Кризис семнадцати лет

Чонгук пробивает острым концом соломинки дырочку на упаковке молока со вкусом клубники, сверля при этом недовольным взглядом ту, которой достался напиток со вкусом банана. Девушка в ответ показывает ему язык, прихватывая губами свою соломинку. Она откидывается спиной на задний ряд, раскинувшись на трибуне так, чтобы удобнее было наблюдать за небом. Чонгук устраивается рядом, чтобы поиграть на телефоне. — Видел новенького? — спрашивает девушка, одним ловким движением отбирая мобильный. — Вэй, — Чонгук вздыхает, потянувшись за устройством. — Не видел. Отдай, — протягивает руку. — А ты не лезь в игру. У нас скоро перемена закончится, а ты такими темпами не успеешь услышать, что я заметила, — Вэй щурится. — Говори, — Чонгук выпрямляется. — Симпатичный? Понравился? — В твоём вкусе, — улыбается. — Молчаливый, нелюдимый, высокий, ведёт себя отчуждённо. И он очень-очень красивый, — Вэй внимательно смотрит на Чонгука, на лице которого проскальзывает мимолётный интерес. — Я заметила, что он вообще ни с кем не общается. — И что с того? — А то, — Вэй бьёт друга по плечу, чуть не разливая молоко. — Лучше быть с такими придурками, как мы, чем изгоем, верно? Как думаешь? — Ты всегда приукрашиваешь, так что я не надеюсь на то, что он в моём вкусе, — Чонгук закатывает глаза. — Но если молчаливый, то хоть поменьше тебя будет стремиться к неустанному общению, — цокает языком. — Эй, — Вэй возмущённо надувает щёки. Чонгук в это время выхватывает телефон из её рук, направившись вниз по лестнице.

Как раз заканчивается перемена звонком.

У школы недавно произошла растасовка классов из-за нового учебного года. Чонгука определили в совершенно другой корпус, из-за чего друзей он теперь встречает только на очень длинной перемене во время физкультуры, которая для всех корпусов общая. Чонгук никогда интровертом не был, ему легко общаться с людьми, но на новом месте почему-то энтузиазм к новым знакомствам поубавился, а вечное желание куда-то соваться тоже сдвинулось, уступая лени и частичной апатии. В старшей школе происходит кризис семнадцати лет. Прямо перед совершеннолетием. Чонгука охватывает этот кризис сейчас, отбирая всякую мотивацию на жизнерадостное времяпрепровождение. И в друзья он охватывает такую же отпустившую всякую веру в лучшее одну единственную девушку. Только вот Вэй позже загорелась идеей быть благодетелем для местных неудачников, а Чонгук, к сожалению, в своём кризисе и застрял.

До него. До Ким Тэхёна.

