Глава 5. Семейные проблемы
15 января 2024 г., 20:25
Это была первая миссия в его карьере, которую он не смог выполнить. Тео незамедлительно вернул деньги клиенту и задумчиво потягивал огневиски, размышляя над тем, кому же так могла помешать Грейнджер.
Гермиона Джин Грейнджер — правильная всезнайка, всегда готовая прийти на помощь. Обычная девушка без огромных запасов галлеонов в банке Гринготтса, без весомых связей и власти. Никакой тайной информации, обладающей ценностью, которую можно было бы выгодно продать на криминальном рынке.
Её испуганная мордашка оказалась такой восхитительной: сжатые тонкие губы, глаза цвета шоколада с грустинкой, кудрявые мягкие волосы и едва уловимый запах ментоловых сигарет.
Он не помнил, чтобы она курила в Хогвартсе, скорее наоборот, Гермиона нещадно гоняла курильщиков, отправляя тех в специальные зоны. Тогда что это? Попытка убежать от реальности? Он был наслышан о том, что их отношения с Роном трещали по швам, а душевное состояние девушки явно переживало не лучшее время.
— Тео, сделал задание? — торчащая голова Блейза из камина выглядела забавно. Ему надоело сидеть в одиночестве у себя дома, так как Луна отправилась к подругам, поэтому он решил наглым образом заявиться в гости.
— Нет, я вернул деньги. Кто-то хотел убить Грейнджер, — процедил Нотт.
Он пока так и не смог найти логический повод для убийства Грейнджер или хотя бы определить психотип заказчика.
— Серьёзно? Уж её прошлое почище, чем у нас двоих вместе взятых, — Забини вышел из камина и смахнул остатки пепла с рубашки. — Ненавижу камины, почему ты не разрешишь трансгрессию на своей территории?
Сколько он уже рубашек испортил из-за упрямства Нотта… Эльфы выли от вечной чистки, но смиренно переносили тяготы.
— Блейз, меры безопасности. Мне не улыбается наблюдать чужаков в имении. Ты же встречаешься с Луной, она не говорила тебе ничего о Гермионе? — он резко встал и гостеприимно налил огневиски другу, затем с доброжелательной улыбкой протянул стакан.
— Вообще-то я поклялся Луне никому не рассказывать, — нахмурился Блейз.
Забини рассказал о том, что они последние два месяца практически не общались: Рон пропадал в магазине «Всевозможные волшебные вредилки», а Гермиона погрузилась в книжный бутик «У Грейнджер».
Резюмируя всё вышесказанное, он осторожно высказался о том, что нынешнее положение Грейнджер очень неустойчивое: девушка состояла с Уизли в абьюзивных отношениях, потому что тот являлся тонкой ниточкой к прошлому, в котором она была счастлива и беззаботна.
Рон давал необходимый душевный комфорт и возвращал потерянное чувство ностальгии, но забирал гораздо больше. В то время как рыжий, скорее всего, использовал Гермиону для маркетинговой рекламы заведения Уизли, ведь её популярность оставалась по-прежнему высокой. Именно новость о том, что Гермиона приложила руку к модернизации магазина, вызвала небывалый ажиотаж и позволила вывести малый семейный бизнес из затяжного кризиса.
— Кажется, Рон нашёл удобную девушку и успешно манипулирует ею, — с некоторой досадой заявил Тео.
Если Грейнджер работала практически без выходных и тянула на себе весь быт, не жалуясь никому, то Уизли торговал за прилавком в комфортном режиме, сильно не утруждая себя.
