Продавец на полставки

– Здорово, Вай! Кексы! Обожаю их, – в отличие от остальных, Кассандра была единственной, кто обрадовался появлению Вай. И, видимо, единственной, кто еще мог говорить. Кейтлин все это время держала Джесс за запястье, но после увиденного, Джесс дернула рукой и отвела взгляд. Вай попыталась улыбнуться Кассандре, но глядя на Кейтлин ей было стыдно даже притворяться. – Давайте вместе их и поедим. Оставайтесь! – Нет, мам, нам нужно поговорить. – Да перестань, – она перевела взгляд на Джесс. – Оставайся! – Все хорошо. Ничего, – она вежливо улыбнулась ей. – Вот видишь! Все хорошо, она не против. Кассандра неправильно ее поняла, но отказываться вновь ей было стыдно. За столом все сидели в напряжении. Если бы не Кассандра, они бы уже давно убили друг друга. – Вы же не знакомы? – спросила она, обращаясь к Джесс. – Это Вай, она работает в магазине у Кейтлин. – Что? – Джесс посмотрела на свою девушку со стеклянными глазами. “Значит она не уволилась?” - подумала она. – Мам, она ведь… – Вай замечательная! И отличная работница. За это время она стала мне, как вторая дочь! Кассандра продолжала ее нахваливать, поглаживая ее плечо. – Вторая дочь? – переспросила Джесс, опуская глаза. – Конечно, поэтому и живет в моем доме. По лицу Кейтлин стекали капельки пота. Джесс едва могла удержать слезы, она прикусила губу. – Все не так… – возразила наконец Вай. – Просто меня обманули и… – она посмотрела на Кейтлин, взгляд которой дал ей понять, что это бессмысленно. – Давайте уже поедим, – Кассандра достала из пакета коробку с красиво оформленными кексами. – Джесс, держи. – Вот, держи, – Кейтлин выхватила у матери кекс, и положила на тарелку Джесс, думая, что так хоть как-то искупит свою вину. Она боялась даже дышать на нее, понимая, как только что разбила ей не только сердце, а все, что только можно. Джесс бросила на нее брезгливый и обидчивый взгляд. Вай прикрыла рот рукой, не зная что делать. – Простите, но мне нужно уходить. Увидимся еще, – произнесла Джесс и ушла. Кассандра даже не успела возразить. Она непонимающе взглянула на Кейтлин, после чего та побежала за ней. – Джесс! – крикнула она ей, но та буквально убегала от нее. Кейтлин остановилась от резкой боли в ноге, но та закатила глаза, думая, что она вызывает к себе жалость. – Джесс, постой! Ты неправильно поняла! Она еле успела догнать ее, но Джесс игнорировала все ее слова. – Я не успела сказать матери, что Вай уволилась. – Хватит. Я устала от оправданий, – грубо ответила она. – Но я говорю правду! – Твоя мама уже все сказала! Хватит с меня! – Ладно, – Кейтлин выдохнула. – Давай успокоимся. Я не могу просто так отпустить тебя. Джесс смотрела на нее сквозь слезы. Взглянув в сторону, она заметила такси. – Джесс… Кейтлин хотела открыть ей дверь, но она сама это сделала, однако не смогла закрыть ее. – Джесс, послушай, прошу, – Кейтлин придержала дверь, в надежде, что хоть что-то изменится. – Я знаю, это звучит как оправдание… Но это правда. – Отпусти дверь. – Ее обманули, Джесс. Ей негде жить. Джесс потянула дверь на себя и закрылась. Кейтлин не могла остановить машину, не могла побежать за ней, и хоть она пыталась все изменить - ничего не вышло. Никакой мюзикл, никакие слова, ничего не помогало. Их отношения стояли под угрозой, вряд ли что-то могло измениться. Она села на ближайшую ступеньку и схватилась за голову. Вай не могла не побежать за ними. Все, что она успела увидеть - это отчаянную Кейтлин, сидящую на холодном бетоне. Боясь подойти, она несколько секунд пыталась сообразить, что сказать и как успокоить ее, но ни одна стоящая мысль не приходила ей в голову. Она молча стояла и смотрела, как она страдает. – Прости меня, – вырвалось у нее. Кейтлин услышала, но не стала поднимать на нее взгляд. – Вай, не сейчас, – холодно ответила она. Вай не хотела оставлять ее в таком состоянии. Кейт была абсолютно одна, ей хотелось поддержать ее, но лучше ей было уйти. – Хочешь, я догоню ее и все объясню? – Да как ты не понимаешь, Вай?! – воскликнула она, встав. – Что ты ей объяснишь?! Если она меня не послушала, думаешь, тебя послушает? Почему ты не взяла трубку?! – она сделала