Be patient

      На паре по связям с общественностью Тэхён откровенно клюёт носом, потому что не выспался. Всю ночь беспокоился о Чонгуке и ломал голову по поводу его реакций. Предположения неутешительные. Исключительно догадки, так как даже в век интернета информации почти ноль. Попросил Грейс, знатную сплетницу, разузнать через знакомых хоть что-нибудь. Пока что никто ничего не писал. Парень интроверт. Никто толком с ним не общался, разве что во время подготовки каких-либо проектов, однако и тогда тот держал дистанцию. Адрес проживания неизвестен, сидит только в инстаграме, профиль закрыт. Тэхён, не особо надеясь на что-то, решил попытать удачу и отправил запрос. Наткнулся на игнор.       Сейчас смотрит в правый дальний угол аудитории на своё новое увлечение. Излюбленное чёрное худи.       «Хоть бы серого цвета надел разок. Чисто для разнообразия»       Чонгук и не косится даже, а ведь наверняка чувствует на себе настойчивый взгляд. Упрямый. Бегает уже второй день. Тэхён настаивать опасается. По его мнению, чрезмерной прилипчивостью вызывать негативные эмоции у человека, который заинтересовал, — тактика стрёмная. Только вот как иначе сдвинуть общение с мёртвой точки, он без понятия. Протянуть руку и сказать «Давай дружить»? Идиотизм. Они не в детском саду, и Чонгук не такой наивный, чтобы поверить в этот собачий бред. И глупо выглядеть не хочется.       Телефон вибрирует. Тэхён даже дёргается от неожиданности, сердце заходится в гулком стуке от мысли, что его зафолливили, но нет. Пришло сообщение от Грейс, весьма информативное: Чон занимается боксом, ходит на секцию в их колледже. Неожиданно. Чонгук не хилый, но и не перекачанный, роста они примерно одного. Нужны детали, которые сложно разглядеть из-за этой безразмерной одежды. Даже интригующие серые треники, пробуждающие сексуальные мысли от спячки, не носит. Только чёрные или тёмно-синие.       «Предусмотрительный какой» — Думай, Тэхён. Думай.       «Худи. Закрытая инста. Бокс. Надо узнать расписание тренировок. Болел типа. Причина официальная, значит, есть справка. Но точно не от местного психолога. Лезть в кабинет и рыться в личных делах учащихся — тема опасная. Как выйти на его больничную карту? Общая база? Врач. Блять, Юнги же есть»       Пишет своему хёну, как сказали бы корейцы, но он американец, поэтому: miKTae: Хай, бро. Мне нужна личная информация о Чон Чонгуке. Мой одногодка. Учится тоже на спортивном менеджменте. Отсутствовал примерно полгода. По официальной причине, болел. Мне нужно узнать, чем конкретно. MinSuga: Понял. Спрошу у мамы.       Держать рот на замке Юнги не просит, зная, что Тэхён не распиздит. Всё-таки разглашение личной информации — это подсудное дело, а его мама, мисс Ноа, безмерно понимающая и всегда поддерживающая женщина, ангельски доброй души человек, может и уебать чем-нибудь. Портить ей репутацию не хочется совершенно, как и свои отношения с другом. Слишком ценное.       За бесконечным потоком мыслей опять проёбывает пару. Следующим в расписании указан очередной урок секс-образования. Обед уже был, поэтому, предположительно, Чонгук должен сейчас направиться сразу в нужную аудиторию. Пристраивается позади, пилит взглядом коротко стриженный затылок, надеясь, что всё-таки повернётся. Нихера. Стоит дать чёрный пояс по игнорированию.       Так и доходят до аудитории. Чон в наушниках садится за всё ту же парту, Тэхён — слева от него. Сегодняшняя тема: заболевания, передающиеся половым путём. Джессика раздаёт распечатки, просит сесть по двое и выполнять совместно. Долго не думая, придвигается к Чонгуку. От внезапной близости тот вздрагивает. Вытаскивает из ушей аирподсы. Выглядит слегка потерянным, видимо, заслушался и не понял, что занятие началось. — Попросили выполнять вдвоём, — поясняет Тэхён. Двигает листочек к левому краю парты для удобства, поближе к себе, и забирает ручку из чоновых рук. Как там говорят? Наглость — второе счастье? Согласен. Чонгук наконец-то смотрит на него, пусть и слегка возмущённо. — По-прежнему будешь меня игнорировать или попробуешь побыть взрослым парнем?       Намеренно провоцирует. Зайчик от него бегает, а в их случае догоняя только напугать можно, флиртовать не получится.       Чонгук долго смотрит на него, кусает щёку изнутри. После молча переводит взгляд на плазму с презентацией и морщится: Джессика выбрала весьма красочные картинки с гениталиями. Снова утыкается в листочек с заданиями. Первое — соединить названия болезней с их описанием. Второе — соединить картинки с названиями заболеваний. Третье — написать свой личный совет тем, кто впервые подцепил что-то.       