Шутка жизни

LOBODA — Родной

Соседи с замиранием сердца прислушивались к крикам за стеной. В этой квартире жила молодая пара. Они постоянно ругаются. — Знаешь, — выдохнул Серёжа, — надоело. Вот надоело, блять! У меня сил уже нет! — Уходи. Если не нравлюсь, — махнула в сторону двери, — прошу! — Катарина еле сдерживала слёзы, — вперёд! — Ты мне нравишься, но твоя ревность… Это выход за любые пределы. — Хочешь сказать, что ревную без причины?! — опешила, — серьёзно?! Девушка подлетела к комоду, на котором лежал телефон Горошко, ввела пароль, нашла переписку, и буквально ткнула в лицо. — Что за хуйня?! — прикрикнула, — котёночек, солнце моё, лучик. — Мы друзья! — Ты зачем меня так укусил? Щека же болит, Серёнь, — читает, — прости, котёночек, я случайно. — Мы с Дашей очень хорошие друзья! — выхватил телефон. — Настолько, что она каким-то чудом родила через год, после вашего знакомства. Если мне память не изменяет, то мужа у неё не было, они же развелись! — И что? — А может, мальчишка от тебя? — рявкает, — ты так нянчился, словно, родной. — Заканчивай с этим… Ерунда какая-то. — Мне никогда не узнать, как было на самом деле, но ты знаешь, — прикусила губу, — Серёжа, мы вместе пять с половиной лет, и эта Даша появилась при мне. Я как раз улетела в Болгарию к родителям на всё лето, а потом узнаю, что подружка твоя беременная! — Говори прямо, — цокнул, — это не мой ребёнок. — Не факт. Я не знаю, чем ты занимался всё это время. И то, что тебя так сильно тянет в Израиль, где она сейчас со своими детьми, меня настораживает. — Хочу встретиться с друзьями! — Прекращай! — заорала, — вы давно трахаетесь! И родила она от тебя, блять! Неужели, так сложно признаться?! — В чём? В свою защиту, могу сказать то же самое, что не знаю, чем ты занималась в Болгарии! Твоя первая любовь — сын маминой подруги. — Эстеса не трогай… Он женатый человек. — Кому это мешает? Успокоившись, они осознали, что так не может продолжаться. Эти отношения привели к тому, что оба выгорели. Выкурив шесть сигарет, актёр вернулся в квартиру, и сел рядом с девушкой, спокойно сказав: — Я хочу расстаться. — Хоть в чем-то мы сошлись, — кивает, — я тоже. — Если наберу — трубку не бери. Он оставил на её щеке поцелуй, и поднявшись, ушёл, завязывая кроссовки на лестничной площадке. В груди ощущалась колющая боль облегчения. Катарина умылась холодной водой, пытаясь всё переварить. — Это не любовь… Вообще, они были хорошей и гармоничной парой, ощущая друг друга внутри. Популярность Горошко сыграла роль, в том плане, что Серёжа увидел другую жизнь, а Катари стала его тенью. Девушка не стала мириться с этим, и вернулась обратно на должность кастинг-директора, обзавелась новыми знакомствами. Отдалились, очень сильно. У него съёмки, у неё кастинги. Она собрала вещи Сергея, аккуратно сложив всё в сумки. Одним словом — избавилась от присутствия. Единственная вещь, которую оставила себе — духи. Полупустой прозрачный флакон с его ароматом. Ей придётся научиться жить без сообщений от него, без голоса и взгляда, без его эмоций и искренней улыбки. Даже слёз не было. Выревела всё, без малейшего остатка. Лёша поставил перед другом два стакана и открыл бутылку коньяка. — Рассказывай. — Расстались, — прикурил, откидываясь