Через сугробы к звёздам

Вьюга занесла меня в какое-то снежное поле. Не знаю, сколько длился буран, но очнулся я посреди сугробов, присыпанный снегом. Вокруг было тихо и спокойно, луна сияла ясно и было видно каждую звёздочку. Как в "Ночи перед Рождеством" у Гоголя. Я не помнил, что со мной произошло, но то, что я так неожиданно оказался в неизвестной мне местности, пугало. Но долго оставаться на месте было нельзя: мороз крепчал, одет я был легко, а на снегу валяться не так уж здорово. Да и в суровое зимнее время голодные волки вполне могут заинтересоваться уставшим человеком. Так что я начал идти. В свете луны где-то далеко-далеко были видны смутные очертания. Если это лес, то можно было бы хотя бы попытаться разжечь костёр, а если деревня — попроситься к кому-то переночевать. Казалось, что идти по ровной поверхности поля будет нетрудно. Но не тут-то было: снег рыхлый, не было твёрдой корочки, я проваливался при каждом шаге едва ли не по бёдра. Но выбор у меня был небольшой: либо идти и мучаться, либо замерзнуть в снегу. Не знаю, сколько времени прошло — час или пара минут, — но я уже выдохся, повалился на снег, сил совсем не осталось, а заветные силуэты на горизонте не приблизились. Я резко выдохнул, рывком поднялся и продолжил путь. Попробовал было идти на четвереньках, чтобы снизить давление тела на снег и не так сильно проваливаться, но стало только тяжелее. Чтобы отвлечься от усталости, начинающегося голода, боли и холода, я стал думать. Не сон ли мне снится? Но нет, эта ституация, конечно, была странной, но на сон не походила. Тогда как же я сюда попал? Последнее, что я помню, это как бежал с утра на крайне важную для меня конференцию. После стольких лет занятий, работы, мне выпал шанс показать свою идею миру. Я мог бы даже вписаться в круги научного сообщества. А что было дальше?.. Ясно сияли звёзды. Поразительно. Они находились от меня на таком расстоянии, какое я никогда не смогу преодолеть. И при этом казались неимоверно близкими, стоило только руку протянуть. А тени впереди меня были не далее, чем в десяти километрах, но казались далёкими, сколько бы я ни шёл. Я снова остановился. Потянул красную зябнущую руку к небу, коснулся звезды... Мне показалось, что я почувствовал от неё такой жар, что мгновенно согрелось всё тело. Но так же резко жар схлынул, хотя телу уже было не так холодно. Стал вспоминать дальше. Вот я забежал в университет, пошёл к своему преподавателю, столкнулся в коридоре с кем-то знакомым. Зашёл в кабинет любимого педагога, который помогал мне с моей работой. Мы коротко поздоровались, он ещё раз проглядел листы, пожал мне руку и сказал: "Эта работа может не просто обратить на тебя внимание научных кругов. Она может перевернуть весь мир физики. Да что там физики, этот проект способен переверуть весь земной шар! Ну, удачи тебе," — и мы попрощались. В дверях я снова с кем-то столкнулся, но уже не обратил на это внимания, а побежал в конференц-зал. Цивилизация, комфорт... Чего это стоит, если рано или поздно человек всё равно столкнётся с препятствиями, тяжестями, неудобствами? Вот я шёл через глубокие сугробы к спасению, вокруг — ни души, а у меня было ощущение, что я на другой планете. Мне было страшно и я отчётливо чуял ледяное дыхание смерти за спиной, но всё же... Какой восторг меня охватывл при виде этого пейзажа: снег, блики, звёзды, луна и тишина. Оглушительная. Прекрасная. Нет уж, стоило побороться за свою жизнь, за возможность видеть этот мир, каким бы суровым он ни был. ...В конференц-зале уже было тихо, заседание началось. Я нашёл свободное место и положил бумаги рядом с собой. Слушал разные доклады, где-то с интересом, где-то с зевотой. На одном особенно нудном я на секунду прикрыл глаза... Наверное, я шёл уже несколько часов. Сугробы становились всё глубже, идти было всё тяжелее, но горизонт приблизился, я отчётливо расслышал лай собак и почуял запах горящих дров. Значит, мне повезло и впереди находится деревня. Я утроил свои усилия и уже оставалось совсем немного: минут 10 и я дойду до виднеющейся деревенской утоптанной дороги. Открыв глаза, я не нашёл бумаг рядом с собой. Начал судорожно их искать: наверняка упали куда-то... И вдруг услышал до боли знакомые слова у нового оратора: "Магия существует на самом деле, а физика — лишь её подраздел". Поднял глаза... И тут я услышал вой. Потом ещё. А потом целый хор, от которого кровь застыла в жилах сильнее, чем от мороза. Волки. И они меня заметили. Шанс выжить — нулевой. Я побежал. Изо всех сил, хотя знал, что этого будет мало. Волк сильнее, он в тёплом меху и приспособлен к охоте, а я... Учёный? Да и то, с горем пополам. Скорее способный студент, который старается отжиматься по утрам, но бегает только когда опаздывает на важные лекции и экзамены. ...За кафедрой стоял мой товарищ. Я тут же вспомнил, что именно с ним дважды столкнулся в коридоре около кабинета преподавателя. И перед тем, как задремать, кажется, увидел его лицо... Нет, я отказывался в это верить. Но знакомые слова, строчки, выводы, над которыми я работал днями и ночами, звучали из его уст и ранили меня в самое сердце. Всё казалось, что вот-вот его обвинят в том, что он украл мою работу, но весь зал слушал с таким интересом, никто не торопился закатывать скандал в мою защиту... Тут я вспомнил, что не заявил своей темы, чтобы не сформировать предубеждений у слушателей. А, значит, на плагиате его не поймать. Стая за мной не пошла, может, они побоялись близости свирепых собак. Ко мне кинулся только один волк. Я уже ступил на нормальную тропу, мне не хватило какой-то минуты добежать до околицы, собак и теремков, и тут он меня нагнал. Сдаваться? Просто умереть после стольких трудов? Я нашёл какую-то глыбу льда, взял её голыми руками и кинулся на волка. Перед моими глазами рушилась вся моя жизнь. Идея, теория, которую я вынашивал годами, исследование, на которое потратил столько сил... Просто украли. Моё сердце не выдержало. Я резко встал, побежал к кафедре и с воплем: "Ты лжёшь! Это моё исследование!" — вырвал свои листы, вцепился в его шею. Меня быстро оторвали от него, вывели из зала. Я вспомнил, как сюда попал! Когда я сидел на ступеньках, смотрел в пустоту и прижимал к себе драгоценные листы, которые в итоге никто не смог у меня отнять, вышел Он. Ничего не сказал, лишь ухмыльнулся, щёлкнул пальцами. Бумага в моих руках превратилась в снежинки, они закружились и метель понесла меня, как Элли унисил ураган. Так я и оказался в каком-то заснеженном поле. Я упал перед пастью волка, проскользил под его ногами (на тропинке было достаточно скользко), прыгнул на его спину и со всей дури ударил глыбой. Не убил, скорее всего, но в обморок животное свалилось. Не знаю, как я сумел это сделать, это что-то на грани фантастики, но — как я и сам доказал, да ещё и испытал за последнее время — в мире много магического. Я встал и устремился к деревне. Меня там приняли, выслушали от меня правдоподобную ложь, обогрели и накормили. Если я прошёл сквозь глубочайшие сугробы к тёплым, обнадёживающим огонькам, поборолся за жизнь, то неужели не смогу вернуться и побиться за своё исследование? Ведь все учёные к звёздам проходят лишь через тернии.