5. Спасение от сквозняка

Возможно, сидеть зимой рядом с пусть и закрытым, но уже повидавшим не одно столетие, окном астрономической башни было не лучшей идеей. Гарри поëжился от внезапно пробежавшего по плечам холода. Он оглянулся. Вдруг какой-нибудь призрак оказался им незамеченным – было бы невежливо не поздороваться. А Драко, тихо ругаясь в свойственной ему гиперопекающей манере, уже накидывал на его шею слизеринский шарф, спасая мальчика-который-непонятно-как-выживал-до-этого-момента от сквозняка. Убеждаясь, что жизни и здоровью Гарри больше ничего не угрожает, его взгляд пару раз метнулся между только что завязанным узлом (пожалуй, его надëжности позавидовал бы сам Гордий) и глазами, скрытыми от него за торчащей во все стороны чëлкой и вечно разбитыми стëклами. Он быстро, уже привычно (переняв эстафету от Грейнджер), произнëс «oculus reparo» в то время, как на губах расцвела улыбка от внезапного открытия. – А тебе идëт зелëный! Из недр шарфа довольно хрюкнули. – Ещë бы! Не зря же на первом курсе та странная шляпа хотела отправить меня в ваш серпентарий. Удивление отразилось в глазах Драко, но поразительно быстро уступило усмешке. Он схватился за сердце и мастерски сыграл вздох облегчения. – Слава Мерлину, а то я уж было начал сомневаться в своëм безупречном вкусе. – Э-эй! Я между прочим завидный жених, независимо от факультета! Герой Магической Британии, на секундочку. На его поднятый вверх указательный палец Драко только выгнул бровь, явно не оценив выпад. – А, помниться, только пару дней назад ты этот титул не жаловал и проклинал всех причастных к той статье в Ведьмополитене. Обсценная лексика в твоëм исполнении была довольно виртуозна, должен признать, но всë же. Как-то лицемерненько, Поттер. Гарри лишь с улыбкой пожал плечами. – В любви все средства хороши, – он подмигнул. Драко закатил глаза, – Когда презентуешь себя таким высокородным особам, надо начинать с козырей. – Ну надо же, какой расчëтливый, – за маской сарказма Драко не мог до конца скрыть реального восторга, – Действительно, прямо как настоящий слизеринец! Была ли гордо поднята голова за серо-зелёными вязаными полосками было не разглядеть, но гордый хрюк был слышен отчëтливо. – Так ты серьëзно? – Драко чуть наклонился, чтобы лучше видеть лицо собеседника. Пришлось изловчиться в поиске ракурса. Слишком многое норовило встать между ними. – На счëт шляпы? Да, – Гарри кивнул для пущей убедительности. И, сняв очки, отодвинул чëлку немного в сторону, заметив как старательно Драко пытается поймать его взгляд. – А в львятнике ты оказался, потому что..? – Драко приблизился ещë немного. Как будто пытался рассмотреть ответ в его зрачках. – Ну... Мы с тобой тогда были не в тех отношениях, чтобы я хотел наблюдать твой прекрасный аристократичный лик каждый день, – он опять подмигнул. Ещë раз и Драко забеспокоится, не начался ли у того нервный тик, – Так что я очень просил у неë любой другой факультет. Я еë практически умолял. – Оу-у, ты считаешь меня прекрасным. Это очень мило, спасибо. Драко выглядел крайне довольным собой. Даже зажмурился от удовольствия. Он для себя самое главное вычленил, остальное – маловажные детали. Открыв свои глаза, он осознал, что чужие, цвета его факультета, были так близко. И когда только они успели так сблизиться... И глаза эти смотрели на Драко абсолютно малфоефским взглядом. Каким обычно тот смотрел на самого Гарри, неспособного понять разницу между порошками из когтей грифона и дракона после семи провальных попыток Драко еë ему объяснить. После восьмой ему в глаза было лучше вообще не смотреть. – И ты понял это только сейчас? Я был уверен, что Малфои сообразительнее. Но спасибо, что вообще заметил. Драко подавился воздухом. И даже немного отпрянул, скрестив руки на груди. Сомневаться