Цветы

Ханахаки. Каждый слышал, знал и боялся этой болезни, и никто не захотел бы познать эту участь на себе. А ещё бы, ведь многие истории об этой болезни имели плохой конец и жуткие описания. "И всё что остается - аромат цветов" - фраза, которой заканчивается каждая история о ханахаки. А именно истории о том, как эта болезнь выигрывала. Хонджун был наслышан об этой болезни, он даже видел как его друзья этим страдали, но сам такого ни разу не испытывал. Лишь знал, что из-за него умирали ученики школ, в которых он учился. Парень был невероятно красив, неудивительно что в него часто влюблялись. Жаль всё заканчивалось одним и тем же. Поначалу он чувствовал вину за это, но ведь не его вина что в него часто влюблялись, так ведь? Он же никого не заставлял в себя влюбляться. Да и сам он ни разу не влюблялся. А в чём был смысл, если это может закончиться летальным исходом, верно? По крайней мере, он жил по этому принципу. Но, к сожалению, гормонам не укажешь. Будь эта подростковая влюбленность и старшая школа прокляты. В особенности этот чёртов Пак Сонхва и его идеальность. Широкие плечи, длинные ноги, высокий рост, красивое лицо, очень приятный характер и прекрасный запах. А его отношение к Киму… Парень сам не заметил как влюбился в своего друга. Понял он это лишь тогда, когда начали проявляться первые симптомы ханахаки. Поначалу, конечно казалось, что он подхватил простуду. Убеждал самого себя - это пройдет, это всего лишь заинтересованность в его персоне. Мы друзья. Ничего более. Это опасно. Забудь эти чувства.

Мои взгляды изменились, возможно, это тоже одна из моих сторон

Потом стало больно. Больно дышать. Больно смотреть на него. Больно кашлять. Больно врать о том, что все в порядке. Больно смывать кровь с раковины. Больно отстирывать рукава кофты от багровых пятен. Больно ощущать чувства. Больно чувствовать цветение в груди. Но дружба росла, они становились всё ближе и ближе. Чувства усиливались, разочарование в их невзаимности тоже. Лепестки стали все чаще выходить из организма с каждым приступом кашля. Учиться становилось невозможно, что там говорить о хобби и прогулках. В особенности, прогулки с ним.

Даже те времена, когда мы расцветали

Для меня были лишь ложью

Несколько месяцев спустя, он стал еще красивее и мужественнее, а Хонджун всё слабел, всё надеялся, что он на него посмотрит под другим углом. Но нет, чёртов Чон Юнхо маячил под глазами и Ким видел как он смотрит на Чона. Боль сковала грудь. Дышать было почти невозможно.

Багрово сгоревшие дотла ты и я

Я в порядке, но как насчёт тебя?

Он не появлялся в школе уже недели две. Было легче от того, что он не маячит перед глазами ежедневно по 8 часов. Но волнение за его состояние удушало. Будь ты проклят, Чон Юнхо. Хонджун знал его адрес, но он никогда не решится навестить его. Только если захочет задохнуться при нём. Ким ещё не планирует рассказывать ему о своих чувствах. И вряд ли когда нибудь осмелится.

Я улетаю, как белый лепесток

Только ты виноват в том, что ты не смог меня поймать

Влеченный легким ветерком

Приходит весна, но мы говорим "пока-пока-пока"

Белые стены больницы давили морально. Не думал он, что всё зайдет настолько далеко. Бедный ребёнок, всего лишь неосторожно влюбился. Осталось ему недолго, врачи говорят месяц максимум. И чёрт бы побрал его за постоянные приходы. Чёрт бы побрал его доброту и заботу. Хонджун ненавидел эти качества в нём, ведь они были причиной всего этого. Но в тоже время, он обожал их. Врачи предлагали операцию, но терять свои чувства к нему не хотелось. Никогда. Даже если на кону собственная жизнь. А вдруг за месяц что-то изменится? Лучше бы он не влюблялся.

А теперь прощай, прощай

Никогда не оглядываюсь назад

Словно лепесток сожаления

Отдаляюсь от тебя весенним ливнем

Вновь он навещает. В этот раз принёс цветы. Хонджуна скоро от одного их вида начнет рвать. Но раз они от него, то ведь можно и потерпеть, верно? Как же Ким ненавидел эту влюбленность. Хонджун осмелился озвучить последнее желание. Тёплые объятия сильных рук успокаивали. Очень хотелось остаться в этом мгновении навечно, хотелось остановить время, хотелось чтобы его не отпускали. Никуда. В особенности, туда. Хотелось поцеловать эти манящие губы, чтобы поцелуй был приятным, нежным, ласковым, и смертельным. Но это желание он никогда не озвучит. Не посмеет. Слишком любит. Слишком сильно боится потерять. В этих объятиях так спокойно. Так приятно. Так тихо и тепло. Глаза сами прикрылись. Дышать уже нечем. Ощущалось, будто бы уже полноценные цветы проросли сквозь грудь. Больно. Зато мечта сбылась. Хонджун спокойно погиб в его руках. Прощай, Пак Сонхва. Аппарат запищал. Тело в руках не дышит, оно полностью расслабилось, обмякло. Глаза, которые уже никогда не засияют как прежде, прикрыты в спокойствие. Первая слеза покатилась по щеке и капнула на лицо в руках. Аккуратно переложив голову на подушку, он нащупал письмо в руках Кима. Для: Пак Сонхва От: Ким Хонджун «Сонхва. Я тебя всегда любил. И люблю до сих пор. Наверное поэтому сейчас мучаюсь тут, на этой койке. Я люблю твой смех, твою улыбку, твои глаза, твою щедрость, твою доброту, твою заботу, твою нежность, твою ласку, твоё отношение ко мне, твоё имя. Люблю, любил и всегда буду. Если ты читаешь это, то я скорее всего уже погиб. Прости, что не сказал раньше. Прости, что дал болезни выиграть. Прости, что не сдержал обещание, и не дожил до твоей свадьбы, хоть мне и было безумно больно делать это обещание). Я хочу чтобы ты был счастлив, будь это без меня или со мной. Поэтому, хочу чтобы ты знал, что я всегда дорожил тобой, нашей дружбой и временем, которое мы проводили вместе. Спасибо тебе за всё. Я тебя очень сильно люблю. Навеки твой, Ким Хонджун.» Задыхаясь от слёз, аккуратно сложил заплаканную бумагу обратно в конверт. Он его обязательно сохранит. Не даст никому тронуть этот конверт. Он ещё раз взглянул на Хонджуна. В последний раз обнял уже холодное тело. В последний раз поцеловал лоб. Так же нежно, как делал это раньше. Когда шансы на счастливую концовку были. Когда он убеждал себя, что чувства, которые он испытывает к Киму - невзаимные и их надо забыть. Как же он себя винил. За всё. За свою глупость. За то, что не замечал таких очевидных знаков. За то, что не успел. За то, что убил его. Отпустил. Не смог уберечь, удержать ещё немножко в этом жестоком мире. Одно Сонхва знает точно. Себя он ни за что не простит. Он прижал конверт к груди. В последний раз сжав его нежную, когда-то такую теплую, руку, прошептал тихое «Прости меня, Хонджун. Прощай. Надеюсь теперь ты обретёшь покой». Переложив конверт в карман кофты, он покинул палату, тихонько закрыв за собой дверь.

И всё что остается - аромат цветов.