Тэхён поворачивает листочек немного боком, чтобы было удобнее писать. В строчках для последнего задания пишет «Пользуйтесь презервативами, дебилы» и ставит жирную точку, считая это достаточно хорошим советом. Чонгук ничего не говорит опять, просто двигает листочек к себе, дописывает «Контролируйте свои желания. Думайте о здоровье партнёра тоже». Кладёт ручку на парту, натягивает рукава до костяшек, задевает колечко в губе языком. Ждёт чего-то.       А Тэхён залипает хуй пойми в который раз. На этих пушистых ресницах, пухлой нижней губе, родинке под ней, мелком шраме на щеке, сбритой посерединке правой брови со следами от пирсинга. Даже изъяны кожи в виде чёрных точек и небольшого красного прыщика на скуле кажутся очаровательными. Простой, естественный. Красивый.       «Бля. Неебический какой»       Чувствует, как его бодают коленом в бедро. Отвлекают от мыслей. — Надо выполнять задания, — шепчет Чонгук, не отрывая глаз от своих пальцев.       «Щёки красные. Смущается, когда так пялятся?»       Скорее всего, да, но Тэхёну даже не стыдно за это. Стыдно только за стояк, испытывающий ширинку джинсов на прочность. Благо футболка достаточно длинная. Только вот если гарнизон не капитулирует к концу занятия, будет весьма неловко. — Ты знаешь, как выглядят признаки хоть одного заболевания? — почти ложится на парту, подпирая голову рукой. С этого ракурса гораздо удобнее разглядывать: видно колечко в губе и периодически мелькающий между губ язык.       «Сука. Как будто снова четырнадцать, и встаёт просто от того, как человек пьёт воду» — Джессика только что показывала фото, — робко скользит взглядом сначала по тэхёновой косухе, затем по заклёпкам на вороте, по шее, подбородку, и только проделав весь этот путь, осмеливается посмотреть прямо в глаза. — А мне не особо интересно рассматривать чужие письки и высыпания на них.       И вот неожиданность: Чонгук прыскает от смеха, прикрывая рот кулаком. — Проще всегда пользоваться презервативом, чтобы не проверять на себе ощущения от венеричек? — тянется за ручкой и приступает к первому заданию, видимо, смекнув, что от Тэхёна помощи можно не ждать. — Верно. Мой совет самый чёткий. — Что скажешь о моих? — поддерживает диалог. Тэхёну льстит, что в его присутствии начинают расслабляться. — Хорошие. Характеризуют тебя как человека, который беспокоится о других больше, чем о себе. Или имеет к этому предрасположенность. — А ты считаешь других людей тупыми, — губы растягиваются в сдержанной улыбке. Тэхёновы тоже. — Большую часть, но не всех. Ты, например, исключение. — Спасибо за столь высокую оценку моих умственных способностей, профессор Ким.       «Аид, ты слышишь меня? Он потрясающий»       Диалог прерывается на выполнение заданий, всё-таки уйти с пары хочется пораньше. Чонгук что-то там пишет, но мельком успевает и разглядывать в частности лицо, одежду и кольца на пальцах. Такие невинные проблески чужого интереса в свой адрес приятны. Тем более, от него. — Нравится то, что ты видишь? — кажется, внутренние часы считают, что прошло достаточно времени: пора начать флиртовать, чтобы не съехать во френдзону. — Завуалированно напрашиваешься на комплимент?       Далеко Чонгуку до рокового соблазнителя и разбивателя человеческих сердец. Но так даже лучше. Совершенно не его стиль. — Мне нужно выбить из тебя хоть что-нибудь, чтобы понять твоё мнение обо мне. В целом. Но можно начать и с простого. Физической привлекательности, например.       Ничего не отвечает, просто подписывает листок, складывает вещи в рюкзак и уходит. А Тэхён, собственно, из мыслей выскальзывает только когда закрывается дверь. Собирает свои принадлежности, отдаёт листок Джессике и бежит за Чонгуком следом. Не чтобы извиниться за настойчивость, к которой тот, по всей видимости, оказался не готов, и не чтобы заверить в отсутствии симпатии как к потенциальному партнёру. А чтобы не оставлять недомолвок, объяснить своё поведение и дать знать о своей заинтересованности на случай, если Чонгук вдруг неправильно воспринимает характер их общения. Он не собирается играть в друзей, обозначил свои намерения как можно осторожнее и безопаснее, но явно. Только вот всегда есть вероятность, что этого недостаточно.       Нагоняет у выхода из корпуса. Чонгук, сдерживая раздражение, глубоко вздыхает. — Ты не добавил меня в инсте. Почему? — Тэхён смотрит на воткнутые в уши наушники, надеясь, что его слышат. — Что тебе от меня нужно?       А тянуть кота за яйца Чонгук не любит. Похвально. В этом они сходятся. — А ты поверишь, если скажу? — Нет. Что бы ты ни сказал.       