Эффект бармена

Ли Минхо в отношения не рвался. В его жизни все было спокойно, и, в принципе, все его устраивало. Спокойно, без каких-то особых драм, о поступил в университет и спокойно, без каких-то особых приключений заселился в общежитие. Сосед не интересовался его жизнью, как и Минхо на него было наплевать. Минхо не ходил на студенческие тусовки, всегда ночевал в своей комнате, приходя туда не позже одиннадцати вечера, за исключением тех дней, когда у него были ночные смены. В целом, о Минхо можно было сказать как о довольно скучном и даже унылом студенте. Возможно, к студенческой жизни вне занятий он относился даже с неким презрением. У него просто не было времени, чтобы вливаться в коллектив и активничать на студенческих мероприятиях, а так же присутствовать на бесконечных попойках. Он постоянно пропадал на подработках после пар и учился ночью. Конечно, это его изматывало. Он смотрел на своих неработающих одногруппников, которым все оплачивали родители, и иногда даже сокрушался о том, что ему приходится что-то делать для того, чтобы обеспечивать своё существование. Это не означало, что он совсем не общался с теми, с кем учится. С кем-то он ходил на обед в столовую, с кем-то коротал перерывы между занятиями, но тесных связей первый год учебы так и не заводил. Одногруппники периодически подшучивали над ним из-за того, что тот работает на каких-то дерьмовых низкооплачиваемых шабашках. Особенно почему-то ему не давали покоя из-за работы в Макдоналдсе. Но Минхо очень быстро находился с ответом на такие подколы: «Это сейчас я работаю в Маке, ваше время придёт, когда вы универ закончите. Все рано или поздно через это проходят, я просто хочу проскочить экстерном». И от него быстро отстали. А в начале второго года обучения он познакомился с Чанбином и Бан Чаном, которые были друзьями детства и учились на том же факультете, что и Минхо, но были на год старше. Ничего особенного в этом знакомстве не было. Они как-то случайно и постепенно начали общение и даже не заметили, как стали настолько близки, что могли называть друг друга друзьями. В жизни Минхо вообще не было ничего особенного. Обычная учеба, обычная подработка, обычная общага, обычные друзья. Которые, при этом как-то его раскачали и он начал иногда вылезать из своей конуры в маленький барчик неподалёку. Это всегда были приятные вечера, которые иногда проходили за душевными разговорами, а иногда заканчивались тем, что кого-то приходилось волочить домой на спине. Но Минхо это нравилось. Он был рад, что его обычная жизнь приобрела какое-то разнообразие, пускай даже такое же тривиальное, как и у всех, его возраста. — Ты что, совсем не хочешь себе никого завести? Девушку там, парня? — поинтересовался Чанбин на очередной их посиделке. К слову, он часто задавал этот вопрос Минхо, почти каждую их встречу. — Не, у меня времени на это нет. Это твой пунктик. Я не настолько отчаялся, — Минхо усмехнулся и отхлебнул пива из высокого стакана. — Это ты у нас горе-герой-любовник. А я птица гордая, самодостаточная. — Ага, петух, — фыркнул в свой стакан Чанбин. Минхо свирепо глянул на него. — Не нарывайся братан. Чан, сделай с ним что-нибудь. — Ты меня не приплетай, — парировал Бан Чан. — Свои петушиные бои устраивайте без меня. Такие дружеские перепалки у них происходили без конца, чуть ли не с самого начала их общения. Возможно, они даже стали их главной точкой соприкосновения. Никто никогда на такое не обижался. Минхо иногда, на самом деле, задумывался над тем, что было бы неплохо себе кого-то найти. Но он просто будто не представлял, как это сделать. Как вообще отношения начинаются? Он не верил в то, что однажды он столкнётся в коридоре с кем-то, кто куда-то спешит с руками, полными бумаг. Эти бумаги драматично разлетятся, устилая пол плотным белым слоем, словно снег на Рождество. Он бросится помогать их собирать и утонет случайно в двух бездонных океанах. Или будет окутан тёплым шоколадом чужого взгляда. Или потеряется в вечно зеленой чаще. Какие там еще цвета бывают у глаз? Да и жизнь — не аниме. Его просто покрыли бы матом в такой ситуации и посоветовали бы разуть глаза и смотреть, куда прет. Минхо так бы и поступил. Или что, его поставят делать групповой проект с кем-то, кто в него уже давно влюблён, и случайные касания встрепенут его ледяную душу? Он захочет быть ближе, пить с этим человеком чай по утрам и вдыхать мятный (или какой бы то ни было, персиковый, если угодно) аромат его волос? Нет, в это Минхо тоже не верил. Скорее всего к нему, как к довольно ответственному человеку, приткнули бы какого-то непрошибаемого идиота, который класть хотел и на проект, и на учебу в целом. И Минхо пришлось бы делать все самому. А этот человек висел бы на нем обузой, как дохлый гусь. В общем, к этой теме с отношениями и их поиском Минхо относился показательно скептически. Бан Чан с Чанбином называли его пессимистом, но Минхо предпочитал называть себя реалистом, у которого глаза в его голове. 