— Это он. Новенький, — шепчет на ухо Вэй. — Симпотный, правда? — говорит она дальше, но последние слова теряются из-за эха хлопков. Все находятся в главном актовом зале. У них сейчас линейка, которая всегда проходит в понедельник каждую неделю. Ребята стоят в рядах, наблюдая за сценой, где директор оглашает победителей каких-то конкурсов. Все, как по команде, хлопают. Чонгук не смотрел по правую сторону от себя. Вэй буквально взяла его голову и заставила посмотреть туда. Ах, бывает ли в жизни, как в аниме? Наверное, да. Иначе… откуда эти цветы вишни в актовом зале? Почему они только рядом с ним летают? Почему его волосы развеваются на ветру, хотя порывов в здании вообще нет? Чонгук сглатывает, переставая хлопать. Он удивлённо смотрит на профиль стоящего поодаль парня, который заинтересованно следит за сценой, поджав губы. У него аккуратно вычесанные волосы, острая линия скул и мощное выражение. Последнее никак нельзя объяснить. Просто аура у него такая, передающаяся с помощью короткого взгляда или поджатых губ. Он действительно красивый, утончённо нарисованный по деталям, словно был написан на холсте и получил несколько человеческих черт вроде отсутствия двойного века из-за того, что надо было хоть как-то отделить его от Божества. Чонгук кашляет невольно, давясь воздухом. Он и сам от себя не ожидал такого резкого желания хотя бы подойти и рассмотреть вблизи. Всю жизнь думаешь, наверное, что вряд ли такое бывает: любовь с первого взгляда. Глупости какие — влюбляться в человека из-за того, каким он тебе предстал, когда ты просто посмотрел на него и сделал про себя удобные выводы. Конечно, Чонгук себя одёргивает, отворачиваясь. Но не может унять смущения. Не может понять и собственной реакции, когда тот парень мельком смотрит в его сторону, заметив на себе взгляд. — Нравится? Нравится ведь, — говорит Вэй рядом. — Знала, что понравится. Он слишком. — И почему ты мне показала? — сипит Чонгук. Он краснеет, поджимая губы. — Я же умру теперь, если он не по парням, — получается отчаяннее, чем предполагалось. — Стала бы я тебе предлагать что-то, не зная деталей, — Вэй смеётся. — Говорят, на его сумке значок с радугой, — она улыбается. Чонгук переводит на неё взгляд. — Да-да, без голубого цвета. — А вдруг просто поддерживает лгбт? — А вдруг нет? — Ты гонишь, — Чонгук даже не скрывает улыбку. — Не гонишь? — Я хочу счастья для моего неудачника, так что поблагодари, прежде чем мы приступим к наступлениям на симпатичного новенького, — девушка хлопает Чонгука по спине, хихикая, а затем пихает в колено, когда тот наклоняется вперёд, внимательно смотря на новенького. — Обожаю тебя, Вэй, — шепчет Чонгук, но пихает в колено в ответ.

И огонь. Пламя.

Что-то разгорается внутри, выдёргивая из состояния скуки, вернув наконец-то краски в серую жизнь. Было ли это толчком к каким-то действиям или стечением обстоятельств — неважно. Чонгуку просто в один момент стало важно иметь рядом с собой Ким Тэхёна. — Привет. Тэхён поворачивает к нему голову. Они оба стоят в столовой. До этого Чонгук перессорился со всей очередью, дабы всё-таки протиснуться рядом с новеньким, чтобы до конца пути с подносом пройти, уже разговаривая с ним о своём. Можно было бы потом сесть за один столик. Вэй где-то на заднем плане заканчивает ссору за них. Чонгук поджимает губы, как и Тэхён. — Ты же новенький, — Чонгук и забыл, как быть очаровательным, поэтому выходит у него сносно. Волнение передаётся по голосу, заставив задрожать на середине фразы. Тэхён внимательно следит за ним и волнение ловит с хлопающими от изумления глазами. — Наверняка не знаешь местные традиции, — смеётся. — Смотри, — толкает Тэхёна в сторону, показывая компот. — Никогда не бери компот, если он с дольками фруктов, — шепчет, чтобы повара не услышали. Он близко. Тэхён наклоняется к нему, словно действительно хочет услышать, что он там говорит. Чонгук чувствует себя в эйфории, поэтому сначала очень тяжело выдыхает ему прямо в ухо, из-за чего Ким вздрагивает, предпринимая попытку прижать ухо к плечу, сам тихо выдохнув, словно хотел рассмеяться. Но в лице не меняется. Чонгук улыбается, потому что у него, видимо, получилось заинтересовать. Он краснеет из-за того, что очень странно выдохнул прямо в ухо. — Между рыбными котлетами и гуляшом выбирай первое, — наставляет Чонгук, толкая поднос дальше. — Играл в салли фейс? — спрашивает шёпотом. Тэхён качает головой. — Неважно. Там в общем в школе кормят человечиной, а у нас тут главный повар точь-в-точь как он. Даже конъюнктивит в одном глазу. Тэхён хмурится, переводя взгляд с Чонгука на несчастный гуляш. — И горошины, — Чонгук говорит уже громче, показывая на отсек десертов, где вместо пирожных стоят тарелки с подливами и горошиной. — Горошины-мутанты. — Боже, — Вэй за его спиной пробивает лоб ладонью. Тэхён коротко смеётся, прижимая тыльную сторону ладони к лицу. Он поднимает поднос, направившись к столику, до этого махнув Чонгуку, мол, спасибо. Парень остаётся стоять с довольной улыбкой. — И про банановое молоко ни слова, — цокает языком Вэй. — Жадина. — Эй, в этой школе и так дефицит молока, — бросает он подруге, забирая поднос, который оказывается пуст. — Я что, так много говорил, что не собрал ничего? — Искренне надеюсь, что Тэхён посмеялся из-за этого, а не из-за горошин-мутантов, — Вэй показывает ему язык, направившись за их столик в дальнем углу. Тэхён ест в одиночестве, обложившись книгами, буквально ныряя в них. Чонгук не осмеливается сесть рядом. До конца перемены они так украдкой наблюдают друг за другом. И смена положения сейчас в том, что Тэхён, пока уничтожает упаковку сока, внимательно следит и за ним. Чонгук не забывает подмигнуть напоследок. Тэхён давится своим соком. — Мне кажется, что статус «нелюдимый» из его арсенала можно убрать, — выносит вердикт Вэй, пока жуёт булочку. Она вздыхает, наблюдая за влюблённым взглядом друга. Чонгук растекается лужей прямо на месте.