И взгляд грустный какой-то. Сразу хочется это пофиксить и удержать рядом, чтобы проконтролировать, не скатится ли Чон в ещё большую апатию. Выход из кампуса уже близко, надо что-то предпринять. — Можно тебя проводить? — первое, что приходит в голову. С придумыванием дельных идей в стрессовых ситуациях у него дела плохи. — Нет. В отношении меня у тебя романтическая заинтересованность, а в сериалах прогулки, подобные этой, подразумевают поцелуй в конце.       Тэхён идёт следом всё равно. В молчании они проходят уже автобусную остановку. По всей видимости, Чонгук живёт в общежитии, поскольку путь они держат именно в ту сторону. Тэхён очень хочет, чтобы время тянулось медленней, только вот как удержать рядом, всё никак не придумывается. И непонятно, какие мысли в чужой голове крутятся: Чонгук музыку не включил, но наушники не вынул, и шаг сбавлять не собирается. Если бы тренировки по регби не стояли у Тэхёна в расписании почти каждый день, он бы запыхался от заданного темпа. — Ты правда девственник?       Они идут по скверу, народу мало, но Чонгук всё равно оборачивается, напуганный тем, что этот разговор кто-то может услышать. — Да, — раздражённо. — Совсем? — Нет, блять, наполовину.       «Какая же хуйня сейчас вылетает из моего рта… А всё так неплохо было на паре» — Но тебе уже девятнадцать. — Мне всего девятнадцать. Всё произойдёт тогда, когда произойдёт. Отвали. — Поздний цветочек, значит? — Я не… Блять, Ким, просто отъебись от меня, — останавливается, и этому событию Тэхён уже не особо рад. Чонгук прожигает взбешённым взглядом, если сравнивать с котом — агрессивно дыбит шёрстку. — Не все хотят ебаться сутками. Не смей меня шеймить за это. — Да я и не собирался. Просто… Типа сейчас все против слатшейминга, за сексуальную раскрепощённость, волю своим желаниям, и все дела. И как будто забывают, что не для всех это приемлемо. Как будто социум диктует не сдерживать свои порывы, а если ты сдерживаешься по разным причинам, то это уже девиация. Я это к тому, что немногие могут ставить себя и свои ощущения на первое место. А ты ставишь. Это непривычно, и вызывает некоего рода уважение. — Не пытайся мне лапшу на уши навешать. Я на эту херню не куплюсь. Не смей подкатывать ко мне, только чтобы трахнуть «девственника» и всем об этом растрепать.       Точно же. Предупреждали ведь ещё в самом начале: «— А ты поверишь, если скажу? — Нет. Что бы ты ни сказал». И взгляд снова с грустинкой, хотя уже, скорее, скатывающийся в болезненный, но одновременно с этим решительный. Не подпустит. По крайней мере сейчас. — Об этом тоже и мысли не было. — Пиздишь ведь. — Каюсь. Пролетела парочка насчёт твоей невинности, но совершенно в другом контексте. Больше собственнического характера… Мои предпочтения и психологические штуки всякие.       «Блять, ну и как вырулить ситуацию?» — Уёбок, — снова спешит удрать. — Да погоди ты! — и всё-таки удерживает за рюкзак.       «Поставь два за поведение, погрози пальцем, отчитай, обматери как душа желает. Разрешаю. Только не смотри на меня так презрительно, прошу» — Я попросил отвалить от меня. Ты сейчас ведёшь себя как озабоченный уебан, — глаза покрасневшие, дышит рвано. Сдерживает то ли порыв зареветь, то ли въебать от души.       «Как до тебя донести мою мысль, чтобы ты понял правильно?» — Мне, блять, просто непонятно. Ты не уродец какой-нибудь, а секси-обаяшка. Неужели никто не проявил себя достойным и надёжным, чтобы ты доверился и захотел подпустить к себе? — в скорости проговаривания слов в стрессовой ситуации он вполне может посоревноваться с Эминемом.       Чонгук смотрит потерянно, молчит пару секунд, и единственное, за что цепляется в итоге, это: — Секси-обаяшка? — Возможно, со стороны так не кажется, но меня от тебя плющит. Можно чмокну? Как раз конец прогулки, — пытается недошуткой сбавить градус конфликта, ещё не осознавая в полной мере, как так он завертелся.       Однако в очередной раз съехав к теме интимной близости, проёбывается. Чонгук херачит кулаком чётко в переносицу. Достаточно сильно, чтобы голову мотануло назад и пошла кровь.       И уходит.       «Чрезмерной прилипчивостью вызывать негативные эмоции у человека, который заинтересовал, — тактика стрёмная. Но именно это, блять, я сейчас и провернул. Правильно, Чонгук. Я уебан»       Задирает футболку к носу, чтобы ткань впитала кровь, чувствует, как ветер холодит живот. Хуесосит себя в мыслях знатно, но отвлекает от этого дела вибрация в кармане джинсов. Лезет за телефоном, марая одежду и чехол кровью. MinSuga: Он числился у психиатра. Знакомая мамы. Попытка изнасилования. Будь предельно осторожным с ним — Твою ж мать.