Помощник Директора

-Чон До Ун? -Кто это? – злостно рычит Хван и заводит за спину младшего. -Давно не виделись Ликси. – мужчина улыбается и шагает к парочке. – Как поживал? -Пойдём домой. – Феликс сжимает руку старшего и тянет его к лифту. -Даже не поздороваешься со старым другом? – Чон разводит руками и корчит грустное лицо. – Как обидно… ты меня не рад видеть? Я вот очень рад. -Феликс… -Что ты здесь забыл? – огрызается Феликс и недовольно смотрит на мужчину напротив. – Как ты попал вообще сюда? -Как грубо Ликси. -Хватит. Шесть лет не появлялся и лучше бы не появлялся дальше. Пойдём хён. -Я приехал поговорить о нас! – кричит мужчина вслед Феликсу и тот замирает перед дверью лифта. -Нас? – Ли усмехается и оборачивается. – Никаких нас никогда не было. Проваливай туда откуда вылез. – рычит брюнет и заходит в лифт. -Сеул небольшой, пересечемся! – кричит Чон в спину Феликсу и улыбается. -Кто это? – обеспокоенно спрашивает Хван, как только дверь лифта закрывается и смотрит на младшего. – Феликс. -Никто.       Мужчина пулей вылетает из лифта и заходит в квартиру. Сразу же идёт на кухню, доставая из бара бутылку крепкого алкоголя и начинает хлестать прямо из горла. -Феликс, да что происходит?! – Хван бросает сумку на диван и направляется к младшему. – Что это за придурок? -Это… ха… - Ли тяжело выдыхает и усаживается на стул, закрывая лицо руками. – Мой… -Бывший?       Феликс кивает и поднимает раскрасневшееся от стыда лицо, смотря на Хёнджина. Старший вздыхает, отводя глаза и садится напротив Ли. -Я не знаю какого хрена он вообще приперся… он бросил меня шесть лет назад и уехал в Китай. Он… не верь ему он может такую лапшу на уши нацепить что… умеет он хорошо заливать. Этот человек… наверное самый худший, кого я встречал в своей жизни. – Феликс не смотрит в глаза старшему и переводит взгляд на окно, лишь бы не смотреть на Хёнджина. -Почему ты так испугался? -Я не… не испугался я. -Я чувствовал, как у тебя рука дрожала. Ликс мы встречаемся не день и не два, может ты уже наконец расскажешь и не будешь от меня ничего скрывать? – Хёнджин заботливо берёт младшего за руку и тот наконец-то смотрит на него. -Я боюсь… боюсь, как ты отреагируешь и… -Феликс я тебе доверяю больше, чем кому-либо в этом мире. Если ты думаешь, что я брошу тебя или поверю первому встречному, то ты очень плохого обо мне мнения. -Сначала… фух… - Ли тяжело выдыхает и снова глотает алкоголь. – Всё началось, когда я ещё учился в Америке. Там мы с ним познакомились и… мы начали хорошо общаться, он был обходительным, добреньким, ну короче говоря втирался в доверие. Спустя год я всё-таки решил довериться ему и подпустил ближе к себе, но когда он получил то что хотел… начались какие-то пытки надо мной. Он при любой возможности опускал меня ниже плинтуса, унижал, оскорблял и… знаешь, есть люди, которые думают, что насилие – это исключительно рукоприкладство, но в его случае… «избивать» ртом гораздо легче, не так ли? – брюнет грустно улыбается и опускает голову. – Он измывался надо мной как только мог, а я придурок малолетний прощал его и думал «ну он изменится» стоит только потерпеть, и я смогу изменить его своими чувствами… но менять человека нет смысла если он этого не хочет, так ведь? – брюнет смахивает непрошенные слёзы с глаз. -Ликс… -Я пытался, подходил к нему со всех сторон, но такие люди, как Чон До Ун... – это дьявол в человеческом обличии. Он удовлетворял себя тем, что унижал меня. я терпел, терпел и дотерпелся до рукоприкладства. Естественно, я его простил, спустив всё на то, что он был пьяный. – Ли горько улыбается и пустыми глазами смотрит на старшего. – Но одним разом это естественно не обошлось и раз за разом эти избиения только ухудшались. Он научился бить там, где никто не увидит. На людях мы были той самой идеальной парочкой, о которой все мечтают. -О господи… так этот шрам на ребре… -Я думал ты не заметишь… его практически не видно. -Но он есть. – подчеркивает Хёнджин и сильнее сжимает руку младшего. – И тебе до сих пор больно, но морально, не физически Ликс… -Меня спас Бан Чан. Он вытащил меня из этого дерьма и помог, но… я пустился во все тяжкие. Начал пить, курить, трахаться направо и налево будто хотел показать всем вокруг что мне совсем не больно. -Поэтому ты стал таким… наигранным. -Ага… я очень жалею о том, что у меня было и мне жутко противно от самого себя, что я… -Не говори так. Ты не противный Ликс. Для меня ты человек, лучше которого я в жизни больше не встречу. – заботливо улыбается Хёнджин и встаёт со стула, подходя к младшему и аккуратно смахивает слёзы с его щек. – Он не стоит твоих слёз. -Поэтому я и вёл себя с тобой как полный придурок, практически повторяя его поведение, но я думал, что ты такой же, как и он. Прости, что я допустил такую мысль… на самом деле ты – лучшее что случалось в моей жизни. – радостно улыбается Феликс и кладёт свои ладони поверх хвановых. -Не стоит извиняться. -Он был моим первым. – горько произносит Ли и снова пускает слёзы по щекам. – Я так жалею об этом… очень жалею… - шепчет мужчина и прижимается к груди Хвана, крепко обнимая. – Прости, ты и так болеешь ещё и я со своим нытьем… -Почаще бы так мне ныл Феликс. Настоящего тебя я вижу крайне редко. Мне приятно что ты можешь мне довериться, но Ликси… - Хёнджин смотрит на младшего и сжимает его плечи. – Я – не он и никогда им не был и не буду. Я готов жизнь за тебя отдать, лишь бы улыбку твою увидеть, ты словно солнышко в пасмурный день со своей солнечной улыбкой. Улыбайся всегда так, как сейчас улыбаешься мне. – Хван одаривает младшего яркой улыбкой и чмокает в лоб. – Я очень тебя люблю Феликс.       Ли совершенно раскисает, начинает плакать пуще прежнего и сгребает старшего в охапку, пачкает его рубашку своими слезами и дрожит. Брюнет утешающе гладит Феликса по спине и тихо шепчет что-то на ухо. -Не пойду я сегодня ни на какую работу. – Ли вытирает слёзы и встаёт со стула. – Хёнджин только прошу… если этот придурок начнёт тебя искать и что-то говорить, умоляю не верь и не общайся с ним. -И не собирался. Не беспокойся, всё будет хорошо солнышко.

***

-Хёнджин-а я дома! – кричит на всю квартиру Феликс и радостно забегает на кухню к старшему. – Привет! -Феликс?! – Хван давится чаем и вытирая губы, нервно бегает глазами по лицу Феликса. – Ты… ты что с собой сделал?..