Шанс на счастье

Тоша хватается за грудь, тяжело дышит, хнычет. Он падает прямо на руки папы, и не открывает больше глазки. — Скорую вызовите!! Срочно!! У ребёнка проблемы с сердцем!! — крикнул Арсений в коридор, а сам не мог ничего почти предпринять. Страх, который он никогда раньше не испытывал не давал думать. — Тошенька, ты слышишь меня?! Сыночек?! Малыш мой!! — в ответ ничего, и еле прощупывающийся пульс.

***

«Скорая» приехала через 5 минут, что удивительно, но в этот момент, сердце мальчика остановилось... Мониторинг показал то, чего боялся Арсений — прямую линию. Его не подпускали, и сразу выключили звук, как только услышали этот писк. Арс кардиолог — его не обманешь, и он прекрасно понял, что случилось. Ни за кого он так не волновался. Несмотря на то, что он врач, при нем случались остановки сердца и даже смерти, мужчина был в состоянии сильного стресса. У него тряслись руки, но объснить ситуацию сотрудникам «скорой» он смог. — Эпинефрин! — командует один из реаниматологов. Арсений не может смотреть на это. У него пролетают все моменты с Тошей.

Начало

— Это мой длуг, дельфиненок! Где он? Ему без меня стлашно! — Дельфиненок? А-а! Вот этот? — врач берёт со стола игрушку.

***

— Алсений… Я умлу, да? Я тоже на облака уйду, как мама? — Ты что такое говоришь? Нет! Ты будешь долго жить, я помогу твоему сердечку! Не бойся! Кстати, ты как поспал сегодня? А то мы с тобой сразу пошли на УЗИ, я даже не спросил.

***

— Малыш, ну ты что? Все же быстро будет! — Не хочу… — Маленький, я понимаю, что не хочешь, но нужно. Иди сюда. — М-м, нет!

***

— Папа, я тебя люблю! — Я тоже тебя очень люблю, Тошенька!

***

— Я слышал, как маме говолили, что если не лечить меня, то я умлу пл-и-мелно челез 3 года... — Солнышко, я тебя лечу, все хорошо. Ты будешь долго жить, не надо такое говорить!

***

— Ну-ну-ну, тшшш… Тошунь, мама всегда рядом, помнишь? Вот приложи ручку к сердечку. Вот так. Теперь подумай о маме. Чувствуешь что-то?

***

— Пап, знаешь как тигР Рычит? Вот так «Р-р-р-р»!

***

— Тшшш, я здесь, малыш. Господи, ты весь дрожишь! Тебе что-то приснилось? — Д-д-д-да...

***

— Я тебя люблю, папочка... — Тоша расслабился в папиных объятиях. — Солнышко моё... Котёнок мой... Изумрудик мой самый-самый яркий... Я тебя тоже очень сильно люблю!

Конец

— Тошенька... Сыночек... Солнышко моё... Нет... Тоша, пожалуйста! — Арсений говорит это тихо, ему хочется кричать. — Мой маленький... Не уходи... Тебе еще так рано уходить... — Тоша... — У мужчины выступают слезы, но его отвлекает один из реаниматологов. — Мужчина! У ребёнка вернулся пульс! Он приходит в сознание! — слова прошибли слух Арсения, и он подорвался к Тоше. — Сыночек! Тошенька! — кардиолог склонился над ребёнком, который приоткрыл глазки. — Малыш!! Господи!! — Папа... — тихо, совсем слабо произнес Тоша. — Солнышко моё! Изумрудик мой! Ты очнулся! Сыночек мой! — Арс держал себя, чтобы не разреветься от счастья. Он дотронулся до холодной ручки сына, которая нагревалась по чуть-чуть. — Все будет хорошо, солнышко! Мы едем ко мне в клинику, я тебе быстро помогу! — Папа, я видел что-то стРанное... — ребёнку не дают договорить. — Знаю, малыш. Полежи спокойненько. Я рядом, все хорошо.— приговаривает Арсений, поглаживая еще прохладную ладошку сына. «Господи, я почти его потерял... Тоша! Всё! Надо оперировать!»

