У каждого солнца должна быть своя луна.

Антону страшно… Хоть он и с самого детства знал, что однажды с ним такое случится, подготовиться к такому невозможно… Антон омега. Он оборотень. Так уж сложилось в их мире, что первые признаки взросления, то есть признаки возможности превращаться в оборотня, происходят только после влюбленности. Сразу после встречи со своим соулмейтом, после взаимной симпатии эти признаки становится на лицо. Ну а полноценным оборотнем омега может стать только после лишения девственности. Он спокойно сможет обращаться в оборотня, потом обратно в человека. Альфа в таком случае выступает и любимым человеком, и помощником для перехода во взрослый мир.

***

Сегодня в обед произойдет важное собрание оборотней. Семья Антона тщательно готовится к такому событию, ведь будут обсуждаться важные вопросы для их мира. Вообще оборотни живут в человеческом облике, а перевоплощаются только в случаях охоты, поэтому их собрание выглядит как обычное собрание людей. Наверняка опять затронут давнюю вражду с вампирами, и что отношения с ними снова накаляются. Будут снова говорить о нехватки мяса, о неумелой охоте новообращённых, которые могут оставить лишние следы в лесу, что потом приводит в лес полицию, любопытных людей, исследователей. Это в худшем случае может привести к раскрытию местонахождения клана оборотней. Все эти проблемы очень важны для них, нужно обсуждать и решать, пока это не привело к трагедии. Сегодня должен быть на собрании каждый. Идёт даже шестнадцатилетний Антон послушать чужие доклады и мысли. Поднялась ещё одна важная тема «Отношения альф и омег в стае оборотней». На сцену вышел красивый мужчина. Если до этого Антону было скучно, то сейчас он оживился, начал слушать внимательнее. — Возникла такая проблема… Как мы знаем, при первых признаках возможности обращения чаще всего альфа-оборотень находится рядом с омегой. Многие омеги не хотят тянуть с этим, сразу желают стать полноценными оборотнями, получить силу и умение обращаться в любую минуту, а не ходить в статусе «есть соулмейт, но он не стал моим мужчиной», что в некоторых семьях считается даже позором. У них может произойти связь на этой встрече, и даже сцепка, но… Они или не регистрируют себя как созданную семью, продолжая жить в своих семьях, или альфа-оборотень вообще пропадает из жизни своего соулмейта. Такая практика происходит всё чаще, к сожалению, — далее докладчик приводит способы решения данной проблемы, но Шаст его уже не слушал. Он отвлёкся на его внешность, стал смотреть в его голубые глаза. У него очень красивая причёска, идеально уложенные локоны черного цвета. Его костюм идеально подчеркивает фигуру, широкие плечи, ровную осанку. Сразу видно, что он занимается наукой, занимает хорошую должность в институте. Так незаметно и прошло его выступление, пока Антон открыто пялился на него. Это был последний доклад, а уже после оборотни могли остаться и пообщаться с кланом. Все перешептывались о последнем выступлении. На собрании каждый второй был родителем подростка, никто не хотел одиночества для своего ребёнка. — Этот учёный говорит правду, вот недавно опять омега начал превращаться, взрослым стал, но никто его из дома не забрал, так и живёт со своей семьёй… — начинает женщина, рассказывая такую историю. — Почему безответственность альфы создаёт семье омеги позор? Кто за это будет отвечать? — такие вопросы задавались в другой группе обсуждающих. — А сам учёный Попов? Почему ещё без омеги в свои 30? — Попов тоже был всё ещё в зале, наблюдая за обсуждением. Его голубые глаза наблюдали за каждым, а на слухи о своём одиночестве он не реагировал. — Я тоже слышал такие истории! Одна боль для омеги и ее семьи! Нужно это прекращать! Пусть нормально альф воспитывают! — На эмоциях выражались другие оборотни родители. — И правда, ему уже за 30, а всё один. Неужели ради науки отказался от личного счастья? — всё не унималась группа из молодых девушек. — С чего такие исследования? Где доказательства? Почему опять пытаются обвинить альфу в своих проблемах? — Возникали представители группы альфа-оборотней. — А вы знали, что его зовут «Лунным»… ? Он вечно мрачный, загадочный, одинокий в своих исследований. Попов редко выступает для публики, редко с кем общается близко… — Почему лунный? — Холодный взгляд у него, лицо белоснежное, держит дистанцию. Сплошная неизвестная тайна он. Сравнили с луной, так и пошло… — интереснее всего для Антона были разговоры молодых девушек. Правда, Попову очень подходит это прозвище. Своим хорошим слухом Антон улавливал все фразы, касающиеся этой темы. Было страшно. Он ведь находится в таком возрасте, когда взросление уже близко. Ему не хотелось быть брошенным своим соулмейтом. Омега боялся этого…

