𝐡𝐢𝐬 𝐪𝐮𝐞𝐞𝐧.🍒

Чёрный джип остановился на обочине дороги, где вокруг, кроме леса, не было ничего. Выйдя наружу, девушка покрутила ключи на пальце, спускаясь по проделанной тропинке и скрываясь в гуще деревьев. Если бы Элайджа не дал ей ключи от своей машины, она бы добиралась либо на своих двоих, либо на такси, но никакой из этих вариантов не был бы удобным. Прищуриваясь от солнечных лучей, Лана быстро дошла до поселения, сразу встречая маленьких детишек, носящихся друг за другом. Вот где жизнь не была приторно роскошной и лживой. Мужчины, сидящие на берегу, заметили дочь старого вожака, их новую королеву, и помахали ей рукой, приветливо улыбаясь. Из домика навстречу подруге вышла Хейли, таща за собой два чемодана, на её лице засияла улыбка. — Привет, принцесса, — произнесла брюнетка и разорвала объятия, в которые затащила подругу, как только заметила её, прошлась взглядом по ней с ног до головы с каким-то игривым прищуром. — Ты как-то изменилась за ночь, неужели Клаус был настолько хорош? — Не знаю, спал он, увы, не со мной, а в обнимку с помоями, плывущими по Миссисипи, — Лана ухмыльнулась, видя расширенные глаза волчицы. — Давай теперь поподробнее и с самого начала, — она взяла её под локоть и повела к деревянным ступенькам, — не торопись, я жажду услышать всё. Прошло около часа, пока девушки беседовали, сидя перед домом и чувствуя себя более, чем просто комфортно. Казалось бы, что ещё нужно для счастья? Прекрасная женская компания, шумная река, несмолкающее пение птиц, летний ветерок и знойное солнце, заставляющее постоянно щуриться и улыбаться собственному недовольству. Для тех, кто всю жизнь живёт в тесной связи с природой, это просто рай, а любителям городской суеты данное место может быть не по душе. — Дорогуша, мы не виделись несколько часов, а ты уже столько натворила... — усмехнулась Хейли, качая головой. Ей не впервой слышать подобные экстримальные вещи от лучшей подруги и, по совместительству, кузины. — И что ты планируешь делать с этим психом? — Если он ещё раз меня тронет, я, пожалуй, смогу ограничиться слоновой дозой слабительного... Ну, или крысиного яда, это уже по настроению, — Лана тихо хмыкнула и поднялась на ноги, отряхивая джинсы сзади и хватаясь за ручку одного из чемоданов, так как Маршалл взялась за второй. — Я лишь надеюсь, что пересекаться мы с ним будем как можно меньше. — Это будет сложно, учитывая, что, как муж и жена, вы обязаны спать в одной постели, — напомнила брюнетка, когда они вышли из леса и начали погружать вещи в багажник. — Не напоминай... — Лана захлопнула крышку и вздохнула, поворачиваясь к подруге. — Кстати, совсем забыла спросить, как дела в стае? Нет недовольных бременем вечной жизни? — Нет, скорее наоборот, сегодня сюда пришло несколько вожаков из других стай, соседи, они хотят присоединиться к нам и подчиняться вам с Клаусом. Когда они приехали, тут как раз была твоя свекровь. — Эстер? — Лана приподняла бровь, удивившись. — Чего ей надо? — Пригласила всех оборотней... — Хейли вмиг замолкла и кивнула, прикрыв глаза, исправляясь — гибридов на вечеринку, в субботу. Ты не знала? — Нет, мне никто не говорил об этом... Ладно, раз уж свекровь наказала идти на вечеринку, ничего не поделаешь, — Лана усмехнулась и обняла подругу на прощание. — Удачи тут, я буду приезжать по возможности и ты тоже не забывай, ладно? Не оставляй меня одну с этими кровопийцами. — Никогда. Джип сорвался с места, оставляя позади себя столбы пыли, и направился обратно в город, прямиком во Французский квартал. В местном баре сейчас было довольно шумно, посетители громко беседовали, выпивали, некоторые играли в бильярд, а кто-то добрался и до бутылочки. За баром стояла ангельской внешности блондинка, на бейджике которой было выведено «Камилла». — Привет, Ками, как жизнь? — с улыбкой спросила Лана, останавливаясь напротив и коротко проходясь взглядом по ассортименту алкоголя на полках. О'Коннелл кивнула с улыбкой и выжидающе посмотрела на неё. — Где Хейден? — Он взял больничный, плохо себя чувствует. Ещё вчера не явился не работу, — ответила блондинка, вынуждая волчицу нахмуриться и напрячься. — Что с ним? — Не уверена, но, кажется, грипп. Однако взгляд Ками намекал на другое – разбитое сердце. Конечно. Кинув короткое «спасибо», Лана развернулась, собираясь уйти, но чуть не налетела на знакомую особу, чьи губы растянулись в коварной ухмылке. — Ребекка.. — первородная склонила голову набок, пуская смешок.

