♥ТОКИЙСКИЕ ВОЗЛЮБЛЕННЫЕ♥

Такемичи стоял у реки. Сначала он услышал шум, ощутил свежесть на коже, вдохнул запах травы и проточной воды, прежде чем открыть глаза. Едва увидев всё вокруг, он широко улыбнулся, испытывая множество разных эмоций. Семья Тачибана, Сано и Рюгудзи, все отряды «Свастики», «Поднебесья» и «Тысяча Зим», его хорошие знакомые и друзья… Даже Сяо и господин Ли были там, сидя рядом с матерью Таке. Все они проводили время на свежем воздухе, продолжая заниматься своими обычными делами в такой прекрасный летний день. Такемичи протянул руку, чувствуя лёгкий тёплый ветерок на кончиках пальцев, звук радости, прорывающийся сквозь шумы природы. Опустив ладонь, Такемичи вытер слёзы и сделал шаг вперёд, осмелившись позвать кого-то из них. Но его остановил кто-то другой, схвативший за ладонь, и потянув назад. Обернувшись, Такемичи замер, глядя на себя, пятилетнего. Голубые глаза ребёнка словно просили то ли о помощи, то ли о внимании. Губы его приоткрылись, но Такемичи ничего не понял. Он решил сесть на уровне глаз младшего, считая, что это поможет разобрать тихие слова. - Не подходи к ним... Ты сломаешь мой сон. - Такемичи вздрогнул от обиженного детского голоса. Слегка взглянув на шумную компанию детей, он заметил, что одна из его версий уже была там. Если бы он приблизился, вся логика была бы разрушена, и этот яркий мираж исчез бы. Это ли хотел сказать ребёнок? Мичи-младший кивнул, его лицо было таким невинным. - Пойдём туда. - Он указал пальцем на пирс. Ханагаки взял ребёнка за руку, и они направились в указанную сторону. К этому времени Такемичи уже понял, что спит под воздействием чего-то сильного в одной из комнат с видом на море. И он также вспомнил, кто этот ребёнок. - Ты всё это подстроил... Должно быть, тебе было тяжело, если тебя утешали такие сны. - сказал он, имея в виду сон своей маленькой копии, который чуть не прервал. - Почему ты не пришёл раньше? Тебе следовало поторопить меня, если ты так хотел вернуться… - ребёнок просто пнул камень в воду и повернулся к своей взрослой версии. - Идиот. - Такемичи не понял, что он сказал странного, и что вызвало такую реакцию. - Это твой сон, я здесь ничего не решаю, тело сейчас только в твоем распоряжении. - Это так удивило героя, что он выпустил хрупкую ручку ребёнка из своей. Он испуганно посмотрел на Мичи, пытаясь задать только один вопрос… И был прерван ответом на него. - Скоро я исчезну совсем. Некоторое время они оба молча смотрели в воду. Удивительно, но отражения обоих были идентичны их нынешнему облику в этом будущем. Что, казалось, указывало на то, что этот мир совершенно перевёрнут и проецирует сущности их душ. Такемичи так долго смотрел в себя, что испугался звука воды рядом. Ребенок снова бросил камень в его размытый силуэт. Он посмотрел на другого и нахмурился. Мягкие ладони потянулись к Такемичи, вытирая слёзы обиды с его пылающих щёк. Он грустил, потому что другой не мог быть с ним и больше не мог быть один. - Глупый... Я не умираю. Не болен. Ничего такого. Просто в теле не может быть сразу двух полностью сформировавшихся душ. - Объяснил он, словно взрослым здесь был точно не его слушатель. - И чтобы остаться целым, я должен уйти. - Он указал на горизонт. - Там. Там моя душа может стать кем-то другим. Другим человеком, не Такемичи Ханагаки. - Но ты заслуживаешь быть единственным! Такемичи! - Ребенок покачал головой и обнял свою старшую проекцию. - Почему к нам мир так жесток? Я не хочу потерять тебя... - Дело не в этом. Я люблю своих родителей. Я ненавижу их всех. - Такемичи вздрогнул, но остался на месте. - Мой отец построил семью, оставив меня одного, моя мать предпочла спасти других. Другие только причинили мне боль. Я не могу простить их, как ты. Хината мне нравилась какое-то время, но я не призван к ней, как ты... Для меня она просто хорошая девушка, каких может быть много. Я даже не уверен, что мои чувства мне не навязаны. - Герой покачал головой, пытаясь остановить это признание. - Я тоже дружил с этими людьми, но они были не более чем просто знакомыми. Лишь Майки выделялся... Могу сказать, что я очень любил его, но и был им напуган. Мне нравилась Аканэ, я был доволен жизнью с Тайджу. - Такемичи прижал руки к губам ребенка. Слишком испуганный тем, что выходило из его рта. - Хватит... - Но младший мягко оттолкнул руки, ведь они изначально не могли причинить ему вреда. Он улыбнулся своему второму «я». - Такемичи, если я останусь, то превращусь в «Черный импульс», какой был у Майки. Я слишком ненавижу это, я слишком завидую. - Малыш улыбнулся. - Раньше хотел сказать тебе, какую ошибку ты совершил, я заставил тебя почувствовать это, но... - Такемичи, выглядевший совсем крошечным мальчиком, вспомнил ребёнка, зачатого Хинатой и Такемичи, которого уничтожил мир, стёртый путешественником во времени. - Я понял, что во мне говорит только жадность. Я хочу, чтобы ты пошёл дальше, и я хочу освободиться от тебя. Это наша последняя встреча. Это твоё последнее путешествие. Ребёнок сделал шаг, но такие нежные и израненные руки, остановили его. Глаза Мичи расширились, когда он почувствовал шрам на своей детской коже. Вот почему он не мог ненавидеть Такемичи из будущего. Он вложил столько сил в счастливое сегодня, изменил судьбы стольких людей. Исправил столько линий. Он даже разделил счастье с другой версией себя. Но младший понимал одно: он может быть с ними