Счастье любит тишину

      Последние несколько дней Марина никак не могла найти себе места, особенно зная, что и у невестки с сыном дома разлад. Из-за нее. Из-за ее излишней скрытности и недоверия. Слишком долго тянула, страшась реакции и вот к чему это привело. Реальность превзошла все ожидания в плохом смысле и теперь Марина готовилась к худшему раскладу. Нет, не к тому, что он исчезнет из ее жизни, это уже пройденный этап, но вот былой теплоты во взгляде она увидит не скоро, а может, и вовсе не дождется, да и подорванного доверия не вернуть. - Марин, ну хватит мерить шагами комнату! - Иван тяжело вздохнул и отложил книгу. Взглянул на нее поверх очков и протянул руки, но женщина, остановившись лишь на секунду, продолжила расхаживать по периметру гостиной: - Вань, я так успокаиваюсь, отстань! - она отвернулась на пару секунд, замерла и все же развернулась - Прости, грубо, наверное, прозвучало. Я просто переживаю, вдруг он завтра не придет? - Я думаю, что придет, но даже если и нет, то мир не рухнет, Марин. Успеете помириться еще, вас слишком многое сейчас связывает - мужчина все же поднялся, обнял любимую за плечи и подтолкнул на кухню - Чай будешь? Я эклеры купил - Эклеры? - глаза мгновенно заблестели, на лице отразилась озорная улыбка, которую он так любил - Так чего ты молчал? Идем конечно!       В большой белой кружке дымится чай и пускай за окном лето, но Марина не готова отказываться от привычки пить чай вечером. Она обхватила прохладными руками стенки и прикрыла глаза, чувствуя, как по ладоням разливается тепло. Иван подталкивает к ней небольшую коробку с эклерами и наблюдает, как она с детским восторгом достает оттуда один. Блаженная улыбка мгновенно расцветает на ее лице, она жмурится и подставляет лицо ласковым мужским пальцам, которые тут же убирают остатки крема с губ. Как же мало нужно для счастья женщины.       Следующим утром Марина встает уже не такая нервная, а все потому, что невестка успела обрадовать сообщением с утра пораньше. Паша будет. И теперь она крутилась у Ваниной машины высматривая сына, пока Ваня укладывал инвентарь. А вот и Паша. Недовольный, сонный, но на месте, и от этого на сердце стало легче. Не все еще потеряно, далеко не все и теперь она просто обязана не сдаваться. Приветственно махнув ему, отошла, чтобы сложить в багажник свои вещи и наконец поехать. Ехали в гробовом молчании, которое никто не решался прервать, даже радио, и оно не играло. Иван уверенно вел машину, смотря на дорогу, изредка поглядывая на любимую, сидящую рядом и на Пашу, угрюмо смотрящего в окно на заднем сидении. Марина тоже разглядывала проносящиеся за окном пейзажи, но никак не решалась повернуться к Паше и начать разговор. Да и нечего было начинать, не о погоде ведь с ним говорить, поэтому просто затаилась и теперь ждала подходящего момента.       В доме действительно давно никого не было, это стало заметно еще на въезде по запущенному состоянию сада, правда вода и электричество были и это не могло не радовать. Паша тут же схватился за газонокосилку и пропал в зарослях, а вот Марина натянула перчатки и респиратор, чтобы рьяно оттирать залежи пыли в шкафах и отмывать найденную на кухне посуду. Пообедали довольно скромно, тем, что захватила сама Марина и передала через Пашу Оля. Обычные котлеты, свежие овощи и ломтики хлеба, но сын набросился так, словно голодал несколько месяцев. Марина только улыбнулась, глядя на Пашу, все-таки свежий воздух и физическая работа пошли ему на пользу, он заметно подобрел и даже шутил. Оттаял. Мужчины закончили обедать первыми и тут же поднялись, исчезая из поля зрения. Марина собрала остатки посуды и пошла домывать оставшееся, попутно размышляя над тем, что