Эмулятор

      Утром я имел вид весьма помятый. Синяки под глазами, пластырь на щеке, покрасневшие глаза от лопнувших капилляров – так проявились внешние признаки пропущенного сна, но это всё мелочи. Ночь прошла нервно, как только я вернулся в комнату и залез под одеяло, меня пробила крупная дрожь. Ведь буквально десяток минут назад моя жизнь была на волоске, прошёл, как говорится, по краю лезвия. Копившаяся последние несколько недель тревога и сегодняшний вечер принесли вполне ожидаемый результат – истерика. Детское тело просто этого хотело и всем сердцем желало. Взрослого сознания хватило только на то, чтобы она прошла тихо, не нарушив ничей сон ударами по стенам или мычанием. После того, как удалось собрать метающиеся по всей черепной коробке мысли в кучку, наступил черед самого ненавидимого мной процесса – самобичевание. Вырваться из него получилось не сразу, мысли ушли настолько далеко в негатив, поиск причин проблем последних дней и в целом попадания в тело ребёнка в непонятном, таком чужом и незнакомом мире, что стоило приложить огромное количество моральных сил, чтобы преодолеть их. К утру я просто перегорел, меланхолично смотря в потолок. Был опустошен и подавлен.       Из блуждания по закоулкам своего разума вырисовывалось несколько основных промежуточных итогов. Окружающий мир сильно отличается от моего прошлого. Здесь другие люди, нет, в принципе разумные, раз есть другие гуманоидные и не очень расы; другие характеры, ценности, образ жизни и восприятия реальности; другой уровень сил – не раз и не два я краем уха слышал о дьявольских фруктах, сильных пиратах, дозорных и просто авантюристов. Но это всё было где-то далеко, не со мной, да и верить этому на слово не видел смысла – человек всегда любит что-нибудь преувеличить. Но вот как можно разрезать корабль одним ударом меча? Да никаких шансов! Ни по каким законам физики не один металлический, пусть и заострённый, кусок металла не справится! А тут старушка, бабушка-божий одуванчик, из лежачего положения так быстро метнула нож, что я не заметил движения руки и полёта прибора, чего там, даже силуэта этого движения не уловил. А то давление, что вызывает один взгляд, его ведь просто так тоже не получить – через многое нужно пройти, не самое приятное, к сожаленью. Это ненормально и… невероятно! Всё это время рядом со мной был пример такого разумного, который находится выше пределов, установленных у человечества в прошлом мире! Почему я раньше не обращал на это внимание? Дело в нежданном попадании и растерянности от него? Вопросы без ответов. Пора бы уже понять, Курон, и принять, что ты в другом мире. Нет больше того мужчины, разведчика из прошлого. Есть только маленький мальчик, в мире, где у пределов собственной силы рамки если и есть, то они сильно выше установленных ранее. Казалось бы, Система развития и просмотренная жизнь старика Ратлтрапа должны бы были продемонстрировать это раньше, но нет. Система сама не даёт мне сил или умений, только фиксирует рост характеристик и навыков, какие у меня уже есть, с помощью особенностей, полученных от класса или в целом по жизни, контролируя скорость развития. Жизнь же Ратлтрапа пусть и была просмотрена из первых рядов, но прочувствовать всё просто нереально за такой небольшой промежуток времени, будто кино проглядел в кинотеатре, хоть и удалось немного погрузиться. В зону Эмуляции я так и не возвращался. Может, зря? Даже мысли об этом не возникало до сего дня. Вот ещё один камень в мой огород. Для себя я принял решение – перестать плыть по течению и взять уже жизнь в свои руки. Первичная адаптация закончилась, пора начинать понемногу шевелиться, при этом стараясь не сильно привлекать чужое внимание.       Продуктивная ночка. Ничего не скажешь.       Рассвет я встретил первым среди пацанов. Старшие девчонки уже помогали Хиккакару-оба-сан на кухне, скорее всего. Умываясь и хоть как-то приводя себя в порядок, почувствовал, что щека незаметно перестала саднить, тягучая боль от пореза прошла. Не откладывая дело в долгий ящик, аккуратно отлепил пластырь, и мне открылась картина свежего, но уже затянувшегося шрамика. М-да, похоже на мне всё быстро заживает. Это Система виновата или мой организм такой? Очередной вопрос к выяснению.       