И, вроде, идёт всё гладко.

Чонгук встречает его каждый день во время обеда и что-то рассказывает до конца очереди на еду. Они никогда вместе не сидят, Тэхён никогда не оставляет чтение за столом, но этот круг даже заставляет чувствовать себя в достатке. Чонгук быстро привыкает к положению. Ему через неделю уже не хватит одних кивков во время выбора рыбных котлет. Ему хочется большего. И казавшееся недавно роскошью общение начинает теперь видеться мизерной частью того, что ему может протянуть Тэхён. Встречает в следующий раз Чонгук Тэхёна у библиотеки. Тот как раз выбирает новые учебники. Вокруг него толпятся девушки, предлагая помощь. — Девушки, — Вэй накидывается на одну из них, — угадайте, кого я видела в правом крыле? — она улыбается им. Те недоумённо смотрят на неё. — Выпускников, — шепчет. Одного этого слова хватит, чтобы все они мигом переключили внимание на других, направившись в правое крыло. Выпускающийся Сокджин дороже любых новеньких. Тэхён провожает их раздосадованным взглядом, качая после головой, мол, ну, что за дела. — Выбираешь учебники? — Чонгук возникает рядом с Тэхёном, заходя в библиотеку впереди него. Библиотекарша сидит за компьютером. Ребята из первого класса выбирают книги, громко хихикая, получая шиканья. — Я видел, тебе нравится читать, — обращается Чонгук к Тэхёну. — Здесь миссис Ли любит книгоманов, — он улыбается библиотекарше. — У нас новенький книголюб, — говорит он ей. — Какое облегчение, — женщина прикладывает методичку к груди. — Теряем читающее поколение, так что на вес золота — наблюдать за теми, кто читает. Надеюсь, здесь будет хоть что-то, что ты ещё не видел, — добродушно улыбается. — А учебники тут, — Вэй идёт вглубь стеллажей. — Сюда. — Не разбрасывайтесь там, — миссис Ли возвращается к компьютеру. Чонгук мечтательно смотрит на Тэхёна. Тот по очереди забирает все книги из рук Вэй, протискивая в сумку. Вскоре там место заканчивается. Ещё пару книг он на руках забирает, прощаясь с миссис Ли поклоном. Чонгук рядом несёт пару других методичек. — Тебя проводить? — Чон показывает на книги. — Мне несложно, — улыбается. Тэхён кивает. — Ну, я пойду тогда, — Вэй передаёт книги на своих руках Чонгуку. — А то на автобус опоздаю. Пока, ребят, — машет им. — О, я же не представилась, — протягивает Тэхёну руку. — Вэй. Им Вэй. Ким пожимает ей руку. Он наклоняется немного, произнося с закушенной нижней губой: — Тэхён. Ким Тэхён. Чонгук аж вздрагивает из-за его голоса. — Обалдеть, ты говоришь, — Вэй удивлённо смотрит на него. — Мы уж подумали, что ты немой. Тэхён неловко смеётся в ответ. Так они и прощаются с Вэй. До этого Чонгук думал, что Тэхён действительно молчалив по причине своей немости. Он вообще за всю неделю их своеобразного общения не проронил ни слова, а тут ещё имя выдал. Да так чётко, будто говорит, но предпочитает отмалчиваться. Всегда. Хотя по его поведению не скажешь. Чонгук считал, что этот путь до его дома пройдёт с болтовнёй, ведь надежда на голос действительно заставила его думать, что диалог хотя бы сейчас станет равноценным. Однако Тэхён продолжает отмалчиваться, пока они идут до его дома. — Сложно даётся общение? — спрашивает Чонгук. Тэхён качает головой. — Или ты как Саске? Хочешь казаться особенным? — спрашивает добродушнее, чтобы любопытство проскальзывало, а не насмешка. Тэхён улыбается, но снова качает головой. — А? — Чонгук теперь удивлённо хлопает глазами. — Что тогда? Тэхён отворачивается. — Не особо хочется сейчас говорить. Мне нравится и слушать. — Нечестно, — Чонгук вздыхает. Они останавливаются у его дома. Чонгук передаёт ему книги. Он надувает губы, всем своим видом показывая, что совсем немного обижен ситуацией. Тэхён тихо благодарит его. А потом так двусмысленно касается его руки, словно хотел позвать с собой в дом. Отпускает руку, коснувшись влажной ладони. Чонгук удивлённо смотрит на него. Тэхён улыбается ему, направившись к себе.