***
День Гермионы не задался, и раздражение стремительно нарастало, грозя пробить дно. Жёсткое похмелье и вдобавок к этому приглашение Молли на очередное семейное застолье. Она всей душой ненавидела такие мероприятия, предпочитая сидеть в тишине и читать книги, чем находиться в окружении невыносимого шума весь день. Рон сиял, как начищенный галлеон, и торопливо говорил про то, какие блюда приготовила мама, упоминая любимые вкусности. — Только давай не как в прошлый раз, Миона? — он опять напомнил про случай, когда она разбила всю посуду в дикой панике, которая так неожиданно накрыла и долго не отпускала. Тогда она просидела в комнате весь день, а Рон даже не подошёл к ней, не пытался успокоить. Даже Джордж, Чарли и Билли проявили больше внимания, чем он тогда. — Прости, Рон, я постараюсь, — она вымученно улыбнулась, собирая волосы в пучок. Шатенка старалась всю грёбанную жизнь и ни на секунду не думала о себе: не хватало времени и возможности. Самое страшное, что сейчас всё это было, но не находилось сил для того, чтобы совершить решающий шаг. Душевное состояние настолько ухудшилось, что Гермиона не знала, как разорвать этот удушающий круг. Она морально ослабла, чтобы одним решением сжечь мосты и уйти, поэтому должно произойти что-то такое, что заставило бы расстаться с Уизли. Работа практически без выходных, проблема с родителями, вечно недовольный и ноющий Рон ломали без анестезии, даже не пытаясь дать поблажку. Грейнджер приказала себе перед сном находить хотя бы один повод, чтобы завтра встать с кровати и механически продолжать жить, не ощущая вкуса. Однако с каждым днём таких поводов становилось всё меньше и меньше, всё чаще и чаще хотелось просто умереть от накрывшей тягучей безысходности. Пожалуй, только Гарри, Пэнси и Луна давали маленький луч света и надежду на иную жизнь. Они будут плакать и переживать, если вторая попытка самоубийства закончится удачно… — Ты умница, — он поцеловал её в щеку и обнял. На миг она превратилась в обычную девушку, будто и не было той мясорубки, в которую они попали. Ему было сложно с ней, ведь теперь они не бегали по лесам, поэтому пошатнувшееся здоровье девушки стало с каждым днём проявляться всё заметнее. Рон предлагал неоднократно лечь в психлечебницу, но наталкивался только на ссоры и глупые истерики с её стороны. Больница имени Святого Мунго вполне зарекомендовала себя в лечении психологических травм, например, там до сих пор наблюдались родители Невилла Долгопупса, а также проходил лечение Златопуст Локонс. Конечно, в таком случае в прессе об этом узнали бы. Ну так и что? В конце концов, не только Грейнджер и Поттеру всегда блистать, быть в первых ролях. Он взял её за руку и они трансгрессировали в Нору.***
«Нора» вернула себе привычный хаос и эффект старины. Создавалось ощущение, словно Гермиона попала на блошиный рынок: то тут, то там валялись магловские или волшебные вещи, которые уже не умещались в гараже Артура. Что-то постоянно пищало, выло, крякало и стонало — эти звуки сплетались в какофонию и превращали мозг в труху. Она ненавидела шум. Однако сейчас добровольно пришла сюда, позволяя триггеру целиться в неё, но пока не стрелять. Раздражающий фактор продлевал нервное ожидание и подступающую агонию, так как, паля в упор, никогда не почувствовать жуткого страха пленника разума. Грейнджер изобразила самую радостную улыбку и не переставала говорить, что всё хорошо. По правде говоря, троих братьев Уизли она была рада видеть и даже поняла, что скучала по ним. Они вывалили на неё шквал новостей: Флёр Делакур ждёт ребёнка, Джордж сделал предложение Кэти Бэлл, а Чарли неожиданно стал встречаться с Чжоу Чанг. У всех жизнь налаживалась, в то время как Грейнджер уже не плыла в шторм, а тонула, покорившись водной стихии. — У тебя какие новости, Гермиона? — Билл налил вишнёвый пунш. Длинные рыжие волосы ему очень шли, и выглядел он счастливым. — Я работаю, оплачиваю квартиру и всё остальное. Обычно… — равнодушно обронила она. А что она могла рассказать, не испугав их? Про вечные приступы они знали, так как Рон не мог удержать её тайну, хотя она убедительно просила не рассказывать никому из членов семьи Уизли. Парень не смог