Часть 1
13 января 2024 г., 18:53
Цишань Вэнь. Старейшина Илин.
В глазах обывателей — и многих заклинателей из мелких кланов — они были равнозначны.
Орден Цишань Вэнь нёс смерти и разрушения.
После мёртвых псов Вэй Усяня тоже никого не оставалось.
Все как-то позабыли, что была война. И что Вэй Усянь убивал только Вэней.
Цишань Вэнь хотел сиять ярким солнцем — символом Ордена и было солнце — над всеми остальными.
Вэй Усянь хотел власти.
Никто не обращал внимания на то, что грозный Старейшина Илин был худ и бледен. Что он был одет в поношенную и застиранную одежду Вэней. Одежду, испачканную до такой степени, что из кипенно-белой она превратилась в землисто-серую.
Все считали, что он укрылся на своей горе лишь потому, что жить на простой земле для него зазорно.
Правда была в том, что на клановой земле его могли убить в любой момент.
Все судачили о том, что Вэй Усянь возгордился и предал своего шиди, главу Ордена Цзян.
Только никто, кроме двух лекарей Вэнь не знал, что Вэй Усянь был настолько по-собачьи предан вырастившему его Ордену, что без раздумий отдал своё золотое ядро брату.
Все называли его отступником, считали, что он стал тёмным лишь для того, чтобы выделиться.
Но ни одна живая или мёртвая душа даже не подозревала, что Вэй Усянь пошёл на это, чтобы выжить и помочь брату в войне. Чтобы отомстить за Орден Юньмэн Цзян.
И это было больно. Больно осознавать, что ты в глазах окружающих — бездушный монстр.
Монстр, не достойный жизни.
Но никто даже не подозревал об этом, ведь Вэй Усянь всë так же шутил, пил и веселился.
Правда, лишь на виду.
Оставаясь наедине с собой — или иногда вместе с призраками — он мог безумно хохотать, царапать ногтями самого себя или плакать.
Искренне, как настоящий мальчик, которому на самом деле всего лишь три годика.
Горячие слëзы текли по бледному, как рисовая бумага, лицу.
Сквозняки, гуляющие по пещере Фумо как по чистому полю, сдували солёные капли со щёк молодого мужчины, остужая его.
Вэй Усянь лишь усмехался на это.
Ведь ветра — единственные кроме мертвецов и воронов не были к нему жестоки.
Ах, ещё же есть шицзе.
У которой уже есть муж и ребёнок. Зачем ей лишний груз в виде непутëвого младшего брата — даже не родного.
Есть ещё, конечно, остатки Ордена Вэнь.
Но будем откровенны: он — их последняя защита. Конечно же они будут к нему добры. Но если бы у них был выбор, они бы не за что не остались на Луаньцзан.
Просто смешно, как он цепляется за людей.
Со стороны входа в пещеру послышалось шарканье — несмотря на то, что Вэнь Нин при желании мог быть абсолютно бесшумным, по просьбе самого Вэй Ина он всегда старался издавать какие-то звуки рядом со Старейшиной Илин. Потому как привыкнуть к почти постоянной охране — своей тени — было нереально.
Вэй Усянь призвал тьму, стараясь сделать вид, что до этого момента он был очень занят. К тому же сиявшие алым глаза скрывали следы слëз.
— Господин Вэй, — Вэнь Нин был единственным лютым мертвецом, который мог быть робким. — Вы просили напомнить вам, что у вашего племянника скоро праздник первой луны.
Вэй Усянь удивлённо хлопнул глазами.
— Хах, а я и забыл, — растерянно улыбнулся Усянь. — Спасибо!
Вэнь Нин едва заметно посерел — теперь его кровь была чёрной, поэтому покраснеть он не мог.
— Тогда собираемся, Вэнь Нин! Цзинь Лин не будет ждать!