Ну, как тут не очароваться? Чонгук и не пытался сопротивляться.

Впоследствии он даже думает, что это совсем не страшно — быть с ним более открытым. Такой Тэхён заставляет Чонгука гореть энтузиазмом, быть всегда впереди, чтобы впечатлить его. Новенькому ещё столько всего нужно знать. Чонгук всё ему показывает. Заветы на заднем дворе, если вышел просто так и случайно заметил курящих ребят. Там Чонгук встречается с некоторыми друзьями и знакомит их с Вэй и Тэхёном. Они потом убегают от учителя, который их в итоге ловит и пытается расспросить, кто же там был вместе с ними. Потом были и школьные страшилки с прибавляющейся ступенькой на третьем этаже. Вэй даже затеяла вылазку ночью. Чонгук тогда впервые испугался шороха, прижавшись к такому же испугавшемуся Тэхёну. Вэй прошла вперёд, освещая фонарём лицо охранника. Они потом все четверо поиграли в монополию, прежде чем пойти домой. Следовали и дни чтения книг. Тэхён не казался таким уж книголюбом, потому что много не знал, читал подолгу некоторые рекомендуемые Чонгуком, мог очень прозрачно высказать свои вкусовые предпочтения в этом плане. Неизменным остаётся одно — ему нравится жанр романтики. Это слишком слащаво. Красивый парень, который много молчит, любит романы. — Клише, — Чонгук с Вэй одновременно показывают языки. Тэхён удивлённо смотрит на них. — Вот нравились бы тебе дарк-концепты, — Вэй кивает. — А фэнтези не нравится? Я вот обожаю истории про пиратов, — Чонгук надувает щёки. Тэхён смеётся, тыкая пальцем ему в надутую щеку. — Ну и ладно, — мирится с положением. — Будто от любви к романам меняешься, — улыбается ему. — Мне ты любым нравишься, — вырывается непроизвольно. Тэхён изумлённо смотрит на него. Он даже двигаться перестаёт, застыв в положении, в котором держал книгу, показывая друзьям. Тэхён ловит взгляд Чонгука, смущённо выдыхая и отворачиваясь. Чонгук, когда до него доходит, что он выронил, краснеет тоже, закрывая щёки ладонями. Вэй перед ними вздыхает, качая головой.