На завтрак идти было как-то боязно. При этом я сам не понимал конкретной причины. Чуйка после вчерашнего вечера и инцидента с бабулей успокоилась. Неужто, я Хиккакару-оба-сан боюсь? Да ну, бред же… чёрт! Собрал волю в кулак, пацан, и пошёл на кухню! Аи-тян только выглянувшая из туалетной комнаты с недоумением косилась от моих пантомим. – Что-то, братик, ты неважно выглядишь! Спал плохо? – Мне оставалось только вымученно кивнуть. С беспокойством продолжила. – Кошмары мучали? Мне вот они тоже иногда сняться. Бум! Большой бабах, а потом я падаю и падаю в темноту… там страшно и одиноко, а потом просыпаюсь. Вот.       Во время эмоциональной речи девочки я подошёл и обнял её. Иногда совсем забываю, что она – совсем ещё ребёнок, который в самом начале своего пути потеряла что-то очень важное – родителей. И кому-то бывает хуже, чем мне, а я ещё и расклеился, как тряпка, ей-богу. Так, тут ребёнок приуныл, нужно срочно менять положение! Взяв за руку Аи-тян, я её широко улыбнулся и повёл в гостиную (мы кушаем в самом большом помещении приюта). Еда мелкой всегда повышала настроение. Оно росло, как на дрожжах, особенно если есть что-то сладенькое.       К моменту нашего прихода почти все дети почти уже собрались. В гостиной ничто не выдавало прошедших событий. Единственное, благодаря наблюдательности, смог рассмотреть место, где был воткнут нож. Едва заметная щёлка подтверждала, что произошедшее ночью не было сном. Хиккакару-оба-сан сидела на своём привычном месте и как ни в чём не бывало пила чай, наблюдая за тем, как мы дружно уплетаем за обе щеки кашу с ягодами. Вкуснота!       После того, как все закончили насыщаться, слово взяла пожилая женщина – привычное, впрочем, дело. Именно после завтрака мы получаем указания на день. Сегодняшний день отличался от всех предыдущих – бабуля вела себя нетипично, всем внешним видом так и показывая хмурость и строгость. В воздухе зависло неприятное напряжение в ожидании очередных наказаний за проказы. Каждый из детей, переглядываясь, думал о том, где, когда и в чём он успел спалиться, и чем это грозит. Похоже, кто-то сегодня лёгкой разъяснительной беседой не отделается. – Кина-тян, Рокка-тян можете погулять, сегодня для Вас заданий нет. – Две девчонки, что были старше Аи-тян на полтора и два года соответственно, поблагодарили за завтрак и убежали, сопровождаемые завистливыми взглядами оставшихся. – Аи-тян, Курон-кун можете присоединиться к девочкам, Гекко-кун и Нагай-кун справятся самостоятельно в помывке посуды. – Мы дружно кивнули и уже собирались покинуть гостиную, чтобы переодеться в уличную одежду, как бабуля продолжила, смотря в мою сторону. – Курон, как переоденешься, зайди ко мне в комнату. – Не осталось ничего иного кроме как снова кивнуть.       Из-за закрывшейся двери глухо донесся построжевший голос старушки, обращавшейся к остальным: – Дружно одевайтесь, жду вас во дворе через двадцать минут. Каору и Рейна присоединяться к нам позже. Буду учить вас жизни, да и им мне есть что сказать…       Буквально в пару движений переодевшись, мы уже готовы были покинуть родные пенаты, но прежде меня ждал «разговор» с бабулей. По пути встретив озадаченных детей, я договорился, чтобы мелкая ждала меня у входа. Та немного для вида подулась, но царственно согласилась никуда без меня не уходить.       Первый раз мне удастся посетить эту комнату, раньше здесь как-то не было причин бывать. Когда вошёл в помещение, первое, что бросилось в глаза – размер. Комнатка была небольшой, но при этом очень плотно обставленной. Свободного места было совсем немного. Пара полок с книгами, монументальный стол с выдвижными ящиками, платяной шкаф для одежды, кровать – неполный список того, чем она была обставлена. Но самое примечательное – карта! Почти на всю стену с подписью снизу: «Вест Блю». С любопытством начал её изучать, запоминая расположение, название морей и островов. Очень интересно, но совершенно непохоже на то, к каким картам я привык – некоторые явно специфические символы и обозначения вообще не понимал. Прервался от разглядывания по очевидной причине – отвлекла хозяйка, выходя из другой двери, которая, судя по расположению, вела в небольшую подсобку. – Интересно? – Старушка улыбнулась, кивнув на карту. – Это карта моря, в котором мы сейчас находимся. Наш остров расположен ближе к северо-западной части. – Она указала на большой кусок земли, по форме похожий на скособоченную трапецию.       