Призрачная Надежда

      Он проснулся со странным, непривычным чувством. Выспался. Пробуждение было настолько нежным, что Малфой позволил себе еще полежать в кровати. Часы показывали пятнадцать минут девятого. Если он захочет, может еще пойти на завтрак.       Есть не хотелось, поэтому Драко, не спеша, достал школьную форму и надел её. Он провозился перед зеркалом добрых десять минут, по привычке укладывая волосы специальными заклинаниями.       Спокойный, красивый и ухоженный Малфой вышел из спальни. Проходя через гостиную, он мельком бросил взгляд на время, ожидая увидеть еще большой запас до занятий.       Часы показывали без четверти два часа. Драко остановился и неверяще вновь посмотрел на них. Выйдя из оцепенения, он быстро рванул назад в свою комнату. Но часы, висящие в спальне возле шкафа показывали восемь часов и тридцать две минуты. Озадаченный Драко вернулся в гостиную. Он окинул взглядом помещение и наткнулся на маленькие настольные часы в виде совы, которые стояли на письменном столе. Он подошел к ним и взглянул на время. Малфой не смог сдержать ухмылки. Пять пятнадцать.       Он задумался на тем, как узнать реальное время. Посмотреть в окно явно не поможет, так как в начале осени в Шотландии одинаково пасмурно с утра до вечера. Драко смутно помнил про заклинание, показывающее точное время, которое использовали профессиональные зельевары и целители. Но без необходимых книг он его не найдет.       Он не до конца понимал что-же все-таки произошло и может ли это все быть глупым розыгрышем.       Драко посчитал, что лучшее решение в данный момент — это спуститься в большой зал. Там он, если понадобится, досидит до ближайшего приема пищи. Самое позднее — он останется внизу до ужина.       Проходя по коридору возле библиотеки, Драко внезапно осознал, что он — главный староста школы, который, пусть и не по своему желанию, прогулял первый учебный день.       Он не видел необходимости в спешке, но странное чувство опоздания, которое ютилось на подсознании вынуждало его идти быстрее.

