Стань мне антидепрессантом

Дима заебался. Диме было настолько плохо, что он выкуривал по пачке в день, не ел, и просто спал. Ну, и был на съемках. А заебался он почему? Да потому что ему надоел хейт. Он уже не видел смысл в своей жизни. Все вокруг считают его никчемным, мол «ты не достоин руки», «победить должна была Мариам», и ещё куча всякой херни, которую они несли. Матвеев сначала не обращал внимания, но с приходом в битву сильнейших хейт увеличился, и он уже реально стал верить в это. Дима изводил себя этими мыслями, пожирал себя изнутри. И другим участникам было плевать. Вернее, они не знали об этом. Даже Олег и Лина, потому что чернокнижник строго настрого запретил себе говорить им об этом. Не хотел, чтобы за него переживали. Но, от одного человека он скрыть этого не смог. Конец съемок. Все расходятся. И Дима пошёл в свою гримёрку за вещами. Собирая рюкзак, он услышал, как дверь закрылась. Придя в шок, он услышал: -Дим, как ты ? -подойдя к чернокнижнику спросил Константин. -а что ? -с ноткой злости отрезал Дима. Он не хотел ни с кем говорить. Он хотел домой, залезть в ванную, и просто плакать, и больше ничего. Он настолько устал, что это даже не опишешь словами. -Я чувствую, что ты угасаешь. Больше нет той искры в глазах и желания победить. -может вы и правы, но какое вам до меня дело? -уже со слезами на глазах говорил Матвеев. Он понял, что уже скрывать нечего, его рассекретили. Пусть Гецати увидит его слёзы. -Я беспокоюсь за тебя, Дим. Пойми это. Мне не всё равно на твое состояние. Я не хочу видеть твои слёзы, порезы или ещё нибудь. -осторожно кладя руку на его плечо. Дима, почувствовав в прикосновении аланца ни капли наигранности, а тепло и беспокойство, поворачивается, и не сдерживается, начиная ещё сильнее плакать. -я очень устал. Устал от хейта. Я хочу где нибудь спрятаться, и не появляться в сети хотя бы пару месяцев. Я не вижу себя в будущем. Мне хочется умереть. И это не шутки. -сквозь слёзы говорил чернокнижник. Костя слушал его, не перебивая, и, подождав подходящего момента просто обнял. И Матвеев почувствовал себя в безопасности. Гецати как будто стал его защитой от ненависти, злости, и оскорблений. Чуть успокоившись, Костя предложил отвезти Матвеева домой, не оставит же он его одного. Всю дорогу Дима изливал душу старшему, зная, что тому доверять определенно можно. А костя его внимательно слушал, параллельно следя за дорогой. Договорив, Матвеев уснул. Перенервничал, и отрубился прямо в автомобиле. Ну а Гецати пришлось нести это «тело» до кровати. Уложив младшего, и уже собирался уходить, как вдруг его окликнули: -Ты куда ? -сонно спросил младший -Я к себе. Ты дома, и я спокоен. -Кость, не уходи пожалуйста, я один не вывезу это всё. Стань мне антидепрессантом среди этого дерьма, Прошу тебя… -буквально ревя навзрыд умолял Гецати остаться. Провидец буквально за пару секунд оказался рядом с чернокнижником, лёг рядом с ним, и принялся успокаивать. -Тише, маленький, я тут, я не уйду. Я буду рядом. Дима лишь прижался к груди медиума, и уткнулся носом в его шею. -Посмотри на меня. -попросил мужчина. Подняв голову Матвеев столкнулся взглядом с Костей. Но этот взгляд не был полон злости, а любовью. -я хочу тебе сказать о том, что люблю тебя. Знаю, что это неправильно, и все дела. Но я хочу помочь тебе, быть твоей опорой, Дим. Я приму любой твой ответ. -не отводя глаза проговорил аланец. Но,вместо ответа он ощутил лёгкий поцелуй на своих губах. Впринципе, это можно считать за «да». Они ещё долго разговаривали, изредка бегая курить на балкон. Но было ясно одно, Костя стал единственным лучиком света в жизни Матвеева. И он был безумно рад этому. И старший чувствовал, что потихоньку исцеляет истерзанное сердце младшего. Так и начались отношения двух абсолютно разных людей, но таких похожих душой.