Да, масштабы поражают. Если судить по масштабу, указанному в углу, можно с уверенностью утверждать, что наш остров размером с Ирландию примерно. И он является далеко не самым крупным в море: хватало и больших пятен, и архипелагов. Кстати, море с двух сторон было ограничено материками с одним названием: Ред Лайн. Как необычно! Жаль, что карты мира не было, любопытно было бы увидеть весь мир, ну или хотя бы как местные его представляют. – Но не об этом я хотела поговорить с тобой, Курон-кун. Как твоё самочувствие? – ¯\_(ツ)_/¯ - пожал я плечами, наигранно улыбаясь, но потом вздохнул, увидев, что мою игру раскусили, и несильно покачал головой. – Ох, бедовый, садись на стул, я тебе кое-что расскажу, ты – мальчик умный, думаю, меня поймёшь. – Старушка тяжело вздохнула, присаживаясь на кровать. В глазах женщины промелькнула грусть. – Вчера ко мне заглянула бывшая воспитанница, Лейла-тян, ты её видел. – Я кивнул. Хиккакару-оба-сан неторопливо продолжила. – Она оказалась в нашем городе по своим рабочим делам, но решила ко мне заглянуть и, к сожаленью, принесла не самые хорошие вести.       Прошептав себе под нос что-то о том, что рано или поздно всё равно бы просветили, женщина уже разборчивее пояснила: – У нас в приюте есть негласная договорённость насчёт небольших делишек в складах Дозора. Насколько понимаешь, не самые законные, поэтому о них стоит знать только внутри приюта. Ты у нас человек новенький, поэтому тебя бы проинформировали про это попозже, когда убедились бы в твоей надёжности. Так повелось, что ребята постарше организуют редкие проникновения на склады и, по возможности, экспроприируют продукты. Немного, чтобы всё укладывалось в два процента возможных потерь и порчи, чтобы не вызывать подозрения. Участие сугубо добровольное, конечно же. Исторически эта практика сложилась давно, еще не в самые сытые годы. Сейчас с этим много легче, но традиции, как таковые, остались и передаются из поколения в поколение уже многие годы. Так вот сама договорённость: ребята не попадаются и не доставляют проблем этим делом, я же закрываю глаза на то, что иногда продукты появляются сами собой. Дети сыты, бюджет, выделяемый городом сэкономлен для других важных вещей. В обычной ситуации всё было бы хорошо и отработано, но сейчас в доках происходит какое-то секретное движение, отчего усилили охрану новыми подразделениями. И местные дозорные вообще не чета прибывшим. Следы ребят легко нашли, и вчера меня предупредили, что практику придётся прекратить. На время. Нет, это меня не удручает, меня расстраивает то, что ребята совсем берега попутали: оставляли очевидные следы и чуть ли не тропу протоптали, по которым легко выследить организаторов. Неприемлемо! Сегодня с ними буду проводить разъяснительную беседу по этому поводу. – На мгновенье на лице женщины мелькнула кровожадная улыбка, но тут же исчезла. – Тебя, на сколько я уже успела выяснить, эта история уже успела коснуться краем. Спасибо, что помог ребятам! – Хиккакару-оба-сан склонила голову, я с улыбкой склонил в ответ, принимая благодарность. – Кина-тян и Рокка-тян ещё не в курсе этой истории, Аи-тян, как самая любопытная прохвостка нашего приюта, уже сама многое выяснила. – Старушка широко растянуло губы и ехидно заметила, прикрыв ладошкой рот. – Уже страшно, что из неё вырастет… но, если что, ты можешь ей всё объяснить. Молчать, когда нужно, она тоже умеет.       О, неужели это юмор о моей немоте? Я поднял большой палец вверх, показывая, что оценил шутку. В ответ бабуля только одобрительно хмыкнула. – Но это не единственная причина, по которой я попросила тебя остаться. Я хотела бы нормально перед тобой извиниться за произошедшее вчера. Лейла-тян, помимо всего прочего, поведала, что один мой воспитанник, Дзиро-кун, погиб. – Старушка прямо на глазах осунулась. – Он, кстати, на тебя в детстве был похож, почти один в один, цвет глаз только другой, а ещё любил волосы отращивать. И от сашими с варёным картофелем был без ума. Подойди-ка.       