Дающий Счастье

С недавних пор в Городе появился человек, дающий Счастье. Он не просил за него платы, но никто не хотел брать Счастье: чересчур безобразным оно казалось горожанам. Хромающий карлик с грубым лицом, отвратительным шрамом на левой щеке, в залатанной нищенской одежде и прохудившихся ботинках терпеливо стоял перед антикварной лавкой рядом с табличкой: «Отдам Счастье в хорошие руки» и выжидающе наблюдал за толпой. Но никто не заходил в лавку с желанием забрать его. Утром по улице проходил большой человек. Он презрительно глянул на карлика и табличку и прошёл мимо. «У меня есть счастье», — подумал он, довольно хлопнув по карману, где лежал толстый кошелёк. После обеда у лавки приостановился средний человек. С жалостью посмотрел на карлика, вздохнул и пошёл дальше. «У меня будет счастье», — подумал человек, поздравляя себя с повышением. День прошёл. Дающий Счастье собирался скоро закрыть лавку, а Счастье всё стояло в ожидании на улице. Может, всё-таки кто-нибудь его заберёт? Лишь поздно вечером, когда на Город опустилась ночная прохлада и он потонул в мёртвом свете уличных фонарей, у лавки остановилось крохотное существо с большими грустными глазами, растрёпанное, босое. Оно с интересом посмотрело на карлика, а потом быстрыми лёгкими шагами зашло в лавку. — Я хочу забрать Счастье! — заявило оно молодому хозяину лавки, похожему в своём старомодном костюме на чародея. — Ты? — хозяин оглядел крошку. — Но ведь оно безобразно. Оно нище. — И я не богата и не красавица, — молвила твёрдо крошка. Хозяин лавки, спрятав улыбку на самом дне светлых, почти белых глаз, взялся за дверную ручку. Прозвенел колокольчик: открылась входная дверь, и из лавки вышли хозяин и крошка. Молодой чародей подвёл её к карлику и, дав напутствие, отпустил их в дорогу. Люди, встречающиеся им на улице, шарахались в сторону при виде маленького уродца, старались отвернуться, встретившись взглядом с босой крошкой. И лишь в глазах чародея-антиквара отражались не фигурки двух нищих, неловко бредущих по ночной улице, а юные красавец и красавица в лёгких одеяниях, в золотом свечении плавно ступающие по плитке тротуара. Он долго провожал взглядом величественную пару, пока не пропало неземное свечение. «Любовь и Счастье…» — мысленно назвал он имена прекрасных созданий и вернулся в лавку.