей. Съёмки уже были закончены, так что, в большинстве, все действующие лица разъехались. —Алис, заебись всё?—Спросил Лёша, шагая к ней на встречу, немного улыбаясь уголками губ. А у неё всё как в тумане. Будто бы и не тут вовсе.—Всё в порядке, правда.—Кое как прокомментировала она своё состояние. Не видела смысла на большие комментарии. Слишком много мыслей крутилось в голове. Всё прошло как во сне, далее. Компания ещё какое-то время сидела, общалась и даже успели немного посорриться, но тут же помирились. А Алиса что? Гипнотизировала паркет. Странно было таким видеть человека, который всегда старается выглядеть на людях как можно лучше. Перед собой стыдно было. За что? ******** «Почему это чувствуется иначе?» Приговаривала она у себя в голове, в то время пока нервно коленкой по асфальту отбивала. 9 вечера. Успело достаточно стемнеть, родители уже давно уложили детей спать, а сами смотрят напоследок дня телевизор. Ноги тряслись уже минут 15, или 20, или 30.. «Сколько я здесь уже?» Пробивалось в голове. В телеграмм что-то писал Даня, но вспоминать о рыжем не хотелось. Стыдно перед ним было. Холодная рука приобнимает сзади за плечи, от чего она дергается. По телу пошли неприятные мурашки. Но Алиса никогда не забудет эти руки. —Как дела, чего нового?—Задорно спросил шатен, улыбаясь во все 32, редко его можно было таким увидеть. Линзы на глазах она сразу заметила, сама же их и дарила, ведь зрение у парня было не очень. Эти темно карие, почти что черные.—Чё дерганная такая?—Безразлично спрашивал он. А в голове у Алисы была паника. Она будто бы не хотела его видеть, хоть и любила. А может уже не любила? —Никит, это последний раз.—Сглатывая слюну уверенно проговаривает она, скрестив руки на груди. Да и ладно, не особо уверенно, искренне говоря. Она быстро забирает из его левой руки нужный пакетик, закидывая себе в карман, сглатывая слюну. —Долго морозиться будешь?—Спросил Никита, немного поглаживая чужое плече. В голове забилась тревога. Незнакомый ей страх окутал её целиком и полностью, заставляя почти что онеметь. Она не могла сказать и слова, только смотрела на него стиснув зубы сильнее. —Это всё, деньги кинула ещё вчера.—Вдруг резко встав, Алису накрыло что-то тяжёлое и страшное. Что-то такое, чего с ним никогда не было. Ей было херово от всей ситуации, целиком и полностью. Но зависимости не проходят так легко. Они поедают человека изнутри, оставляя лишь оболочку. ******** Алис, ты хочешь быть этой оболочкой? Лис, хочешь ведь, да? Ты обычная оболочка, ты не человек, Лис. Ты его подобие, не более. Алис? Алис? Хочешь быть оболочкой? Алиса! Алиса! —Алис, слышишь меня?—Обеспокоенно глянул на неё Даня, вглядываясь в лицо.—Ты не человек, ты пиздец ходячий. —Вздыхая, произнес тот, разговаривая с кем-то ещё, чего она разобрать ещё не могла. Неужели так быстро вырубилась? А что было вовсе?