Я направился к женщине, открывшей дверь в подсобку. Как только оказался рядом, в глаза бросилась противоположная стена, полностью покрытая фотографиями детей разного пола и возрастов. Их было настолько много, что глаза разбегались. У части из этих фотографий, примерно десятой, были чёрные уголки, которые однозначно намекали на их статус. – Тяжело терять близких. Больно, когда переживаешь тех, кого воспитывала с ранних лет. – Женщина подошла к одной из фотографий и аккуратно провела по оной ладонью. Портрет был с подписью: Дзиро, восемь лет.       Схожие между нами черты и вправду угадывались. Нос, лоб, разрез глаз и даже выражение лица, обычно демонстрирующее полное спокойствие и даже лёгкий пофигизм. Занятно… – Очень жаль, хороший был мальчик. – Закрывая дверь в каморку, старушка вздохнула. – Я вчера слишком увлеклась и перестала контролировать окружение. В общем, набралась. За что и прошу у тебя прощения. Кстати, как щека? – Я ответил поднятым вверх большим пальцем. – Ну-ка покажи.       Не стесняясь, подошёл к женщине. Она, недолго думая, морщинистыми, но сохранившими силу пальцами отодрала пластинку пластыря и одобрительно покивала, увидев зажившую ранку. – Ну вот, всё и прошло. К завтрашнему дню совсем рассосётся. – Удовлетворительно покачала головой женщина. Чего? Это, получается, нормально, что так быстро всё заживает? А я почему-то думал, что это как-то связано с Системой. Обычно же так быстро не заживает на человеке, пусть и у ребёнка, или здесь и физиология людей другая? Нет, я видел карикатурно вытянутые и непривычно продолговатые и сплющенные формы людей, но как-то это несильно бросалось в глаза, и к этому все нормально относились, поэтому не придал этому особого значения. А здесь, оказывается, еще и в порядке вещей, когда заживает на тебе всё в несколько, если не на порядок, раз быстрее. Ох ты ж, уже скоро второй месяц пребывания закончится в этом мире, а я всё равно каждый раз нахожу чему можно поразиться. – Ладно, мальчик мой, можешь бежать – Аи-тян уже изнемогает без твоего внимания. – Хохотнула женщина, будто бы смотря сквозь стену и пристально следя зрачками за чем-то, ну или кем-то, и погладила меня по голове шершавыми руками. – Да и мне пора – молодежь уже собралась. И последнее, Курон-кун, думаю, тебе будет интересно – у Аи-тян через три дня день рождения, сама она бы не сказала, партизанка мелкая. А теперь, беги-беги. И до обеда чтобы не возвращались! – Вдогонку громче добавила она, как только моя тушка уже стояла в дверях.       Странно, но после этого разговора возникший на краю сознания страх перед, чего греха таить – себе-то в этом признаться можно, бабулей куда-то бесследно исчез. Буквально за один пятнадцатиминутный разговор она раскрылась для меня, как человек, лучше, чем за весь срок моего с ней знакомства. Определённо, она не тот человек, который способен как-то умышленно навредить, тем более ребёнку. С какой любовью и печалью она смотрела на фото детей с черными уголками – не передать словами. Сверх сложно подстроить такой уровень искренности.       У двери, сделав весьма обиженный вид, стояла мелкая. Было забавно видеть надутые щёчки и наигранно серьезное лицо – вся поза так и говорила о негодовании. Улыбка от такого зрелища так и просится на лицо. – Тебя ждать – состаришься! О чём это вы там с бабулей разговаривали? – Ну, конечно, любопытство является основной чертой мелкой.       Удивительное дело, я стал замечать, что чем больше я провожу времени с мелкой, тем лучше мы понимаем друг друга. Иной раз просто приподнимешь бровь, а тебе уже ответили на незаданный вопрос. Я же, в свою очередь, всё лучше разбираюсь в оттенках эмоций девочки. И сейчас у неё игривое настроение, значит…       Я быстро припустил в сторону торговой площади города, а за мной с криком негодования побежала девчонка, громко скандируя о том, что меня ждёт кара, если кое-кто особо наглый не поделится деталями разговора. Много ли надо для счастья ребёнку? Немного на самом деле, а мне несложно. А пока бегу, можно подумать об услышанном и увиденном.       