Невозмутимость не помешает.

      После краткого, но такого значимого поцелуя, парочка просто разошлась по спальням.

***

      «Я так хочу ощутить это снова!» — крутилось в голове Лемон. Она оглаживала руками свою талию, представляя мягкие прикосновения Мэша. «Мэш!» –только и крутилось в её голове. Не замечая изменений, её руки постепенно двигались от талии к груди. Ей это безумно нравилось– представлять прикосновения возлюбленного на своём теле. Как он, будто представляя её дорогой форфоровой куклой в своей коллекции, поглаживает её талию, проводит руками по рёбрам, мягко касается шеи, оглаживает подушечками пальцев грудь, чуть надавливая.       Фантазии стали спускаться всё ниже и ниже, всё более и более горячие образы, учащённое дыхание…       Лемон, словно змея, пробирается рукой ниже талии, аккуратно оглаживая свои бёдра и добираясь до того самого.       Девушка читала об этом только во взрослых журнальчиках, которые она находила в самых потайных уголках квартиры.       Её ручка медленно скользнула под нижнее бельё. Лемон представляла сильную, слегка грубоватую кисть Мэша. Ногти коснулись чувствительного места, представляя, как его касаются подушечки на длинных пальцах Мэша, от чего Лемон вздрогнула, сжимая бёдрами кисть руки, находящуюся между ног.       Нарастающее чувство напряжения внизу живота не давало ей покоя. Хотелось избавиться от этого. Почему она делает это именно сейчас, представляя его руки?       После повторени своих действий снова и снова, наращивая темп, девушка закончила, с постоянной мыслью, что преследовала её с поступления. «Мэш!» — ей бы хотелось воскликнуть это имя на шумном выдохе.

***

      Мэш в то время, легко развалившись на кровати, раздумывал. Он так делал всегда перед сном, думая обо всём,.что только могло прийти в голову. Но теперь эти ночные раздумия разнообразили мысли о той самой. Он думал о ней и ранее, но теперь остальные мысли разбегались, а Лемон их затмевала просто своим существованием. Невольно, думая о ней, Мэш представлял её саму. В школьной форме, после– в обычной одежде. Одна ловкая мысль заставила его закрыть лицо рукой от смущения и вздрогнуть. Она в нижнем белье. Аккуратные изгибы тела, смущенно-розоватое личико, прикрытое золотистыми прядками. Небольшая грудь, которую держал, наверняка, мягкий чёрный лифчик… Аккуратные худые ножки, обращённые коленями друг к другу, будто от волнения она не могла устоять на них. Мэш отчаянно пытался выгнать мысль из головы, стараясь думать только о пирожных. «Пирожные. Вкусные, воздушные…» –хоть и получалось плохо, он едва ли смог избавиться от извращенной фантазии. До конца ночи он думал только о пирожных она пыталась просочиться даже в это.

***

      Мэш, держа учебники в руке, уплетал заварное пирожное. Мягкая булочка, крем, который таял во рту… Привычный, но неповторимый вкус.       Вдруг из-за угла показывается маленький бантик, а за тем и золотистая, знакомая макушка. Мэш впадает в ступор. Подлая, изворотливая мысль опять засела в его голове. Хотелось бы ударить себя по голове, так сильно, как только сможет, чтобы прогнать её — и даже так бы не получилось. Пока мозг Мэша был отключен, он даже не мог сдвинуться с места. Застыл как каменный, да что уж– казалось, что от него идёт дым. Глаза опустели во взгляде. Лемон тем временем уже стояла перед ним, почти вплотную заглядывая в его глаза, и пытаясь привести его в себя, тормоша за сильные плечи. Когда девушка их обхватила, казалось, что она трогает рельефный, гладкий камень, невольно ощупывая мышцы. Мэш пришёл в себя, встряхнув головой, как только сумел изгнать подлянку от мозга. Перед ним было аккуратное личико, янтарные глазки, что смотрели прямо в душу. Кажется, в сердце кольнуло от такой милоты. Он в миг порозовел отдернув лицо в сторону и прикрыв его рукой, чтобы скрыть перед ней своё смущение. Лемон прекрасно всё поняла, решив, что надо действовать. «Сейчас или никогда» — подумала она, сжав волю в кулак. Лемон шагала ему навстречу, пока Мэш отходил назад. Каждое движение девушки приятно покалывало его в самое сердце. Он был пострясён. Девушка приговаривала, подшучивая: –М? Что случилось? Почему ты отходишь? — ехидно-наигранно волновалась она, наступая — Кажется, у тебя жар! Как ты себя чувствуешь?       Мэш упёрся в стену спиной. Идти больше некуда, а она всё ближе. «Сейчас или никогда» –убедил себя он.       Ловким движением руки, Мэш прихватил девушку за талию и перевернул ситуацию, прижав её к стене. Теперь он, держа за талию, нависал над Лемон. Сбитое, жаркое дыхание обжигало лоб девушки. Она покраснела, как помидорка чери, от лезущих через край чувств. Смущение, страх, желание, страсть– всё это находилось внутри неё.       Она не могла промолвить и словечка, как её лицо аккуратно приподняли повыше, поддерживая пальцем подбородок. Чужие волосы мягко коснулись её лба, а губы были в плену.       Мэш, не раздумывая, проник языком в её чуть приоткрытый рот, оглаживая зубы девушки. Ноги еле-еле её держали, и лишь рука на талии спасала её от падения. Лемон аккуратно опиралась ручками на грудь Мэша. жар проходился по всему телу, громкие выдохи исчезали и заглушались ртом Мэша, в который уходили.       Юноша углублял поцелуй всё больше, касаясь языка Лемон. Обоих кинуло в жар, они прижались друг к другу. Лемон также проявляла инициативу, сплетая языки. Её грудь упиралась в Мэша, и ему было безумно приятно, до такой степени, что появлялось нарастающее, потягивающее чувство внизу живота, чему он не придал особого значения, пока не появилась тянущая приятная боль, покалывания. Воздух уже заканчивался, и пришлось разорвать поцелуй, чтобы прийти в себя и отдышаться. Лемон чуть было не рухнула на пол, когда Мэш ослабил хватку, но тот её быстро подхватил за бедро, от чего на лице выступил легкий румянец. Лишь глядя друг другу в глаза, они увидели своё общее желание чего-то большего. Даже проникновененный поцелуй, так сказать, «по-взрослому», не умерил страсть, затаившуюся глубоко внутри.