Блеск.

На сумке Тэхёна всё ещё значок с радугой. Чонгук видит его каждый день. Он даже думает потом, что это просто значок и, возможно, тихий Тэхён вряд ли знает его настоящее значение. Тем не менее Тэхён краснеет, когда их взгляды пересекаются. Он семафорит щеками и тогда, когда непроизвольно Чонгука касается. Такого не бывает с неугомонной Вэй. Тэхён его смущается. И это даёт Чонгуку какой-то, но всё же знак. Знак к действиям. И в тот день, снова сверля взглядом значок, Чонгук думает: сейчас. — Ты мне нравишься, — произносит уверенно Чонгук. — Ты чего посреди дороги признаёшься? Блин, не мог дождаться, когда я отойду? — Вэй закатывает глаза, но идёт вперёд, оставляя шокированного Тэхёна со смущённым до кончиков ушей Чонгуком. Тэхён хлопает глазами. И опять этот фон чёртового аниме. Он так медленно моргает, словно считает секунды. Его ресницы (удивительно, но) звучат. Тэхён смотрит на Чонгука, и вокруг них сейчас расцветает сакура, опуская листья, хотя они в центре Сеула и откуда тут взяться деревьям вишни. Чонгук сжимает пальцы в кулак, делает уверенный шаг вперёд и встаёт на цыпочки, чтобы робко потом прижаться к чужим губам своими. Тэхён разомлевает, крепко обнимая его. Чонгук думает в тот момент, что взлетел до небес, вернулся обратно, забрал Тэхёна и сделал ещё один круг. Он так трепещет, осторожно касаясь его плеч, зарываясь потом в волосы, медленно мычит в робкий, совсем неумелый поцелуй. Тэхён, когда чувствует чонгуков язык на губах, резко отталкивает его, отходя назад на шаг. Он прикрывает рот ладонями. — Ч-что? — Чонгук шокированно смотрит на него. — Что такое? Тебе не понравилось? Тэхён отходит ещё на шаг назад. Он просто отворачивается и бежит домой. Просто отворачивается и уходит, оставляя удивлённого Чонгука с его собственными мыслями.

Это что, чёрт возьми, было?

До следующего дня Чонгук успевает вернуться в свой кризис, занимается всё утро самобичеванием, не ищет ответов у Тэхёна, предпочитая горе проглатывать вздохами. Вэй рядом ободряюще хлопает по плечу, уверяя, что не всё в этом мире идёт гладко и так, как нам хотелось бы. Чонгуку хочется спросить: а почему? Ему казалось, что Тэхёну нравится их весёлое времяпрепровождение. Они же так веселились, им было действительно классно вместе. И Чонгук побоялся того, что останется в этом кругу друзей. А ему не хочется быть другом. Всего лишь другом. Ему хочется любви, объятий, поцелуев, как вчера. Хочется большего, потому что к каждой стадии на пути к этим отношениям он привыкал, он шёл постепенно. Он сделал всё правильно. И ведь всё было идеально.

Будто бы.