🥃 🥃 🥃 С Хан Джисоном Минхо учился с первого курса. И будто ничего невероятного в этом парне не было. Просто одногруппник. Очень экстравертный, с целой кучей друзей. Казалось, он за первый год учебы умудрился перебухать со всем универом, разве что преподавателей обошёл стороной, но только потому, что сам того захотел, а не из чувства какой-то субординации. Казалось, что предложи он им что-то подобное, они не отказались бы. Преподаватели его обожали. Минхо не то, чтобы считал, но Хан повстречался уже, как минимум, с дюжиной человек разных возрастов и полов. И что удивительно, никто из этих отношений не выходил расстроенным и с разбитым сердцем. Минхо не то, чтобы навешивал какие-то ярлыки, но устоялся во мнении, что Джисон — повеса и кутила. Пускай слова и старомодные, но Минхо не хотелось применять других. Может, все началось из-за того, что Джисон постоянно был на слуху и на виду. Может, Минхо стало уныло и скучно в своих мыслях от однотонности будней. Но на втором курсе он стал все чаще ловить себя на размышлениях о том, что же Джисон за человек. Какими были его родители, что он вырос таким веселым и беззаботным? А может, это все компенсаторное, и за своим необузданным весельем он скрывает какую-то травму, и все это разнузданное поведение — просто маска? Минхо не сразу себе признался в том, что он очень хотел бы это узнать. В какой-то момент он обнаружил, что любые мысли о том, чтобы стать с кем-то ближе, чем друзья, его повергают в какую-то неловкость и отрицание. Может, поэтому он отбрыкивался от Чана и Чанбина, когда они заговаривали с ним об отношениях. Их то отношения у него никаких проблем не вызывали, он прекрасно поддерживал диалог и с интересом слушал рассказы об их похождениях и душевных терзаниях. Но как только речь заходила о нем самом, у него поворачивался тумблер, включающий огромную надпись «САРКАЗМ». Для Минхо это все было сложно. Он понимал, что есть проблема, но не мог понять какая, и с чем это связано. И почему именно мысли о Джисоне разворошили это гнездо. Он вообще не знал, что это гнездо есть. Дурацкий Джисон. А может, Минхо вообще загнался и никакой проблемы нет? Или есть? Естественно, своим друзьям он ни о чем не рассказывал. Ещё чего. Какие-то открытия о себе он предпочитал совершать самостоятельно. Он сам еще не разобрался в чем дело, и, похоже, это надолго. Подобные размышления не занимали голову Минхо постоянно. Он периодически проваливался в учебу и работу, и недостаток времени не позволял ему сношать собственную голову своими же загонами бесконечно. Но периодически мысли о Джисоне, об отношении к Джисону и отношении к отношениям оседали в голове Минхо липким конденсатом. Минхо хотелось разобраться, почему ему сложно признаться в симпатии к кому-то, даже самому себе. Так, интересненько. В симпатии? Все же это симпатия. Жуть. А летом перед третьим курсом Минхо пообещал себе быть честным перед самим собой. И признался себе, что попытки разгадать причины поведения Джисона привели к тому, что тот прочно укоренился в его голове и сердце. Он втрескался. Ещё большая жуть. Наверное, это было очень опрометчиво и глупо — слепо влюбиться в практически незнакомого человека, которого он мог наблюдать лишь со стороны. Минхо старался себя за это не осуждать. Он принял свои чувства и решил не торопить события. 🥃 🥃 🥃 В начале третьего курса никто не удивился, что Джисон устроился барменом в новое заведение, которое открылось неподалёку от общаги. Это был приятный не очень большой бар, где упор был на очень вкусные коктейли и очень разговорчивых и горячих барменов в униформе, которая больше подходила для выступления на сцене, чем для обслуживания гостей бара. Джисон туда очень выписывался. Было сложно представить человека, который подходил бы туда больше, чем Джисон. Ну, Минхо сделал такой вывод из того, что говорили одногруппники. Сам то он в этом баре не был. — Минхо, приходи ко мне в бар, возьми друзей, я угощу парочкой коктейлей, — голос Джисона ворвался в поле внимания Минхо, перекрывая гул столовой. — Я присяду? Минхо растеряно поднял голову, столкнувшись с расплывшейся в самой доброжелательной улыбке, которую только доводилось наблюдать, физиономией Джисона. — А? Что? Да, садись, конечно, присаживайся, — он указал на место напротив, но Джисон плюхнулся рядом, громыхая своим подносом с едой. — Ах, как я люблю кимчхи! Итадакимаааааас! — Джисон принялся набивать щеки всем, что набрал