***

      Большой зал встретил его непривычно громким шумом, который доносился из-за приоткрытых дверей. Войдя в него, Малфой увидел большое количество людей, сидящих за столами. На лицах учеников читалось беспокойство.       Драко прошел внутрь зала, а затем повернулся и посмотрел на огромные часы, висящие над дверьми. Они показывали без пяти семь.       Малфой направился к слизеринскому столу, за которым уже сидели Блейз и Тео. Сев рядом с друзьями, Малфой уставился на них, в ожидании ответов.       — Доброе утро, Драко. — улыбнувшись, поздоровался Забини. — Хотя, я не уверен, что сейчас утро.       — А вот я уверен! — возразил Тео. Он поднял свое правое запястья и постучал пальцем по стеклу, скрывающему циферблат его наручных часов. — Сейчас одиннадцать часов, тридцать пять минут и точка.       — Да, Теодор. Конечно же, что только твои часы во всем Хогвартсе остались с правильным временем!       — Да на них столько защитных заклинаний наложено!       — Часы сломались во всем замке? — спросил Драко, перебив Нотта.       — По-видимому. — ответил Блейз. — Мы с утра в гостиной сравнивали время с разных часов. Ничего не совпало.       — А где все преподаватели? — задумчиво проговорил Малфой, только сейчас заметив отсутствие кого-либо за дальним столом.       — Я видел только Макгонагалл и Снейпа. — сказал Забини.       — А я еще мадам Хук видел! — влез Тео. — Она шла вместе с Макгонагалл на пятый этаж. Я услышал как они, вроде как, обсуждают что до Амбридж невозможно достучаться. — Нотт усмехнулся. — Скорее всего, жаба все еще спит.       Блейз закатил глаза.       — Кстати, Пьюси говорит, что Снейп ему сказал, будто все камины в школе не работают.       — Серьезно?! — воскликнул Тео, и Драко тоже посмотрел на своего лучшего друга удивленным взглядом. Камины перекрыты?       — Что за чертовщина происходит? — вновь прошептал Нотт.       — Если бы я знал Тео, если бы я знал… — Блейз повернул голову обратно в сторону Малфоя. — Из наших не пришла пока только Пэнси, случайно не знаешь где она? Вы ж вроде вдвоем главные старосты и все такое.       Драко задумался на пару секунд.       — Амбридж что-то говорила о том, что Пэнси дадут отдельную башню на пятом этаже, недалеко от кабинета. Но, если честно, я без понятия где это.       Блейз кивнул. Вдруг, за когтевранским столом раздался взрыв хохота, на который обернулась половина зала.       — Почему все сидят здесь? — спросил Малфой новый вопрос. Обычно ему не присуще любопытство, но ситуация была слишком из ряда вон, чтобы не интересоваться.       Нотт окинул быстрым взглядом все помещение.       — Не думаю, что тут все… — задумчиво протянул он. — Просто те, кто начал просыпаться собирались либо здесь, либо в гостиных. Потом Макгонагалл отправила в общежития кого-то из тех, кто сидел тут. Они и сказали, что всех ждут внизу.       Неудивительно что его и Пэнси не предупредили — никто не знал, где они живут.       — И сколько вы уже сидите?       — Где-то часа два. Тут мертвецки скучно. — ответил Блейз. После этого он повернулся к какому-то подошедшему слизеринскому младшекурснику, оставив Драко наедине со своими мыслями.       Впервые за сегодняшнее безумное утро Малфой смогу спокойно все обдумать. Что происходит? Драко читал историю Хогвартса и не помнил там ничего подобного. Все часы в замке стали показывать разное время, а камины не работают. Нет нормальной связи с внешним миром.       Наверняка кто-то уже отправил сов, но даже до Хогсмида при осеннем ветре им долго лететь. Да и разве можно узнать время через письма? Разве что кому-то пришлют карманные часы. Хотя, если в сегодняшнем инциденте задействована действительно мощная магия, то, возможно, при попадании на территорию они тоже поменяют время.       Скорее всего Макгонагалл отправилась в поисках ответов в библиотеку, или к себе в кабинет. Забавно то, что такая мелочь как перевод часов и перекрытие каминов может полностью остановить работу замка. И неужели Министерство совсем не в курсе произошедшего? Быть может в Хогвартс уже направляется отряд специальной помощи.       Драко мог бы размышлять и дальше, но поток его мыслей был резко прерван громким звуком распахнувшихся дверей. В зал вошла профессор Макгонагалл.       Все разговоры в миг прекратились — всё погрузилось в мертвую тишину. Все ученики смотрели на преподавательницу в ожидании дальнейших действий.       Минерва резко вскинула руку, в которой держала палочку. Она громко и четко произнесла:       — Экзактиум темпус!       Огромные стрелки настенных часов начали двигаться, пока не достигли отметки в без двадцати двенадцать.       В эту же секунду раздался оглушительный звон. Весь замок просто разрывался от этого непрерывного, безумно громкого звука. Он доносился отовсюду, ведь каждые часы в каждой части замка, в каждой комнате начали звенеть. Это безумие заставило почти всех учеников резко вскинуть руки к ушам и сильно их зажать.       Наверное, даже мандрагора издавала более приятные звуки. Несмотря на то, что Драко, как и все, прикрыл уши, от этого звона уже разболелась голова. Он продолжался целую минуту, пока наконец не стих.       Ученики стали успокаиваться, кто-то сверял время часов большого зала со своими собственными. Некоторые из них победно улыбнулись и стали поворачиваться к своим товарищам. Скоро все поняли, что время вновь вернулась во все Хогвартские часы.       Драко посмотрел на Тео, который почему-то озадаченно рассматривал на свое запястье.       — Все занятия на сегодня отменяются. — раздался резкий голос Макгонагалл. — Вы можете быть свободны.       Ученики молча проводили взглядом уходящую учительницу. Через несколько минут почти все разошлись. Каждый хотел как можно быстрее повеселиться в импровизированный выходной.