паузу, вздохнув. – Сейчас уже поздно что-то менять! Все из-за тебя! Почему ты вообще устроилась ко мне в магазин?! Почему ты вечно оказываешься не там, где нужно?! Лучше бы мы вообще никогда не встречались! Я… – ее голос стал дрожать. – Я не знаю, что теперь делать… Вай слушала ее, затаив дыхание. Сердце колотилось от боли и сожаления. Казалось, еще немного и Вай схватит паническая атака. Кейтлин снова схватилась за голову и села на ступеньку. Она попыталась успокоиться, чтобы привести мысли в порядок, но как только она это сделала, ее руки стали дрожать. Она заледенела, осознав, что только что наговорила Вай. Нет, она не хотела этого говорить. Это была неправда. Но было уже поздно, время не повернуть вспять. Она успела высказать ей все, что бесило ее на протяжении всего времени, но это было не так. – Боже… – произнесла Кейтлин. – Вай… Вай, я не хотела. Она снова повернулась к ней, но ее уже не было рядом. Она молча ушла, в сторону дома, но Кейтлин побежала за ней. – Вай! Стой, подожди! Вай скрестила руки у груди. Повернувшись к ней, она смотрела вниз. – Прости меня, Вай, я… – она хотела взять ее за руку, но та не дала ей коснуться себя. – Ты права, – глаза Вай также были на мокром месте, но она говорила спокойно. – Я во всем виновата. Я все испортила… – Не говори так. Это неправда. – Ты сказала все, как есть. Все от меня отворачиваются именно из-за этого. Проблема во мне. Сестра меня бросила, потому что я тиранша. Меня обманули с квартирой, с новой работой… Облапошили, как последнюю идиотку. Я испортила тебе жизнь. Пыталась все исправить - но все равно все бестолку! – из ее глаз потекли слезы. – Я никуда не гожусь. От меня одни проблемы. Внутри Кейтлин всё сжалось. Виновата была никто иной, как сама Кейтлин. Ей не нужно было гневаться на неё, она не заслужила такого отношения. Она прижала её к себе. – Вай, прости меня. Я сказала это на эмоциях. Дыхание было прервано. Вай становилось тяжело дышать, но это не из-за объятия Кейтлин, а из-за собственных мыслей. – Ты всё правильно сказала… – она шмыгнула носом. – Мне нигде нет места. Я даже школу окончить не смогла! Кейтлин погладила её по спине. – Вай… – она взглянула ей в глаза. – Ты ошибаешься. Не плачь. Ты не виновата, – она сделала паузу, коснувшись ее лица. – Проблема далеко не в тебе. Я не хотела тебя обидеть, правда! Просто… Все произошло так внезапно, я даже… Я не справилась. Видимо я… Я недостаточно люблю ее. Вай вздохнула с дрожащими губами, закатив глаза. – Кейтлин… – Я перегнула палку. Прости, я не это имела ввиду. Я рада, что мы встретились... Я… – она пыталась сказать что-то еще, но слова застряли в горле. – Я… Теперь уже Вай прижала ее к себе. От объятия тревога потихоньку угасала у обеих. Кейтлин переживала не только за Джесс, но и за Вай. Она думала, что она не примет ее извинения, но это объятие помогло ей справиться с наплывающей паникой. Делая кольцевые круги, водитель такси как назло проехал мимо этого же места, чтобы Джесс убедилась в сотый раз, что Кейтлин обманывала ее. Они обнимались так, словно были обречены на смерть. Она не могла смотреть долго и отвела стеклянные глаза на водителя, прожигая его взглядом. – Прости меня, – произнесла Кейтлин, когда смогла унять быстро бьющееся сердце. – Прощу, если ты простишь, – она сделала паузу. – Тебе не нужно извиняться, Вай, – она погладила ее по спине. – Все хорошо. Мне очень жаль. – Почему ты не сказала, что я ухожу? Кейтлин посмотрела в пустоту. Действительно, почему? У нее была возможность, она даже пыталась ей сказать. Наверное, просто… – Не успела. Наконец, освободившись от крепкого объятия, они посмотрели друг другу в глаза, красные от слез. – Все еще болит? – Вай заметила, как Кейтлин стояла на одной ноге. Она резко встала в нормальную позу. – Не бойся, я не буду тебя тащить, – она усмехнулась. – Я соврала, ты очень тяжелая. Кейтлин усмехнулась. Вай ушла домой, случайно встретив по дороге недовольного покупателя, вышедшего из магазина. Кейтлин продолжала думать обо всей этой ситуации. Она с ужасом вспоминала момент, когда своими словами чуть не ранила Вай. Вернее, она уже ранила ее. И хоть та ее простила, в