в кафетерии. — Ты любишь кимчхи? Я че подсел то. Просто мы уже больше двух лет вместе учимся, уже два с половиной почти, получается, и до сих пор толком не общались. Придёшь ко мне в бар? Я устроился недавно. — Да, я слышал, — Минхо не хотел играть в недотрогу и не особо смутился от того, что сейчас рядом с ним находится предмет его неспокойных мыслей. Он просто немного опешил от такого воодушевлённого напора, ведь слова из Джисона летели со скоростью пулеметной очереди. — Не хочешь прийти? У нас там прикольный концепт. Такие костюмы здоровские. Почти как стриптизерские, но в рамках приличия, все прикрыто. И мы не называем имён друг друга гостям. У нас у всех есть псевдонимы. Мы там как айдолы, только с бутылками. И с элементом загадочности. Типа, люди нас не знают, поэтому могут разбалтывать всякие секреты. Незнакомцу ведь проще поделиться чем-то сокровенным. Меня, например, там называют Хан. — Но это же твоя фамилия. — Ну и что, у меня крутая фамилия, как хан, который главный был у татаро-монгол. Хан Батый, например, знаешь? — Мы же не на историческом учимся. — Дак это же в школе проходят. — Я уж и не помню. — А я помню только это, — Джисон засмеялся. — Я обычно не видел тебя на студенческих сборищах, вообще времени нет, да? — Подработка, — пожал плечами Минхо. Джисон что-то промычал в ответ, как будто удовлетворенно покачал головой, и на какое-то время они сосредоточились на обеде. — Дай свои контакты, я тебе скину, куда приходить. Там не очень приметный вход, я карту тебе нарисую. — Да, конечно, — Минхо протянул свой телефон — Вбей номер. — Когда сможешь прийти? — спросил Джисон, набирая свой номер на телефоне Минхо. — Я сделаю себе дозвон, хорошо? — Хорошо. В пятницу, наверное, у меня там смены не будет и ребята, наверное, смогут. — Здорово, буду тебя ждать, Ли Минхо! Джисон встал, слегка запнувшись о ножку стула, взял опустевший поднос со стола, и снова улыбнулся Минхо. Встрепенулась ли ледяная душа Минхо? Да конечно встрепенулась, она и не была ледяной никогда, как бы Минхо не убеждал себя в обратном в подростковом возрасте. Он влюбился в чувака и вот, он зовёт его выпить в бар. Да, он там работает. Да, возможно, он получает процент с продаж или рассчитывает на чаевые. Но какая разница, если сейчас под именем «Хан Джисон» в его телефонной книге значатся те цифры, которые он и не думал, что получит. Он даже пока не разрабатывал плана по их получению у себя в голове. Не быстро ли все идет? «Ли Минхо, этот чел будоражит твоё сознание как минимум год, соберись, не будь тряпкой и не ссы» — одёрнул себя Минхо, наполняясь решимостью во что бы то ни стало пойти в тот бар в пятницу так, чтобы не вызвать лишних подозрений у Чана и Чанбина. Хотя, эти заразы довольно проницательные. Но это проблемы пятничного Минхо, а сейчас, в обычный вторник, у него уже есть о чем подумать. 🥃 🥃 🥃 В этот же вторник Минхо, закончив свою смену на кухне, где он пять часов к ряду собирал бургеры и жарил котлеты на раскалённом гриле, стоял у своего шкафчика в раздевалке. Ноги ныли от постоянной беготни по скользкому от жира кафелю. Он устало открыл дверцу и достал телефон, чтобы проверить, не было ли новых сообщений. Они были. От Джисона. Сердечко слегка екнуло. Хан Джисон: Минхо, привет!))))) Надеюсь, не отвлекаю))) Я на карте отметил свой бар *вложение* И вот тут маршрут от нашей общаги, мы же в одной живем, насколько я помню))) *вложение* Я не следил за тобой, честно)) я не сталкер какой-нибудь Просто пару раз видел тебя в коридоре)))) Ты работаешь? А, да, видимо работаешь)) не отвлекаю)) Напиши, как прочитаешь)) Хорошей работы)))) Минхо ухмыльнулся от такого количества сообщений и скобочек в них. Посчитал ли он это милым? Естественно.

Ли Минхо: Привет, я только закончил, спасибо, что написал. Признателен за такую подробную инструкцию, как пройти. Очень постараюсь быть.

Минхо переоделся и вышел на улицу. После душной макдоналдсовской кухни дышать было легко. На улице прохладно и свежо, ведь уже давно не май месяц, да и на часах перевалило за десять вечера. Или дело не в этом, а в том, что Джисон написал? «Так, не врать себе, не врать себе» — как мантру в голове прокрутил Минхо. Да, дело не в температуре воздуха. Дело в куче сообщений, куче скобочек и том, что все это от Джисона. Ему. Усталость как рукой сняло из-за того, что Джисон проявил внимание. Даже оправдывался за свою наблюдательность, беспокоился о том, что Минхо мог не так понять и что-то не то подумать — очаровательно. Хан Джисон: Ура!!! Я так рад))) Как работалось? Сильно устал? Я пока на смене, но ты пиши, я потом отвечу)))

Ли Минхо: Да все в порядке. Я привык уже, не первый год все-таки. Ты прямо допоздна работаешь?

