справишься?

сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди, низ живота приятно тянет, а глаза малышенко блаженно закрываются. лишь одна фраза светловолосой смогла выбить виолетту из колеи, что происходит? каплан уже давно отстранилась, но взгляд малышенко всё также на ней: объёмные светлые волосы слегка прикрывают тонкие ключицы девушки, безумно красивое и стройное тело, будто бриллиант среди алмазов, привлекает внимание и пленящие глаза, взгляд от которых отвести невозможно. да, виолетта внаглую пялится на дашу, но все молчат, никому нет дела, так смысл останавливаться и лишать себя такой возможности? чувства у ви и правда непонятные, но смотря на пухлые губы напротив, она осознает — желание поцеловать есть, желание находиться рядом также есть. — вил, ты че втыкаешь? — вырывая виолетту из потока мыслей, говорит медведева и слегка пихает девушку в плечо. — что? — абсолютно не понимая происходящего вокруг, произносит ви. — давай там, вылезай из своих мыслей, подруга. легко сказать, трудно сделать. посмотрела бы она на киру, будь та на её месте, смогла бы она оторвать взгляд от девушки, которая буквально перерождение самой афродиты? малышенко искренне не понимает, что её так зацепило в даше, может это гормоны играют, либо косячок, смешанный с алкоголем дал о себе знать? даже если так, пока виолетта не проспится, ничего не ясно. время идёт, толпа людей постепенно успокаивается: кто-то уже уехал домой, кто-то сладко спит в одной из комнат, а некоторые также как и девочки, сформировали компанию и разговаривают о чем-то своём, но всё же в доме стало тише в разы, а обстановка теперь спокойная, даже слишком. на часах три часа ночи. мишель, которая заявляла, что она будет веселиться до утра и не даст никому уснуть, уже как пятнадцать минут назад ушла спать, прихватив с собой андрющенко. кира и каплан уже успели сдружиться и что-то активно обсуждают, а ви и крис впервые за долгое время разговаривают наедине. — в общем, там реально классно, я рада, что переехала, — подытожила свой пятиминутный рассказ захарова. — я рада за тебя, честно… но, сука, крис, ты меня правда очень обижаешь своим поведением, я и так скучаю, а когда ты трубки не берёшь или не отвечаешь на сообщения, то это добивает окончательно, понимаешь? — со стеклянными глазами говорит ви, поджав ноги и обнимая себя руками. захарова, явно испытывая чувство вины перед подругой, крепко обнимает её и заботливо гладит по голове, перебирая тёмные волосы. — прости, вил, правда прости меня, мне было так важно найти новых друзей, потусить и повеселиться, что я забыла о самом главном в своей жизни, — кристина делает небольшую паузу, будто бы сомневаясь в том, стоит ли озвучивать свои мысли, но всё-таки продолжает, — Я забыла о тебе… да, понимаю, я безумно виновата перед тобой, поверь, я тоже безумно скучаю по тебе каждую минуту, пока нахожусь там. я очень привыкла к твоему присутствию рядом, мы же были как не разлей вода с самого детства… просто мне тяжело, правда тяжело. общение по звонку, переписки — это хорошо, но ничего не заменит личного общения. когда мы созваниваемся, я испытываю такую боль и такое желание увидеть тебя, поговорить один на один, так что прошу, и ты меня пойми. виолетта молчит и лишь сильнее сжимает захарову в объятьях, ощущая то, что её футболка постепенно становится мокрой от чужих слёз. малышенко заботливо гладит крис по спине, надеясь, что это хоть как-то поможет, ну а сама виолетта вновь погружается в свои мысли.                               flashback пятнадцатилетняя малышенко со всех ног бежит по гололёду, и совсем неважно, что она буквально каждую минуту падает, а ледяной ветер даже сквозь плотную куртку продувает каждый сантиметр худенького тела. собрав все лужи и мокрый снег на своей одежде, ви быстро оказывается напротив побитой жизнью пятиэтажки, забегает в подъезд через незакрытую дверь и спустя буквально минуту стоит на самом верхнем этаже. руки трясутся, а на лбу, несмотря на то, что девушка только что была на морозе, выступают капельки пота. собрав все силы и решимость, малышенко стучит в дверь и внимательно прислушивается. слышны шаги, но криков нет, значит, всё нормально. дверь открывается, а на пороге стоит полусонная захарова. — быстро одевайся и собирай самые нужные вещи, мы идём ко мне, с родителями я договорилась, — бесцеремонно проходя внутрь, произносит ви. — что ты несёшь? — недовольно бурчит крис, но всё же идёт следом за малышенко. — твои родители опять пьяные, либо обнюханные, тут хуй знает. короче, звонили они моей маме с не особо приятным разговором, спрашивали про тебя и говорили, что зарежут тебя ночью или что-то такое, в общем, валить тебе надо, — не без беспокойства за подругу тараторит ви и скидывает вещи девушки в первую попавшуюся под руку в сумку. захарова молчит. стыдно. ну и почему ей так не повезло, почему именно у неё такие родители, что в этой жизни она сделала не так? эти вопросы она задаёт себе на протяжении всей жизни, но ответов нет. эти существа испортили ей детство, сломали психику и продолжают её мучить, но ведь она даже ничего им не сделала, почему они так несправедливы? на этот вопрос ответа всё также нет. экстренные сборы закончены и девушки