Первое – карта. Она была интересна и необычна, но было на ней слишком много деталей, чтобы запомнить с одного раза. Нужно найти книги, атласы или поспрашивать старшее поколение, чтобы объяснили, как устроен мир с точки зрения земли и суши. Уверен, меня ждёт много открытий.       Второе – тёмные делишки приюта. Пока я знаю слишком мало информации, чтобы делать однозначные выводы, но то что Хиккакару-оба-сан в курсе того, что происходит в приюте, даже условно «за спиной руководства», совершенно не сомневался и раньше. Само дело у меня не вызывает вопросов, наоборот, для себя, по крайней мере, считаю полезным – характеристики значительно скакнули вверх после вылазки, как и появился новый навык «скрытность». Очень полезный навык, который растёт прямо как на дрожжах, а его влияние заметно сильнее других, особенно на фоне тех трёх, что были получены относительно недавно, когда я принял свой путь совершенствования.       Скрытность (общее). Навык, позволяющий грамотно организовывать засады, прятаться и привлекать к себе меньше внимания. Способствует развитию ловкости.       Бег (физическое). Навык, позволяющий ускоренно передвигаться по земле, грамотно распределять силы, совершать рывки. Способствует развитию выносливости и ловкости, в меньшей степени - силы.       Каллиграфия (социальное). Навык, позволяющий грамотно, красиво и полноценно изъясняться в письменном виде. Способствует развитию фантазии.       Плавание (физическое). Навык, позволяющий ускоренно передвигаться в водной среде, грамотно распределять силы, задерживать дыхание. Способствует развитию выносливости и силы, в меньшей степени - ловкости.       Третье – некие Лейла и Дзиро. Первую я видел, очень эффектная девушка, подчёркнутая строгость, уверенная осанка, офицерская форма и интерес во взгляде. Бррр, минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь. Надеюсь, этот интерес никак со мной не связан? Мы же никак вроде до этого не пересекались… может, в Аи дело? Впрочем, гадать нет смысла. Дзиро – предчувствие нашёптывает, что есть какая-то связь, но… мало данных, чтобы делать выводы. Только эта мысль мелькнула, как в журнале событий мелькнула вкладка, выделяющая среди других Внимание! Получена зацепка к цепочке заданий «Отродье?» Цель:       шаг 1: найдите зацепки о своём прошлом (завершено);       шаг 2: найдите связь некоего Дзиро с Вами;       шаг 3: (?)       Ладно, об этом подумаю позже, сейчас нужно вернуться к реальности, пока я, отвлекшись, не столкнулся с каким-нибудь прохожим.       И последнее, при этом самое важное – подарок для мелкой. Что бы такое организовать? Перебирая в уме варианты, резко остановился от пришедшей вдруг идеи. Да, это точно оно! Однако мой резкий манёвр не учел снаряд, что резко в меня влетел, едва устоять смог. Запыхавшаяся девочка с растрёпанными волосами счастливо спросила: – Братик, а ты чего остановился? – После чего наигранно нахмурилась и отпрянула. – В смысле, ты так и не объяснил о чём вы с бабулей болтали!       Рука сама потянулась к непослушным локонам, выбившимся из причёски, чтобы их поправить. Девочка не стала сопротивляться и, немного успокоившись, даже прикрыла глаза, наслаждаясь лёгкими поглаживаниями. Знаками и элементарными жестами я попытался донести смысл разговора со старушкой до мелочи, и она, похоже, неплохо меня понимала при этом. Так мы и «разговаривали», бредя в сторону нашей цели, иногда здороваясь с знакомыми прохожими, преимущественно другими детьми и пожилыми людьми.       Торговая площадь – это, наверное, слишком громкое и амбициозное название этого места. Я бы описал одним словом – рынок. Во всей его красе. Что-то ценное и дорогое здесь точно не увидеть, это продаётся ближе к администрации, а вот если ищешь что-то достаточно дешевое или массовое, полезнее места не найти. Вот и шли мы, крутя головами, и рассматривали латки и прилавки. Чего здесь только не было! Мы, конечно же, бывали здесь не раз, но… какой ребёнок будет против прогуляться среди стольких магазинчиков. Жаль только, что денег почти нет, только сто белли у меня за пазухой – сердобольная старушка сунула в карман, когда помогал красить забор у её дома. Идея у меня уже была в голове, а вот для её реализации мне было нужно кое-что найти, и рынок мне в этом точно поможет, как и приобретенные особенности от Ратлтрапа.       