Минхо убрал телефон в карман бомбера и всю дорогу до общежития улыбался, как дурак. Спалось в эту ночь особенно сладко. Наутро Минхо первым делом полез в телефон, чтобы обнаружить там очередную вереницу сообщений от Джисона, которые были написаны уже глубоко за полночь, часа в два. Хан Джисон: Я только закончил))) Была непростая смена) вроде вторник, а народу в баре было, как на праздниках)) Че все поперлись бухать посреди недели? Работы ни у кого нет, что ли? Ты, наверное, уже спишь))) Тогда спокойной ночи))) И доброе утро)) Встретимся в универе))) На следующее утро Минхо не застал Джисона на первой паре. «Наверное, проспал» — сделал вывод Минхо. Тот пришёл крайне замученный только к второму занятию. Он обменялся приветствиями со своими друзьями, пока пробирался между парт и сел рядом, бросив портфель на столешницу. — Я так не выспался, — простонал Джисон и растянулся на портфеле. — А ты как спал? Минхо в удивлении поднял брови, но быстро собрался с мыслями и ответил: — Я более-менее, закончил в десять, немного поучился и лег в час. А ты прямо допоздна вкалываешь? — У меня обычно смена до двух, но некоторые работают до закрытия, то есть до пяти. Так что я еще бодряком. Спать, конечно, хочется, но сегодня я выходной, так что высплюсь. — А я сегодня в ночную смену, так что завтра, наверное, буду вообще никакущий. Только забегу в общагу, вещи сменить, и на пары. — Ого, во сколько заканчиваешь? — В семь тридцать. У нас пересменка в семь. — Ммм…ты же в Макдоналдсе работаешь? — Ага. Аудитория зашумела, рассаживаясь, когда зашёл преподаватель. Минхо сидел, пытался вникнуть в то, что говорил профессор, но все его мысли занимало то, как внимательно смотрел на доску Джисон и как он периодически делал пометки в своём конспекте. День в университете протекал как обычно, за исключением того, что на некоторых парах Джисон молча подсаживался и просто учился рядом, как будто так было всегда. Когда закончилось последнее занятие, он повернулся к Минхо: — Мне в библиотеку надо, так бы прошлись до общаги вместе. Удачной смены сегодня! — он подхватил свой рюкзак и скрылся за дверью аудитории, выбегая в шумный коридор. Ночная смена выдалась спокойной, дебоширов не было, на кухне не случилось никакого ЧП, правда под утро жутко хотелось спать. Но иногда достаточно перетерпеть этот тяжёлый момент, когда глаза сами собой закрываются, и не понятно, хочешь ты есть или тебя тошнит от недосыпа. Зачастую нужно перехватить кусок-другой и открывается второе дыхание. До общежития идти не так далеко, и Минхо решил прогуляться по утренней прохладе, чтобы немного взбодриться. Еще издалека он увидел, как у дверей на крыльце стоит Джисон. — Ты чего здесь? — подойдя спросил Минхо. — Да рано лёг вчера, вот, проснулся. Решил сходить в магазин. А то в холодильнике пусто и все времени не было что-то купить, — он пошарил рукой в белом полиэтиленовом пакете, наполненном продуктами. — Вот, это тебе, — Джисон протянул жестяную банку с кофе. — Ого, спасибо, — губы Минхо непроизвольно поползли вверх. — За какие такие заслуги? — Да просто, вспомнил, что ты сегодня был в ночь, когда делал покупки. Увидел в холодильнике в магазе и подумал, вдруг пересекусь с тобой, когда с работы пойдёшь. Давай зайдём уже, что на улице торчать. Они зашли в холл, прошли через турникет и каждый направился в своё крыло. Минхо обернулся на удаляющуюся спину Джисона, когда тот тоже обернулся и махнул рукой, мол «Скоро увидимся». Не улыбаться было невозможно. Минхо улыбался так, что болели щеки, когда вертел банку с кофе в руках. Ему было жаль ее открывать. Хотелось сохранить ее на память. Минхо не ожидал, что его вырубит прямо на паре. Хотя, на что он рассчитывал, если он не спал уже больше суток. Он проснулся лишь когда кто-то осторожно потряс его за плечо. — Минхо, пара закончилась, пойдёшь на обед? — Джисон слегка наклонился, его рука лежала на плече Минхо. — Может, лучше домой? Отоспишься. Минхо потер глаза и скривился от того, как затекли суставы от неудобной позы. Он поднялся и с его плеч чуть не упала чужая черная пушистая кофта-тедди. Джисон ее быстро словил и начал натягивать на себя. — Ты чего? Холодно же было в одной футболке сидеть. В аудитории, дай бог, градусов восемнадцать. — С недосыпа обычно морозит, я решил, тебе нужнее, — Джисон слегка смущённо улыбался. — Блин, не стоило, ты чего. Мог бы разбудить меня, — Минхо был в приятном недоумении. — Не хотел будить. Ты был таким уставшим. Я дам свои конспекты. Я все записал, да и тема была не сложная. Пойдём в столовку? Сегодня, вроде, что-то прикольное подают… Джисон что-то еще болтал, пока они шли в столовую, что-то болтал, пока они обедали. Все оставшиеся пары они просидели вместе. Когда они вышли из здания университета, Джисон убежал на работу, на прощание помахав рукой и будто даже слегка подпрыгнув на ходу. Минхо улыбался. Он так же улыбался и