***

Кисть плавно скользила по холсту, оставляя маленькие аккуратные мазки. Маленькая девочка, держащая в руках шарик, смотрела на луну, что освещала ей тропу в мрачном хвойном лесу. Клаус вздохнул, опуская голову, отправляя кисть в баночку с водой, и даже не обернулся, когда в мастерскую ворвалась Ребекка, сдавливающая локоть Ланы. — Брат! Ты не поверишь, каким слепцом ты оказался, женившись на этой шавке, — с чересчур возбуждённым энтузиазмом блондинка толкнула девушку к брату и тот медленно обернулся вполоборота, хмуря брови. — Она разыскивала того милого бармена из Руссо. И ох, как она заволновалась, узнав о его болезни. Уверяю, если бы не я, она сейчас сидела бы у его изголовья, ища способы вылечить его. — Да что ты вообще знаешь, чтобы кидаться такими обвинениями, блонда? — зло зашипела Лана, дерзко вздёрнув бровь. — Если тебя так пожирает зависть, не надо искать способы подставы, к тому же, столь дешёвые. Или что, на большее, чем бездоказательные обвинения и детские оскорбления, ты не способна? — Ах ты сучка! — Ребекка подлетела к девушке, хватая её за плечи, но не успела опомниться, как сама получила укус и отскочила, вскрикнув больше от удивления, чем от боли. Она большими глазами посмотрела на своё запястье, где теперь красовался не очень смертельный для неё укус. — Бекка, хватит! — рявкнул Никлаус, одергивая Лану и вставая напротив сестры, смотря на неё с лёгкой долей раздражения. — Будь добра, займись своими делами. — Ник! — первородная шокированно уставилась на брата, не ожидая, что не получит ни поддержки к себе, ни обвинений в сторону волчицы. Она глянула на девушку, которая стёрла тыльной стороной ладони кровь с губ, и вздохнула, качая головой, но быстро покинула кабинет брата. — Твоя сестра – грёбаная стерва! — сказала Лана, не скрывая презрения в голосе, и скрестила руки на груди, встречая ледяной взгляд мужа, направленный на её губы. — Не смей кусать никого из моей семьи, поняла? — лишь сказал он, возвращаясь к мольберту и помешивая воду кисточкой. В ответ он услышал усталый вздох и ухмыльнулся, догадываясь, что она закатила глаза. — Разве ты не дозвонилась до своего ненаглядного? — Пардон? — Лана нахмурилась, сощурив глаза и обратив свой взгляд на него, хотя видела перед собой лишь спину. — На что ты намекаешь? — Я, кажется, задал обычный вопрос, без всяких намёков, жёнушка, — он продолжил выделять все детали своей картины, сосредотачиваясь лишь на этом и словах жены. — К слову говоря, Хейден твой ничем не болен, расслабься. — Я и не напрягалась, — буркнула она, отойдя к одному из столов с кучей хаотично разбросанных рисунков. Она знала об увлечении гибрида, слышала о том, как он хорош в этом, но не ожидала, что всё его творчество достаточно точно передаёт то, что он хочет сказать, показывает оченьдаже красочную картину его видения мира. — Красиво... Ник бросил на неё взгляд через плечо и вновь вернулся к работе, решив проигнорировать вроде как похвалу. Но приятное чувство от этого он абсолютно точно испытал. — Думаю, нам стоит обсудить все твои права и возможности в этом доме, дорогуша, — он отставил банку, вновь окунув в неё кисть, и обернулся к жене, приближаясь к ней, замечая её моментальное напряжение. — Например, отныне ты не будешь никуда выходить, не поставив меня в известность. — Я что, пленница?! — Лана сразу возмущённо посмотрела на него, сжав руки в кулаки. Кто-то начинает переходить черту. — Нет, но ты – моя жена, и будешь делать то, что я сказал. Ключи от машины, — он протянул ей ладонь, ожидая, когда она даст ему желаемое, но она полностью повернулась к нему, злобно говоря сквозь зубы: — Я не твоя рабыня, Клаус. Будешь так своими кровососами командовать и родственничками, а