только другим человеком. У него уже был план, благодаря которому он сможет получить столько большой любви. - Тебе не нужен проводник, как Майки. Такемичи, ты прошёл этот путь один. А я нет... - ребёнок широко улыбнулся, отстранился и сжал щёки взрослого в своих руках. - Отправляйся в прошлое и исправь то, что я сделал. И я перерожусь и вернусь к тебе, верь в меня, как и я верил в тебя. - Он продолжал играть с чужими щеками, растягивая их, словно удивляясь такой возможности. Такемичи оттащил его, потирая покрасневшие места. - Я понимаю тебя... - Его взгляд остекленел. – Я тоже об этом думал, потому что устал, но мне всегда хотелось просто быть рядом с ними. – Улыбка вышла какой-то грустной. Рука сама потянулась к мягким волосам Мичи. – Прости, я доставил неприятности. – Другой кивнул и уткнулся носом в рубашку своего близнеца, который был на несколько лет старше. Они сидели так, ощущая недавние ветры перемен, освещённые собственным духовным сиянием, словно яркими звёздами. В одном теле не может быть двух душ, но одна из них может поглотить другую. Младшая сопротивлялась этому, поэтому теперь они совершенно разные. Он ждёт своего перерождения. Оба держатся за руки, пространство совсем не меняется, а ощущение времени искажено. Такемичи сейчас чувствует покой и, возможно, немного забыл о реальности… Поэтому вопрос Мичи звучит странно. - Разве тебе уже не пора? Будет трудно, если ты не уйдёшь сейчас. Ты слишком долго решался. - Раздаётся детский голосок от Такемичи, сидящего у него на коленях. Второй пожимает плечами. - Как ты вообще это представляешь? Мне нужен Майки, но я сплю неизвестно где во время собственного похищения. Я уже пытался сбежать от этих людей, но моих усилий оказалось недостаточно, так что… - Парень перебил старшего, ущипнув его за руку. - Ой! - Голубые глаза с негодованием посмотрели в такие же, но горящие более праведным гневом. - Дурак! Какучо был прав насчёт тебя. Майки тебе теперь не нужен. - Такемичи действительно не понял. Он хотел переспросить, но мальчишка покачал головой. - Не понимаю, почему ты так уверен, что он твой триггер. Тот случай был единичным. Да, он был, как и Наото, но теперь никто из них не может отправить тебя в прошлое. Только я могу это сделать. Просто потому, что тогда способность исчезнет, и «Чёрный импульс» Майки тоже. Воспоминания об этом никуда не исчезнут, но останутся скорее ощущением дежавю. И перестань думать, что тебя любят лишь из-за проклятий! – мальчик крикнул на последнем предложении. - Зачем ребёнок рассуждает на такие взрослые темы? Кто в здравом уме станет заводить такие отношения со столькими людьми? - Несмотря на это, герой покраснел до кончиков ушей. За что получил маленький палец в лоб, призывающий остановиться. - Ага, это твоя плата за то, что ты изменил их судьбу. - Правда?! - Ханагаки-младший пожал плечами, после оклика первого. - Откуда мне знать такое? - Казалось, взрослая версия немного рассердилась на такой обман. - Да ладно, ты вечно перекладываешь ответственность на высшие силы. И если в случае трагедии я это пойму. Ну, раз ты привлекателен и обаятелен, не проси вселенную взять на себя твои грехи. Почему бы тебе просто не насладиться вниманием, которое тебе оказывают? - Это безнравственно, и общество... - Ты преступник, смутьян, безнравственный человек, который многого натворил... Ладно, это больше про меня, но ты тоже не ангел. Тебе нравятся и девочки, и мальчики, ты ветрен и влюбчив. У тебя не было достойного примера отношений. Люди моногамны, но... Разве у тебя может быть отклонение в этом? - Мальчик усмехнулся, заставив другого хлопнуть себя по лбу и тяжело выдохнуть. - Да ладно, ты любишь их и отвечаешь им взаимностью. Ты себе не простишь, если оставишь их несчастными. Просто прими это, даже если тебя кто-то проклял. - Как хочешь, чертенок. - Он лукаво улыбнулся. - Обещай. Что вернёшься к нам. - Таке протянул мизинец для клятвы. Мальчик кивнул и обнял палец старшего своим. - Вот и всё... И как мне попасть в прошлое? Мне пожать тебе руку? – Голубые глаза уткнулись в крошечную ладонь. – Но мы уже держались за руки, не получилось… Маленький Такемичи кивнул, подтверждая, что этот метод не работает. Небо уже окрасилось в закатные цвета, поэтому их фигуры утопали в золоте. Мальчик прижался к Ханагаки и наклонился, оставив лёгкий поцелуй на лбу Таке. Это было похоже на благословение. Такемичи собирался пошутить, но почувствовал знакомое покалывание в груди. Его второе «я» махало ему рукой, и сияние полностью окутывало их фигуры. Сквозь свет их было даже не видно. Вспышка, голубые глаза широко раскрылись, устремив взгляд в потолок никак не похожий на берег реки. - Ты здесь? - бросил Ханагаки в пустую комнату. Он до конца верил, что если сейчас не во сне с Мичи, то, по крайней мере, сможет ответить этим тёплым чувством в груди. Но его не было... Совсем. - Чёрт... - Парень встал, уперевшись ногой в пол, но из-за какой-то слабости, вставая, опрокинул вещи с тумбочки. Он ожидал, что на шум в комнату вбегут похитители, но... - Милый, ты в порядке? - Мама стояла перед Такемичи с крайне обеспокоенным видом. Она вошла в комнату и села на кровать. - Это что, волнение перед экзаменами? - Такемичи чуть не пробормотал растерянное «Что?», но вовремя остановился. - Не надо, у тебя оценки не такие уж плохие, как ты думаешь. Ханагаки не понял. Похоже, он собирался поступать