тогда, когда о читал новое сообщение от Джисона: Хан Джисон: Обязательно выспись сегодня, мне будет приятно, если ты придёшь завтра в бар весёлый и полный сил)))) Возможно, у Минхо от улыбки когда-нибудь треснет рожа. Он был всему происходящему очень приятно удивлён. Если у него раньше были сомнения по поводу Джисона, то сейчас тот всем своим поведением давал понять, что все это уже не актуально. Во-первых, Минхо думал, что Джисон кутила и повеса, бездельник, хоть и чертовски харизматичный. Но он учится (Минхо не слышал, чтобы у Джисона были большие проблемы с оценками) и работает. А работающих студентов Минхо уважал, так как знал, как тяжело совмещать одно и другое. Во-вторых, Джисон оказался очень внимательным. Памятуя о том, как Джисон только на первом курсе менял партнеров как перчатки, Минхо иногда терзали смутные сомнения в том, что он сделал правильный выбор, остановив его на этом парне. Но он опять-таки не слышал, чтобы Джисон с кем-то встречался с середины второго курса. Может, в Джисоне что-то поменялось? Может, он пришёл к каким-то осознаниям и теперь работает над собой так же, как Минхо? В-третьих, Минхо радовал тот факт, что ему не приходится с кем-то сталкиваться в коридоре и поднимать разлетевшиеся бумаги, не надо случайно касаться кого-то во время работы над групповым проектом. Как будто найти отношения оказалось все же не так сложно, если начинаешь работать, в первую очередь, над своей головой. «Нет, Минхо, не забегай вперёд. Он просто позвал тебя в бар и много пишет. Да, он уделяет внимание, но возможно, он просто хочет подружиться». То, что сам Минхо падал в свою влюбленность все глубже и глубже, было очевидно и бороться с этим было бесполезно. Да и не особо хотелось. Минхо хотел рассказать обо всем Чану и Чанбину, попросить мнения со стороны, но решил, что пока еще рано. Он уломает их пойти в бар, а там будет ясно. 🥃 🥃 🥃 Наступила долгожданная пятница. Джисона на парах не было, но кто-то из одогруппников сказал, что он отсыпается перед пятничной сменой. Днём Минхо шепнул Бан Чану о том, что неплохо бы заглянуть в барчик вечером (Минхо предусмотрительно не обмолвился в какой именно). Тем более, что у Чанбина будто началась осенняя течка и он без конца ныл о каких-то милых красавчиках с джинсовыми рюкзачками, обтянутыми кожей. Или что он там говорил? Минхо не особо запоминал все эти противоречивые пожелания друга. Короче, то, что развеяться необходимо, было очевидно. Бан Чан без долгих раздумий согласился, написал в общий чат и уже в семь вечера они стояли у бара, который они облюбовали больше года назад. Минхо не то, чтобы любил этот бар. Он был довольно засаленый и изрядно потасканный, но оба корпуса общежития, в которых жили друзья, были сравнительно недалеко, и потому всем было просто удобно в него ходить. Плюс пиво там было не такое и ужасное, а вот к еде было лучше не прикасаться. На всякий случай. На предложение Минхо посетить другое заведение, исключительно из разнообразия, естественно, Чанбин с Бан Чаном поначалу отреагировали скептически. Но Минхо, использовав все свое красноречие, убедил их в том, что нужно попробовать что-то новое. — Моего одногруппника зовут Хан Джисон, но у них там такой концепт, что он своих имён гостям не называют, просто говорят псевдонимы, — рассказывал Минхо по пути. — Только у Джисона он вообще будто и не псевдоним. Хан. — Это, типа, чтобы интригу сохранить? — спросил Чан. — Ага, чтобы была какая-то тайна, ууууу, загадка! — Минхо развёл руками в жесте, какой бы сделал фокусник перед очередным выступлением. — А ты с этим Джисоном тесно общаешься? Просто раньше я про него не слышал от тебя, — заметил Чанбин. — Да не то, чтобы. Просто учимся вместе. Но он страшно забавный, конечно. Такой шумный чел. Но не так, чтобы бесить, просто жизнерадостный такой. Чан с Чанбином многозначительно переглянулись. — У него еще щеки такие круглые, как у хомячка. Мягкие, наверно. Очень мило. Минхо осекся и скользнул взглядом по друзьям, в глазах которых промелькнул бесовской огонёк. «Ну все, вот я и попался. Сейчас начнётся» — Мило, да? — Чан выгнул бровь, его губы начали растягиваться в улыбке, которая не сулила для Минхо ничего хорошего. — Ага. Вызывают такой добрый смех, — «Да заткнись ты, боже! Ты же сейчас себя своими руками закапываешь!» в панике пронеслось в голове Минхо. — То есть добрый смех, говоришь, — подхватил Чанбин. И тут, действительно, началось. Парни загалдели о том, что Минхо идет охмурять хомяков и вообще он Ромео, который влюблён по уши. Минхо пытался как-то отбрыкиваться от их нападок, но у него слабо получалось. Во-первых, он сам спалился, не удержав вовремя язык за зубами. Во-вторых, его друзья все-таки были достаточно проницательными, чтобы сложить в голове два и два. Остаток пути Минхо уже провёл как в тумане и окончания разговора уже не помнил, так как подкатывающее волнение начало давать