мне не вздумай давать никаких приказов. Я не собака, палку тебе не принесу. Взгляд Древнего стал более заинтересованным, но всего лишь на несколько секунд, а после наполнился раздражением. Он схватил её за ворот рубашки, притягивая к себе одним резким движением. — Тебе следует тщательнее выбирать выражения или можешь лишиться своего острого язычка, — прошипел он, опаляя её губы своим горячим дыханием. Секунда, и Никлаус заметил появившийся в глазах жены страх, после чего разжал руку, отпуская её, но отходить не спешил. — Ключи. Лана выдохнула, опуская голову, и извлекая из кармана ключи от машины, вкладывая их в его ладонь. Последнее, чего ей хотелось, это драться с ним или вообще убиться, потому что прикончить её для него ничего не стоит. Клаус кивнул и дотронулся рукой до её подбородка, приподнимая, чтобы она взглянула на него. — Знай, твоё место рядом с мужем. И, как бы ты не хотела перегрызть мне глотку, ты не сможешь этого сделать, ведь я вернусь и устрою тебе персональный Ад во плоти... — дыхание девушки участилось, сердце ускорило свой ритм биения, что заставило Никлауса немного ухмыльнуться. Её страх и гнев ему по нраву. — Мне на тебя плевать, но слово своё я всë-таки держу. Если кто-то из моей семьи посмеет тронуть тебя, я встану на твою сторону и оторву ему голову, но, если ты вдруг посмеешь пойти против моих родных... — Я не самоубийца, поверь мне, — перебила она его, зная, что за этим последует очередная угроза, ничем не отличающаяся от предыдущих. — Умная девочка, — снисходительно улыбнувшись, Клаус окинул взглядом её, а точнее, его рубашку на ней. — Отныне ты будешь держать рот на замке и делать всё, что я скажу. — Ещё чего! — не выдержала Лана, отбросив его руку от себя, отчего выражение его лица сразу стало каменным. — Ещё намордник мне прицепи! Я не буду молчать, когда считаю нужным ответить, и ты не будешь говорить мне, когда открывать рот! Ты – чёртов абьюзер, ты вообще знаешь, что такое..? Она вскрикнула, когда мужчина повалил её на стол и большая часть его рисунков полетела на пол. Коленом раздвинув её ноги, он опëрся о стол, нависнув над девушкой. Его рука сомкнулась на её шее, пальцы слегка сдавили нежную кожу. Тëмно-карие глаза бегали по всему его лицу, которое было всего в нескольких сантиметрах от её, она чувствовала его стальную хватку на горле и цепкий взгляд охотника. Ник молчал, но его глаза, пылающие огнём злости, говорили за него. — Ты начинаешь меня раздражать, волчица, не забывай, с кем разговариваешь. Я не стану долго терпеть твои истерики и эти нелепые попытки казаться сильной, хотя на деле ты ничего из себя не представляешь... — проговорил Клаус, склоняясь ближе к её лицу, пока его взгляд блуждал от её губ к глазам. — Ты совсем недавно стала гибридом и понятия не имеешь, на что можешь быть способна... Глупая. Светловолосая поджала губы, чувствуя жгучую обиду от его слов, не говоря уже о накапливающемся гневе на его действия и чрезмерную близость. Когда он наклонился к её щеке, она повернула голову в противоположную сторону, смотря в стену. Клаус втянул воздух, наслаждаясь запахом оливок, которые, судя по всему, были любимым лакомством волчицы, а парфюм с приятным ароматом жасмина заставил его улыбнуться. — Я не прочь, если ты начнёшь совершать ошибки, будешь бунтовать в том же духе... В отличие от своих братьев и сестры, тебя я не заколю, нет, — он хрипло усмехнулся, свободной рукой проводя по её руке, скользя к ладони, сжатой в кулак, — ты будешь кричать, молить о том, чтобы стать моей, а я, не жалея твоей бархатной кожи, отшлепаю тебя, да так, что ты даже со своей регенерацией месяц сидеть не сможешь. Девушка резко взглянула в его глаза, шумно сглатывая, видя всю