душе все равно остался неприятный осадок. Больше всего Кейтлин боялась того, что потеряет ее навсегда. Она даже не думала о Джесс. Все мысли были только о Вай. Только о том моменте, когда она, оправдываясь перед ней, чуть не сказала самое сокровенное, самое секретное, что таила Кейтлин даже от самой себя. Она боялась признаться, что еще мгновение, и она бы случайно сказала это. “Я люблю тебя”. Нет, это не могло быть правдой. То, с каким трепетом она относилась к Джесс, как она изо всех сил старалась ее обрадовать - было показателем ее верности. Она не могла любить кого-то еще, ведь Джесс была для нее всем. Она была важнее любого ее принципа. Возможно, любовь к Вай была совершенно иной, например, как к сестре или дочери. Во всяком случае, так пыталась убедить себя Кейтлин. Нет никакой любви, просто ей нужно было успокоить ее. А слова “я тебя люблю”, казалось, лечили лучше всех остальных. Поэтому у Кейтлин вырывались эти слова, словно на автомате. В магазине тем временем Экко “работал”, болтая по телефону. Он наконец-то дождался разговора со своей любимой фанаткой. – Мне нужен пакет и выдайте чек, – борзым голосом сказал покупатель, встав перед кассой. – Одну секунду, у меня клиент, – прошептал Экко своей новой подружке. Оплатив товар, мужчина брезгливо взглянул на него, словно хотел чего-то еще, но молча покинул, забрав молочный продукт. – Спасибо, что подождала. Извини, – он снова заговорил томным низким голосом, как взрослый таинственный мужчина. – Боже… – прошептала она в трубку, растаяв от его голоса. Они могли болтать целыми часами, но их разговор снова прервали. Наступила смена Кейтлин. Джесс в это время только вернулась домой. В отличие от Кейтлин, она сдерживала свои эмоции, ни на кого не кричала и даже не плакала. Казалось, она предвидела это. Она была готова к тому, что Кейтлин снова разобьет ей сердце. – Джесс, Итан здесь, – радостно поприветствовала ее мать. – Итан, я устала. Давай завтра, – оглядев их чашки чая, произнесла она. – Да что с ней такое, – сквозь зубы прошептала миссис Маршалл. – Это все из-за Кирамман, ведь так? – Она легко привязывается к людям, – объяснил Итан. – Ты позволил ей открыть магазин? – в ее голосе не было злобы, но она явно была недовольна этим. – Надо было сразу думать. Итан виновато отвел взгляд. Маршалл обреченно вздохнула. Но она боялась не за дочь. Любая мать бы приняла выбор своего ребенка, и даже если бы этот выбор губил бы ее, можно было просто поговорить. Поговорить о чувствах, убедиться: действительно ли Джесс так любит Кейтлин. Впрочем, за миссис Маршалл это делал Итан. Он аккуратно намекал ей на то, что эти отношения не для нее, при этом не заставлял насильно бросить Кейтлин. Но ее мать уже продумала целый план, не только на счет того, чтобы Джесс ее разлюбила, но на счет того, чтобы испортить жизнь Кейтлин Кирамман. После сегодняшнего инцидента Вай ворочалась в кровати, сон к ней не шел. Она думала о том, как можно было все исправить. Перед глазами были лишь печальное лицо Кейтлин, когда она провожала взглядом машину, на которой уехала Джесс. “Наверное я недостаточно ее люблю” - всплыло в памяти, на что ей хотелось выть от несправедливости. Ей было настолько обидно за нее, за ее чувства, за все, что она делала для Джесс. А по итогу Кейтлин продолжает корить себя в том, в чем была абсолютно не виновата. То, как она сорвалась на ней и высказала все - Вай приняла, как естественную реакцию. Даже если бы Вай была святой, просто мимо проходящей незнакомкой, которая пыталась выяснить у нее все ли в порядке - она бы все равно высказала все, гневаясь на нее. Когда у человека из раза в раз что-то не получается - он всегда будет нервничать, кричать и ругаться. И хоть Вай отчасти верила во все, что она сказала, она не приняла это близко к сердцу. Ведь она не могла просто смириться с тем фактом, что она - ничтожество, портящее жизни других и даже самой себе. Она спустилась вниз, чтобы попить воды, но увидела на кухне Тобиаса. – Вам тоже не спится? – она села к нему напротив, наблюдая как он перебирал ростки из объема. – Забыл снять головки с ростков фасоли, – объяснил он. – Жена захотела