в вуз, чтобы не стать каким-то подсобным рабочим. Он даже лучшие моменты без фанатизма выписывал в дневник и оценивал свои возможности. В дневнике это было где-то между поводами хорошо учиться для себя и подготовкой к свадьбе Хинаты с постановочным трюком, где лепестки роз волшебным образом падали с неба. Но чтобы сдавать экзамены... В дневниках и документах о зачислении не упоминалось. Сколько ему сейчас лет? - Такемичи? - Казалось, госпожа Ханагаки забеспокоилась ещё больше. - Ничего... Просто затянувшийся кошмар. Я надеялся, что ты меня разбудишь. - Такемичи улыбнулся, обещая себе и Мичи жить лучшей жизнью, ожидая его появления на свет. - Можно мне пока привести себя в порядок? - Акари усмехнулась и погладила взрослого сына по голове, прежде чем встать с кровати. - Конечно. Но не забывай, что тебе не нужно так сильно себя винить. Твоя тревожность - это нормально, я тоже волновалась, когда сменила работу. И ещё, когда твой отец сделал предложение, и... - Такемичи вдруг схватил за руку совсем уже не молодую женщину, но оставшуюся очень красивой за эти годы. Обычная, лёгкая, мягкая ладошка с прозрачным лаком на коротких ногтях. - Мама, я же совсем не ребёнок. Сходи уже на свидание с господином Ли. - Что за чушь?! Такому точно не бывать. - Похоже, это стало частым желанием Мичи. Пусть эта новая семья наконец воссоединится. Чтобы этот старик Ли не натворил глупостей, а просто следовал желаниям своей новой жены. Чтобы у Сяо был старший брат. Чтобы Тепэй жил своей жизнью, ведь для нынешнего Такемичи он уже не был близким, не был отцом. Но Сяо уже был ему родным братом, он простил свою мать и пожелал ей счастья. - Я бы даже не думала об этом. - Мне будет легче, если тебя защитит кто-то такой же сильный, и у него тоже есть сын. Тебе же нравился Сяо, да? – Такемичи улыбается. – У меня не было собаки из-за аллергии отца, а потом из-за твоих командировок. И мой старший двоюродный брат на меня сердится… - Такемичи… Нельзя обращаться с твоим возможным младшим братом как с собакой… - Акари даже побледнела от таких издевательств со стороны своего ребенка. Все же над его воспитанием уже немного поздно работать. - То есть ты почти рассматриваешь это как возможный сценарий, да? Мама, ты часто об этом думаешь? - Женщина нахмурилась, готовясь его отругать. - Ты хочешь семью. Не только нас с тобой. Ты хочешь быть женщиной в полном понимании этой роли. Ты хорошая мать, но со мной ты этого не сможешь реализовать. К тому же, ты не будешь думать о суррогатном материнстве. Ни один мужчина не сможет устоять рядом с тобой, потому что у тебя весомое прошлое. Но он... Ли Шу Хэй, он станет лучше для тебя по первому требованию, и в то же время он сильная личность, человек, которого ты хорошо знаешь, и он... Явно не справится с отцовством. - закончил Мичи, пока Акари смотрела на своего ребёнка с особым вниманием. - Иногда мне кажется, что ты мудрее меня. - Такемичи считал, что он не мудрее того мальчика, который обещал вернуться к нему. Иногда пережитый опыт не делает тебя мудрее, а просто ломает. Недоверие, страх одиночества, неуверенность в себе и обман... Такемичи склонил голову. По крайней мере, так господин Ли никогда не похитил бы его и Сяо... - Сомневаюсь... Может, нам стоит прибегнуть к семейной терапии? - Мичи вспомнил слова Аканэ. Он пообещал. - Это поможет нам лучше понять направление в котором нужно двигаться дальше. И говорят, это модно, как?

***

Такемичи проснулся от шума, доносившегося из колыбели, где тихонько посапывали маленькие ангелочки. Тихий плач заставил отца подойти к детям, один из которых проснулся до рассвета по какой-то нужде. Поняв, что это не смена подгузника, Такемичи грустно вздохнул. Иначе единственной причиной возмущения девочки с темно-каштановыми непослушными волосами был голод. Утолить, который пришлось бы ее папе. Медленно проводя пальцами по голове малышки, Мичи начал ритмично качать девочку, разыскивая, пока только взглядом, ее бутылочку. - Тише, тише, Харухи, ты разбудишь своего братика. - Такемичи устремил взгляд на колыбель, наткнувшись на сонные большие голубые глаза, наблюдавшие за всем с явным любопытством. Похлопав дочь по спине, Мичи улыбнулся младшенькому. - Тамаки, доброе тебе с утра пораньше. Извини, что сестра тебя разбудила. Она всё ещё голодна, - невнятно пробормотал парень, когда мальчик мурлыкал, поднимая вперёд слабые руки, словно объясняя что-то своенравному родителю. - Извини, поговорим, когда ты сможешь выражаться яснее. Вам обоим нужно поесть... Кому-то может показаться странным, что Ханагаки разговаривает с сыном как со взрослым. Но на самом деле Тамаки действительно может обладать более зрелым умом, чем его близнец. Хотя Хината переживала по этому поводу, чаще водя близнецов к врачу, Таке знал, что это просто их маленький ангел-хранитель, который наконец вернулся в облике сына. Врачи сказали Хинате, что она родит только одного ребёнка, но позже выяснилось, что это близнецы. Оба родителя были очень удивлены, но счастливы. Позже Такемичи понял, кто появился в их жизни. - Тамаки, подождёшь, пока я её покормлю? - Неизвестно, почему Мичи решил назвать своего ребёнка именно так, но это было первое, что пришло ему в голову. Сев, молодой человек взял бутылочку грудного молока, подогретого на специальном устройстве. - Ну же, малышка, перестань хныкать и начинай кушать. Хина сегодня отдыхала. Такемичи