пора бы и с сыном поговорить. Пусть он уже и так все знает и все понял сам, но ей нестерпимо хотелось сказать ему об этом лично, пускай и с легким опозданием. Марина оглядела пространство дома, но внутри его нигде не нашлось, даже на втором этаже. Нахмурившись, женщина вышла на участок и обошла по периметру дом, но Паша будто испарился, впрочем, как и Ваня. Неопределенно хмыкнув, снова зашла в дом, чтобы вернуться к работе, но тут из подвала, о котором она совершенно забыла, вышел пыльный Паша, а за ним сразу же и Иван. Вот и пропажа нашлась! Быстро утащив сына на крыльцо, примостилась рядом и начала: - Мне нужно с тобой поговорить... Про него, про меня, про нас... - Марина запнулась под изучающим взглядом серых глаз - Уууу, мам, да ты опоздала! Недели на три точно! - мужчина махнул рукой, собираясь уходить, но мама удержала его за майку - Паша, ну не ершись, сядь дослушай хоть! - Мам, я - взрослый мужчина и все прекрасно понял, так что не утруждайся, тем более, что Оля уже провела со мной воспитательную беседу, так сказать - поморщился, но все же опустился рядом. Пусть с небольшим опозданием, но разговор состоится, даже когда и так все предельно ясно - Паша, ну прости меня пожалуйста, просто Оле сказать было проще, почему-то, с Олей легче... - Аверина закусила губу, пряча глаза от вскипающего сына - А со мной тяжело, значит! Ты так говоришь, как будто она - твоя дочь! - нервно воскликнул Паша, встречаясь с удивленно распахнутыми серыми глазами, такими же, как и его собственные: - Ты что, к жене меня ревнуешь?! Даже не думай, дурень! Ты всегда на первом месте, как любой ребенок у своей матери. Ты же знаешь, что близким сложно о чем-то таком сообщать, вот и я никак не могла собраться с духом, пока жизнь мне по носу не дала. Давай я тебе подробнее расскажу? - Я все понял, мам. И про него, и про тебя, и про вас, так что, не надо - Паша предостерегающе поднял руки, намекая, что не собирается слушать историю второй раз, только от мамы - Ой, да что ты там понял?! - усмехнулась Марина Леонидовна, собираясь еще что-то добавить, но оказалась прервана сыном: - Все, что нужно. Захочет - сам расскажет про свое прошлое, нет, так нет, а так, знаю, что вы работаете, живете, едите и даже спите вместе. Он тебя любит и не обижает, это главное, а остальное мне знать не обязательно. - серьезно ответил Паша, но немного подумав, расплылся в кошачьей улыбке, желая разрядить обстановку - Если вдруг решитесь, я хочу брата! - Ой, дурачье! - Марина легонько пихнула его в бок, прижимаясь к сыну, впервые за долгое время, обнявшего ее. А ведь когда-то у него действительно должен был быть брат... Она положила голову ему на плечо, грустно вздыхая и Паша, словно почувствовав смену настроения, потряс ее за плечо, поднимая с крыльца: - Так, все, идем убираться, а то нам еще домой надо - Скажи мне, что не обижаешься! - Клянусь, честно, не обижаюсь! - Паша улыбнулся, кладя руку на сердце - Все, идем - мама заметно повеселела, улыбнулась и первая зашла в дом, продолжая уборку на кухне, а Паша отправился по лестнице вверх.       На сердце заметно полегчало, раз Паша шутит, значит действительно все в порядке и он не обижается. К концу уборки даже с Иваном нашел общий язык, так что всю оставшуюся дорогу домой она слушала их разговор о маринаде и видах мяса. Лично Марина в этом ничего не смыслила, но была бесконечно рада, что они больше не молчат, поэтому просто наслаждалась двумя любимыми тембрами голосов, которые сплетались в один разговор. - Вот видишь, Мариш, все в порядке. Не стоило так переживать - Иван забирает из багажника личные вещи и запирает машину, щелкнув по кнопке на брелоке - Да, не стоило - бормочет в ответ уставшая