my hot doctor

Сегодня один из самых спокойных дней в больнице за два года работы молодого хирурга Ли Минхо, что не могло не радовать. За день лишь одна девушка поступила с переломом пальца. На улице зима, многие падают на льду. Совершая плановый обход палат своих пациентов, Минхо не покидала тревожность. Он не мог объяснить это, но будто что-то должно было случиться. Чуйка Хо, к сожалению, его не подвела. Парень сидит в ординаторской, пьёт чай и читает о Синдроме Протея, ведь, как известно, врачи учатся всю жизнь. От книги его отвлекает вбежавшая медсестра. — По скорой привезли парня без сознания, с разбитой бровью. Минхо отставляет кружку и откидывает книгу, выбегая из ординаторской, направляясь к приёмному отделению. Он замечает врача скорой помощи, который заполняет документы, стоя рядом с каталкой. Добежав до парня, что лежал без сознания, Ли теряет дар речи. Его сердце начинает биться как сумасшедшее, руки дрожат, в глазах собирается влага, а в голове вакуум. На каталке его любимый человек, его парень. — Сони… — шепчет Хо, невесомо касаясь руки Джисона. Он прокашливается. Нужно собраться, ведь сейчас стоит понять что случилось и помочь Джисону, — Что произошло? — обращается он уже к дежурному на скорой врачу. — Парень, лет двадцати, — «двадцати двух» в мыслях поправляет его Хо. То, что он находится в отношениях с парнем знали только родители и несколько друзей. Лишние проблемы им были незачем, — Поскользнулся на ступеньках в районе Мёндон. При падении ударился головой и расшиб бровь о ступеньку, в связи с чем потерял сознание. Скорую вызвали прохожие. Придётся зашивать, операционную уже готовят. — Спасибо, Ёнхи, — поблагодарил коллегу Хо, на трясущих ногах направляясь в операционную. За свою карьеру Минхо сотни раз зашивал такие неглубокие раны как у Джисона на виске, но сейчас он волнуется как во время экзамена на первом курсе медицинского. Он старается глубоко дышать и в мыслях обещает Хану, что на его лице даже шрамика не останется. Сама операция не сложная и занимает минут 15 от силы. Джисону накладывают шов на бровь и бинтуют голову, благо — сотрясения нет. Минхо благодарит анестезиолога и вместе с медсестрой увозит пациента в его палату. — Уменьшите немного объём, — подсказывает Хо медсестре, которая ставит Хану капельницу, — Вот так, спасибо. Вы можете идти, я побуду с пациентом немного. Девушка кланяется, покидая палату. — Стены и потолок белые, — шепчет Хан, когда приходит в себя через пару минут, — Со мной такой горячий доктор. Я что, уже в раю? — слабо смеётся парень, свободной рукой хватаясь за голову. — Не смешно, — строго отвечает Минхо. — Вы злой врач, я хочу другого! — наигранно-обиженно говорит Хан, но замечая строгий взгляд парня, замолкает. — Я же просил не ходить теми ступеньками. На них упасть легко, а сейчас ещё и гололёд. Джисон, я же говорил быть осторожнее! Минхо и правда не на шутку испугался за парня, поэтому сейчас его отчитывает, как ребёнка. — Прости, — тихо отвечает тот, — Я опаздывал в университет и решил немного сократить дорогу. — Сократил? Хан стыдливо молчит, уводя глаза в сторону. Он правда сожалеет, что заставил своего парня волноваться. Джисон очень любит Минхо и быть причиной его стресса хотел в последнюю очередь. Минхо вздыхает, садясь рядом с лежачим Ханом и берет его за руку. — Прости меня, что так налетел на тебя, — парень чувствует, как его руку сжимают, — Я как увидел тебя без сознания и с кровью на лице чуть сам не отключился. Джисон самое ценное, что есть у Ли. Они познакомились чуть больше четырёх лет назад и с того времени не разлучались. Оба чувствовали что-то родное друг в друге, будто они — разделённые души, которые когда-то были одной. Минхо оберегал и лелеял Хана, отдаваясь этому человеку целиком и получал ту же отдачу в ответ. Поэтому страх потерять истинного соулмейта был страшнее даже собственной смерти. — Поцелуйчик в виде извинений? — улыбается младший, вытягивая губы уточкой. Минхо глаза закатывает, но сдержать ответной улыбки не может. Наклоняется и быстро чмокает высунутые губы. Такой расклад Хана не устраивает, поэтому он делает попытку встать, дабы дотянуться до желанных губ. Боль в голове пробивает насквозь, ведь на брови свежий шов, что будет затягиваться не одну неделю. Джи шипит, хватаясь за больное место. — Сони, — Минхо подхватывает младшего