Мелкой я купил леденец за десять белли – радости было полные штаны. Обняв меня, она побежала хвастаться перед мелькнувшим недалеко Киной и Роккой. Похоже те тоже направились сюда – погулять, на других посмотреть, себя показать, с местной детворой позависать. За Аи-тян не переживал – она сама кого хочет до нервного тика доведёт, да и вообще (удивительно для без трёх дней шестилетки) является крайне сознательным ребёнком. Именно поэтому мы с ней как-то легко нашли общий язык? Сто процентов конфетой поделиться с девчонками, ну а я сразу отказался – к сладкому равнодушен.       Когда девочка унеслась и скрылась из обзора, я направился к лавке, что давненько привлекла моё внимание. Не раз я уже останавливался у прилавка, рассматривая товары, но если раньше играл интерес в познании окружающего мира, то в этот раз меня интересовали именно сами товары, а точнее, их составляющие. Лавка точных инструментов и оптики. Здесь продаются разные инструменты и механизмы: секундомеры, астролябии, часы, линейки, секстанты, компасы, подзорные трубы, счёты, даже кассы, ну и другие менее известные мне предметы. Руки так и тянулись пощупать, посмотреть, оценить и понять. Плотный мужчина, сидящий за прилавком, дежурно поприветствовал и вернулся к своим делам, что-то перебирая маленьким пинцетом. Не в первый раз я появляюсь здесь, уже примелькался, Аи-тян в прошлый раз пояснила хозяину, что говорить не могу, поэтому мужчина стал относиться ко мне снисходительнее, позволяя взять в руки вещь и даже не брезгуя пояснить назначение непонятного предмета. – Что, пацан, снова в гости заглянул? Просто так или по делу? – Краем глаза следя за мной, задал он вопрос, я показал ему два пальца, отчего мужчина в удивлении приподнял бровь, отвлёкшись от сборки очередного механизма. – Что же тебя интересует?       Подойдя к хозяину лавки, заметил, что он собирает механизм часов, напольных, скорее всего – крупные детали, рядом лежали разложенные инструменты, которые так и просились в руку. Вообще, зайдя сюда, я почувствовал такой прилив энтузиазма и азарта, какой, наверное, не испытывал никогда в этой жизни. Мозг что-то рассчитывал, оценивал и сравнивал. Недосып совершенно забылся, а бодрость, наоборот, брала вверх. Мои пальцы указали на детали часов. – Тебе нужны часы? – Недоуменно спросил мужчина, хлопая глазами. Я отрицательно покачал головой, указывая на конкретные детали механизма муфты и колёс. – Значит, детали? – Я уверенно кивнул. – Нужно что-то починить? – Впрочем логично уточнил он, на что получил отрицательный ответ. – Хм. – Мужчина нахмурился, а я жестами постарался до него донести, что хочу сделать подарок. Видимо, поняли меня правильно. – А что конкретно нужно? – Я указал на нужные мне для моей идеи детали. – Ты хоть знаешь, что это такое и для чего нужно? – Скептически сведя брови вместе, уточнил мужчина. Я уверенно посмотрел в глаза и удовлетворительно кивнул. – Ну что же, муфтовый механизм – сто двенадцать белли, заводные валы, в зависимости от размера – шестнадцать белли, колеса – от двадцати одного белли, пружина, если закалённая – двести тридцать белли, не меньше… – Чем дальше перечислял лавочник цены, тем ниже опускалась моя голова, а уныние от дороговизны нарастало с каждой названной позицией.       Видимо заметив мою реакцию, мужчина замолчал, вздохнул и спросил: – Что, денег нет? – Я, отведя глаза в сторону, показал девять монеток по десять белли. – Дааа… знакомая история. – На несколько десятков секунд повисла тишина, а от стыда краснота моих ушей с каждой секундой становилась лишь насыщенней. О стоимости деталей как-то совершенно не подумал…       Мужчина почесал затылок, как будто принимая для себя непростое решение, и, посерьёзнев, продолжил: – Ладно, парень, вижу, ты – понятливый и серьёзный малый. Давай поступим так, у меня есть парочка мешков деталей, будем честны, не самого хорошего качества, а в соседней комнате у меня мастерская. Если сделаешь, что путное, я тебе это так отдам. Вот только если глупость какую устроишь или инструмент испортишь – я тебя к лавке больше и на пушечный выстрел не подпущу. Устроит? С собой детали не дам, и не проси, мало ли что опасное задумал. – (づᴗ_ᴗ)づ – Я, не веря ушам, активно закивал, а после низко поклонился, выражая искреннюю благодарность. – Вот и славно. – Одобрительно похлопав по плечу, но сохраняя серьёзность и важность момента всей своей позой, хозяин лавки направился вглубь здания, махнув за собой рукой.       