***

Когда скорая подъехала к больнице, в которой работал Попов, он сразу же позвонил Паше. — Алло, Паш, срочно! У Тоши случился приступ, в машине «скорой» случилась... — мужчина нервно вздохнул. — Остановка сердца... Он в сознании, смогли завести, надо оперировать, по моим прогнозам, его организм еще раз такое не выдержит! Нам нужно готовить Тошу к операции! — Подожди, Арс. В смысле, остановка? — шокированно переспросил кардиохирург. — В прямом. Нулевой пульс. Еще чуть-чуть, и я бы остался без сына! Без моего Тошеньки... — Арсения передёрнуло, у него снова выступили слезы. — Я понял. Скоро буду в больнице. Оформи пока его в палату, и уведоми всех, чтобы готовили оборудование, — тяжело вздохнув, отвечает Павел. — Хорошо, жду тебя, — Арс завершает звонок, отдает указание, и идет в палату, в которую положили Тошу. Зайдя в палату, мужчина слышит тоненький плач, ведь ребёнку уже поставили катетер, а он либо испугался, либо поставили больно. — Тошенька, малыш! — Арсения присаживается на стульчик с колесиками, и подъезжает к кровати. — Папа! Папочка! — сразу воскликнул Тоша. — Солнышко моё! Хороший мой! Любимый папин сыночек! Изумрудик мой! Котёнок мой! — Арс аккуратно поцеловал ребёнка в лобик, висок, щёчку, ведь не мог успокоиться с момента остановки седца. — Папуль, мне было стРашно! СеРдечко болело... А п-потом... Потом... — мальчик не знал, как объяснить галлюцинации. — Сынок, сейчас приедет мой друг, и твое сердечко больше не будет болеть! Мы сделаем операцию, и больше твоему сердечку плохо не будет! — смотря в маленькие глазки мальчика, объясняет мужчина. — ОпеРацию? Я... — Тоша всхлипнул. — Тш-тш-тш, сынок, все будет хорошо! Твоё сердечко больше не будет болеть! — говорит Арсений, гладя сына по головке. — Папа... — Тоша посмотрел в папины глаза. — Я же тебя опять увижу? Я не хочу на небо... — дыхание мальчика сбилось. — Малыш, ты меня увидишь! Мы с тобой вылечим твоё сердечко! Не бойся, сынок, папа рядом! А представляешь, как здорово будет в футбол играть? А как ты первый класс пойдёшь? Уже скоро! — Арсений поцеловал Тошу в лобик, и долго гладил, пока его не позвали на разговор с Павлом. — Тошунь, посидишь с медсестрой? Она добрая, просто присмотрит за тобой. Я сейчас вернусь, — мальчик кивнул, а Арс вышел в коридор. — Арс! — сразу подошёл Павел. — Как сосуды? — Уже нормально. Я думал еще полечить, но еще одного раза его организм не выдержит! — Да, я видел его... Можно готовить Тошу к операции.

***

Вечером следущего дня, когда Антоша был готов к операции, Арсений шёл рядом с каталкой до самой операционной. — Сыночек, не бойся! Все будет хорошо! — напоследок сказал кардиолог, и остался в коридоре. — Папа... Я боюсь... — послышался тоненький голосок, и двери закрыли. «Господи, хоть бы все прошло хорошо...»

***

Спустя 5 часов и несколько минут, вышла одна из помощниц кардиохирурга, и дает команду звонить Арсению, но медсестра аккуратно показала на сиденья, где еле сидел Арс, никого не замечая. — Арсений Сергеевич! — обратилась она к сидящему мужчине. Арс резко встал. — Ну что?! Всё хорошо?! Что с ним?! — Операция прошла успешно! Исправлена аномалия строения. Клапаны — импланты, на работу сердца не влияют, работают, как родные. Павел скоро направит вашего ребёнка в палату, — объясняет девушка, а Арсений чуть не теряет сознание от счасться. — Успешно?.. Успешно!!! — вскрикивает мужчина. — Я всем вам должен! Вы спасли моего сына!! Вы спасли его!!! Арсений быстро уходит в свой кабинет, чтобы попить воды, не скрывая эмоций.

***

Тошу перевозят в палату, и через полчаса пускают Арсения. Мужчина садится рядом с кроватью ребёнка, и берет его за ручку. Мальчик открывает глазки. — П... Папапочка?.. — тоненьким голосом спрашивает Тоша, всматриваясь. — Да, малыш, это я. Всё закончилось. Больше у нас с тобой нет проблем! Больше их у нас нет... — Арс аккуратно поцеловал сына в лобик. — Папа... Почему у меня ножка болит?.. — вдруг спрашивает Антоша. «Ножка? Ну да, на бедре же прокол...» — сначала не понимает Арсений. — Все хорошо малыш, просто от ножки проще добраться до сердечка. Когда подрастешь — я тебе подробнее расскажу, — кардиолог аккуратно погладил мальчика по головке. — Пить хочется... Папа, дай водички... — жалобно просит Антон, а старший не может давать ребёнку воду, ведь тот не давно от наркоза отошёл. — Нельзя, малыш ты только от наркоза отходишь. Могу тебе губки смочить, но пить пока нельзя. — Нуу... — расстроенно тянет младший. — Ладно, давай губки... Арсений быстро отходит за ватой, смачивает ее водой, и возвращается к Тоше. Ребёнок только чуть-чуть воду почувствовал, но ему стало полегче. — Папуль, только не уходи... Я хочу спать, но ты уйдёшь... — Малыш, я никуда не ухожу. Закрывай глазки, я тут, — Арсений взял маленькую ладошку сына и обхватил ее двумя руками. — Я рядом, Тошенька. — Спокойной ночи, папочка, я тебя так сильно люблю! — сказал Тоша, смотря уставшими глазками на отца. — Я тоже тебя люблю, сыночек! Сильно-сильно! Спокойной ночи, мой маленький! — Арс снова поцеловал ребёнка, и остался смотреть, как малыш засыпает. Он будто охранял сон своего ребёнка от всего плохого.