***

      Спустя час Драко сидел в слизеринской гостиной, уютно расположившись на большом темно-зеленом диване. Родные стены каким-то образом подняли ему настроение, и он, довольный, наслаждался обществом своих друзей.       Они играли в покер впятером. Кроме Блейза и Тео с Малфоем играли Пьюси и Дафна Гринграсс. Игра продолжалась уже более часа, и сейчас Драко был первым претендентом на победу.       Это было так привычно — сидеть здесь. Как будто вернулся на пятый курс, когда все было куда проще и легче.       — Две пары! — крикнул Пьюси и выложил на стол свои карты.       — Сет. — сказала Дафна и достала пару вольтов.       Эндриан откинулся на спинке кресла, поднеся ладони к глазам. В это круг он проиграл все.       — Тебе повезло, что сегодня мы играем не на деньги, Пьюси. — сказала девушка и забрала его фишки себе, не сдерживая ухмылки.       — Да все уже, забирай. — прошептал проигравший уставшим голосом. Потом он резко вскочил. — Ой, ладно! Все равно я играл хорошо.       Дафна, тихо посмеиваясь, передвинула блайнды, пока Эндрю подвинулся уже проигравшему Тео.       Как только Нотт вместе со всеми спустился в гостиную, он начал уверять остальных в том, что его часы изначально показывали правильное время. Блейз сказал, что это очень маловероятно — скорее всего они отличались, но не на так сильно. Тео начал возражать, но не сумев предоставить доказательства, просто обреченно вздохнул и оставил эту тему. В покере он выбыл первым, и сейчас сидел на краю одного из диванов и бездумно рассматривал стены.       Оставшиеся трое еще не успели возобновить игру, как вдруг в гостиную на ватных ногах ввалилась Пэнси Паркинсон. Она еле дошла до ближайшего кресла и сразу же без сил рухнулась на него.       — Пэнс! — крикнула Дафна и вскочила с дивана. Она подбежала к подруге первой, а парни встали чуть поодаль.       — Что с тобой?       Паркинсон подняла голову и сразу же резко ее опустила, сморщившись от боли.       — Мерлин, да у тебя похмелье! — усмехнулся Блейз, но все равно он обеспокоенно окинул Пэнси взглядом.       — Это ты где вчера так, а? — спросил Нотт, подходя ближе.       — Амбридж… вишневая наливка… — еле-еле прошептала слизеринка.       Пьюси разразился хохотом, и Малфой тоже очень сильно сдерживался от того, что бы не засмеяться. Пэнси напилась вместе с Амбридж — сама эта ситуация казалась невероятной.       Блейз и Тео взяли подругу: один за ноги, другой за подмышки. Они понесли ее в комнату, а Дафна, кружась рядом с ними, проводила их в девчачью комнату.       Драко остался в гостиной вдвоем с Пьюси, который расслаблено лежал, откинувшись на кресле.       Легко. Как будто все тревоги и переживания на время покинули его тело. Все ощущалось таким… противоестественно нормальным, что где-то внутри себя он четко слышал голосок, утверждающий, что приторное спокойствие скоро закончится, что Драко насильно вернется в отрезвляющую реальность. Малфой старался не вслушиваться, сосредоточившись на легкости и непринужденности, которые дарила слизеринская гостиная.       — Мы дали ей зелье от похмелья. — вывел из раздумий веселый голос только что вернувшегося Тео. Нотт сел на кресло, а за ним тоже самое сделали Блейз с Дафной.       — Мы продолжаем? — спросил Забини.       — Конечно. — сказала Дафна и начала раздавать карты.       Мерлин, к этому спокойствию можно привыкнуть.

***

      На обед все ученики Хогвартса спускались очень голодными — завтрака не было, кухня не работала сутра из-за проблем с часами. Драко сидел вместе со своими однокурсниками за слизеринским столом, но не разделял общее чувство голода. Он взял себя картошки с сыром, но пока не торопился ее есть, лишь разрезая ее на мелкие-мелкие кусочки.              Прилетели совы. Посылки и связки писем со свистом падали прямо в руки учеников. Блейз поймал письмо и сразу же открыл его. Он быстро прошелся взглядом по содержимому, затем отложил письмо и снова принялся за еду.       — Что нового? — спросил Тео, не переставая при этом жевать холодную говядину.       — Да так, мама спрашивает не нужно ли чего из дома передать. — ответил Забини. — Но мне, вроде как, ничего не нужно.       В голову Драко вдруг резко ворвались мысли, которые он нарочно игнорировал последние сутки. Как там мама? Отпустили ли отца? Где сейчас Темный Лорд и какие у него планы на Хогвартс?       Совы уже улетели, и странное чувство беспокойства на секунду коснулось его души, но Драко тут же отогнал его от себя. Конечно, из дома ничего не пришло, там сейчас не та атмосфера, чтобы отправлять поздравления с началом нового учебного года.       И все же непривычно. Драко всегда был человеком, которому мама отправляла посылки каждый день. Поэтому сейчас, немного обескураженный, он сидел с пустыми руками. Он просто надеялся на то, что с матерью все хорошо. Надежда на лучшее — все, что у него осталось.       На обед пришло мало преподавателей, в том числе отсутствовала Амбридж. Что-ж, для слизеринцев причина была очевидна. Пэнси тоже не пошла в большой зал, ведь, с её слов, что бы она не съела, это будет с «мерзким, отвратительно-вишневым послевкусием». Паркинсон обещала рассказать историю своего веселого времяпровождения с профессором, но Малфой не планировал возвращаться в гостиную после обеда, решившись, наконец, поизучать свое новое жилище, ведь вчера у него не хватило на это сил.       Так и не притронувшись к уже превратившийся в пюре картошки с сыром, Драко попрощался со всеми и начал двигаться в сторону бывшего музыкального класса.