утром суп. Вай понимающе улыбнулась. – Я помогу, – она сделала паузу. – Мне кажется, вы прекрасный муж для своей жены. – Да нет… – он усмехнулся. – Всю свою жизнь я ни разу не смог устроиться на работу. Кроме магазина, конечно, но это только благодаря Кейтлин. А в остальное время все, что я делаю - готовлю и убираю, – он не грустил, а наоборот весело говорил о своих переживаниях. – На самом деле, я так хочу доказать жене, что тоже на что-то способен. Она работает каждый день. Кейтлин не спит, занимается магазином. А тяжело мне. Он засмеялся, на что Вай мягко улыбнулась. Хоть он озвучил свои мысли позитивно, девушка грустно опустила глаза. – Наверное, здорово иметь такую семью, где друг о друге заботятся, – она продолжала улыбаться. – Поздно уже, чем вы тут занимаетесь? – Кассандра сонно поднялась со второго этажа. – Ты сказала, что хочешь суп завтра утром, – напомнил ей муж, после чего она села рядом. – Я же просто так сказала, – протянула она. – Пойдем спать. На завтра остались кексы. Вай мило засмеялась. Рядом с мужем Кассандра выглядела, как маленький ребенок. Когда они оба пошли спать, Вай еще оставалась на кухне. От нечего делать она закончила чистить ростки. Она оглядела весь дом с такой любовью, будто у нее здесь прошло все детство. Вон, пятнышко застывшей маслянной краски на стене, напоминающее детский след крошечной ладони. Слегка потертый стол, на котором каждый день по несколько раз собиралась любящая семья. Это несовершенство проявлялось во всем. Дом был отражением неимоверной любви друг к другу в этой семье и Вай это четко видела. Ей было так тепло находиться здесь, словно это место было и ее домом тоже. Но она понимала, что не может остаться. Она была готова платить обычными деньгами за проживание здесь, но только не счастьем Кейтлин. Для нее это было самое дорогое, что можно было отдать всего за день нахождения в приятных условиях, чувствуя себя в безопасности и любви. Утром Джесс не брала трубку. Всю ночь Кейтлин провела в раздумьях, практически не моргая. Молчание Джесс беспокоило ее, поэтому она решила позвонить Мел. – Джесс на месте? – просила она, на что та озадаченно вздохнула. – Ее нет. И директор Ли приходил и сразу уехал. Странно. От услышанного Кейтлин отчаянно вздохнула. Не зная, как еще выйти на связь с Джесс, она решила пойти к ней в дом. И хоть ее могло там не быть, она наконец сможет нормально представиться перед ее матерью. – Спасибо, – произнесла она, когда слуга налила ей чай. В ожидании миссис Маршалл Кейтлин нервно дергала ногой, боясь снова облажаться. Женщина появилась через минуту, такая же красивая с грациозной походкой, как и всегда. На ней было легкое пурпурное платье, от нее веяло вкусным цветочным парфюмом, таким же дорогим, как и ее ожерелье. Кейтлин резко вскочила с места, отчего стол слегка затряс. – Здравствуйте! Меня зовут Кейтлин Кирамман. – Мы ведь уже знакомы. – Не до конца, – ее голос задрожал. – Я девушка Джесс. Женщина взглянула на нее с ног до головы и усмехнулась. – И чего же ты хотела? – спросила она, присаживаясь на диван. – Мне… Мне нужно ее увидеть. – Ты могла бы позвонить ей и не пришлось бы приезжать. – У нас случилось небольшое недопонимание, – тихо объяснила она, после чего ее собеседница молча взяла чашку чая. – Я сделаю все возможное, чтобы объясниться. Но это ее выбор - принять это или нет. – И что? – облизнув губы, она взглянула в другую сторону. – Я была бы благодарна, если бы вы позволили ей самой принять решение. – То есть мне не лезть? – она наконец взглянула на нее, а глаза Кейтлин забегали в разные стороны. – Что ж, хорошо. – Спасибо. Тогда я зайду позже. А сейчас… – она встала. – Я пойду. До свидания. Кейтлин покинула их дом, так и не узнав, где сейчас находится Джесс. Но по крайней мере она попыталась наладить отношения с ее мамой. Мисс Маршалл, или по-другому Ребекка, все это время пыталась найти свою давнюю приятельницу. После того, как она узнала с кем встречается Джесс - она стала совсем другим человеком. Вернее, как только в ее жизнь вторглись не те люди, она стала более лицемерной, алчной и помешанной на своем богатстве. Она словно хвасталась