Объятья смерти

За три часа до… Все приглашенные гости уже собрались в особняке, ожидая именинницу. Пригласили всех, с кем хорошо общалась начальница. Её коллег-подчиненных. Весь золотой состав отделения экстренной хирургии. Марина, на удивление, тоже была в этом списке. Даже несмотря на то, что боль после их расставания ещё не прошла, хоть и поутихла, блондинка почему-то решила поздравить свою бывшую любимую женщину и побывать на этом празднике жизни. Они почти не виделись с тех пор, так как Нарочинская сразу уволилась и перешла в Бурденко. Но лучшая подруга Нина уверяла, что её присутствие на дне рождения будет вполне уместным и что им давно пора поговорить после случившегося. Но Марина настойчиво пресекала все попытки подруги их сблизить заново. Сама не понимая, почему согласилась пойти, Нарочинская начала собираться на праздник: надела белую блузку, светло-серые прямые брюки и бежевое пальто. Алеников заказал всем гостям роскошный лимузин, чтобы они без труда добрались за город. Отправившись на место сбора, где уже собрались её коллеги, она пыталась избавиться от лишних мыслей и просто расслабиться. За два часа до… Все гости прибыли в особняк, а Павлова с Алениковым прибыли чуть позже, когда уже все было готово. Начальница очень обрадовалась сюрпризу, который приготовили её коллеги. Светилась, как ребенок. А Марина впервые за полтора года увидела её вживую… Свободное голубое платье, которое так подчёркивало её глаза, черные ботильоны и стрижка, которая стала ещё короче после их последней встречи. Её образ был прекрасен. Разозлившись сама на себя за эти мысли, Нарочинская ушла на кухню, чтобы помочь друзьям со столом. Заведующая приехала сюда с почти что мужем, который и устроил ей весь этот сюрприз, целовал её и поздравлял… Смотря на всю эту картину, блондинка уже успела пожалеть, что приехала сюда. Укол ревности всё-таки коснулся её. Но было поздно. Дождавшись момента, когда именинница осталась одна, Марина всё-таки решила воспользоваться случаем и поговорить. Или хотя бы поздравить лично. — Привет, — тихо подошла она сзади, а вторая обернулась на её голос. — Привет, — улыбнулась начальница. Всё-таки, что-то изменилось в ней за это время… — С днём рождения, — так же улыбаясь, сказала Нарочинская. — Спасибо, — опустила взгляд та, кажется, немного смутившись, — И спасибо, что пришла. Я рада тебя видеть, — сказала она уже смотря прямо в глаза собеседнице, поправив руками отросшую челку, которая постоянно закрывала ей обзор. — Я тоже очень рада… — мысленно выдохнула нейрохирург, убеждаясь в правильности своего нахождения здесь. За полчаса до… Когда все устроенные Ханиной конкурсы завершились, Ирина ушла искать Анатолия на втором этаже. Он внезапно пропал в разгаре последнего конкурса возле бассейна, кажется, находясь в совершено отвратительном настроении. Все остальные вышли из дома фотографироваться, а Марина, увидев Брагина возле лестницы, подошла к нему. — Чего на улицу не идёшь? Там Ханин с Костей шашлыки жарят. — обратилась она к бывшему любовнику. Их отношения завязались после расставания с Ириной, но продлились не долго. Брагин просто оказался в нужное время, в нужном месте, когда блондинке нужна была поддержка. Никаких любовных чувств она к нему не испытывала, скорее пыталась заполнить пустоту. Конечно, в конце концов они все обсудили и расстались по обоюдному согласию, договорившись остаться друзьями. — Сейчас, Павлову дождемся… — кинул он какой-то обеспокоенный взгляд на лестницу. — Подслушиваешь что-ли? — рассмеялась Марина. — Ага, как же… Как ты вообще? — внезапно перевел тему мужчина, дав понять, что не хочет обсуждать своё нахождение здесь. — Решила уходить из Бурденко. Не заладилось, — призналась женщина. — С Бурденко или с Мартыновым? — Олег припомнил врача, с которым работала Нарочинская и который был страшно влюблен в женщину ещё со студенческой скамьи. — С обоими. Ты же не думаешь, что из-за него мы с тобой…? — Ну я же не дурак, — улыбнулся хирург своей фирменной однобокой улыбкой, — Вижу, как ты на Ирину Алексеевну