решил, что ему лучше разделить с ней обязанности, и взял неоплачиваемый отпуск. Жаль было, что его могли уволить с должности управляющего, но это была лишь его прихоть. Теперь в их доме всегда водились деньги. Никто из друзей не оставит Мичи, его детей и жену голодными. Такемичи взглянул на календарь и улыбнулся. Он встал с места только тогда, когда вытер остатки с губ мирно спящего комочка радости, уложил его в колыбель и потянулся за своей точной копией, только в сотни раз меньше. - Сегодня к нам приезжает Майки. Ты рад? - Тамаки прижался губами к соске, совершенно равнодушный к таким новостям. Ну, пока он был совсем младенцем и почти ничего не понимал. Он был просто тише и умнее многих детей. Сам путешественник во времени знал, что даже со своей силой он вёл себя как настоящий подросток в прошлом. Поэтому, даже если маленький Тама был той версией его, с которой Такемичи когда-то попрощался, он всё равно не мог превзойти силы младенца. Вскоре мальчик присоединился к своей младшей сестре Харухи. Хината выбрала имя для девочки. Это было лучше, чем позволить многим другим людям придумывать имена для своих детей. Уложив малышей спать, Такемичи решил сменить свою уже грязную футболку. Минута молчания среди этой суеты заботы о детях была чистым блаженством. В общем, когда он впервые остался с ними наедине, его охватил первобытный страх. Что, если я не справлюсь? Что, если я буду плохим отцом для Харухи и Тамаки? Единственное, что удерживало его от депрессии, - это ответственность за эти крошечные жизни, за двух ангелов, которых привела в этот мир его любимая женщина. Кроме того, у Хинаты возникли осложнения, в том числе на эмоциональном уровне. Причиной, возможно, стало решение, принятое в прошлом. После рождения близнецов Хината стала очень ревнивой. Она начала угасать, считая, что потеряла привлекательность в глазах мужа... В общем, их отношения развивались несколько иначе, чем они себе представляли. Хината и Такемичи решили начать свободные отношения после того, как оба окончили университеты и съехались. Такемичи начал делить своё внимание между возлюбленными, и Хината тоже влюбилась в кого-то другого, кроме Такемичи. Они были первыми друг у друга, несмотря на то, что был кто-то еще между ними. И всё было довольно хорошо в таком темпе. Всё изменилось в один день. Хината пришла к Такемичи вся в слезах, и он услышал одну фразу, которая перевернула в нём всё с ног на голову: «Я беременна, Такемичи, я уверена, что ты отец». Конечно же, он не стал спорить или сомневаться. Он просто упал в обморок. Придя в себя, он поднял Хину и закружил её по кухне. На этот раз он сам настоял на свадьбе. Свадьба состоялась даже раньше, чем у Пачина, всё, чтобы платье идеально сидело на невесте. Потом медовый месяц с Кисаки и Ханмой в самом дорогом месте, которое Мичи не мог себе позволить без тех двоих. Такемичи тихо улыбнулся, вспоминая, сколько усилий вложили его друзья в подготовку к церемонии. Невеста была словно ангел, прекрасная и в белом, на своей свадьбе. На этот раз всё получилось, и это не было обманом или несбывшейся мечтой. Потом роды в лучшей больнице, где Аканэ проходила стажировку. Мичи согласился на помощь Коко, потому что боялся за здоровье Хины. Рождение близнецов... Возможно, стоило попросить Хинату остаться с ними. Но он не решился. Ей было тяжело с материнством, поэтому он надеялся, что отдых вернёт девушке прежний цветущий вид. Поэтому молодой отец был даже не против уйти в декрет и положиться на помощь других, лишь бы его любимая была счастлива. Вот только сам он уже устал, не в силах сомкнуть глаз даже на час. Мама Мичи тоже была в свадебном путешествии с младшим сыном. Такемичи наконец-то смог вспомнить прошлое, смывая пену и тяжесть усталости с плеч. В удобной растянутой тунике Ханагаки вышел из ванной, поспешил к колыбели, уловив краем уха какое-то движение. - А вот и твоя мама... - Произнёс мужчина с весьма впечатляющей контрастной внешностью. Чёрные, как тушь, волосы и глубокий чёрный оттенок глаз, такая редкость. Такемичи даже не заметил глупости, сказанной Майки, любуясь бликами на его белой коже. - Такое ощущение, что ты их и вправду родил. - Мичи нахмурился, наконец-то избавившись от миража. Его наглый друг наблюдал за близнецами. - Точно такой же оттенок глаз, такие же локоны на головках, я уверен, они будут такими же хрупкими и милыми, как их родители. Жаль, что я не смог бы... - Не говори глупостей. Что ты там хотел сделать, о чём потом жалеешь?! - грубо прервал размышления Сано родитель упомянутых детей. Такемичи подошёл и посмотрел на своих крох. - Конечно, всё это появилось благодаря стараниям Хины. У них более светлый оттенок волос, такие же красивые родинки и ресницы. В общем, они очень красивые, как и их мама. - Мичи почти пропел похвалы. Под конец Майки наклонился и положил руку на живот Ханагаки. - Что ты задумал, Майки? - Я расстроен, что Такемичи не хочет от меня детей. - Такемичи громко фыркнул и попытался оттолкнуть от себя руку парня. Не вышло. - Если бы только я или ты были женщиной… Почему бы вам с Эммой не сотворить ещё одно маленькое чудо? - На этот раз голубоглазый не сдержался и сильно шлёпнул гонщика и бывшего лидера «Тосвы» по руке. Тот отдёрнул её. Но вряд ли, потому что было так больно. Он боялся, что в следующий раз подобное может разбудить детей. - Эмма замужем за Доракеном! И они решили