за голову, бережно укладывая назад на мягкую подушку, — Ну что же ты дёргаешься? — парень бережно поглаживает Джисона по голове. — Шрам останется? — Совсем маленький, — Хо пальцами иллюстрирует свои слова, — Каждый день тебе будут ставить капельницы, послезавтра я сделаю тебе перевязку, а через пару дней и вовсе выпишут. Но учти, теперь ты в гололёд по улице ходишь только со мной. — Падать так вместе? — слабо смеётся Хан, получая в ответ серьёзную мордашку доктора. Джисону в больнице невероятно скучно. Каждый день — словно день сурка, бесит ужасно. Все процедуры уже в печёнках сидят и если бы не Минхо, то Хан уже давно бы сбежал отсюда. Больничная еда не вызывала восторга, а отсутствие телефона, потому что тот разбился при падении, просто сводило с ума. Один раз пришла проведать мама, не забыв отчитать его за халатное отношение к собственному здоровью. Джисон сидит напротив Минхо и внимательно следит за его действиями. Парень аккуратно снимает бинт, выбрасывая его в мусорку. Берёт какой-то раствор, окуная туда вату. — Сейчас потерпи немного, — предупреждает доктор. Хо почти невесомо прикладывает вату к ране, сразу дуя на это место, когда слышит сдавленное шипение, — Вот так, умница, — и заклеивает шов пластырем, — Нужно менять его каждые два-три часа и смачивать шов этим раствором. Когда меня не будет рядом, тебе нужно будет это делать самому, справишься? — Джи уверенно кивает. — Хён, когда меня уже выпишут? Я тут со скуки помираю, — Хо мягко улыбается. — Уже завтра. Сегодня я остаюсь на ночное дежурство, а уже утром вместе поедем домой. Часы показывают половину третьего ночи. Минхо выпил около литра кофе, но на сон всё равно клонит неимоверно. В ординаторской есть большой диван, на котором можно очень комфортно поспать, но так как Хо на дежурстве один, позволить такую роскошь он себе не мог. Минхо с детства мечтал быть доктором, поэтому сейчас жаловаться не может. Дверь ординаторской открывается, обращая на себя внимание сонного доктора. В проёме показывается знакомая макушка с пластырем на брови. — Сони, — Хо зевает, потягиваясь, — Что-то болит? — парень отрицательно машет головой и закрывая за собой дверь подходит к Минхо, — Не спится? — снова отрицательный кивок и Хан усаживается прям на колени ошарашенного парня, — Ты чего? — мужчина по привычке укладывает ладони на ягодицы парня. — Хён, — шепчет на ухо Джи, из-за чего по позвоночнику старшего бегут мурашки, — У тебя когда-то был секс в больнице? — Кажется, удар головой был сильнее, чем я думал. — Хён, — Джисон легонько бьёт кулаком того в плечо, — Я серьёзно. Младший припадает к шее Хо, прекрасно зная, что это его слабое место. Ведёт дорожку мокрых поцелуев к белому воротнику, параллельно рукой слабо надавливая на пах. Он снова поднимается к уху, шепча: — Ты так сексуально выглядишь в этом халате, я так хочу, чтобы ты меня трахнул в нём, — отстраняется, заглядывая в глаза, шепча невинное, — Пожалуйста. Минхо тяжело дышит, внимательно следя за всеми действиями Хана. Младший спускается на пол и становится на колени у разведённых ног Ли. Он облизывается, не разрывая зрительного контакта и тонкими пальцами расстёгивает халат до половины, а за ним и ширинку. Большим пальцем проводит по полу вставшему члену через ткань, надавливая на головку, чем вызывает сдавленный стон сверху. Когда парень уже хочет стянуть джинсы Хо, последнего как холодной водой обливает. — Стой, Джисон, притормози, — говорят последние доли самообладания Минхо, — Я же на дежурстве, кому-то может понадобиться моя… помощь, — парень делает паузу, чтобы проглотить ком в горле. — Сейчас глубокая ночь, все спят, — Хан поднимается на уровень лица старшего, — Так что просто позволь себе расслабиться, Минхо. Хо ещё делает жалкие попытки отстраниться, но когда его член окутывает жар рта младшего, тот сдаётся, откидываясь на диван и передавая всю власть в руки Хана. Джисон, замечая перемены в поведении старшего, смелеет, пропуская орган сразу в глотку. Хо закусывает губу, не желая издавать лишних громких звуков. Джи отлично умел отсасывать, доводя своим умелым ртом до звёздочек перед глазами. Как сейчас, он невесомо проводит пальцами по мокрому от слюны и предэякулята члену и лишь языком касается головки, временами надавливая кончиком на уретру. Минхо находит рядом лежащую подушку, сжимая её до хруста