***

      Жар. Горячее дыхание, направленное в талию. Запах морского бриза, женьшеня и цитруса. Натяжение и лёгкая тряска в низу живота. Накопившаяся во рту слюна. Прерываемый частым дыханием шёпот проговорил: –Я могу начать? –спокойный голос, мягкой волной проплывая в голове, ещё больше смущал.       Ирвина, наблюдая за тем, как Мэш медленно спускается к её ногам, присаживаясь на колени, между тем придерживая её за бедра, была покрыта румянцем, что не спадал с её щечек. Она, поспешив ответить на ранее поставленный вопрос, тихо угукнула, после чего Мэш, аккуратно, через голову снимал свою мантию и тонкими пальцами расстегивал пуговицы на рубашке, снимая её с себя, перед этим значительно ослабив галстук. — Ты сама или нужна моя помощь? — спросил он. Парень не менее волновался, но считал, что не следовало бы этого показывать. –Я сама могу… — с ноткой милого возмущения шепнула Лемон. Она аккуратно сняла мантию с плеч, и, аккуратно сложив, в отличие от Мэша, положила одежду на шкаф. Принявшись за Рубашку, она немного мешкалась за счёт того, что у Лемон слегка потрясывались руки. Отчаянно попытавшись справиться с очередной пуговицей, Мэш сам потянулся к рубашке Лемон и заботливо, без капли волнения, расстегнул назойливую пуговичку.       Лемон в очередной раз покрылась румянцем, прикрывая ручкой лицо, чтобы Мэш не подумал, якобы она какая-то извращенка.       Избавившись от рубашки, она она предстала в нижнем белье. Черный кружевной лифчик подчеркивал оформившуюся грудь студентки. Она слегка стеснялась еле-еле заметных, но на каплю выпирающих сосков, и постаралась их прикрыть рукой, пока снимала с себя юбку второй рукой. Было весьма неудобно. –Полагаю, я должен сказать… –аккуратно начал Мэш, попутно наблюдая за движениями нежной ручки Лемон– если вдруг так случится, что тебе станет неприятно или ты захочешь закончить, зови меня по фамилии –сказал он, продолжая пялиться       Лемон тем временем сидела исключительно в трусах и бюстгальтере. Мэш всё ещё не мог оторвать взгляд. Одна мысль пришла к нему в голову. –Я можно я сниму твой лифчик? –не подумав, ляпнул он. Увидев искреннее удивление на лице Лемон, он понял, что ляпнул. Он прикоснулся губами к бедру девушки и оставил там поцелуй, пытаясь заслужить прощение. –Можно… –чуть помешкавшись ответила она. Поворачиваясь спиной к Мэшу. Длинные пальцы коснулись застежки и с легкостью и нежностью расстегнули её. Лемон шумно выдохнула от расслабления, после чего повернулась к Мэшу всем телом, забыв, что лифчик у него в руках.       Ирвина, развернувшись черезчур резко, уперлась грудью в лицо Мэша.

«Мягко. Похоже на заварные пирожные.

вот бы так было всегда»

— подумал парень.

Лемон быстро отпрянула, чуть было не вскрикнув от неожиданности.              Мэш приоткрыл рот и коснулся губами самой чувствительной зоны.             Лемон ощутила это по полной. Напряжение из туго тянущего превратилось в приятно колющее. Острые ощущения заставили её спину изогнуться, а на выдохе смешать громкий глухой звук и голос, получив извращённый стон. Ощутилось второе прикосновение: Мэш провёл языком вдоль, проходя между розовых складок. От этого девушка дернулась и сдавленно, гортанно втянула воздух.       Лемон запустила свою руку в волосы парня. Мягкие прядки проходили меж пальцев. Он непроизвольно двигала его голову так, как хотела сама, и Мэш это сразу словил, продолжая двигаться в такт.       Рязрядка была близка. Тянущее, сладкое как мёд чувство не отпускало её, лишь нарастало с каждым прикосновением. Чудо стало явью.       Лемон резко почувствовала опустошение и облегчение, после чего небольшую тряску в области поясницы. Она взглянула на Мэша, который с совершенно самодовольной и счастливой миной улёгся на её коленки, глядя снизу вверх.

«Я не думала, что Мэш будет настолько счастлив»

— предпологала Лемон.

       — У меня чувство, что меня обделили… — поделилась Лемон. — и вообще, почему приятно только мне? — сдавленно шепнула она. Её голос до сих пор подрагивал.