хранить верность друг другу. - Манджиро пожал плечами, он знал это. Но он также знал, что оба члена новой семьи, несомненно, влюблены в своего Такемичи, и оба очень сильно его хотят. К тому же, их табу распространялось только на рождение детей. Пока не родился их первенец. - Просто смирись с тем, что в этой взрослой жизни нужно брать на себя ответственность. -Сказал брюнет уже без гнева, глядя на своего друга... или возлюбленного. - Я уже ее несу, Такемиттчи. - Майки приблизил лицо, вдыхая аромат земляники и молочной смеси. Волосы Таке были влажными, если не сказать мокрыми. Он не решился воспользоваться феном, просто промокнул их полотенцем. - Ещё немного, и ты свалишься от усталости или простуды. - сказал его друг, отстраняясь. Сано вышел из комнаты, как оказалось, когда Мичи последовала за ним на кухню, чтобы распаковать сумку и достать витаминный напиток. - Чего ты на меня пялишься? - Я знаю, что ты ненавидишь ходить по магазинам. Что ты вообще принёс? - Мичи с любопытством подошёл к сумке, как котёнок к новой игрушке. Он осмотрел содержимое. Видимо, Сано ограбил аптеку. Там был тот самый витаминный напиток со вкусом яблока и винограда, гематогеновый батончик и всякие пищевые добавки для лучшего усвоения. Там же было детское питание на первое время, соска-пустышка и чай с успокаивающим эффектом. У другого пакета был другой сюжет. - Вау, это моё любимое, поражённое от Каваты. - Майки забрал весь пакет сладостей, спрятав их за спину, как только Ханагаки потянулся за ними. - Хина сказала, что пока ты нормально не поешь, мне не следует давать тебе сладости»-, - сказал Манджиро, всё ещё пряча пакет за спиной, словно он и правда был ребёнком, который что-то спрятал от взрослых. Нечто в этой речи привлекло внимание Такемичи. - Хина? - переспросил парень, пытаясь стереть выступившую слюну. В последнее время его очень тянуло ко всему сладкому. - Что это значит? Она тебе звонила? - Вопросы посыпались градом. Сано повернулся, убрав весь пакет в холодильник, решив, что не стоит дразнить Мичи. - Майки, ну же, признавайся! - Он вздохнул и кротко улыбнулся. - Она беспокоилась о тебе, поэтому попросила меня обеспечить тебе отдых и нормальное питание. Эмма также напомнила мне о необходимых покупках. - Он пожал плечами, словно не поступался своими принципами, совершая непривычные для себя поступки. - Я очень старался. Заказал тебе еду на дом, купил сладостей, даже в аптеку не забыл сходить. Поцелуешь меня в награду? - Такемичи учуял запах карамели, когда глава «Свастонов» коснулся его носа своим, полностью игнорируя личное пространство. - Пожалуйста? - Ты такой навязчивый, Майки. - Талия Такемичи сжалась сильнее, ощутимо, но без боли. Он ухмыльнулся, начиная откровенно издеваться. - Хочешь почувствовать мой язык у себя во рту, настоящий извращенец? Попроси меня об этом получше, Манджиро. Может, после массажа ног… - Майки рванул Такемичи, сбив с ног в свои объятия, не произнося ни слова. Он отнёс его на диван и уложил на подушки, сам усевшись между коленями, сжав одно из них. Мичи наконец понял ситуацию и сел. - Нельзя, я обещал, что пока близнецам не исполнится год-два, ничего подобного делать не буду. Хина была очень расстроена и… - Голубые глаза расплылись, наблюдая за в широкая улыбка, и Таке замолчал. - И кто тут настоящий извращенец? Ты старше меня, а думаешь о таких глупостях. -Мичи не понял. - Я сделаю тебе массаж, о котором ты просил, чтобы ты меня похвалил и наградил. - Такемичи долго смотрел на это самодовольное лицо. А потом больно пнул его в живот. - Эй, за что?! Такемичи, ты обиделся, что я тебя дразнил? - Да. - холодно ответил брюнет. - Ты дуешься? – Все так и было, Сано не получил ответа. - Как насчёт прийти к нам завтра или послезавтра? Изана и Шиничиро очень скучают, а Эмма, Доракен и Какучо их в этом догоняют. - Такемичи очень хотелось повеселиться, но… Он взглянул на своих малышей. - Ничего страшного, что ты придёшь в гости с детьми. Эмме будет на ком потренироваться в пеленании. – Поддерживая инициативу друга, Такемичи рассмеялся. Тут его чуткий слух дал понять, что в гостиной кто-то уже проснулся. - Погоди, кажется, Тамаки проснулся. - Они оба склонились над младенцами. И да, Такемичи угадал. Он потянулся к мальчику и проверил, всё ли в порядке с его подгузниками. - Ты просто решил поздороваться со своим любимчиком? Передать тебя ему? - Маленькое солнышко тут же потянулось пальчиками к Сано. - Ну-ну, ты уже любишь его даже больше меня. - При этой фразе ребёнок нахмурился, словно протестуя. - Иди сюда, Тама-тян. - Майки осторожно взял ребёнка у Мичи, младший тут же сжал его футболку. - Не завидуй, Такемичи, у него просто есть вкус. - Такемичи хотел бы сказать, что с ангельской красотой Аканэ и Хинаты, а также силой Шибы, у него нет шансов... Нет... Такемичи не мог игнорировать это великолепие. Манджиро Сано - император. Вот какая аура окружает его в реальности. Но причина, по которой этот малыш его любит, кроется в более скрытых аспектах. - Надеюсь, их маме станет лучше… - коротко высказался Майки, качая Тамаки на руках. - Конечно. В конце концов, это лучшее будущее, - без интонации произнес Ханагаки. Чужие чёрные глаза смотрели в его печальные океанические. Несмотря на годы терапии, Такемичи всё ещё не пришёл в себя. Но он был не один. Возможно, будь он здоровым человеком, таких отношений в его жизни не возникло бы.