самой себе, что имеет все в крупном размере, ни в чем себе не отказывает и, казалось, она завидует самой себе. И вот, когда объявилось семейство Кирамман, она была готова пойти на все, чтобы найти ту, которой она завидовала всю свою школьную жизнь. Ту, с которой дружила до тех пор, пока родители не увезли ее в другую страну. И теперь, когда они обе в одном городе, когда Ребекка наконец узнала о ее дочери, найти ее мать было проще простого. – Что? Вам нужен сотрудник? – говорил покупатель по телефону. Тобиас невольно подслушал его, расставляя товары на полки. – Три тысячи долларов со страховкой? Даже если только с правами, сложно быстро найти. Я точно никого сегодня не найду. Мужчина был одет в деловой костюм, что сразу вызвало доверие у Тобиаса. – Толковые люди с неба не падают. После этого он пошел на кассу. – Я не хотел подслушивать, но слышал, что вы ищете сотрудника, – с улыбкой произнес мистер Кирамман. – Да, но им нужен кто-то уже сегодня. – Я как раз сегодня и могу. – Вы можете пойти? – взгляд мужчины оживился. – Прямо сейчас? Пока Тобиас радовался, что впервые в жизни так просто нашел хорошо оплачиваемую работу, Кассандра возвращалась с работы. Она планировала встретиться с Грейсон в кафе, но та опаздывала из-за работы. Тем не менее ей не пришлось долго сидеть в одиночестве, ведь в это же кафе зашла Ребекка. – Ну ка… – Кассандра пригляделась к ней. Женщина сидела у окна, не обращая на нее внимание, словно хотела, чтобы она сама подошла к ней. – Извините, а вы случайно… – она все же подошла к ней и взглянула в глаза. – Ребекка? – Кас? – она удивленно округлила глаза. – С ума сойти… Это же ты! – ее глаза помутнели от слез. Они крепко обнялись после долгой разлуки. – Где ты была все это время? – спросила Кассандра, садясь рядом с ней. Они мило болтали в течение нескольких минут, вспоминая прошлое и обсуждая свое настоящее. Ребекка терпела ее с улыбкой, слушая ее искренний смех. Кассандра наивно полагала, что ее подруга также рада ее видеть, ведь прошло столько лет. Все обиды должны были уйти в могилу еще в далеком детстве. – Я даже представить себе не могла, что снова тебя встречу! Так здорово! – И я тоже. Хорошо, что я сегодня взяла выходной, – улыбка не сходила с лица Ребекки. – Моя дочь работает практически без выходных. Мне так ее жаль. – Скажи ей, чтобы больше отдыхала, – отпив кофе, произнесла Кассандра. – Это губительно и для самой работы. Куда ее начальник смотрит? – Она меня совсем не слушает… – сделав паузу, она продолжила. – Впрочем, иногда она может позволить себе небольшой перерыв, но она проводит время со своей девушкой. И она мне не нравится. – Почему? – Дело в том, что я знаю ее мать. Очень неприятная женщина. Не думаю, что у такой матери может быть хороший ребенок. К тому, же эта девушка работает на низкооплачиваемой работе. А моя училась за границей и работает на высокой должности и имеет очень высокую зарплату. Как думаешь, смогут ли они быть вместе, если такие разные? – Нет, конечно… Почему она с ней встречается? Она не ее уровня. – Я тоже так считаю. – Думаю, ты должна как-то вмешаться. Она у тебя влюблена и не может мыслить разумно. – Не уверена, что вправе вмешаться, – она отвела взгляд, вспоминая слова Кейтлин. – Нет, если рассудок ребенка затуманен, нужно брать ситуацию под свой контроль. А вдруг эта девушка встречается с ней из-за денег? Нужно искать себе похожих. – Я абсолютно согласна, – Ребекка усмехнулась. – Так рада, что мы сходимся с тобой во взглядах. Их разговор продлился, пока не пришла Грейсон. Ребекка покинула их, оставив Кассандре свой номер телефона. Она в какой-то степени была рада тому, что ее бывшая подруга была согласна с ее мыслями. Но она даже не подозревала о том, что речь шла о ней. Ребекка считала лицемерной именно ее, мать Кейтлин Кирамман. И даже с годами она не справилась со своей обидой на нее. Дома в это время Вай уже успела собрать все свои вещи. Впрочем, многое она даже не доставала. Она спускала со второго этажа чемодан и сумку, из которой наполовину выглядывал ее любимый мишка. Уже стоя у порога дома, она собралась выйти, но в этот же момент зашла она. – Ты уходишь?