смотришь. — Что, прости? — шокировано выпалила женщина, округлив глаза. — Да знаю я всё, можешь не прикидываться, — устало облокотился он об стену. — Нина рассказала? — догадалась Марина. — Ага, по-дружески… Но ты не подумай, я не осуждаю, — поднял вверх руки, вскинув брови. — И на Нинку не обижайся. Просто спасать её нужно… — Кого спасать? — сначала не поняла она. — Павлову, кого ещё. Этот бьёт её, как Сидорову козу… А она терпит, только непонятно зачем, — с сожалением покачал головой врач. — Плохо всё закончиться может, понимаешь? Честно говоря, Нина рассказывала о их непростых взаимоотношениях, но чтобы настолько… — Ну, ты-то куда лезешь? Как мы её спасти можем? — тяжело вздохнула она, — У нас с ней уже давно всё, если ты об этом. Ответить Олег не успел. В этот самый момент послышался звук битого стекла откуда-то сверху, а потом сильный грохот, как будто сбросили огромный мешок с цементом. Олег и Марина, в испуге переглянувшись, кинулись в комнату на звук. Среди кучи осколков лежало два тела, находясь буквально друг на друге. Алеников лежал под Павловой, а из-под его головы растекалась бордово-алая лужа крови. Вокруг них тоже было много бурых пятен в перемешку с кусочками стекла. Зал медленно заполнялся тошнотворным металлическим запахом. — Чёрт… — прошептал Брагин. Увидев это ужасающее зрелище, коллеги тут же подбежали к ним. Липкий страх окутал обоих. Под подошвой хрустело стекло, которое было абсолютно повсюду. Мужчина среагировал первый и опустившись на колени, расчистив перед этим кафель, принялся нащупывать пульс сначала у Ирины, а потом у Анатолия. Когда дошел до второго, он кинул неутешительный взгляд на Марину, которая ещё не отошла от шока. — Че стоишь? Помогай! — рявкнул хирург, выводя женщину из ступора. Нарочинская тут же пришла в себя и опустилась на пол к Брагину, чтобы аккуратно снять бесчувственную Ирину Алексеевну со своего мёртвого любовника. Они вместе перенесли её на чистый пол, а Олег вернулся к Аленикову и закрыл ему глаза, которые уже давно были безжизненными, стеклянными и смотрели в никуда. — Вы чё кричите? — откуда не возьмись вышел Куликов, держась за больную голову. Видимо, он отдыхал в соседней комнате на первом этаже, перебрав с алкоголем. — Это чё, Алеников что-ли? — резко пришёл в себя он, шокировано уставившись на друзей, которые в это время занимались Павловой. Её ещё можно было спасти. — Серёг, нет времени объяснять, иди на улицу и скажи нашим, чтобы пригнали машину с водителем, — быстро проговорил Брагин, по-видимому решив, что быстрее будет отвезти Ирину самим, чем дожидаться скорую помощь. — Понял, — второй моментально ретировался, все ещё изредка пошатываясь. В этот момент в себя начала приходить Павлова. *** Все звуки и голоса были приглушённые, как будто Ирина находилась под водой. Она открыла глаза и свет от близко стоящего окна больно ударил по ним: по началу картинка была очень размытая, но потом все стало приобретать четкий контур и женщина увидела перед собой Олега и Марину с весьма обеспокоенными лицами. — Ну слава богу, — шумно выдохнул первый, проверяя зрачки на реакцию фонариком в телефоне. К счастью, признаков черепно-мозговой травмы не было. Видимо, Анатолий конкретно смягчил ей падение. — Толя, — едва слышно прошептала начальница, пытаясь найти взглядом того, кого звала, а потом и вовсе попыталась повернуть голову. — Так, вот этого делать не нужно, — вернув голову на прежнее положение, всё так же разговаривал с ней мужчина. — Посиди с ней, я сейчас, — сказал он уже Марине, которая все это время тоже находилась рядом. Оставшись наедине с бывшей возлюбленной, блондинка дала волю эмоциям и разрыдалась. — Что… Со мной… — еле еле шевелила губами заведующая, а потом зашлась в приступе кашля. Капельки крови начали появляться в уголках рта. Это было чертовски не хорошо. — Тихо-тихо, — сбивчиво прошептала Марина, погладив её по голове, — Тебе нельзя разговаривать. Всё будет хорошо, сейчас отвезем тебя в Склиф, — уже не знала, кого успокаивала больше: себя или Иру. — Всё будет хорошо…