— Чонгук, — знакомый голос разрезает тишину. Чонгук сидит на трибуне с Вэй. Они опять пьют молоко. Здесь же Вэй подбила Чонгука на знакомство с новеньким, чтобы он не влачил одинокое существование в жестоких стенах школы. Здесь же Тэхён подходит впервые к ним. Он выглядит нервным, когда садится рядом. — Извини за вчера, — Чонгук хлопает по плечу. — Если не хотел — ещё сильнее извини. Я не хотел, чтобы тебе было неудобно или… — Нет, всё в порядке, — Тэхён прикрывает лицо ладонями. — Всё совершенно в порядке. И даже лучше. Я, — поворачивает голову к Чонгуку, — я тоже чувствую к тебе симпатию, — говорит увереннее. У Чонгука в этот момент взрыв в голове, снова фон аниме, сакуры, эндинги на стопроцентном динамике. Тэхён улыбается ему, опуская ладони. Когда Чонгук улыбается в ответ, Тэхён и показывает причину того, почему вчера испугался того, что поцелуй может зайти дальше. Чонгук перестаёт улыбаться, потому что удивлённо смотрит на сияющие в свете солнца… … брекеты. — Я недавно переехал сюда к отцу. Мои родители разведены, так что всё детство я пробыл с мамой, а совсем недавно вот меня отдали папе, — Тэхён говорит внятнее, не закрывая лицо рукой. — Он стоматолог, — закрывает ладонями теперь глаза. — Решил, что так мне будет лучше после. Я с ним согласен. Но до этого я никогда не ходил с брекетами. И тут вдруг переехал внезапно, новая школа, новые люди. Я начал стесняться и… скрывать, — поджимает губы. — Я не стыжусь, но… я не знаю. Мне вроде и нормально, вроде и не хочется, чтобы видели, — Тэхён закрывает лицо. — Я всё ещё нравлюсь тебе таким? Чонгук открывает рот, хватаясь за волосы. Он не кричит, но поворачивает голову к такой же шокированной Вэй, тормоша девушку за плечи. Чонгук возвращает взгляд к Тэхёну, тоже тормоша его. Вернувшийся кризис как рукой снимает. До Тэхёна была серость. После него никогда не было скучно. И это уж точно. — Каким это «таким»? — Чонгук тормошит его за плечи. — Как будто от наличия конструкций во рту ты поменяешься! — говорит злостно. — Как ты мог допустить мысль, что разонравишься мне из-за того, что у тебя есть брекеты? — Чонгук бурчит это. — Ну, я тебя не так хорошо знаю, — Тэхён так много говорит сегодня. — Если это не так, то я предлагаю тебе… встречаться? — Конечно! И я согласен, — Чонгук улыбается. — Никогда не думай, что с этим нюансом хоть что-то поменяется. Просто ужасно, что ты затыкал себя, считая, что не понравишься кому-то с брекетами. Тэхён резко обнимает парня за талию, прижимая к себе. Чонгук тонет в объятиях, хлопая глазами. — Оу, он не такой хладнокровный принц, какого ты хотел, — смеётся Вэй. — Завались, — Чонгук показывает ей язык, прежде чем потянуться к Тэхёну за поцелуем после его тихого: «Только осторожнее». Тэхён — не тип Чонгука, который бы всё ему отдавал и при этом сам казался для других интровертной личностью. Однако Тэхён — живой и сомневающийся человек, которому и самому нужна забота. Сейчас у него не кризис семнадцати лет, но определённо проблемы с некоторыми другими вещами. Стыкование этих вещей с желанием Чонгука отдавать всего себя кому-то близкому по душе — самое то. Чонгуку показали новые краски после короткого застоя в социальной жизни. Чонгук с готовностью их принял, потому что теперь он понял, как приятно просто показывать словами и делом, насколько человек прекрасен для него. — Застфял, — говорит Чонгук невнятно, держа ладони на щеках Тэхёна. — Фэй, мой яфык там застфял, — парень хочет повернуть голову. — Не двигайся, — Тэхён держит его за плечи. — Ребята, — вздыхает Вэй, кривясь. — Мне пальцами полезть к вам в рот? Вы так всегда целоваться будете?