Serenity

      Грейс ворочается на кровати, сжимая в руках подушку. Неожиданно громкий раскат грома заставляет её очнуться от тяжёлого и долгого сна. Нетрудно понять, что она в квартире Ричарда. Воспоминания о произошедшем приятно согревают сердце от близости с любимым мужчиной. Смущение же — от осознания отсутствия на ней одежды, пусть и под покрывалом. Прохлада, потянувшая с улицы, вызывает мурашки по всему телу.        — Грейс? — Доносится до неё хриплый мужской голос.       Полусонный взгляд сосредотачивается на фигуре, стоящей у окна, и Грейс узнаёт Ричарда. На нём трусы и накинутая на плечи рубашка. Почему-то именно сейчас он выглядит довольно… хрупко и одиноко, несмотря на поджарое тело.        — Выглядишь встревоженно. Кошмар приснился? — спрашивает Ричард, приблизившись к кровати.        — Снова маньяки, — отшучивается девушка, натянув покрывало до самой шеи.       Ричард мягко, практически по-кошачьи ложится рядом, но так и не касается её.        — Хочешь, окажусь в твоём сне и испугаю его внезапным интервью? — отвечает он с лёгкой ухмылкой.        — Хорошая идея. — Грейс осторожно кладёт голову ему на грудь, словно выражая согласие.       В ответ на это мужчина усмехается, взглянув на неё сверху вниз, приобнимает рукой за плечо и утыкается носом в растрёпанные после сна волосы. Где-то там проносится мысль, что «девушка должна быть идеальной всегда», но она прогоняет её.        — Интересно, и о чём мне его спросить? Его любимый цвет? Его любимое блюдо? Или как мамочка называла его в детстве? — Грейс успокаивается: если он шутит — значит всё хорошо.        — А ты когда-нибудь был на интервью? — Мимолётный вопрос разжигает значительный интерес в сердце журналиста.        — Увы, нет, — качает головой он. — Но если бы пригласили… Я бы точно рассказал про наинтереснейшую работу, доставшего меня начальника… И про самую очаровательную в мире девушку.        — Забавно слышать об этом, когда ты находишься дома, в постели и рядом со мной.        — Допустим, я понял два пункта. А что не так с тобой? — любопытствует он.        — Несоответствие стандартам красоты. Растрёпанные волосы, потёкший макияж… — нервно закусив губу, отвечает Грейс.        — И ты смеешь об этом беспокоиться? — притворно возмущается Ричард, встретившись с ней взглядом.        — Разве я понравилась тебе не из-за внешности?       Мужчина задумывается, пока за окном раздаётся ещё один раскат грома.        — Не стану скрывать, ты мне безумно симпатична. Однако… — Пальцы мягко скользят вниз по её плечу. — Дело не только в этом. Сложно описать это словами… Что-то вечно прекрасное и невозможное.        — Ты всегда умел ловко уходить от вопроса, — тихо смеётся Грейс.        — Тогда как тебе иной вопрос? — Ричард резко ныряет под покрывало и нежно обнимает её за талию, прижимаясь ко всему телу.       Контраст её тёплой кожи и его холодных рук буквально сносит крышу. Из горла невольно вырывается тихий стон, а щёки краснеют.        — Точнее, как думаешь… Чья внешность передастся нашим детям?        — Неужели ты готов к такой ответственности? — шепчет девушка, столкнувшись почти нос к носу с ним.        — Это я-то не готов? — изумляется мужчина и в отместку целует её, слегка прикусив нижнюю губу. — Да будет тебе известно, я вырос среди четверых детей!        — Чувствуется в тебе эта… — начинает Грейс, замечая заинтересованный взгляд.        — Ответственность?        — Экономность.        — Ах ты так… — Лёгкие поцелуи покрывают всю шею, с каждой секундой становясь всё соблазнительнее.        — Ричард, тебе же сегодня ещё на работу!.. — Попытка отвлечь оказывается провальной.        — Подождёт, — выдыхает мужчина со стоном, оставляя шею и переходя к груди.        — Даже помаду стирать не будешь? — Против воли она выгибает спину навстречу его прикосновениям.        — Зачем? Пусть всем будет известно, кто украл моё сердце. Пленил собой и своим существованием. — Указательный палец чертит незамысловатые узоры на животе.        — Знаешь, — вырывается из неё с резким вздохом, потому что руки мягко и одновременно по-собственнически сжимают бёдра. — Первое время я действительно беспокоилась о том, что для тебя это всё — обычный флирт. Что ты просто забавляешься от реакции на твои комплименты.        — Надеюсь, успел доказать серьёзность моих намерений, — хрипло смеётся он.       Но тут вся атмосфера рушится от какой-то возни на улице.        — Хилл! Кто обещал быть на работе вовремя?!       Глубокий вздох. Девушка чувствует, как все его мышцы напрягаются. Ричард выскальзывает из-под покрывала, не потрудившись хоть как-то одеться или хотя бы застегнуть пуговицы рубашки. Ловким движением распахивает окно и гневно взирает на гостя. Промокший Фрэнк выглядит совсем безобидно.        — Х-хилл?.. — От неожиданности юноша оступается, широко распахнув глаза. — Почему ты?..        — Устраиваю свою личную жизнь? Завидуй молча, — бросает Ричард и также быстро закрывает окно.       По его торсу стекают капельки дождя. Взлохматив намокшие волосы, он сбрасывает появившееся напряжение и поворачивается к причине спокойства. Грейс, успевшая надеть халат, приближается к нему и обнимает.        — Не боишься, что уволят?        — Пока не позавтракаем, никуда не пойду. — Ричард берёт её за руку и ведёт на кухню. — Готовлю я так же хорошо, как и целуюсь.        — И не сомневаюсь.