о себе знать. Они нашли бар без особых усилий, так как у Минхо были все инструкции от Джисона, как добраться. Как только они вошли, Минхо заприметил Джисона тут же. Он орудовал за баром, ослепительно улыбался клиентам и вообще был прекрасен, как никогда. Они добрались до столика, Минхо постарался проигнорировать все подколы друзей и ушёл на бар за напитками. Минхо очень хотел, чтобы заказ принял Джисон, но к нему подошел другой бармен. С разочарованием Минхо полез в заметки на телефоне, где записал то, что будут пить Чан с Чанбином. — Братишка, я приму! — весело прозвучало напротив. Минхо оторвался от телефона, чтобы увидеть искрящиеся глаза Джисона. — Привет! Ты все-таки пришёл! Я так рад! Как сегодняшний день прошёл? Что будете? — Ааааам… — неуверенно протянул Минхо. Язык будто сросся с нёбом. Слова в голову не лезли. Минхо и не подозревал, что ему будет так тяжело начать разговор с Джисоном, пускай даже в ролях гость-бармен. Но что он мог поделать, когда вот он, Джисон, стоит перед ним, светится как апутюр на шестьсот ватт и одет до безобразия горячо. — Так. Значит. Я буду, наверное, мохито, моим друзьям «Лонг Айленд» и «Секс на пляже». — Хороший выбор! Так как дела? Минхо нервно сглотнул. Откуда взялась эта неуверенность? Он сейчас как подросток, который пытается заговорить с объектом своего воздыхания в первый раз. Они же переписывались на этой неделе, довольно много общались, по сравнению с тем, сколько они общались раньше (то есть по сравнению с «нисколько»). Может, это от того, что за спиной сидели его друзья и он не хотел ударить в грязь лицом. Может из-за того, что их коммуникация сдвинулась с мертвой точки и Минхо узнал о Джисоне чуть побольше, но теперь, когда они общаются вне стен университета и общежития, это казалось переходом на новый уровень, к которому Минхо оказался не совсем готов. Минхо и раньше не отрицал в себе влюблённости в Джисона, но сейчас, в неформальной обстановке она ощущалась как-то по-новому. Словно сейчас решалось, будут они вместе или нет. Как будто сейчас у него появился реальный шанс и ни в коем случае нельзя его упустить. — Да хорошо. В универе все как обычно. — Круто! Мохито за счёт заведения, как и обещал! Пока Джисон смешивал напитки и периодически перекидывался фразами с коллегами по соседству, Минхо просто любовался. Наверное, со стороны он выглядел как сумасшедший маньяк, так внимательно он разглядывал униформу Джисона, его блестящие волосы и периодически появляющуюся улыбку, которая делала щеки еще круглее и милее. Но последнее он и раньше заметил. — Все! Готово! — Джисон пододвинул к Минхо бокалы, озвучил сумму заказа и протянул терминал для оплаты. — Приятного отдыха! Приходи сюда, если захочешь поболтать. — Хорошо, — кивнул Минхо и попытался взять все три коктейля разом. — Неудобно же, давай помогу отнести? — Не-не-не, я справлюсь, спасибо. Надо ли говорить о том, что Чан и Чанбин встретили Минхо оглушительным гвалтом и чередой дружеских насмешек? Какими бы они были друзьями, если бы этого не сделали? Около часа Минхо стоически выдерживал череду язвительных комментариев в свой адрес и кучу претензий к тому, что он им и словом не обмолвился о том, что запал на кого-то. — И как долго это продолжается? — поинтересовался Чанбин. — Что продолжается? — включил дурака Минхо. — Не строй из себя идиота! Чан, скажи ему, а? Как долго ты ухлёстываешь за Джисоном? — Я за ним не ухлёстываю. — Ну блин. Как долго ты по нему сохнешь? — Минхо, мы же друзья, — вклинился Чан. — Ты же знаешь, что мы супер принимающие зайки, если дело серьезное. — Ну как вам сказать… — Минхо поджал губы. — Я не могу пока об этом говорить. Потом, ладно? Я в туалет. — Ну ты и зассыха, — бросил ему в догонку Чанбин. — Ну вот что с ним делать? Последняя фраза долетела до Минхо уже обрывком, потонув в шуме бара. 🥃 🥃 🥃 — О, ты снова здесь! — Джисон протирал стаканы и задорно глядел на Минхо. — Будешь что-нибудь еще? — Можешь сделать что-нибудь на свой вкус? — Минхо подпер руками подбородок. — О, да. Рекомендую мое собственное изобретение. Я дома иногда летом себе смешиваю. Сейчас, конечно не лето, но это все равно вкусно. Это типа апероль-спритца, только немного усовершенствованный. Там есть лайм, смородина, мята, апероль и либо сухое игристое вино, либо спрайт. Это зависит от того хочешь ты покрепче или послабее. Тебе как? Ну и лёд еще. — Давай с игристым. — А у рабочего класса нынче кутёж! — Джисон посмеялся. — Я называю этот напиток богов «Ханопероль»! Освежает и мягко накидывает. Потрясающая вещь. Горжусь, как собственным ребенком. — У тебя нет детей, — усмехнулся Минхо. — Нет, есть! И имя ему «Ханопероль»! Угощу! За «Ханоперолем» и веселым перекидыванием фразами летело время. Алкоголь немного снял напряжение и скованность отступила. Минхо иногда посматривал на Чана и Чанбина, но они о чем-то спокойно переговаривались и, казалось, не