***
Вэй Усянь шёл плавным прогулочным шагом, насвистывая какую-то мелодию себе под нос. На полшага позади шёл Вэнь Нин, внимательно следивший за окружением, чтобы уберечь господина от любой опасности. Вэй Усянь осторожно прощупывал свой путь на предмет наличия ловушек. Во избежание неприятностей. Внезапно Старейшина Илин нахмурился, но уже через мгновение его лицо вновь приняло расслабленное выражение. — Ах, дорога к башне Кои слишком долгая, — вздохнул Вэй Ин, начиная крутить флейту между пальцев. — Скучно даже стало. В этот момент в него прилетела стрела. Вэнь Нин поймал её на лету, примерно в цуне от сердца Вэй Усяня. — В башне видимо начался фейерверк, — ухмыльнулся магистр. Внезапно на тропу вышел какой-то адепт Ланьлин Цзинь. — Вэй Усянь! Сними своё проклятие! — воскликнул он. Вэй Ин недоуменно хлопнул глазами. — Какое проклятие? С кого? Непонятно какая фраза взбесила Цзиня больше, но он едва ли ногами не затопал. — Ах ты! Как ты смеешь прикидываться, что не знаешь?! Вэй Усянь вопросительно посмотрел на Вэнь Нина, словно спрашивая о проклятии у него. Но лютый мертвец лишь покачал головой, показывая, что и сам не знает. — Я не прикидываюсь, я действительно ничего не понимаю, — пожал плечами Старейшина Илин. — И кто ты вообще? Как Цзинь скрипнул зубами, услышал даже Вэй Усянь. — Я Цзинь Цзысюнь! И ты наслал на меня проклятие Сотни Дыр и Тысячи Язв! Сними его! Вэй Усянь чудесным образом забыл имя адепта, едва тот представился. — Ты, Цзинь-кто-то-там, я не насылал ни на тебя, ни на кого-либо другого никаких проклятий, — фыркнул магистр. — Ах ты! — Цзинь едва не задохнулся от неуважения и дал лучникам знак стрелять. Вэй Усянь цокнул, неприятно удивляясь предусмотрительности Цзиня: ни одного мертвеца в радиусе нескольких ли! Придётся положиться на Вэнь Нина. Лютый мертвец, словно предугадывая мысли господина, принялся отбивать стрелы на подлёте. Вэй Усянь сжал пальцами Чэньцин, внимательно следя за нападавшими. Сзади послышался шум. Вэй Ин развернулся и обомлел. Их окружили. И чтобы выбраться придётся убивать. Но если они убьют их, вполне вероятно, потом Цзини придут за их головами. Но и сдаться… Их наверняка послал Гуаншань. А если так, то им нужна Печать. Значит, нужно её уничтожить! Вэй Усянь усмехнулся и достал из рукава Стигийскую Тигриную Печать и поднял над головой. Тёмная энергия окружила его, поднимая в воздух, глаза заалели, словно раскалённые угольки. Одежды и волосы Вэй Усяня затрепетали. Хорошо, что он сам был достаточно предусмотрительным, чтобы в любой момент быть готовым к уничтожению Печати. — Вэнь Нин, отступай, — громкий суровый голос отдал приказ, и Вэнь Цюнлин, замешкавшись на мгновение, всë же послушался. Вэй Усянь прикрыл глаза, словно прощаясь и снова приказал. — Возвращайся на Луаньцзан. — Но господин Вэй..! — попытался протестовать Вэнь Нин. — Уходи! — ещё более строго сказал Усянь. Вэнь Нину пришлось покориться. — Господин Вэй, вы же вернëтесь? — почти прошептал Вэнь Нин, стискивая руку на талисмане, сдерживающем его ярость. Вэй Усянь промолчал. Тёмная энергия усилилась и бешено задëргалась. Старейшина Илин нахмурился и максимально сжал её, направляя в печать. Адепты Ланьлин Цзинь были очарованы смертельной красотой энергии Инь и её заклинателя. Печать запульсировала, словно чьё-то сердце. Она не желала сдаваться. Но и тёмный заклинатель не хотел уступать. Поток Инь снова усилился. Цзини попадали на колени, кто-то сплюнул кровь. Печать треснула ровно по середине. «Этого мало!» — как-то отчаянно подумал Вэй Усянь и вложил остатки своих сил в разрушающий поток. Трещины побежали по печати, но она не желала разрушаться. Тогда Вэй Усянь пошёл на отчаянный шаг. Он поставил на кон свою душу. И Печать поддалась. Она рассыпалась на осколки, а те в свою очередь стали пылью. «Я смог», — промелькнула последняя мысль в голове Старейшины Илин.***
Цзинь Цзысюань, узнавший о планах отца, торопился как мог. Хоть он так и не подружился с Вэй Усянем, но тот был братом его жены и дядей его сына. Хотел ли сам Цзысюань того или нет. Но как бы он не торопился, он все же не успел. Прямо на его глазах несносный шиди Яньли оседал на землю. Ветер трепал его, словно Вэй Усянь был лишь пëрышком. Тёмная энергия, буквально пару секунд назад кружившая вокруг него плотным коконом, сейчас почти не ощущалась. — Вэй Усянь! Когда А-Ли будет ругать тебя, я даже не подумаю заступиться за тебя! — громко пробурчал Цзысюань, спрыгивая с меча рядом с Вэй Усянем. Подойдя к Старейшине, он положил пальцы на его запястье и остолбенел. Не чувствовалось ни движения ци, ни сердцебиения. Словно перед Цзысюанем лежал труп. Но такого ведь не может быть! Вэй Усянь сильный заклинатель! Он не может просто взять и умереть! Он притворяется! Дрожащей рукой Цзысюань перепроверил. Вэй Усянь был мёртв. Прямо сейчас его сердце не билось, ци не текла по его телу, а лёгкие не дышали. Как это вообще возможно?!