***

Оставаться в больнице нужно было месяц, за который отец с сыном очень устали, но когда Тошу выписали, он решил спросить то, что хотел спросить ещё тогда, когда очнулся после остановки сердца. — Пап... А как называется то, что я видел маму, когда очнулся в тот день, когда моё сеРдечко устало? Арсений останавливает выйдя из здания больницы и присаживается перед Тошей на корточки. — Малыш, это называется — любовь мамы. Помнишь, что мама всегда с тобой? Она навсегда в твоём сердечке! Мальчик смотрит на папу удивленными глазками, и резко обнимает. — Она тебя тоже любит, пап! Я увеРен! — кроха долго обнимал отца, но Арсений его аккуратно отстранил. — Тошенька, я хотел тебе еще кое-что сказать... В тот день, когда твое сердечко устало, я понял, что ты — то ради чего я живу. Тошик, твое доброе сердечко отражается и в твоих глазках. Ты самый лучший, самый милый, самый послушный мальчик! Я так рад, что ты у меня теперь здоровенький! — от этих слов, Арсений не здержался, и дал волю слезам. — Папуль, не плачь! Всё хорошо, папочка! — Тоша обнял отца, несколько раз поцеловал, и даже гладил по голове. — Солнышко, это слезы радости. В тот день я очень испугался, что потеряю тебя... Теперь, сынок, ты будешь жить долго-долго! — мужчина поднял ребёнка на руки, и посадил себе на плечи. — Помнишь, как я тебя катал? Давай сделаем это нашей с тобой фишкой? — Давай! Я нас сегодня наРисую! Будут папа и Тоша! — мальчик посмеялся, а Арсений не мог нарадоваться смеху своего малыша. Он воспользовался шансом на счастье, а Тоша ведь тоже им воспользовался. — Ну что, лётчик? Полетели? — весело спросил Арсений. — Да!! — крикнул Тоша. До машины Арс бежал под радостные крики своего сына, которые стали уверенне, а дыхание больше не сбивалось. Мальчик был активнее, смеялся громче, а его глазки становились светло-зелеными.

***

Прошёл месяц после выписки из больницы. — Папа, папа! А поможешь мне на паутинку залезть? — подбегает в один из дней Тоша к Арсению, играя на площадке. — Конечно, малыш, пойдём! Только помнишь, что пока нельзя сильно напрягаться? — отвечает Арс. — Ага! Ты мне поможешь чуть-чуть, а я дальше сам полезу, ладно? — Хорошо, малыш! — Арсений улыбнулся. — Готов? — Да! — Ставь ножку, не бойся. Молодец, теперь ручку сюда...

***

Тоша продолжил ходить в садик, отметил первый новый год с папой, ему исполнилось 6, а сердечко его больше не беспокоило, и вот, проходит время, и Тошка уже почти первоклассник. — Папа, папа! Пора в школу собираться! Ты что, спишь? — забегает в 9 утра, в воскресенье Тоша в спальню отца. — Папа, ну вставай! — мальчик начинает прыгать на кровати. — Тош, не прыгай, а то упасть можно! — проснувшись, говорит Арсений и успокаивает ребёнка. — Что, уже готов? — Да! Так точно! Именно! — перечислил синонимы Антоша, чтобы показать папе, что он готов. — Ладно, пойдём чистить зубки, умываться, и завтракать, — сказал Арс, и еле встал с кровати.

***

— Пап, а я красивый? — стоя в примерочной, одетый в школьную форму спрашивает Тоша, смотря на папу. — Тош, ты у меня прямо самый красивый! Все девочки твои! — по-доброму усмехнулся Арсений. — Пап! Мы же еще ручки не купили!! — испугался Тоша, но Арс поспешил его успокоить. — Сынок, мы всё купим! Переодевайся, и пойдём за ручками и тетрадками, — мужчина умилялся, ведь Антоша выглядел очень взволнованным, но при этом, всё еще маленьким.