обращали на того особого внимания. Через какое-то время к бару подгрёб Чанбин и обхватил Минхо сзади, возмущаясь, где его черти носят. — Заказывай че хотел и вали, — Минхо, конечно, любил своего друга чрезвычайно, но сейчас тот выбрал совершенно неудачное время для проявления своих братских чувств. — Какой же ты злобный, Минхошик! Мы тут пришли культурно пообщаться, а ты прилип к своему хомяку. У Минхо буквально в зобу дыханье спёрло. Да как он посмел? Зато Джисон заливисто и громко рассмеялся. Стоило ли оно этого унижения? Да, определённо. Минхо еще не слышал его полноценного смеха так близко, и это было хорошо, приятно. -Айенаааа! Поди сюда, прими заказ! — крикнул Джисон, обернувшись к коллегам. — Не переживай, Минхошик, сегодня хомяк только твой. Минхо такого явно не ожидал и почувствовал, как к лицу предательски подбирается кровь. Благо, это можно было списать на лёгкое опьянение, и возможно в полумраке бара этого вообще не было видно. Как только Чанбин отвлёкся на подошедшего бармена, Минхо перегнулся через стойку бара и чуть подсевшим голосом сказал: — Они меня никогда так не называют. — Можно я буду? — заговорщицким тоном тихо спросил Джисон и легонько подмигнул. Минхо отшатнулся и дыхание перехватило еще раз. «Возьми себя в руки, возьми себя в руки!» — умолял он самого себя. — Ты что, флиртуешь со мной? — Минхо очень старался, чтобы его голос не дрогнул. Вроде, получилось. — Может быть, — лукаво улыбнулся Джисон. Это точно нужно чем-то запить. Желательно, чем покрепче. И вот он уже почти спит на барной стойке. И черт знает, сколько времени прошло. Минхо почувствовал тычок в бок и услышал голос Чана, словно сквозь стекло: — Эй, Минхо, домой собираешься? Уже два ночи почти. Два ночи?! Вот это он, конечно, потерялся во времени. Минхо попытался сказать что-то типа «Мне завтра не на работу». Джисон о чем-то говорил с Чаном, Чан что-то взволнованно отвечал. — Минхошик, выпей водички, я скоро заканчиваю, отвезу тебя домой. Подняться со стойки и отпить из стакана, оказавшегося рядом, стоило немалых усилий. — Я завтра себя возненавижу, — простонал Минхо и упал на руки, распластавшиеся по стойке. 🥃 🥃 🥃 Минхо разлепил глаза. На удивление, голова болела совсем немного, во рту пересохло, и в районе желудка скопилось неприятное ощущение, но, в целом, Минхо ожидал худшего. — Как я оказался дома? — спросил он в пустоту, положил ладони на глаза и с усилием потёр. — А ты и не дома. Знакомый голос вывел Минхо из полудремы. Он оторвал руки от лица и осмотрелся по сторонам. И правда. Он не в своей комнате. По стенам развешаны плакаты, на подоконнике доживает свои последние мгновения то, что раньше было каким-то растением. В целом создаётся ощущение беспорядка, но откровенной грязи нигде нет. На диване у его бёдра сидел Джисон. — Пить? — он протянул стакан с водой. — Да, — Минхо заставил себя приподняться на локте. Выпив половину стакана залпом, Минхо посмотрел на Джисона слегка ошарашенным взглядом. — Аспирин, ибупрофен, солпадеин? Чего изволите? — Джисон смотрел на него совершенно спокойным взглядом, будто происходящее — само собой разумеется и нет ничего странного в том, что его одногруппник с похмельем лежит у него на диване. — Аспирин, будьте любезны, — подхватил Минхо. — Сколько времени? — Около десяти, — Джисон встал, чтобы сходить на кухню и принести таблетку. — Спи, если хочешь. Ты говорил, что на работу тебе не надо, я тоже никуда не тороплюсь. Пригляжу за тобой, — Джисон улыбнулся совершенно беззаботной и искренней улыбкой, садясь обратно на диван. — Как я сюда попал? — Сколько вопросов, — Джисон не прекращал улыбаться. — Я тебя принёс. Не знал, в какой комнате ты живешь. — Понятно, — Минхо откинулся обратно на подушки. — Похмелье не такое сильное. Я думал, будет хуже. — Стараюсь быть хорошим барменом, чтобы ко мне пришли и в следующий раз, — Джисон протянул аспирин Минхо. — Спасибо. Повисло неловкое молчание. Минхо шарил глазами по комнате, стараясь не пресекаться взглядом с Джисоном. — Как-то мне неловко, — подал голос Минхо. — Не переживай. Я тебя напоил, я тебя и лечу. — Ты очень заботливый. — А ты очень милый, когда пьяный. — Боже, не говори мне, что я что-то сделал или сказал странное. — Да нет, ничего такого. Просто сказал мне, что я тебе нравлюсь. — Что? Боже мой! — протянул Минхо самым страдальческим тоном из всех возможных. Он отвернулся к спинке дивана и упёрся в неё лбом, сворачиваясь калачиком и натягивая одеяло как можно выше. Тёплая рука легла между лопаток. — Эй, все нормально. Если хочешь, поговорим об этом позже, — в голосе Джисона прозвучала тревога вперемешку с такой заботой, от которой в груди все начало стягиваться в одну точку. — Какого черта ты такой, Хан Джисон? — Минхо обернулся и одним глазом выглянул из-за плеча. — Какой? — Так, ладно. Давай начистоту. Я пообещал себе однажды, что буду честным с собой. И на окружающих