ткани, его парень так хорош. Младший дует на чувствительную головку, после сплёвывая на неё, растирая всю жидкость большим пальцем. А старшему выть хочется, но всё что он может — второй рукой закрыть себе рот, чтобы завтра не получить заявление на увольнение. Хан понимает, что растягивать момент совсем не время и не место, поэтому, помогая себя рукой, заглатывает почти до основания, принимаясь ритмично двигать головой вверх-вниз. Язык кружит вокруг плоти, собирая солоноватую жидкость, а вторая рука нежно мнёт мошонку. Но когда та сжимается, готовясь выпустить семя, парень отстраняется, пережимая член у основания. — Хан Джисон, — скулит Хо, когда его так безжалостно оборвали. Хан улыбается как хитрый лис, поднимаясь с затёкших колен. Он быстро справляется с пижамными штанами, снимая их вместе с бельём и возвращается на бёдра старшего. — А что, только тебе получать удовольствие? Джи достаёт из нагрудного кармашка пижамной рубашки квадратик презерватива и небольшой бутылёк смазки, ухмыляясь чистому удивлению Минхо. — Прикупил, когда в магазин выходил, — говорит Хан параллельно выливая смазку на пальцы. Он заводит руку за спину, проникая сразу двумя пальцами, не встречая сопротивления, — Знаешь, растягивать себя в больничном душе так неудобно. Видел бы ты как на меня смотрела санитарка, когда я вышел ахх, — ухмыляется младший, пропуская стон. — Джисон, — скулит Хо, — Ты меня скоро доведёшь. — До сердечного приступа или оргазма? — Сразу до всего. Хан наклоняется для поцелуя. Целует напористо и мокро, не стесняясь издавать хлюпающие звуки. В это время он ловко разрывает упаковку с презервативом, находит член Ли и, надевая защиту, направляет его в свою дырочку, сразу опускаясь полностью. Минхо шипит, сжимая чужую талию до ярких отметин. Он откидывает голову назад, снова давая рычаг управления в руки Джисона. Младший в свою очередь незамедлительно начинает двигаться. Садится до упора, после поднимается практически полностью. Сдерживаться неимоверно тяжело, но парни стараются изо всех сил, ведь за стеной, которые в больницах не особо толстые, находится палата, в которой спят пациенты. Ещё пара минут быстрых фрикций и Джисон устаёт. Как бы ему не нравилась идея секса на диване в ординаторской — это, всё же, не очень удобно. — Хён, — загнанно дышит Хан в шею парня, — Хён, я устал. Минхо шумно ухмыляется, подхватывая парня под ягодицы и упираясь пятками в пол. Хо сам начинает двигать тазом, вгоняя член в хлюпающую от смазки дырку, переходя сразу на быстрый темп. Джисон теряется, он хватается за плечи Минхо, сжимая их до побеления костяшек. Всё что сейчас может младший — это бесконтрольно закатывать глаза и издавать похожие на скуление звуки в шею парня, иногда оставляя на ней яркие следы. У обоих одно желание на двоих — скорее кончить. Минхо руками ещё больше раскрывает ягодицы Хана, что позволяет вбиваться в любимое тело быстрее. У Ли выступила испарина, нижняя губа закушена, а глаза чёрные, застелены возбуждением. Стоило младшему только взглянуть на своего парня, как он чувствует, что оргазм близко. — Хён, я сейчас… — Давай, Сони, — стонет Минхо, опуская руку на забытый член Хана, надрачивая. Младшему хватает пары движений ладони и он, издав особо громкий стон, кончает, пачкая белоснежный халат доктора. Минхо понимает, что и его на долго не хватит. Он хватает Джисона за волосы, впиваясь диким поцелуем, не оставляя ни шанса на то, чтобы отстраниться. Старший больно кусает парня за губу, кончая в презерватив. Усталость и боль в мышцах настигают его моментально, Хо без сил откидывается на диван, а Джисон, в свою очередь, падает на самого Минхо, тяжело дыша в шею. Оба пытаются прийти в норму, помещение пропахло сексом, а одежда грязная от спермы и пота. — Прости, я обработаю, — шепчет Минхо, когда видит струйку крови на губе младшего, которую, очевидно, прокусил он. Джисон только улыбается, большим пальцем стирая алую жидкость. — Это было невероятно, я уже хочу как-то повто… — парня обрывает стук в дверь. — Извините, — слышится голос пожилой женщины за дверью. На лицах парней застывает маска настоящего ужаса, — Кажется у меня давление поднялось. — Не заходите! — охрипшим голосом кричит доктор, — Идите в палату, я сейчас приду. Парни задержали дыхание и расслабились только тогда, когда услышали отделяющиеся шаги. — Пиздец, — в унисон.