***

Настало первое сентября. Тоша был очень рад, что он теперь школьник, но перед самой школой, он сильно испугался. — Всё, малыш, пойдём к твоему классу! — Нет! — вскрикнул мальчик, и опустил головку. — Почему? — ласково спросил Арс, присев перед младшим на корточки. — Тош, подними глазки. — Я боюсь... — Сынок, ты самый лучший, не волнуйся! Пойдём вместе? Цветы учительнице подарим, а я побуду рядом, пока ты не привыкнешь. Согласен? — Арсений смотрит в зелёные глазки, и мальчик кивает. — Пойдём, первоклашка! Каково было удивление Тоши, когда он увидел Димку среди других детей. — Дима! Это ты! — мальчишка побежал к другу. — Антон! Привет!! Ты тоже в этом классе? — Ага! Я с папой пришёл! Давай вместе сядем? — всё волнение ушло, и Антоша был готов к празднику. — Давай! А покажи свой рюкзак?..

***

Антошка решил исполнить еще одну мечту. — Папа! — прибегает мальчик днем 2 сентября в комнату отца. — Что, Тошунь? — улыбнувшись, ответил Арсений, и жестом пригласил ребёнка сесть. — Папуль, я хочу спортом заниматься! Можно я стану... Стану... Футболистом? — Ого! Конечно! Обязательно тебя запишем! — ответил Арсений и поменялся в лице. — Тош, послушай... Я кое-что узнал о твоей маме... Я узнал, где ее похоронили... Я хотел спросить, мне одному поехать ее навестить или ты со мной поедешь? — К маме?.. С тобой! — Малыш, ты уверен? — Да! Я хочу к маме... Я... Я ее не видел... Я хочу... К ней... — послышался тихий всхлип. — Ну-ну-ну, тише, сыночек, — Арсений предвидел реакцию. — Мне... Мне не хватает ма-а-амы... — ребёнок расплакался, но это не представляло опасности для его здоровья, чему Арсений был все еще рад, но от истерики может упасть иммунитет, поэтому нужно успокаивать сына. — Тшшш, малыш, мы с тобой сходим к ней. Хочешь, сегодня поедем? — Да... — мальчик всхлипнул снова.

***

— Малыш, иди аккуратненько, — спокойно сказал Арсений, когда они шли по кладбищу. — Мы пришли. Будешь цветочки класть? Тоша кивнул. Мальчик положил цветы на могилу и начал говорить. — Привет, мамочка! Прости, что я не приходил... Я не знал... Я обещаю, мы с папой будем часто приходить... Я знаю, что ты знаешь, но папа мне вылечил сердечко, а я уже в первом классе! Я... Я стараюсь учиться, хоть только и 2 сентября... Я оч-чень скучаю... Мама... — Тоша всхлипнул. — Я... Я все еще с твоим подарком... Помнишь, та машинка, что ты мне дарила? Она со мной и мы с папой ее запускаем часто... Арсений смотрел на ребёнка и его сердце сжималось. — Вот бы тебя обнять... Мама... Я скучаю-ю-ю... — мальчик упал на колени и горько заплакал. Арсений подбежал к сыну, поднял его на руки и начал гладить, давая выпустить эмоции. — Мама-а-а... Я тебя люблю, мамочка!! — начал кричать Антоша. Арсений слушал этот душераздирающий плач, и решил начать успокаивать ребёнка. — Тшшш, тише, малыш, тише... Всё-всë-всë... Тш-тш-тш...

***

Вечером, когда Арсений укладывал Тошу спать, мальчик попросился спать вместе. — Всё, малыш, засыпай. Ты очень устал, солнышко, — говорит Арсений, поглаживая сынишку по головке. — Папуль, расскажи сказку... — просит младший. — Сказку? Слушай, мой изумрудик. В одном большом северном городе, где по ночам мосты уходят в небо, жили одни папа и сынок. Однажды, когда сын был еще маленький, у него заболело сердечко, а папа старался его лечить. Долго лечили сердечко мальчика, но один раз оно перестало биться. Папа испугался, он думал, что сынок больше не откроет свои глазки, но доктора помогли ему, и мальчик пришёл в себя. Сердечко сына вылечили, и мальчик стал жить, как все дети. Только одно его беспокоило — мама. Кроха плакал, скучал по маме, но однажды, он почувствовал, как мама его поддерживает, хоть он ее и не видит. Последние ранки зажили на сердечке этого милого мальчика, и стали они с папой жить счастливо. — Это... Это ты про нас сказку придумал? — засыпая, спросил Тоша. — Да, малыш, про нас. Засыпай, первоклашка мой. Самый сильный мальчик! Тоша засопел, а Арсений наблюдал за его сном по привычке, которая появилась тогда, когда маленькое сердечко могло дать сбой.

***

Папа с сыном жили, как обычные люди, а Тоша начал развиваться в спорте. У него были небольшие ограничения, но они никак не выделяли его среди детей. А ведь такой истории могло и не быть, если бы папа и сын случайно не встретились.