сдержаться и не уколоть её в каком-то одном из бесконечных семейных ужинов. Про то, как ей стало некомфортно здесь, а её парень даже не считал это чувство за проблему, привычно ответил, что она просто накручивает себя. — Гермиона, ты решила проблему с Обливиэйтом? Я пытался найти для тебя специалистов, но к сожалению, никто не готов взяться, — извиняюще доложил Чарли. Уж если известный и опытный драконоборец не смог найти таких волшебников, то похоже, шансы на восстановление памяти родителей Грейнджер окончательно растаяли. — Нет, я не знаю, возможно ли это, — горечь в словах всё-таки вырвалась на свободу. — Я стараюсь изо всех сил находить причины, чтобы… жить дальше, — Гермиона так просто озвучила эту мысль, что стало страшно. До какой стадии она дошла, если ей не стыдно за то, что она почти сдалась и признала свой проигрыш и ворох проблем. Джордж обеспокоенно положил руку на плечо и пробормотал, что это, может быть, Рон так действует на неё. Он дал действенные советы: сменить обстановку и расстаться с братом, говоря о том, что никогда не видел Грейнджер такой потухшей и несчастной. Эта кудрявая гриффиндорка вдохновляла, помогала и оберегала Уизли в самые адовые дни, но уже полгода девушку было не узнать, словно её поцеловала сама Смерть. — Так, мама зовёт к столу, пошли! — они мигом затушили окурки и направились обратно к дому.***
Стол ломился от яств, Молли превзошла саму себя: запечённая утка и рыба, несколько видов картошки, салатов. Гермиона как могла принимала участие в светской беседе, пока Рон объедался и отвратительно чавкал, с трудом скрывая раздражение. Он считал, что в кругу семьи можно вести себя более расслабленно, в то время как Грейнджер всегда неукоснительно придерживалась правил этикета. — А когда вы будете свадьбу играть? Детей когда планируете? — Молли смогла прорваться через видимую маску спокойствия. — Никогда, я делаю карьеру, — отчеканила девушка. — Я не хочу детей, и замужество — это тоже не моя история. Ваш сын инфантильный, он даже сейчас не готов взять ответственность на себя, в данный момент я содержу нас. Вопросы ещё есть ко мне?! — голос непозволительно превысил допустимый уровень децибел. Она методично собирала себя по частям каждый день: склеивая и зашивая сердце неаккуратными стежками. Но наступала ночь, и очередной кошмар уничтожал её, разрезая на мелкие кусочки, гортанно смеясь над тем, как она задыхается. Ошарашенные лица Рона и Молли, пожалуй, были лучшим досрочным завершением ужина. — Миона, как это понимать? — он повернулся к ней и сжал бедро. Его лицо покраснело, а веснушки стали более заметны. Рон был в шоке от услышанных слов. С каждым днём он всё меньше и меньше понимал свою девушку и не мог найти весомую причину, по которой она стала подавленной и эмоциональной. Он давал ей свободу, не вмешивался в проблемы. Рону хотелось детей от Грейнджер, он уже мечтательно представлял, какими кудрявыми и рыжими будут их карапузы: возьмут всё самое лучшее от них двоих. — Да отвяжитесь вы от меня, я хочу для себя пожить, — очередной срыв на крик. — Я потеряла всё… и… — она рывком вышла из-за стола и аппарировала в свою квартиру, находящуюся над книжным магазином. Лучшее вложение денег — в собственное жилье, в котором не побывало ни одного Уизли. Почему Рон такой толстокожий и ему приходится объяснять очевидные вещи? Она не недоучка, как Рон, не Джинни, которая свихнулась на деторождении и погрузилась в пелёнки и детские темы. Гермиона ожесточённо пыталась удержать ровное дыхание, ломаясь опять внутри. В зеркале лишь чёрно-карие глаза. Цвет пустоты и зла. Чернота въелась под кожу намертво и не оставляла простора для иных действий. Какие дети, если она саму себя едва контролирует и вздрагивает от любой чужой тени? Может быть, плата за жизнь — её разум? А вдруг она теперь такая же сумасшедшая, как Беллатриса Лестрейндж? Эта псевдолюбовь к Рону должна закончиться, ведь весна всегда приносит ветер перемен. Завтра костюмированная вечеринка у Луны, есть шанс с кем-то переспать и остаться неузнанной. Случайный секс станет весомой причиной ухода от Рона, лишь бы найти красавчика и грешить с ним сколько угодно, не испытывая мерзкого чувства стыда.