Я последовал за широкой спиной мастера. Буквально через миг, преодолев кроткий коридор, мы оказались в святая святых любого ремесленника – мастерской. Помещение было чуть больше лавки и менее освещено, кроме рабочего стола, расположившегося напротив окна. На стенах было много полок с ящичками, в которых хранились самые разные предметы. В углу стояла большая плотно закупоренная бутыль с какой-то маслянистой жидкостью. Рядом расположился верстак, и пара станков сверления с ручным приводом. Инструмент аккуратно был разложен по своим секциям. Совсем недалеко, упираясь в стену, стоял шкаф с книгами, которыми явно часто пользовались. В дальнем углу лежали габаритные ящики и бочки, видимо, в них хранились габаритные ресурсы и расходники. Городской шум досюда практически не проникал, позволяя сконцентрироваться на своём деле, не отвлекаясь на раздражители. – ˖⁺‧₊˚♡˚₊‧⁺˖ – Сторонний наблюдатель мог бы увидеть в моих глазах сверкающие звёзды, ведь это то, что мне нужно. – Нравится? – С гордостью спросил приосанившийся мужчина, залихватски закручивая ус.       Я кивнул и поднял вверх большой палец. – Тогда, – мастер подошёл к полке и достал из него пару мешочков, туго набитых мелками предметами – вот детали, самые разные – что-то получше, что-то нет, но выбрасывать жалко, инструменты на столе. Этого хватит на задумку? Без меня справишься? Технику безопасности знаешь? – Мужчина хмыкнул на три моих последовательных кивка и указал на стул, дескать можешь приступать.       И я пропал, просто выпал из жизни на неопределенный срок, будто провалился в медитацию или в сон. Ничего мне не мешало, ни шум, ни гам, ни недостаток света или навыков, ни взгляд в спину. Всё было просто и логично. Я творил. Мои мысли и задумки материализовывались, руки порхали, пальцы с любовью держали инструменты, сложности обходились, узкие места просто не существовали. На душе было такое спокойствие и понимание окружения, что я начал понимать монахов, стремящихся к нирване. Если они чувствуют что-то похожее, хотя бы отдаленно, им действительно можно позавидовать. В прошлой жизни я никогда даже не приближался к чему-то подобному, никогда ничего не собирал своими руками, разве что в детстве, когда дед ещё был жив. Но сейчас это был другой уровень восприятия реальности, и это было восхитительно! Все эти мысли не могли меня отвлечь, ведь они были где-то на периферии, всё моё внимание занимала цель. Нет, не так – Цель. Я выложусь на полную, выжму из себя все соки и фантазию, все свои способности, мои или приобретенные, не важно, просто я хочу этого! Всем сердцем.

***

      Кёсоку уже больше пятнадцати лет жил на острове. Когда-то давно, когда он был молод, они с женой перебрались сюда в поисках лучшей жизни. Время тогда было не самое светлое, и жизнь простого человека мало чего стоила. Отец сильно вбил свою науку в ребёнка, хоть тот и не понимал раньше её полезность, всячески сопротивляясь. Но именно она позволила молодому мужчине не только найти работу, но и стать вполне обеспеченным и уважаемым человеком на новом месте жительства. Приобретённые мудрость и опыт позволили уже повидавшему виды мастеру понять всю ценность отцовской суровой заботы, но на тот момент уже было поздно – старший родственник покинул бренный мир, так и не дождавшись от сына слов благодарности, отчего Кёсоку до сих пор себя корил. Не успел. Откладывал, пока не стало поздно.       Кёсоку хотел взять пример с отца в воспитании своих детей, но, во-первых, был не такого характера, а, во-вторых, судьба наградила двумя очаровательными дочками. Ну разве можно так строго относиться к своим принцессам?! (В общем, из бати две бестии вьют верёвки, а он и рад). Вообще Кёсоку любил детей, для местных в парке помогал делать площадку, ходил в школу с уроками мастерства, ну и старался по возможности им помогать, если видел попавшего в неприятности сорванца. А что, возможности есть. Товар пользуется спросом у моряков, качественные измерительные инструменты активно покупается навигаторами и капитанами. А самую дорогую вещь – качественные линзы, мужчина делал сам, а не покупал на стороне, что и было основным секретом его мастерства.       