серьёзность, с которой он говорит. Мужчина схватил тонкое запястье, приподнимая над её головой и прижимая к столу, отпуская шею, чтобы схватить и обездвижить и вторую руку. Лана дёрнулась под ним, пытаясь вырвать свои руки из его хватки, но даже одной своей ладонью он крепко удерживал её. Клаус усмехнулся, касаясь пальцем её кулона, плавно переходя на кожу, а потом схватил верхние пуговицы рубашки, одним рывком срывая их и открывая своему взору вид на чёрный кружевной бюстгальтер. — Клаус, что ты делаешь?! — глубоко дыша, Лана повысила голос, теперь действительно ужасаясь его действий. Если угроза о порке напугала её, то сейчас, когда он почти что раздевает её, держа руки скованными... Она просто в ужасе. — Ладно, я поняла, отпусти меня..! Я всё поняла, окей! Древний ухмыльнулся, довольствуясь её реакцией, но решил ещё немного поиграть со своей игрушкой. Быстро наклоняясь ещё ниже, он коснулся её губ своими. И сейчас это был не мягкий поцелуй в честь знакомства на свадьбе, сейчас он грубо сминал её губы, вторгаясь языком в рот. Лана зажмурилась как можно крепче, замирая в его руках, лишь надеясь, что он отпустит её, ничего не сделав. Не получив ответа, Ник отстранился от неё и прошептал в её губы: — Помни то, что ты бессильна против меня, я могу в любой момент разорвать на тебе одежду и взять тебя так, как мне заблагорассудится. И поверь, фантазия у меня бурная... Поэтому перестань тратить моё терпение, — оставив «прощальный» поцелуй на изгибе девичьей шеи, гибрид отпустил её руки и отошёл. Лана облегченно выдохнула, но то, что он отпустил её сейчас, не отменяет того, что он не может продолжить это в следующий раз. — Если я увижу, что твои вещи не в шкафу нашей спальни, пеняй на себя. Никлаус спокойно вернулся к написанию картины, полностью игнорируя присутствие немного потерянной в пространстве девушки. Лана не знала, сказать что-нибудь или просто уйти. Она осмотрела упавшие на пол пуговицы и запахнулась рубашкой, вскакивая со стола и стремительно выбегая прочь из комнаты. Её щеки предательски зарделись, кончики ушей покраснели от смущения, а из глаз покатились слëзы липкого, ядовитого чувства стыда. Забежав в комнату, где на данный момент были чемоданы девушки, она прижалась спиной к двери, скатываясь по ней на пол и не заглушала рыданий, которые мог услышать каждый вампир. Именно в таком состоянии её обнаружила Давина, услышав всхлипы из-за двери, и сразу принялась успокаивать, решив узнать о том, что её так расстроило, позже. Едва что-то соображая, Лана не без помощи Клэр перебралась в комнату Клауса, где уже не было утреннего погрома, вместо серванта стояла низкая тумбочка с большим плазменным телевизором, повешенным на стену. Очень удобно, учитывая, что кровать находится напротив него. Видимо, Никлаус постарался. Когда девушка успокоилась, сидя с Давиной на полу, разбирая чемоданы, то рассказала о ссоре с Клаусом из-за Ребекки, но умолчала о его пошлых угрозах и поцелуе. Не хотелось вновь краснеть, пусть и Клэр является второй близкой подругой волчицы. — Дамы, — в комнату без стука вошёл Клаус, со слабой ухмылкой осматривая их, — время ужина, вас все ждут. — Хорошо... — Давина вздохнула и поднялась на ноги, ожидая и подругу, но та не спешила. — Я не голодна, не пойду. Ведьма приподняла брови, мол, уверена ли, и получила в ответ утвердительный кивок. Клаус равнодушно пожал плечами, выходя с юной девушкой в коридор, оставив Лану наедине со своими мыслями и оставшейся горой вещей. Она осмотрела шкаф, не понимая, куда деть все остальные атрибуты её гардероба, ведь места уже не хватало, но тогда её взгляд зацепился за вешалки с рубашками Древнего, губы растянулись в улыбку. Не прошло и двух часов, как гибрид