***

Оглядываясь назад, можно сказать, что с тех пор прошло уже несколько лет. Такемичи достиг возраста, когда впервые прыгнул в прошлое. Теперь всё было иначе. Утро в доме Ханагаки снова наполнилось детскими голосами, но без ночных криков и спешных поисков бутылочек. Таке всё ещё не понимал феномена их исчезновения. Тамаки и Харухи уверенно топали по коридору, размахивая рюкзаками - сегодня был один из первых дней в детском саду, который им подбирали даже не родители. Хината, уже полностью оправившись от прежних трудностей, стояла у входной двери, поправляя дочери причёску. Да и о себе не забывала, оставаясь всё той же очаровательной феей. - Эх… Кажется, мы опаздываем… Такемичи, где повязка Харухи? – спросила девушка, обращаясь к мужу, который в этот момент застёгивал куртку сына. Такемичи улыбнулся уголком губ. - Хина, она забыла её у Эммы в прошлый раз. Мы действительно теряем время, надо сегодня привести их вовремя, пожертвовав прической. – Хината нахмурилась, но прежде чем она успела что-либо сказать Харухи сама подбежала к отцу и крепко обняла его за талию. С возрастом волосы Харухи стали тёмно-каштановыми слегка светлее, совсем не такого оттенка, как у Такемичи или Тамаки. - Спасибо, пап, - тихо прошептала девочка, чтобы мать не услышала. Такемичи наклонился к дочери, погладив её по макушке. Он прекрасно знал, что ей не нравится эта розовая блестящая повязка, и позволил ей «потеряться» у тёти Эммы, чтобы дочь чувствовала себя комфортно. И шепот не мог помешать Хинате узнать об этом. Иначе она бы не шлёпнула Такемичи по ягодице, уходя за дверь. Его дама очень авторитарна... Даже если друзья мужа заглядывают к тебе без спроса, ты становишься зверем высшего порядка. Хорошо, что все дяди и тёти близнецов нравятся Хинате или считаются полезными. Она по-прежнему остаётся единственным препятствием между Таке и его поклонниками. Как охрана, пропускающая только достойных. - Ну что, пора? - оживлённо уточнил Ханагаки, взяв Тамаки за руку. Хината кивнула, взяла Харухи на руки, и семья разделилась на две пары: отец и сын, мать и дочь. Дорога в детский сад с Тамаки была тихой - мальчик, хоть и вырос, всё ещё был наблюдателем, а не болтуном. Для Такемичи это было совершенно не похоже на их темперамент в детстве. Тот Мичи, которого он отпустил, был похож, но всё же не был похож на Тамаки. Было трудно понять, что твой ребёнок - это ты, только в другом теле. Они редко говорили о прошлом… будущем или своей способности. Сам Таке вспоминал отдельные случаи. И снова Тамаки был молчаливым ребёнком. Но когда они повернули к знакомому зданию, он наконец заговорил: - Папа, – начал он серьёзным тоном. Хорошо, что ребёнок проявил чувства к родителю. Потому что Такемичи боялся того, что произойдёт, когда Тамаки вырастет. Но всё оставалось в пределах нормы, и он смирился. - Ты нас балуешь. -Такемичи слегка удивлённо приподнял бровь. Это был не тот диалог, которого он ожидал. - С чего ты взял? - Ты всегда позволяешь нам делать то, что мама не разрешает, - Тамаки поднял на него взгляд. - Даже когда Харухи капризничает, ты всё равно поступаешь так, как она хочет. Ты разрешаешь мне задерживаться допоздна, когда у меня есть предчувствие. Ты просишь маму не беспокоить меня, когда это необходимо. Я уже не говорю о том, что ты можешь в любой момент отпроситься с работы, чтобы приехать к нам. - Такемичи тихо рассмеялся, крепче сжав маленькую ладошку. - Потому что вы мои дети. - Раздался искренний и тёплый голос, который так любила детская душа, хотя он и был похож на его собственный. - Моя самая большая гордость. И если я смогу сделать это для вас лучше… - Голубые глаза нашли нерешительные черты ребёнка. - Я сделаю. - Тамаки на мгновение задумался, затем слегка кивнул, словно соглашаясь с этим аргументом. В его понимании Такемичи - хороший отец, пусть даже и чрезмерно лояльный. Но он всегда очень старается избегать ошибок. - Знаю, ты иногда слишком добр, но… - Тамаки добавил тише. - Откуда ты знаешь, что я не занял место настоящего? А вдруг я ошибка? Пап… - Он явно долго держал эти мысли в себе. Сейчас он проявил ту же черту характера, пытаясь скрыть слёзы. - Ты бы бросил меня, если бы я действительно занял место настоящего Тамаки? - Нет. Я же тебя ждал, - улыбнулся Ханагаки. - Ты принял меня как родителя, а я принял тебя как своего ребёнка. Если бы меня продолжали терзать мысли, что ты всего лишь замена, я бы не вёл себя так тепло и спокойно. К тому же… Все вы - всего лишь версии будущего, созданные общим выбором для меня. Не замены и не ошибки. Так что плохого в том, что я люблю тебя как родного ребёнка и так долго ждал твоего возвращения? - подмигнул отец. - Ладно, догоняй! - И, неожиданно для сына, он бросился вперёд, заставив мальчика рассмеяться и побежать вдогонку. Хината и Харухи уже ждали их у ворот детского сада. Девочка весело помахала брату, а Хината с улыбкой встретила взгляд мужа. Такемичи подумал, что, возможно, он действительно слишком мягок с ними. Но это же его дети… и он просто не умел делать ничего другого, кроме как любить их. Не каждый может сразу стать родителем. Каждому нужно время, чтобы отдохнуть, не сомневаясь в правильности своего выбора и в том, как воспитывать новое поколение. Как и героям, им иногда нужен такой же спокойный день, как этот. Близкие рядом, поддержка, семья, достойное положение в обществе. Даже принятие себя. Верно? Когда первое задание, в списке взрослых, было закончено, и дети исчезли в светлых стенах, Такемичи подошёл к жене и обнял её за плечи. Её клубнично-розовый аромат слегка спутал его мысли, заставил дышать чаще. Взгляд покрылся пеленой, когда её аккуратные ладони обхватили щёки Мичи и притянули его к себе для поцелуя. В машине они продолжили свой