Книга с подписью

Случайное прикосновение к его теплым ладоням, мягкий жёлтый свет в углу старой кофейни на окраине и восемьдесят шестой год. Тирамису стоит отдать должное, потому что это сладкое нечто явно имеет силу над ангелом, все ещё соглашающимся приходить на такие встречи, дабы только формально обсудить насущное. Все ещё маленькая колкая обида заставляет смотреть в меню, в тарелку, окно, улицу, на проезжающие мимо, размытые дождём машины за окном, но не на светящегося, причем, стоит заметить, буквально сияющего тем же жёлтым светом в своих белых кудряшках, Азирафеля. Смешно и достаточно интересно, что не иначе как Азирафель всегда в мыслях демона официальной полной формой. С течением времени, которое едва ли удавалось сжать в холодных ладонях, в памяти оставались и контрастные воспоминания с разных времён и столетий, и сам ангел, при упоминании имени которого хотелось лишь улыбаться, да в привычном жесте класть дорогому ангелу руку на плечо.       — Кроули? Ох, чёрт. Он тут не один. Бумажный пакет на его стороне сидения громко шуршит, когда демон складывает кожаную куртку, оставаясь в одной лишь водолазке перед ним. Кроули уж знает толк в очаровании. Азирафель вновь замолкает. Признаться честно, после того, как он мягко окликнул его, обида перелилась в тёплую, густую вязь, и даже до этого его холодные руки, сложенные на груди, будто бы даже потеплели. Почему-то Кроули нервничает, кидает опущенный взгляд на столешницу, руки Азирафеля, что тот сложил на белом столе, и часть пиджака, не разрешая себе смотреть выше, на его лицо. Нарушает неудобное молчание официантка, что приносит ему крепкий кофе и Азирафелю его по виду сладкий тирамису. Приятно знать, что хотя бы разделить трапезу с ним — о боже, демоном — ангел не против. Наконец-то Кроули смотрит поверх черных очков на тихо болтающего мимолётную чепуху про прошедшее десятилетие, в котором они ни разу не виделись, Азирафеля. Стоило признать, ощущение комфорта и некой взаимности в желании встретиться окончательно развеяли робость, и мир принял его в комфортные объятия покоя. Пока ничего не подозревающий ангел рассказывал про удивительно долгое путешествие по Европе, Кроули впитывал, словно губка, каждое движение или слово мужчины. Невозмутимый, всё с тем же спокойствием Азирафель приходил на все предложенные встречи, пусть даже так же неизменно напоминая при удобном случае их различие, но и этому Кроули был благодарен. Ведь так они узнавали о друг друге намного больше, чем изначально предполагала их кампания, а это всё-таки лучше, чем совсем ничего. Вскоре от кофе на чашке осталась лишь пенка, а на тарелке, где ещё совсем недавно был тирамису, покоилась ложка. Только тогда он решился говорить. — Ты ведь знаешь, какой сегодня день, верно, ангел? — поставленный вопрос нуждался в ответе, но ничего особенного в голову как назло не приходило. «Какойсегоднядень, какойсегоднядень». Да самый обычный, если не брать в расчёт, конечно, их встречу, к чему Кроули вообще спрашивает о таком? — Нет, дорогой, верно, что не знаю. Могу ли спросить, что ты конкретно имеешь в виду? — по самодовольной ухмылке Кроули ничего черт-тебя-дери не было ясно! В памяти судорожно поднимались все события и праздники, связанные с сегодняшней датой, но, стоп, Кроули ведь обычно ничего не празднует, в отличии от него самого? Теперь уже в полном замешательстве, всё ещё поднимая вопрос с датой и чем-то, похоже, действительно важным, раз демон пригласил его поговорить, Азирафель смотрел прямо на Кроули. Только сейчас во внимание пал бумажный пакет под боком мужчины, за свободными стенками различить содержимое было невозможно. — Сегодня ровно десять лет. Думаю, не понимаешь, что за событие, и зачем я тут с этим пакетом, поэтому хочу тебе напомнить, — Кроули протянул свободную руку на стол, рядом с лежащей ладонью ангела. Как-то неловко поддел тёплые руки, будто пытаясь через прикосновение передать воспоминания, и продолжил. — Сегодня годовщина смерти Агаты. Помнишь, как ты в начале с восторгом рассказывал за одной из таких встреч про вашу переписку и как после её кончины с сожалением писал мне? Мне показалось, что символически будет подарить тебе эту книгу именно сегодня, — наконец демон достал книгу из пакета и протянул её ангелу. Азирафель с удивлением таращился на мужчину, почему-то не веря сказанному. В руки с приятным шуршанием замшевой обложки легла книга «Убийство по алфавиту», как оказалось, с личной подписью Агаты Кристи ещё при первом выпуске истории, с благодарностями и пожеланиями лично для ангела. Стоя уже на улице под холодным дождём, прижимая к груди ценную душе книгу, Азирафель, посмотрев в темные окна машины, а не Кроули рядом, вкрадчиво спросил: — Не хотел ли ты… Не хотел ли бы ты прочитать её вместе?