вернулся в комнату. Он провёл рукой по волосам и замер у двери, с непониманием смотря на одеяло и подушку, лежащие на диване. Лана лежала на кровати, рассматривая пустой лист в своём дневнике, она уже переоделась в пижаму и улеглась под одеяло. Клаус вопросительно взглянул на жену, указывая на диван, и та мило улыбнулась, объясняя: — Твоё спальное место. Челюсть Клауса чуть не выпала. Чертовка, дерзости ей не занимать.. Он усмехнулся, сначала подумав, что это, должно быть, шутка, но не изменившееся лицо волчицы доказывало обратное, и его глаза потемнели от злости. — Ты думаешь, я буду спать на диване.. в своей собственной комнате?! — он повысил голос, делая шаг по направлению к кровати, и Лана тут же бросила в него подушку. — Ты не говорил мне, что мы обязаны спать в одной кровати. Скажи «спасибо», что я вообще переехала в эту комнату, — она закатила глаза, закрывая дневник и кладя его рядом с собой. — Так что, извини, но спать ты будешь на диване. — Ты издеваешься? — хмуро спросил он, остановившись и поставив руки в бока, но светловолосая лишь покачала головой, махая ему рукой. — Давай-давай, иди. И не вздумай посреди ночи ложиться рядом со мной, я сплю с оружием, прикончу... — Лана вновь открыла дневник на нужной странице и сделала вид, что сосредоточена на чём-то. Клаус постоял, как вкопанный, несколько минут, не сводя злющего взгляда с жены, но решил не спорить, понимая, что мать услышит их крики и у семьи появится ещё больше вопросов. Закатив глаза, он развернулся и открыл шкаф, вновь замирая с каменным выражением лица. — Что это? — как можно более терпеливым тоном произнёс он, рассматривая висящие вместо его кофт женские платья самого разного фасона. — Ты же сам сказал перевезти мои вещи, вот, всё, как ты просил, — спокойно откликнулась волчица, кинув на него короткий взгляд. Клаус саркастически ухмыльнулся, с силой хлопая дверцей, которая, неизвестно как, не отломалась. — Соседняя дверь, верхние полки. Он повернулся к ней, желая кинуть в ответ что-нибудь обидное, но лишь зарычал себе под нос, открывая нужную ему дверь и вытаскивая боксёры серого цвета, краем глаза замечая покрасневшие кончики ушей девушки. Когда Клаус скрылся за дверью ванной, Лана поудобнее для письма взяла карандаш, поднося его к листу бумаги. «Не знаю, сколько продлится весь этот цирк с браком, но, мне кажется, что без жертв будет не обойтись. Либо Клаус убьёт меня, либо я – его. Сегодня он показал себя с той стороны, которая всегда меня пугала, он поцеловал меня не так, как в день свадьбы, это было мерзко, грубо, собственнически, но.. Не уверена, но это заставило меня сосредоточиться не на боли, а на приятном покалывании в кончиках пальцев, на биении собственного сердца, стук которого отзывался у меня в голове. Эта его грубость пугает, злорадная усмешка заставляет задуматься, что с ним такого случилось, что он стал таким. Ни в коем случае, это не какое-то глупое чувство влюблённости или сочувствия к его персоне, лишь интерес. Недаром мама в детстве говорила: «нос у тебя маленький, но вздёрнутый, готовый в любой ситуации всюду сунуться.» Удивительно, но она права, я всюду сую свой нос, особенно туда, где много проблем и опасностей.» Зевнув, Лана закрыла дневник, откладывая его в нижний ящик прикроватной тумбочки, и перевернулась набок, выключая настольную лампу, отчего комната погрузилась во тьму. Клаус вышел из ванной, сразу щурясь от темноты, и посмотрел на жену, которая отрубилась чересчур быстро. Заметив, как край одеяла сполз с её плеча, оголяя его и заставляя кожу покрыться мурашками от ночной прохлады, он закатил глаза, устраиваясь на диване. Не будет же он, как в дешёвом фильме про любовь, поправлять одеяло на ней. Кто она ему?