Так и уедешь?

—Вов— тихо говорит Кащей. —Чё так и у…уйдёшь? —пьяный голос чуть дрогнул. Адидас впервые слышит своё имя из уст смотрящего. Не погоняло или шутку мол «рожа автоматная», а имя. —Так и уйду— отвечает Суворов опираясь на закрытую дверь. Вова собирался в Афганистан, зачем он и сам до конца не понимал. —На кой чёрт тебе это надо? Не вернёшься же ты оттуда— широкая улыбка растекается по лицу старшего. —Да и вообще прикипел я к тебе как-то. Нравишься ты мне Вова— Кащей подходит ближе и кладя руку на плечо младшему делает несколько лёгких ударов оставляя её там же. — Хороший ты пацан. По понятиям живёшь. —Не то, что ты— шепнул Вова, поднимая глаза на старшего. —Чё ты сказал? — щурит глаза Кащей. —Говорю не то, что ты— —Не понял сейчас— Кащей ретировал руки в карманы. —Я пришёл не попрощаться, а сказать, что мы с пацанами тебя не поддерживаем— Суворов вытягивается в струну. —А кто конкретно — Кащей подаётся чуть вперёд, но алкоголь даёт о себе знать и чтобы не упасть отпружинивает назад.-Турбо, Зима, а может Лампа, а чё ж он мне в глаза это не сказал— Кащей двумя пальцами обеих рук показывает себе в глаза. —Я тебе сам скажу— на это Кащей улыбается. —Человек с ходишьки рассказал, что они тебе просто налили, когда ты про Ералаша пошёл говорить, ты его даже не упомянул.— Кащей лишь смотрит на него, а глаза то на руки глядят, то в глаза. А Вова сам в пол смотрит, да иногда глаза поднимает. —А нам всем напел, что он как-то не по понятиям там погибал. Сам их боишься всех до усрачки… Продал Ералаша за стакан водяры или чё ты пьёшь-то одеколон? А? Черняшкой гасишься через день— Вова в глаза не смотрит. Он каждый раз тонет в них, даже в таких угашенных. Лишь ободном упоминании Кащея он вспоминает глаза. А Кащей слушает. Внимательно слушает. —Тебя Кащей по городу в приоритет никто не ставит уже — наконец поднимает глаза Вова. —Да? — саркастично лыбится Кащей, как придурок лыбится, а сам пошатывается из стороны в сторону. —Ты для нас всех хуже дяди Толи стал— выплёвывает Суворов, испытывая чувство отвращения. Впервые он испытал это именно к этому человеку. —Ты закончил? — также похуистичьно отвечает Кащей. —Я не буду читать тебе нотации, но надеюсь, что ты понимаешь, что ты сейчас своему старшему, какую-то херню ментовскую предъявляешь. Я на этой улице людей воспитывал, я тебя в люди выводил Вова. —спокойно продолжает Кащей. Спокойно чёрт возьми. Самый агрессивный человек в группировке сейчас ведёт себя спокойней черепахи. Даже настолько в гашеным он агрессировал на любое заявление в его сторону, но не сейчас. —Чё с тобой, Кощей? — спрашивает Вова, поражаясь его спокойности. —А что не так? — взгляд плывёт, Кащей падает на диван и растекается по нему, ощущая чувство блаженства. —Да блять, ты даже сейчас не просто угашенный алкашкой, а под дозой— закатывает глаза Суворов. —Сдохнешь же Кащей, сдохнешь. — грустнеет он. —И что с того? — —Иди ты Кащей, заебал твой похуизм— —Куда мне идти. Я у себя. Тебя-то что держит. Ты высказался, а всё топчешься. Сел бы давно или ушёл. — улыбка опять заполонила лицо Кащея. —Да пошёл ты, героинщик херов— Вова хлопает дверью. Выходя из подсобного помещения холодный воздух сразу же обдаёт лицо, заставляя щурится. —Ну чё там, чё? — со спины подлетает Марат с двумя парнями. —Братец, потеряйся, а? Вот не до этого сейчас- оборачивается Вова. —Но как же… —не договаривает Марат, ведь смысла уже нет. Впереди мелькает только спина брата.

***

Суворов стоит на перроне прощаясь с семьёй. С пацанами он попрощался ещё сегодня ночью, но жаль, что не со всеми. Он заходит в вагон, проходя на своё место, он видит, как в окне Маратик машет ему. Вова улыбается и машет в ответ. Он замечает Кащея, который стоит на другой стороне перрона. Кащей понял, что его увидели. Он улыбается. Он вытаскивает руку из кармана и прислонив её к губам резко отдёргивает, показывает в сторону Вовы. Теперь Вова лыбится как придурок. Суворов переводит взгляд на отца, делая короткий кивок, смотрит опять на Кащея, но его и след простыл. Поезд трогается, Вова садится на место и будет ждать прибытия в Афганистан. А когда он вернётся и вернётся ли вообще знает только судьба.