женщина, смотря на удаляющуюся широкую спину сына       Жаркое июльское утро застало чету Рыковых уже у подъезда, когда они всем составом собирались на дачу праздновать Олин день рождения. Паша даже не сопротивлялся, когда Марина отправила его к Ивану в машину, а сама села за руль с Олей, все-таки, перспектива ехать с двумя маленькими детьми ему не прельщала. Мужчины доехали вполне свежими и довольными, чего не скажешь о всех остальных, ведь дети, ожидаемо, капризничали практически всю дорогу. Алиса, радостная, что ее наконец-то выпустили из заточения ремней безопасности и детского кресла, отправилась изучать территорию рядом с дедушкой, Паша с Мариной готовили обед, а Оля осталась с маленькой Линой. Пока кормила и укачивала малышку, успела обсмотреть дом со всех сторон и прийти к заключению, что здесь и правда уютненько. Хорошо, что решили остаться на все выходные.       После вкусного обеда на свежем воздухе и пары поднятых стаканов с соком за молодую мамочку, Оля с Мариной пересели на стулья перед домом, которые стояли в теньке, чтобы спастись от жаркого летнего солнца. Ангелина смешно дрыгала ножками и рассказывала что-то на своем детском. Иван вышел из дома со стаканом воды с лимоном и протянул Марине. - Спасибо, Вань! - благодарно улыбнулась Марина и отпила освежающей жидкости. Мужчина оставил легкий поцелуй на ее макушке и примостился на соседнем стуле - Так, ребята, давайте сфотографируемся! Оль, бери Ангелочка на руки - на пороге дома появился довольный Паша с фотоаппаратом в руках - Паш, подожди, хоть бы предупредил! Я быстро переоденусь в платье - Оля окинула Пашину майку и короткие шорты, которые были на ней и убежала в дом - Ну, давайте тогда с вас начнем, что-ли - Паша повернулся к маме с Иваном Васильевичем, направляя на них камеру. - Ну давай. Мне, вроде, переодеваться не надо, да и не во что, в принципе - Марина пригладила летнее голубое платье, в котором приехала, поправила шляпку и села удобнее - Марусь, ты прекрасна - Иван повернулся к любимой, нежно провел рукой от запястья до локтя. Марина смущенно улыбнулась, взглянула на того, кто делал ее счастливой ежедневно и...как раз щелкнула камера - Отлично! - радостно воскликнул Паша и повернул к ним экран - Да, красивая фотография - согласно кивнула Марина и поднялась с места - Сфотографируешь нас в полный рост? - Конечно! - Паша отошел от дома, подбирая нужный ракурс и сделал пару кадров - Паш, давай я вас с мамой сфотографирую на память - предложил Иван и протянул руки к камере. Паша скептически фыркнул на предложение, но все же сдался: - Ну ладно, только быстро - и встал рядом с радостной Мариной, обняв за талию одной рукой - А вот и я! - из дома выпорхнула довольная именинница в желтом сарафане и Паша тут же переключился на нее, щелкая камерой       Ближе к вечеру, Оля с Пашей лениво смотрели отснятый им материал, пока Марина с Иваном занимались приготовлениями к ужину. По помещению разносился приятный аромат сушеных липы и мяты, на столе стоял купленный тортик. Марина воткнула свечи, подожгла фитиль и передала десерт сыну. Родные голоса вразнобой пели известный мотив, Лисса с Линой хлопали в ладоши и заливисто смеялись. Оля широко улыбнулась, обнажив едва заметные ямочки и задула маленький огонек. Марина, наблюдавшая за целующимися невесткой и сыном, лишь сильнее прижалась к своему теплому боку. Правда, от поцелуя в губы увернулась, уж слишком неловко себя почувствовала. Иван улыбнулся куда-то в макушку, но позволил себе на секунду коснуться ее нежной щеки губами.       