И вот пару недель назад лавку посетила парочка детишек. Совсем мелкие и щупленькие, приютские, как стало известно позднее. Девчонка – активная непоседливая лиса с задорной улыбкой, парень – молчаливый спокойный кот. Именно такие ассоциации возникали в голове мужчины при виде ребятишек. Узнав о недуге мальчика, мужчина позволил в голосе проявится жалости, за что получил раздражительный «зырк». Силён парень, не переживает о своей проблеме, а в людях не ищет сочувствия. Может, от того, что Кёсоку изначально общался с ними, как со взрослыми, они частенько к нему заглядывали, рассматривали предметы и вещи. Видно, что девочке это было не очень интересно, но она старалась дать время мальчику полюбопытствовать. В общем посмотреть на мелких было занятно.       Но в этот раз кое-что изменилось. Мальчик пришёл один, что само по себе в новинку. Но привлекло внимание другое – взгляд пацана. Азартный любопытный блеск и… что-то ещё, эфемерное… Кёсоку чувствовал нечто подобное только от одного человека – отца, истинного мастера, по сравнению с которым, как признавался сам мужчина, он был лишь ремесленником. Наверно, именно это чувство перевесило, когда он принимал решение о допуске в свою мастерскую. Интерес и чувство ностальгии. В свой уголок он не позволял зайти не то что дочерям, даже жене, работая и убираясь в том числе исключительно сам. А в тот момент внутренний голос не был против. И сейчас мужчина, во все глаза смотря за тем, как элегантно?.. нет, виртуозно?.. ближе, но тоже не то… осознанно двигается парень только в его одному понятном алгоритме. Он не отрывал глаз от того, что делал, но всегда знал, где лежит то, что ему нужно, будь то деталь или инструмент. Единственное о чём пожалел хозяин лавки, что не закрыл дверь в магазин, и ему надо бы было отвлечься на клиента. По-быстрому разобравшись с заказом под взглядом недоуменного клиента, за которым захлопнулась и закрылась дверь, хозяин поспешил в свою мастерскую, чтобы увидеть кульминацию акта творения, по-другому назвать происходящее просто язык не поворачивался. Мальчик уже ножом по дереву вырезал на крышке коробочки необычные орнаменты и фразы. Механизм непонятного назначения скрывался в недрах деревянной оболочки. Вот паренёк достал полироль и аккуратными движениями придал корпусу изобретения законченный вид.       Разложив инструменты по своим местам, а детали, что не потребовались в работе, в мешочки, мальчик остановился у подсыхающей коробочки и, будто опомнившись, обернулся, улыбнулся чуть усталой, но спокойной улыбкой и жестом пригласил к столу. Кёсоку был хозяином этого места, но сейчас ему казалось будто он является робким подмастерьем, который пришёл посмотреть на работу виртуоза. Да, мужчина признавал, следя за работой, что в некоторых местах он сделал бы быстрее, проще или уверенней, но то он – взрослый с обширным опытом, а тут парень, который может даже во внуки ему годиться. Недолго думая и сохраняя серьезное лицо, Кёсоку подошёл к одиноко стоящему на столе изделию. На крышке шкатулки была вырезана надпись «Аи-тян, прекрасной маленькой лисичке от братика». Ключевую работу он пропустил и теперь вынужден был гадать о назначении этой вещи. Мальчик показал на ручку и кистью сделал круговые движения. Мужчина, взявшись за выпирающий штырёк, медленно повёл пальцами, и в мастерской раздались необычные звуки мелодии авторства неизвестного в этом мире гения, Бетховена. Хозяин лавки завороженно неторопливо крутил ручку, а чистый звук, не схожий ни с одним известным мастеру инструментом, создавал удивительно гармоничную волшебную музыку, принося на сердце трепет и умиротворение. Улыбка выползла на пол лица, и на несколько минут мужчина выпал из реальности, находясь мыслями где-то далеко в своём детстве. Скупая слеза скатилась по щеке Кёсоку, но он этого даже не заметил. Сейчас было ничего не важно, ведь он увидел кое-что куда более ценное – свой Путь…