это, по идее, тоже должно распространяться. Дай мне сказать, не перебивай, просто послушай. Если не хочешь, можешь не отвечать. Или подумаешь, а потом ответишь, окей? — Окей, — Джисон кивнул и уставился на Минхо заинтересованным внимательным взглядом. — Вещай. — Вещаю. Щас будет спич, — Минхо развернулся и сел напротив Джисона, подтянул колени к подбородку и глубоко вздохнул. — Короче. Я давно думаю о тебе. Год, наверное, может, чуть больше. Поначалу, на первом курсе ещё, я не обращал на тебя внимания, но потом мне стало интересно, как так получается, что ты притягиваешь к себе людей, словно ты мёдом намазан, а они все пчёлы. И в своих рассуждениях и наблюдениях я увлёкся. Я тебя толком не знал, да и сейчас не знаю достаточно хорошо. Просто в какой-то момент я понял, что влюблён. Где-то летом, наверное. В самом начале. Я не знал, что с этим делать, поэтому не делал ничего. А потом ты подошёл. Боже, это было меньше недели назад… — Минхо зарылся пальцами в свои волосы. — Ладно. И ты был таким внимательным и аккуратным. Ты и сейчас это демонстрируешь, и я… я не знаю, влюбился еще сильнее, наверное. Вчера, пока я не напился, меня всего трясло. Не знаю, чего я ожидал или чего опасался, но я капец как волновался. И перебрал, прости за это и за доставленные неудобства. — Да все в поря… — начал Джисон. — Погоди, я не закончил. — прервал Минхо, вскинув одну ладонь в останавливающем жесте. — Окей, прости, продолжай. — В общем, я хотел бы с тобой попробовать отношения, наверное, можно так сказать. Узнать тебя лучше, потому что мне кажется, что ты очень интересный и хороший человек. Но если тебе это не интересно или это тебя как-то смущает, просто скажи. Я уйду и постараюсь тебе не досаждать. Наверное это звучит все странно, от человека, с которым ты общаешься так мало времени. Вот, как-то так. Джисон хлопал глазами, в которых отчётливо прослеживался напряженный мыслительный процесс. Он пару раз сжал и разжал кулаки, протер ладони о свои домашние штаны и несколько раз глубоко вздохнул. Пауза затянулась. — А, да, я закончил. Можешь что-нибудь ответить, или ничего на это не отвечать. Просто скажи, что мне сделать сейчас. — Я…- Джисон отвёл взгляд и еще раз вздохнул, — Да, давай попробуем. Минхо замер. — Что попробуем? — Отношения. — Что? Минхо пытался найти подвох в том, что слышал. Он не верил. В его сознании будто упал какой-то заслон, который не позволял пропустить то, что сказал только что Джисон. — Отношения, — повторил тот. — Ты сейчас серьезно? — Я принял решение. Не прямо сейчас. Чуть раньше. За несколько дней, может, недель, до того, как подошёл к тебе. Я потом расскажу, можно? Сейчас просто не могу поверить в то, что ты сейчас сказал. — Я тоже не могу поверить в то, что я это сказал. И в то, что ты сказал. Рука Джисона осторожно прикоснулась к тыльной стороне ладони Минхо, которая сжимала колени. — Можно? — Можно. Их пальцы медленно переплелись. Джисон судорожно выдохнул, его плечи заметно расслабились. — Я в ахуе, — он заглянул в глаза Минхо и неловко рассмеялся. — Ты не представляешь, в каком я. — Если я тебя сейчас поцелую, это разрядит эту ужасающе напряжённую атмосферу? — Я думаю, стоит попробовать. Минхо сменил позу, расслабив колени и скрестив ноги в позе лотоса. Их руки все еще были соединены. Джисон подсел чуть ближе и медленно наклонился вперёд не отрывая взгляда от сухих губ напротив. — От меня сейчас, наверное, несёт, я вчера много выпил, — прошептал Минхо. — Не порти момент. — Прости. Когда Джисон аккуратно целовал Минхо, тот пытался понять, почему нет тех самых бабочек в животе, о которых все так много говорят. Почему под солнечным сплетением все не сворачивается в тугой узел, и сердце не скачет, как сумасшедшее. Он ведь точно не ошибся, он это знал. Рядом с ним сейчас человек, который совершенно точно является предметом его влюблённости. Просто он не вызывает тревоги. Он приносит лишь спокойствие и облегчение. Бабочки тихо шевелят крыльями, умиротворённо покачиваясь на травинках, узел ослаб, и сердце бьется в чётком ровном ритме, давая понять, что все в порядке. Сейчас человек, о котором он так долго думал, обращается с ним, как с чем-то неимоверно хрупким и драгоценным. Он держит его за руку и нежно целует. Минхо отстранился и потянул Джисона за руку. — Иди сюда, полежи со мной немного. Они вместе откинулись назад, и Минхо оплёл своими руками уже любимые плечи. Он уткнулся носом в макушку и почувствовал на своей груди тепло дыхания уже своего человека. Джисон положил свою ладонь на рёбра Минхо, невесомо их проглаживая. — Ты хочешь чего-нибудь поесть? Я не особо умею готовить, но для тебя постараюсь, — подал голос Джисон. — Все в порядке, сейчас полежим и приготовим вместе. Каким шампунем ты пользуешься? — Да не знаю, каким-то по акции из супермаркета. — Мне нравится этот запах. 🥃 🥃 🥃

Ли Минхо: Пацаны, я встречаюсь с Хан Джисоном))))