на спинку дивана, — я свободен. — Долгожданная ли свобода? — Не знаю, — мотнул головой, — я её очень люблю, но нас не тянет друг к другу. Перестали куда-то ходить, общаться, секса нет уже давно, как чужие стали. Любой разговор приводит к ссоре. — Значит, так должно было случиться. Переболеешь? — Конечно, — отпивает, — всё проходит, и это пройдёт, — врёт самому себе. Серёжа знал, что через два дня Катари уедет в Москву, и именно в это время пришёл за вещами. — Уже собрала, — посмотрел на сумки в коридоре, — круто… Каждому было что сказать, но сейчас это имеет хоть какое-то значение? Нет. Горошко пытался привыкнуть к тому, что просыпается один, в пустой квартире, и возвращается тоже в пустую квартиру. План по ликвидации разбитого сердца был простым: алкоголь, вечеринки, алкоголь, вечеринки, алкоголь. Нажравшись до поросячьего визга, у него хватило сил добраться до Катарины, и орать под окнами, разбудив весь дом. — Ты время видел?! — вылетает из подъезда. — Видел. — Чего орёшь? Люди же спят! — Захотел тебя увидеть. Хорошо выглядишь. — Спасибо. Увидел? Тебе такси вызвать? — Я думал, мы зайдём к тебе и поболтаем. — Нет, не зайдём и не поболтаем. Иди домой! — Стой, — догадался, — ты там с кем-то? — Да! — Быстро… — Серёжа, год прошёл, как мы расстались. Ты и сам не хранишь обет. От этих слов он аж протрезвел. — Но я к тебе приехал. — Едь к ней. — Не хочу! — вцепился в руку, — я хочу к тебе! Понимаешь? — Отпусти или закричу. — Кричи. Ты же знаешь, что тебя люблю, и ты меня любишь. Год прошёл? И что, забыла меня? — Отпусти, — голос дрогнул, — пожалуйста. — Посмотри мне в глаза и скажи, что ничего ко мне не чувствуешь, не вспоминаешь, не думаешь про меня. Свободной рукой отвесила ему пощёчину, и вырвавшись, убежала обратно в дом. Она каждый день думала про него. Пересматривала все фото и видео, смеясь сквозь слёзы. Скучала. В подъезде разрыдалась, прикрывая рот рукой. Зачем он приехал? Для чего вновь появился? — Ты чего не спишь? — Эстес приподнялся. — В туалет ходила, — шёпотом, — спи давай. После расставания, Катарина улетела на месяц к родителям, где случайно встретилась с Эстесом. Узнала, что он развёлся, и собирается уехать в Россию. Эстес хороший человек, во всех смыслах идеальный мужчина, с которым стоит построить семью, счастливое будущее. Он любил её. Через несколько месяцев они поженились, отыграв шикарную свадьбу в Санкт-Петербурге, пригласив около ста человек. Горошко узнал об этом от общих друзей, точнее, от Жизневского и Чеботарева. — Клёвая же была свадьба, да? — Тихон размял шею. — Чья? — Серёжа посмотрел на него. — Ну-у-у, — понял, что взболтнул лишнего, — Катарина замуж вышла. В ту субботу свадьба была. — Тиш, — Дима нахмурился, — не надо. — Надо. За кого? — Его зовут Эстес. Внутри всё обрушилось с грохотом. Они знакомы ещё со школьных времён, до того, как Катарина переехала к бабушке в Россию. — Счастья ей, — сделал вид, что спокоен, — а чего не говорили? — Не знали, какая у тебя будет реакция, — Чеботарев отвёл взгляд. — Нормальная реакция. Мы все взрослые люди. По возвращению домой, Серёжа просто рухнул на диван. Не было желания даже напиться, он убит этой новостью. Решил написать ей. Сергей Горошко Привет! Поздравляю со свадьбой.