в его интеллекте?! Флирт флиртом, но у всего же должны быть границы. – А ты и раньше намекал? Извини, я тогда, видимо, отвлëкся на это жуткое воронье гнездо на твоей голове. Не напомнишь когда именно? – Когда ты сегодня днëм их минут двадцать наглаживал, тебе мои волосы нравились, – надувшись в наигранной обиде, парировал Гарри, но быстро переключился. Попытка задеть его была крайне трогательной, но Драко мог лучше, а у них были дела поважнее, – В любом случае, если ты очень хочешь вспомнить, я, так уж и быть, помогу... Он оттянул шерстяную преграду вниз, на сколько это было возможно, и приблизился почти вплотную. Он знал несколько способов освежить воспоминания. И, по его скромным оценкам, они были куда эффективнее омута памяти. – В том разговоре точно было что-то вроде... Он оставил короткий чмок на бледной щеке. Бледной она оставалась недолго, моментально загоревшись от огонька в зелëных глазах напротив. – И что-то похожее на... На этот раз под раздачу попал нос. – И... – А-а, кажется, начинаю припоминать. Драко устал ждать, когда очередь дойдëт до губ. Пришлось взять дело и лицо героя в свои руки. Надо сказать, вышло успешно: коротко и довольно звонко. – Ты правда очень красивый, – Гарри вернул ему поцелуй, совсем невесомый, – Чертовски раздражающе красивый. Серьëзно, я не силëн в правовой системе, но уверен, что постоянно быть таким... таким незаконно. Следующий его поцелуй был самую малость агрессивным. В отместку за каждый раз щемящее нежностью сердце при взгляде на изящные движения тонких запястий или грациозно перевëрнутую страницу заумного фолианта. Да он даже бутерброды в себя запихивал как-то то ли элегантно, то ли умилительно. Гарри просто не выдерживал. – Многозначительно, Поттер. Что ж, в таком случае мне остаётся только надеяться, что ты меня не сдашь, и столь злостное нарушение закона останется только между нами. Драко стоило больших усилий хоть сколько-то сохранять внешнее спокойствие и быть в состоянии продолжать разговор. Справляться с нахлынувшими нежностью и желанием стереть любое расстояние между ними и одновременно вести эти словесные баталии было практически невыполнимой задачей. Вслед за щеками уже полыхали и кончики ушей. – Тебе придëтся постараться, чтобы подкупить меня. Быть соучастником по такой статье – дело очень серьëзное. В какой-то момент они перешли на шëпот. Вокруг не было никого, кто мог бы их услышать, но резать громкими звуками столь комфортную тишину казалось не менее преступным, чем идеальность Малфоя. – Тебе и твоей продажности явно место в наших подземельях. Зря ты не послушал шляпу. Что ж, тогда... Мне нравятся твои волосы. Они очаровательны. Даже если в них можно селить птичек. Разговор шëл всë труднее – касания губ чередовались всë меньшим количеством слов. – Взятка комплиментами? Засчитано. Спасибо. Твои тоже ничего. Особенно когда ты не выливаешь на них литры геля для укладки. Драко со стоном, отнюдь не удовольствия, возвëл глаза к потолку. – О-о, не напоминай. Я был молод и глуп, – он вернул взгляд на Гарри, абсолютно серьëзный, решительный. В них уже был не огонëк, а целый пожар, – И вообще, s'il te plaît tais-toi... Тот немного подвис на каком-то непонятном, но так красиво звучащем, слове (или словах, кто ж их разберëт) на французском, но быстро собрался с мыслями. Переводом он может заняться и позже, а сейчас рядом с его лицом в однозначной близости находился Драко и на пределе слышимости, но очень чëтко шептал: – То, что я сказал, определëнно точно не означало «остановись». В таком случае Гарри определëнно точно останавливаться не собирался. Огонь, горящий в них, не обжигал. И где-то на краю сознания мелькнула мысль о том, что шарф уже был не нужен – тепла, разливающегося в груди было более, чем достаточно.