***

      Простучав незатейливую мелодию, Малфой открыл дверь. Гостиная встретила его осенней прохладой — окна были открыты. Торшеры не горели, поэтому комнату освещал лишь естественный свет из трех окон, расположенных на правой стене. Но его было достаточно, поэтому Драко решил не включать дополнительное освещение. Пустая и полутемная гостиная создавала особый уют.       Драко принялся изучать помещение, заглядывая на все полки книжного шкафа, стоящего в одном из углов. Там лежали музыкальные книги, и Драко с удивлением обнаружил там пару магловских. Среди «Волшебных нотных грамот» и «Чародейственного сольфеджио» ютились какие-то брошюры музыкальной литературы начальной школы маглов.       На письменном столе стояли небольшая чернильница и маленькие часы. В центре комнаты стояли кресла и диван. Драко прошел в другую часть помещения — к окнам. Вид был незапоминающимся, они выходили на поле для квиддича, которое сегодня было частично скрыто туманом.       Гостиная в действительности не представляла из себя ничего интересного. Возможно, приведи он сюда пол-слизерина, достав выпивку и карты, это место преобразится. Но Малфой совершенно не хотел этого делать. Эта комната должна остаться такой же, какой она была сейчас — молчаливой и пустой. Он надеялся, что это место хотя бы немного поможет ему успокоиться.       Ванная тоже была блеклой, но на ее стенах красовалась интересная лепнина. Драко подумал о том, что раньше ванной тут точно не было — её поставили перед этим учебным годом, но она выглядела так, будто стоит здесь уже очень давно. Он даже увидел пыль на умывальнике. Возможно, комнату просто переместили откуда-то, где она не была особо нужна. Драко вновь окинул её быстрым взглядом и закрыл дверь.       Стены спальни были покрашены в синий, непривычный для Малфоя цвет. Но это была не светлая отделка, поэтому Драко сможет с этим свыкнуться. Пожалуй, матрас был слишком мягким, но в остальном кровать его устраивала — сегодня ночью он выспался. В углу стоял небольшой темно-коричневый комод, в котором расположились хогвартские полотенца и запасное постельное белье. В другую полку он сложил свою немногочисленную одежду. В противоположном углу стоял низкий стул с обивкой.       Драко сел на него. Все. Осмотр его собственного дортуара занял до смешного мало времени. С другой стороны, он не ожидал чего-то большего.       Вдруг, Малфой заметил кое-что. Что-то не сходилось. Он встал и начал мерить шагами комнату. Получилось всего семь шагов в длину. Он перешел в ванную и сделал там тоже самое. Пять шагов. Он нахмурился, затем открыл дверь и вышел в гостиную. Там получилось пятнадцать шагов. Из-за явного несоответствия он вновь вернулся в спальню и постучал по боковой стенке. Приглушенный звук подтвердил его догадки.       Драко загорелся каким-то детским энтузиазмом. Тайник! Любопытство взяло над ним верх, и он стал ощупывать стену сначала со стороны спальни, затем с ванны и наконец с коридора. Он скрупулезно осматривал каменную кладку, пытаясь нажимать то на один, то на другой. Не получив никаких положительных результатов, Малфой применил обычное Диссендиум, надеясь, что тайник был не настолько важным, чтобы для его сокрытия использовались более сильные чары.       Стенка, под одной проходу на косой переулок, раздвинулась.       — Люмос. — прошептал Малфой и шагнул в темноту.       Тайником оказалась небольшая кладовка, в которой довольно бережно лежали музыкальные инструменты. Скрипки, виолончели, гитары, трубы, флейты и большая арфа, стоящая в углу. Драко с некой долей разочарования осматривал каморку. Наверное, маленький ребёнок внутри его ожидал увидеть здесь горы золотых монет и кучи драгоценностей, вместо старых инструментов.       Малфой медленно подошёл к одной из полок, на котором лежал скрипичный футляр. Он нежно провёл кончиками пальцев по бархатной обивке.       Когда-то он занимался скрипкой. Мисс Андерсон приходила в мэнор каждый четверг ровно в час дня. Драко занимался с ней четыре года: начиная с семи лет до поступления в Хогвартс. Они разыгрывали старые концерты, хранящиеся в пыльных библиотеках магических семей. На радость маминым подружкам маленький Драко играл «Волшебный снег» и «Чары весны».       Но мисс Андерсон считала незазорным играть Моцарта, Вивальди и Чайковского. После таких занятий она подмигивала Драко и заговорщицким голосом просила его не говорить имена авторов Малфою-старшому. Маленький мальчик обожал это чувство общей тайны, совместного секрета.       После поступления сына в Хогвартс Люциус принял решение о прекращении ненужных, по его мнению, музыкальных занятий, и с тех пор Драко не видел учительницу.       Но Малфой продолжал играть, приезжая домой на каникулы. Мать была рада, а отца это раздражало.       После возрождения Темного Лорда Драко ни разу не брал скрипку в руки. Она все еще лежит где-то там, в кладовке, среди покрытых пылью нот.       Он и сейчас не решился открыть футляр, прикоснуться к инструменту, открыть футляр, достать скрипку и может быть даже сыграть. Вместо этого он резко отдернул руку, а затем и вовсе вышел из кладовой. Он наложил маскировочные чары, и камни вновь сложились ровной, аккуратной укладкой.       До вечера Драко пролежал на кровати, стараясь как можно меньше думать о доме.