Катарина Артлец Привет-привет! Спасибо большое)

Сергей Горошко Как жизнь? Всё по кастингам?

Катарина Артлец Потихоньку-полегоньку. Нет, ушла в организацию. Концерты, спектакли, сопровождаю артистов в турах. Грубо говоря, стала менеджером. Сейчас ремонт в доме делаем.

Сергей Горошко Ого! Дом купили? Молодцы.

Катарина Артлец Да. Решили, что пора обзавестись семейным гнёздышком. Ты как?

Сергей Горошко Съёмки, съёмки, съёмки. Всё стабильно. Кошку себе купил, назвал её Китти *фотография*.

Катарина Артлец Какая прелестная девочка.

Разговор выдался хорошим, но девушка украдкой вытирала слёзы, набирая очередное сообщение. Сидя ночью на кухне, Катари погрузилась в омут воспоминаний. Создавалось ощущение, что он всё ещё рядом, смеётся, шутит и балуется с едой, но в действительности они чужие. Серёжа еле сдерживал себя, чтобы не поехать к ней. Остановило лишь то, что она продала квартиру, в которой они жили больше четырёх лет. Адреса не знает. Хотелось увидеть её, обнять, почувствовать родной сердцу аромат, и не отпустить больше никогда. Пошёл третий год. Жизнь продолжается. Катарина и Эстес переехали в Москву, завершив ремонт, а Горошко женился. Избранницу звали Юля, миловидная девушка, ему подходит. Ничего общего с Катариной не было. Катари вернулась в Санкт-Петербург, чтобы помочь коллеге с организацией концерта, и каково было её удивление, когда на афише она увидела его. Как бы не пыталась забыть, судьба из раза в раз сталкивает их лбами. Видимо, не может простить, что они потеряли друг друга. Серёжа подключал аппаратуру, вспоминая сценарий, а заметив бывшую девушку, которая со стороны наблюдала за ним, готов был провалиться сквозь землю. Сердце замерло. — Не хотела отвлекать. — Привет, — кивнул, — давно не виделись. — Давненько, да… Слышала, ты женился. — Почти год назад. — Молодчина. Если будут вопросы, то я в гримёрке заполняю документы. — Хорошо, — улыбается. Её трясло. Выпив много воды, попыталась успокоиться. Как-то не вышло… — Катарин, — заходит, — может, нормально поговорим? — О чём? — О нас. Я хочу вернуться, — выдохнул, — к тебе. Не могу жить вот так… Целовать без любви, спать без чувств, и жить без желания. — Зачем женился? — Думал, так убью все чувства к тебе. Я люблю тебя так же сильно, как и почти девять лет назад. — Хочу тебе сказать то же самое, но… Она закинула голову назад, чтобы слёзы не полились градом. — Я беременна. Мне рожать в сентябре. — Наплевать. Полюблю, как родного. — У тебя жена есть. Я чужая, она законная. — Ответ тот же. — Нет, Серёж, не наплевать. Я люблю Эстеса, и хочу, чтобы ребёнок рос в полной семье, вместе со своим отцом. — Неужели, ты его любишь так же сильно, как меня? — Нет, — всхлипнула, — нет… Нам друг с другом плохо. Я каждый день про тебя думаю. — Взаимно. Иногда, уснуть не могу. — Честно скажи, — посмотрела на него, — а стоит ли заново? — Не знаю, — отвёл взгляд, — кажется, это будет неуместно. Слишком разные стили жизни. — Вот на этом и остановимся. — А что с чувствами делать? — Жить, — вытирает слёзы, — как и дальше… Катарина родила сына, которого назвали Стефаном. Конечно же, ей хотелось назвать его Сергеем, но в сочетании с эстонской фамилией и отчеством, это звучало бы странно. Глядя на то, как Эстес вместе с сыном резвятся на детской площадке, она представляла на месте мужа его. Спустя много лет, ничего не изменилось. Со временем многие ощущения, воспоминания слегка позабылись, но эти чувства внутри, такие же, как и тогда. — Стефан, — обратилась к сыну, — может, ты уже расскажешь, куда мы поедем? — А вот… Не скажу. — Что за секреты? — Эстес нахмурился. — Прошу чуточку терпения. Вы же хотели, чтобы я остепенился. — Неужели?! — Катарина округлила глаза. — Да. Её зовут Сонечка. Она эстрадная певица, папа занимает должность художественного руководителя в театральном институте, а мама флорист. — Наконец-то! — рассмеялся мужчина, — а я-то думаю, почему ты светишься в последнее время. — Она чудесная. Уверен, вам понравится. В восемь будем ждать в ресторане «Угли». Столик на моё имя. Супруги обсудили столь радостную долгожданную новость. — Теперь, надо дождаться внуков. — Да! И правнуков, любовь моя, — поцеловала в щёчку, — кажется, буквально вчера была наша свадьба, и вот-вот сын женится. — Время пролетело. Тридцать лет прошло… — С ума сойти… Какие же крепкие у тебя нервы! — И не говори. Стефан вместе с Софьей уже ждали их. Катарине показались знакомыми глаза девушки. До боли знакомы. — Рада знакомству, — улыбается ей. — Взаимно, Сонечка, — обнимает, — вы чудесная, как сын и говорил. — Спасибо. А вот и мои родители! Обернувшись, она увидела Серёжу. Мир остановился. Внутри стало так больно, что дыхание тут же сбилось. Впервые видит его за столько лет. На их лицах было чётко виден шок. — Сергей, — протянул ей руку, сделав вид, что они не знакомы. — Катарина, — полушёпотом ответила, пожимая ладонь. — Приятно познакомиться. — И мне, — выдавила из себя улыбку. Не могли смотреть друг на друга, лишь изредка решаясь на это. Каждый вспоминал всё, что было между ними: ссоры, драки, невозможную страсть, самые чувственные поцелуи, прикосновения. Всё то, что не удалось забыть через десятилетия. Катарина вышла на улицу, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься. Голова вот-вот взорвётся. — Я не знал, что он твой сын, — раздался голос за спиной. — У него на лице написано, что он мой сын, — выдыхает, — как две капли воды. — Не думал, что судьба так решит. — И как жить с этим? — Сделать вид, что ничего и никогда не было, нянчить внуков. Я не хочу рушить счастье дочери. — У тебя не особо получается вид делать. — Как и у тебя, — прикурил. — Меня лет пять назад отпустило, а тут, — бросила на него взгляд, — ты! Как назло! Увидев Соню, подумала, какие знакомые глаза, а это твои глаза… — Мне хотелось, чтобы её матерью стала ты. — Мне тоже этого хотелось, — закрыла лицо руками. — Только, не отыгрывайся на ней. Лучше на мне. — Она не виновата в том, что мы не ужились. Перед глазами пронеслась вся жизнь. — Пойдём обратно, а то появятся вопросы. — Да, — кивнула, — это будет лишним. — Я не изменял тебе с Дашей, и её сын не мой. — Хорошо, что спустя тридцать с лишним лет мне удалось услышать правду. Женщина зашла в ресторан, оставляя его на улице. — А меня не отпустило, — одними губами. Самая нелепая и страшная шутка жизни — связать душу с одним человеком, а жизнь с другим.