уже выходят на улицу, идут обходными путями, лишь бы не встретить родителей захаровой, но вся спешка и все попытки избежания нежелательной встречи оказываются тщетными. — а вот и наша доченька сама пришла, видишь, андрюшка, — с неимоверной злобой и с бешеными глазами протягивает женщина, преграждая подругам путь. — со своей подружкой пришла, смотрите-ка, — с точно таким же выражением лица и интонацией произносит отец захаровой. — пропусти, — дрожащим голосом говорит крис, пытаясь пройти, но крепкие руки хватают длинные светлые волосы, заставляя девочку встать на носочки. — сучье отродье, ты как разговариваешь? — буквально шипит мужчина, усиливая хватку. — сука стоит рядом с тобой, получается? — сквозь зубы говорит кристина, пытаясь вырваться из лап отца. виолетта, до этого момента стоявшая в стороне, делает два быстрых шага вперёд и, максимально сократив дистанцию, толкает мужчину. он итак еле стоял на ногах, а теперь осел на мокрый снег, не в силах подняться. — бежим, — практически кричит ви, хватает захарову за руку и стартует так быстро, будто бы от этого зависит её жизнь. — суки малолетние, вы ещё получите! — кричит женщина вслед, но девушкам уже всё равно, они сделают всё, чтобы больше не увидеть этих противных лиц.                         the end of flashback — пойду покурю, ты со мной? — отстраняется кристина и вопросительно смотрит на подругу. — может, позже подойду, сейчас не хочу. захарова уходит на улицу, а виолетта пересаживается на стул и берёт в руки телефон, решая не нарушать диалог киры и каплан. малышенко беспечно листает ленту инстаграмма, просматривая новые фотки с сегодняшнего дня, и натыкается на профиль мишель. просматривая публикацию, выложенную буквально пару часов назад, ви цепляется взглядом за светловолосую девушку на фото, из-за которой малышенко ходила с трясущимися ногами целый час. аккаунт отмечен, это радует. теперь виолетта внимательно изучает аккаунт каплан, просматривает каждую фотографию и переходит на каждый отмеченный профиль, дабы узнать, с кем общается даша. в этот момент малышенко, кажется, забилась в собственный мирок, не обращая внимания ни на что происходящее, но ощущение чужой руки на плече заставило ви вернутся в реальность и испуганно вздрогнуть. — ты чего не отвечаешь? — спрашивает даша и убирает свою руку с плеча ви. — я не слышала, а что такое? — мы с кирой тебя зовём к нам, чего ты тут одна сидишь, а ты молчишь… ладно, пойдём с нами поболтаешь, — даша уже собиралась уходить, но взгляд упал на телефон малышенко, — где ты мой аккаунт успела откопать? — с милой улыбкой на лице говорит каплан. — тебя мишель отметила под новыми фотками, вот и решила зайти, — смущённо произносит ви, стараясь прикрыть красные щёчки. — дай-ка глянуть, что там она выложила, — каплан без капли стеснения берёт телефон малышенко и активно листает фотографии, то и дело недовольно цокая языком, — там были фотки и получше, могла бы их выложить, — всё также недовольно говорит даша и возвращает телефон владелице, — я, кстати, подписочку оформила, а то просматривать все фотки без подписки как-то не по-божески. малышенко медленно встаёт и садится на кровать, где расположились девушки. диалог идёт на ура, но только у медведевой и даши, а виолетта изредка вставляет пару фраз и вновь возвращается в свои мысли. именно так проходит ближайший час. всех троих уже клонит в сон, а мягкая кроватка так и зазывает каждую из них. — может, спать пойдём? — предлагает каплан, которая уже практически спит сидя. в ответ светловолосая получает лишь одобрительные кивки, а кира встаёт, и быстро сказав: — советую вам ложиться вместе, половину комнат заблевали, а другую половину заняли, я иду к захаровой, спокойной ночи, — выходит из комнаты. ви и даша лишь неловко переглядываются, но всё-таки принимают негласное решение согласиться на предложение киры. каплан уже лежит под одеялом, а виолетта, которая так старательно искала розетку, наконец-то поставила телефон на зарядку и направляется куда-то в сторону двери. темноволосая одним касанием выключает свет и собирается ложиться, но почти сразу же слышит: — нет-нет, включи, пожалуйста, — жалобно шепчет каплан. — а, прости, — виолетта включает свет и ложится в кровать, — спокойной ночи. — сладких снов, — произносит даша своим нежным голосочком и лишь сильнее укрывается одеялом. девушки лежат спиной друг к другу, кровать большая и места много. а жаль. каплан ещё в первые минуты уснула и теперь сладко посапывает, чего не скажешь о виолетте, которая постоянно крутится и не может найти себе места. в очередной раз совершая движения вокруг своей оси, малышенко ощущает тёплые ладони на своей талии, а затем слышится и голос: — ты уляжешься когда-нибудь? — буквально сквозь сон шепчет каплан и двигается ближе к виолетте. даша вновь сладко посапывает, только теперь практически на ухо малышенко, которая даже двинуться боится, лишь бы не разбудить светловолосую. чужие руки неслабо обхватывают тело ви, мурашки с которого до сих пор не сходят, а тёплое дыхание обжигает нежную кожу на шее малышенко. почему сердце виолетты буквально трепещет от взгляда и прикосновений девушки, с которой она толком не общалась, да просто которую она даже не знает?