Ночь в загородном доме прошла лучше, чем Марина ожидала. Обычно она плохо засыпала на новом месте, но видимо, усталость, свежий воздух и любимый человек рядом смогли уговорить ее мозг ненадолго отключиться. Правда, от комаров спастись все же не удалось ни спреем, ни фумигатором, поэтому на утро Марина обнаружила дорожку из укусов на лодыжке. Пришлось подняться и порыться в косметичке в поисках необходимой мази, чтобы унять зуд. На шум проснулся и Иван, к слову, совсем не покусанный. Что за вселенская несправедливость?       Не смотря на раннее утро, Марина с Иваном встали самыми последними, на лужайке уже обнаружились завтракающие Паша и Оля с девочками. Марина заняла место рядом с сыном, а вскоре перед ней появилась ароматная чашка кофе. - Спасибо, Вань - теплая улыбка и нежное касание запястья, более она себе не позволяет, Паша итак слишком внимательно за ними наблюдает - Садишься? - Нет, пойду варенье начну делать - О, тогда я с вами - Паша в считанные секунды расправился со своей овсянкой и скрылся вслед за мужчиной в доме - Так, с чего начнем? - Свари компот из ягод, а я пока банки ошпарю - ответил Иван и принялся за дело       Работа на кухне закипела с новой силой. Мужчины довольно ловко управлялись с ягодами, чистили от попадавшегося мусора, засыпали сахаром. Часть ушла на компот, часть на сладкое варенье. Вскоре весь пол был усеян банками разного размера и формы. Впереди остались еще яблоки, но сил больше не нашлось, им срочно требовалась передышка. Они вышли на улицу, стягивая майки. Палящее солнце обжигало кожу не хуже огня. Паша нащупал возле жены бутылку с водой, но она была слишком теплой, если не горячей, поэтому он пошел рыться в холодильнике. Скрутив пластиковую крышку, буквально в считанные глотки осушил прохладную водичку, вторую протянул Ивану, а жене захватил стаканчик с мороженым. Они все удобно устроились рядом с женщинами в тенечке. Марина пригладила мокрые волосы сына, проследила за его взглядом, который завис на Ольге и потащила Ивана на кухню резать яблоки, чтобы дать молодым родителям немного времени вдвоем. Оно им было просто необходимо, это Марина знала из собственного опыта. Осторожно отодвинув небольшую шторку у окна, выглянула во двор. Паша как раз съел остатки Олиного пломбира и довольно облизывался, а потом руками полез под ее сарафан. Марина улыбнулась и задвинула шторку обратно, все-таки, это не предназначалось для ее глаз и как раз вовремя. В дом, громко топая, заскочил Паша с невесткой на плече, которая все пыталась с него слезть. Безуспешно. Паша тащил ее наверх и сдаваться не собирался. Марина проводила их взглядом до самой лестницы, а потом вернулась на кухню к своим яблокам. Ваня, правда, и без нее прекрасно справился, в миске почти ничего не осталось, но Марина все же решила порезать одно для Алисы. Наверху едва слышно заскрипели половицы, мужчина временно отложил свое занятие и поднял голову к потолку, будто пытаясь там что-то увидеть. Марина рассмеялась, прикрыв рукой глаза, но через секунду, совершенно неожиданно оказалась прижата к стене. - Классно они там вещи собирают, давай тоже так будем собираться? - Иван жарко выдохнул в шею, оставляя дорожку поцелуев к ключицам - Ага, конечно! Не дождешься! - фыркнула Марина, пытаясь выпутаться из объятий - Ну Марусь... - пальцы уже пытаются расстегнуть пуговки ее летней рубашки и добраться до топа, но Марина мягко убирает его руки с груди и качает головой: - Не, не, не, даже не думай... - Дома, так дома - Иван все же отстранился, разочарованно выдохнув. Выпустил Марину из крепких тисков, она тут же подхватила тарелочку с нарезанными яблоками и собиралась было пойти к внучке, но он не смог удержаться и легонько шлепнул ее по ягодицам - ВАНЯ! - возмущенно шикнула на него Марина, но на лице отобразилась лишь озорная улыбка. Рядом с ним она чувствовала себя молодой и любимой.