***

      Уже стемнело, когда Малфой вышел из полудрема. До ужина оставалось менее пятнадцати минут. Драко решил спуститься заранее — все равно нечего было делать. Это день пролетел слишком быстро. Казалось, что с утренней заварушки с часами до вечера прошло часа три.       Он устал, хотя совершенно ничего не делал. Наоборот, его организм как будто требовал кучу домашнего эссе, дополнительных практик и многочасовой зубрёжки для своего нормального функционирования. Тогда у него просто не останется сил на тяжелые мысли.       Ужинать не хотелось — аппетит так и не появился. Но окунуться в балаган большого зала будет во многом лучше чем продолжать сидеть здесь.       Он шел вдоль библиотеки, пытаясь не думать ни о чем — последнее время мысли в его голове вызывали почти физическую боль. Осенний холодный ветер пробирал Малфоя до костей, когда он шел по пустым полуоткрытым коридорам Хогвартса. Он уже подходил к лестнице, когда услышал шум. Драко ускорил шаг и вскоре увидел небольшое количество учеников, столпившихся у закрытых дверей Большого зала.       Ужин должен был начаться минут пять назад. На лицах большинства студентов читалось недоумение, и при этом чувствовалось небольшое напряжение, охватившее почти всех. Некоторое переговаривались между собой, очевидно совершенно не понимая что происходит. Драко подошел ближе и начал стоять вместе со всеми ожидая… чего-то? Он увидел как кто-то несколько раз подходил к дверям, предпринимая тщетные попытки открыть их. Алохомора и даже более сложные заклинания не помогали.       Подошла профессор Синистра. Она приближалась, смотря себе под ноги, и, очевидно, не замечая ничего. Наконец, подняв голову и обратив внимание на стоящую толпу она остановилась. Затем перевела взгляд с учеников на плотно закрытые дубовые двери.       — Мы не можем открыть дверь, профессор. — крикнул какой-то пуффендуец из толпы.       Синистра посмотрела прямо на него.       — Ждите здесь. — сказала она и быстрым шагом ушла куда-то вглубь замка.       Через полчаса у дверей собралась наверное все. Макгонагалл и Снейп стояли прямо у замочной скважины, пытаясь подобрать хоть что-то, что может открыть дверь. Раздраженная Амбридж ходила рядом, вслух рассуждая о возможности взорвать эту дверь. Остальные преподаватели стояли рядом, тихо перешептываясь друг с другом.       — Сегодняшний день определенно один из самых странных в моей жизни. — шутливо сказал Тео, хотя в его голосе явно читалось легкое волнение.       Малфой стоял рядом с ним и с Блейзом, прислонившись к стене и особо не вникая в общую суету. Пэнси, вместе с остальными старостами успокаивала младшекурсников, пытаясь утихомирить скучающих детей. Старшекурсники сбились в кучку и от бездействия болтали ни о чем.       — Мерлин, так есть хочется. — произнес Забини, тоже откинувшись на стенку и закрыв глаза. — Поскорее бы открыли.       Драко не хотелось есть, но он определенно устал стоять здесь и абсолютно ничего не делать.       Со стороны двери раздался маленький взрыв. С визгом от замочной скважины выскочила Амбридж. Её лицо, перекошенное от злости было испачкано чем-то черным.       — Долорес, я же просила вас! — воскликнул властный голос Макгонагалл.       — Заткнись! Как смеешь ты обращаться ко мне по имени, предательница крови! — Голос Амбридж стал ещё выше, пока она сама буквально подлетела к Макгонагалл, явно намереваясь ударить её по лицу. Её остановил Снейп.       — Директор, сейчас есть более важные и первостепенные задачи. — Он перевёл взгляд на всё ещё закрытую дверь.       Макгонагалл смотрела на Амбридж прямо, в её взгляде не читалось страха. Она бы вынесла удар.       Ученики молчали — каждый внимательно наблюдал за развернувшейся сценой. Но вскоре преподаватели вернулись к работе над дверью.       — Ндаа… — Нотт повернул голову к своим друзьям, а затем перевёл взгляд на часы. — Я удивлён что первый публичный конфликт произошёл только спустя сутки пребывания в школе.       Блейз усмехнулся, а Малфой посмотрел на Амбридж, которая рукавом стирала сажу с лица, злобно кидая продолжительные взгляды на Минерву. Остальные же учителя старались не обращать внимания на накалившуюся обстановку.       Скука одолевала всех, и атмосфера все больше удушала. Усталость и обеспокоенность читалось на каждом лице.       Профессор Флитвик подбежал к Макгонагалл, и та наклонила голову, чтобы лучше его слышать. Он встал на цыпочки и стал что-то быстро шептать ей на ухо. Она кивнула, повернулась к Снейпу и тоже начала ему что-то объяснять. Подошла Амбридж, очевидно желая выяснить что происходит. Она была остановлена резко преградившей ей путь рукой Снейпа.       Макгонагалл вышла в центр зала, привлекая внимание скучающих учеников. Они замолчали, ожидая дальнейших действий преподавателя.        — Фрикси! — крикнула профессор, и тут же перед удивленной толпой появилась эльфийка, облаченная в чистое белое полотенце с небольшой эмблемой хогвартса на груди. Она чем-то напоминала главного эльфа в Мэноре — он тоже был очень старым, покрытым морщинами и складками. Фрикси услужливо поклонилась. — Слушаю, мэм.       — Обращайся ко мне, я — директор — влезла Амбридж, протиснувшись между Вектор и Снейпом. Эльфийка покорно повернулась, все также не поднимая головы. — Открой эту дверь.       Фрикси кивнула, затем переместилась куда-то и через мгновение вернулась, держа в маленьких руках огромную связку ржавых ключей. Она начала их медленно перебирать, бормоча себе что-то под нос, пока все присутствующие внимательно наблюдали. Затем, она наконец взяла один, по виду самый крупный из них и неторопливо подошла к замочной скважине, которая находилась чуть выше её головы. Она взяла ключ обеими рукавами и с силой вставила его в отверстие. С трудом провернув его два раза и наконец достав ключ она отошла и повернулась к Амбридж.       — Всё готово, мэм. Я могу идти?       — Прочь с глаз моих. — бросила профессор, даже не смотря на домовую. Фрикси поклонилась и с громким хлопком исчезла.       — И это все? Нужен был просто ключ? — прошептал Нотт, но в образовавшейся тишине его голос был хорошо слышен. Ученики неверяще подошли ближе.       Амбридж буквально подлетела к двери и взмахом палочки открыла их нараспашку.       Удивленная толпа остановилась.       На центральном витраже большого зала огромными кроваво-красными буквами была выведена надпись.       Хогвартс никогда не покорится Волан-де-Морту