страстный и глубокий чувственный акт, скрытые от посторонних глаз. Любящие взгляды, осторожные, но резкие прикосновения, объятия на грани. Такемичи был под влиянием мгновения, как, видимо, и Хина, но у неё были свои мысли на этот счёт. - Такемичи, любимый, нам обоим пора на работу. - Она легонько поцеловала его в висок. - Не забывай, что ты сегодня ночуешь у Инупи. - Такемичи отстранился, на его лице отразилась лёгкая паника. - Что? Я думал остаться сегодня дома на весь день и провести время с детьми и тобой. - Она мягко улыбнулась и всем телом прижалась к нему, позволяя слышать ровное биение своего сердца. Успокоившись и отсчитав десять ударов, Мичи кивнул. - Прости… Я просто не знаю, что с этим делать. Я очень люблю тебя, Хина. - Девушка кивнула, принимая эти слова за реальность. - Я люблю наших детей. Но скоро они поймут, что в наших отношениях не всё нормально. Они начнут задавать вопросы. Вдруг это коснётся их? - Кроме Тамаки, он уже всё понял. Но Харухи. Если она начнёт спрашивать, почему её отец не всегда рядом? Почему их дяди могут позволить себе целовать мужа матери? И Акихито, сын Доракена и Эммы, который часто навещает близнецов и наоборот. Он тоже может быть травмирован этим опытом. Такемичи, взяв на себя новые обязанности, боялся, что может разрушить их общее счастье. Он был слишком расстроен представившейся возможностью. И, несмотря на это, он всё ещё был привязан к своим возлюбленным... кем-то кроме Хины. - Когда они немного подрастут, мы обязательно поговорим на эту тему, Такемичи. - Она поцеловала его в переносицу и поудобнее устроилась за рулём. - А пока просто будь их любимым папой и моим невероятным мужем. - Она завела машину и направилась в штаб-квартиру одной из тайных сил Токио. - Мне будет легче, если твоё тайное общество защитит тебя в первую очередь. - Кажется, я скучаю по тем дням, когда ты ревновала меня, любимая. - Девушка хихикнула. - Я скучаю по тем временам, когда ты давал Кисаки пощёчины за каждый его проступок. - Такемичи поморщился. Он не хотел возвращаться к тем дням, когда он позволил им пересечься, но имел наглость ударить другого партнёра Хины. Ханагаки выглядел виноватым. - Я давно не злюсь, просто не знала, что ты так ревнуешь меня. - Я думал, что он тебе изменяет... - Ну да, с Ханмой. - Она хихикнула еще громче. - Ты понимаешь, о чём я. Мы сами заключили эти соглашения. Мне плевать на их с Ханмой отношения, мне не зачем оглядываться на твои отношения с ними или с девушками, но... Я не подпущу к тебе незнакомца. Это моя территория. - Они притормозили возле работы Такемичи. Хина обернулась и спросила с чуть более серьёзным выражением лица. - Такемичи... С тех пор, как ты вернулся, ты уверенно шёл к жизни, исключающей насилие и грязные уловки. Ты начал учиться, устроился на работу неподалёку, чтобы всегда быть с нами. Ты оставил мне время, ушел с должности, чтобы заботиться о детях, но... - Хината прижала руку к его сердцу. - Знаешь, ты не виноват в том, что нас с детьми похитили... Я тебя не виню, я бы никогда не смогла. Ты уверен, что тебе стоит продолжать это делать? Такемичи замер, вспоминая. Когда дети были ещё младше, их похитили ради выкупа, полагая, что они каким-то образом связаны с их богатым и успешным окружением. Такемичи сорвался в ту же ночь. Он смог организовать поиски, установить личности преступников... Но он не сдал их полиции. Он пошёл к их лидеру и ясно дал понять - если он не накажет своих людей, на кону будет его собственная жизнь. Такемичи, не колеблясь, скрывался за именем Хайтани или кем-то ещё. Месяц спустя он решил создать свою собственную организацию снова. Он знал, что однажды судьба потребует от него действий. И он не дал ей повода усомниться в своём выборе. Такемичи возглавил «Красную нить», куда входили только проверенные им лично люди. Это сборище стало больше похоже на тайное общество, ведь все, кто присягнул Такемичи на верность, были его успешными друзьями. В обществе начали циркулировать слухи о новой силе, которая не допускает совершения преступлений на улицах Токио, и её члены связаны чем-то большим, чем просто соглашение. Так случилось, что Такемичи оказался в этом бизнесе. Конечно, они не убивают, грабят или обманывают, но вполне могут устроить самосуд. - Хина. Это необходимо. Я не хочу повторения той истории. Я знаю, что виноват, потому что не следил за ними. - Такемичи крепче сжал свое запястье. - Я рада, что твоя мама скоро приедет, и тебе придётся забыть о «Нити». Если, конечно, ты не хочешь расстроить госпожу Акари или своего младшего брата. - Такемичи улыбнулся и ответил жене. - Значит, ты тоже не можешь прятаться от меня с девчонками. Даже я не так часто пропадаю у друзей. - Хм... Правда друзья? Я знаю, что вы с Майки делали на прошлых выходных. - Нет, не надо, мне так стыдно, Хина... Как он вообще дошёл до того, чтобы ей изменять? Хотя в их отношениях это не совсем так. С некоторыми он активно сближался. С другими отношения остались на уровне дружбы. Некоторые создали семьи и, с моральной точки зрения, отдалились от подобного рода отношений с Такемичи. Некоторые даже женаты на своей работе. Но их встречи всё ещё полны романтики и разного рода близости. Такемичи всё ещё считает, что их отношения во многом неправильны. Но он не может их отпустить, и они не могут отпустить его. Хината сама знает, через что проходят его партнёры. Как глубоко в них укоренилось проклятие любви. - Такемичи, я никогда не пожалею, что выбрала тебя. Я никогда не пожалею, что обнимала тебя. Я никогда не пожалею, что отпустила тебя и дала свободу. И я точно никогда не пожалею о нашем браке и детях. И я хочу, чтобы ты не считал нашу реальность ошибкой. Не нужно стыдиться своих чувств к Майки, Чифую и остальным… - Хина… ты назвала эти имена, потому что тебе за это заплатили? - Такемичи хихикнул. - В любом случае, сегодня очередь Инуи. Уверен, Коко может присоединиться к нам. Всё, чтобы ты и все остальные были счастливы и спокойны. И, конечно же, я ни о чём не жалею. - Такемичи говорил о патрулировании и управлении организацией, которые они выполняли посменно из-за плотного графика. Но это часто перерастало в близость и свидания. Немного безнравственно, но очень приятно быть любимым. Они нежно и чутко прощаются с Хинатой. Через некоторое время в просторный лифт входит глава тайной организации, Такэмитчи Ханагаки. Его взгляд падает на экран телефона, где появилось сообщение от младшего брата. «Мы вернулись в старый дом, тобой там даже не пахнет…». Такемичи даже виновато улыбнулся и отправил похожий смайлик – «😓». «Пока не забыл, все придут к восьми, позже пришлю вам с Хинатой адрес)». И он продолжил печатать, поэтому Таке решил не отвечать сразу. Он понял, что из-за встречи с семьёй ему не придётся ночевать у Инуи. «Хм... Я хочу тебя кое с кем познакомить. И с родителями тоже... Но твоё мнение для меня важнее.». На работе, как обычно. Он немного интересуется делами Инупи, затем, как обычно, приходит Коко, ведь они неразлучны. Мичи виновато объясняет, что сегодня его ждут на ужин, поэтому он проведёт с ними ночь позже. Они не выглядят слишком расстроенными, Коконой всё равно отдаёт главе букет. Такемичи всегда получает от него дорогие цветы, которые надолго останутся в его кабинете. Один из них будет приклеен к гербарию, который Ханагаки завёл в своём домашнем кабинете. Там, в шкафу, он хранит несколько разных форм: форму Такемичи в качестве капитана «Тосвы», форму из «Тысячи зим» с пальто Майки, форму «Чёрных драконов» его одиннадцатого поколения, «Поднебесья» и даже «Чёрного клевера». У «Алой Нити» нет собственной униформы, ведь они не банда и не преступная организация. Они просто защищают свою территорию, строя карьеру и поддерживая связь друг с другом. Такемичи обеспечил им защиту, дав понять, что порой правительство бессильно, а власть и просто деньги беспомощны. Наото, однако, ничуть не обиделся – он тоже участник проекта Мичи. И вот, после короткого обеда с Сейшу и Коко, Такемичи отправляется в дом родителей. На пороге он снимает обувь и проходит в уютную гостиную. Перед ним сидит девушка, молодая и ухоженная, словно модель с обложки журнала. Её чёрные волосы ниспадают на хрупкие плечи, а яркая помада не отталкивает. Она удивленно смотрит на мужчину, а он - на неё. Но в его взгляде читается узнавание. Эта девушка – Аясэ, с которой Такемичи встречался однажды, когда был в «Бонтене». Что-то в ней напомнило Ханагаки об их долгих беседах, а также об интересном тандеме между ней и Сяо. Такемичи мягко улыбнулся и подошёл к изящной красавице, которая ещё не была с ним знакома. - Младший брат заинтриговал меня знакомством с кем-то важным. Признаюсь, я не ожидал, что это будет девушка. И, вероятно, его возлюбленная. – Он слукавил, протягивая ладонь. - Такемичи Ханагаки, старший брат Ли Сяо. Ты действительно его девушка или я ошибаюсь? - Девушка коснулась руки со шрамом, чувствуя тепло незнакомца. - Ух ты! Ты точно такой же, как мне рассказывал Сяо. - Девушка вскрикнула. - Аясэ, - назвала своё имя красавица, - мы начали встречаться не так давно. Но мы давно дружим. Было любопытно посмотреть на парня, который занимает половину нашего диалога. - Такемичи усмехнулся. Он надеялся, что этого удастся избежать, если бы он с детства уделял Сяо больше времени. Но, увы... - Я уже говорил ему, чтобы он перестал говорить обо мне с друзьями. Не то чтобы меня смущало или беспокоило, что он на меня жалуется. - Аясэ кивнула, подтверждая, что этого быть не может. - Ну что ж... Где остальные? - Голубые глаза обшаривали пустую гостиную, не предполагая, что гостья осталась тут совсем одинока. - Кажется, на кухне. - Она облизнулась, продолжая наблюдать за выражением лица незнакомца. Почему-то он показался ей узнаваемым. - И это всё? - Такемичи оглянулся, вопросительно приподняв левую бровь. - Даже не спрашиваешь, люблю ли я твоего брата, может я плохая девчонка, которая пыталась его обмануть? - Она лукаво улыбнулась, вспомнив, как Сяо говорил ей, что его брат очень проницателен. Сможет ли он узнать, что девушка действительно влюблена? - Я уверен в привлекательности Сяо для противоположного пола и его выборе. К тому же, ты определенно неплоха, Аясэ. - Тихо проговорил мужчина. - Я рад, что ты стала его девушкой, и надеюсь, ты станешь частью этой семьи. Аясэ покраснела под взглядом синих, как лунное море, спокойных глаз. Холод в них был больше похож на потусторонний мягкий свет. Она поняла, почему Сяо так любил старшего брата. У нее и вправду возникло ощущение, будто они плывут по спокойной реке, расслабленно наблюдая за течением с лодки. Их созерцание прервал Ли-младший, который вбежал на кухню и впечатался в брата, буквально подхватив его на руки. - Наконец-то встретились! Где мои племянники? - Зелёные глаза обвели комнату, а затем остановились на его девушке. - О. Такемичи, это моя возлюбленная, Аясэ, скоро она будет носить мою фамилию. - Девушка ещё больше смутилась. Такемичи понял, что это лучшая версия его жизни. Здесь у него большая и любящая семья, которую он больше не посмеет покинуть. Все живы и вместе, каждый нашёл свой путь и утешение. Мити остался при своём мнении, его работа не скучна и позволяет ему видеть всех, кто стал ему очень дорог. «Чёрный импульс» и способность к путешествию во времени больше не с ними. И Такемичи из прошлого переродился в Тамаки, как и обещал ему. Всё здесь наполнено теплом и ярким сиянием родного города. Счастливейшее будущее, которое он и его…Токийские возлюбленные создали сами.