***

— Маааам… — Антон проснулся в холодном поту, позвал маму, понимая, что ему плохо. Был где-то час ночи. Майя услышала сына и быстро к нему прибежала. — Антош, что случилось? — Мне плохо. У меня температура поднялась, руки крутит, ноги болят… — он пытается унять резкую боль в конечностях. — А животик не болит? — Болит… — мама улыбнулась. Ее сын начинает взрослеть. Сегодня он встретил своего соулмейта. — Антош, признавайся… Влюбился? — Шаст отрицательно качал головой, ничего не понимая. — Там было столько людей, я не знаю, — началась паника, что абсолютно нормально для такого состояния. Из всех людей он запомнил только учёного с докладом. Ему 30… Он влюбился в очень взрослого человека, как он об этом скажет маме? Их разница в возрасте почти как он сам. — Тише… Ничего страшного не происходит… — она его обняла очень крепко. — Помнишь, я тебе об этом рассказывала? — Угу, — он кивнул, но будет легче, если мама скажет ещё раз. — Послушай, совсем скоро ты начнёшь превращение. Сегодня ты встретил своего альфу, у вас произошла взаимная симпатия, поэтому ты готов к превращениям, строить свою семью, рожать детей… — Я не хочу быть взрослым, мне 16, — ему хочется плакать. Он так привык жить с мамой и папой, как он будет теперь с альфой, ему непонятно. — А кто-то и в 15 влюбляется, кто и раньше. 16 нормально, поверь. Так вот, ты сейчас пойдёшь в лес, чтобы обратиться. Твой соулмейт почувствует тебя, твой запах, он придёт к тебе и будет рядом, — у Антона сильно тянул низ живота, он почувствовал, что его пижамные штаны намокают. — Если ты захочешь, у вас произойдет первый раз, это нормально, не нужно стыдиться. — Я… — Боишься, я знаю, но тебе так будет легче. Главное успокоиться, расслабиться. Доверься альфе, он всё знает, не причинит тебе боль. — Мама… — Солнце моё, лучик мой… — она гладит его волосы, золотистые и пушистые. — Впервые вижу своего улыбчивого и жизнерадостного сына таким. Нет повода расстраиваться и грустить, — она его обнимает и успокаивает. — Ты можешь сходить в душ, а уже потом в лес. Сходишь? — А вы с папой пойдете со мной в лес? — Нет, мы не помощники в этом деле. Альфа-оборотень, твой соулмейт только может помочь. — Но мне легче с моей семьёй пережить этот важный этап, — она целует его макушку. — Солнце, не обижайся на нас, но нам там не место…

***

Чем дальше шёл Антон, тем больше у него всё болело. Оборотень вырывался из него, но Шаст пока держался, хоть у него и были боли. Он остановился почти в середине, опёрся о какое-то дерево. С собой он взял сменные вещи, всё необходимое. Шаст поднял голову. Через ветви деревьев он увидел полную луну, засмотрелся на нее. — Какая прелесть… Друг мой родной, тебя я вижу под луной… — его альфа стоял подальше, любуясь им. Он был всё также в рубашке, только ещё на нем было пальто. Всё-таки красивый у него альфа-оборотень, ничего не скажешь. — Здравствуйте… — младший не знал, что сказать. — Я Арсений Попов, — он протянул ему руку, чтобы пожать. Дрожащими пальцами он схватил его руку. Было сложно стоять. — Антон… — он часто дышал, переполненный болью. Только этот мужчина может остановить болезненные ощущения. — Думаю, ты уже понял, что с тобой происходит. Моя задача тебе помочь в этом. По данным исследований, наслаждение, получаемое от любимого человека, помогает справиться с болью перевоплощений. Тебе будет легче, гораздо легче, если я буду тебя обнимать, целовать… Но только с твоего позволения, разумеется, — он ждал ответа, пока Антон снова тонул в его голубых глазах. Правильная грамотная речь и его голос гипнотизировали, становилось спокойно, хорошо, тепло. — Помогите мне, — он выдохнул, собираясь с мыслями. С присутствием альфы, его бельё стало ещё мокрее, стало невыносимо. Волнение снова нахлынуло, когда альфа стал ближе. Хотелось отступить, но позади было только дерево, преграждающее путь. — Не нужно от меня убегать, пожалуйста, я не причиню вред, — этот невинный парень так сильно его возбуждает, даже тем, что боится целоваться и стоять близко к альфе. — Я же твой мужчина, по судьбе, — он гладит его щеку, очень нежно, смотрит в глаза младшего. Только теперь он приближается для поцелуя к этим невинным губам. Арсений готов в любой момент остановиться, заметив страх юноши. Они оба понимают, что боли прекратятся, нужно сделать этот шаг. Антон должен успокоиться, сегодня ночью лишиться девственности. Глядя на учёного, он понимает только своё желание к нему, но и в любом случае боится. — Не бойся меня, а лучше обними, — он укладывает его беспомощные руки к себе на плечи. — Я не боюсь Вас, — говорит Шаст, обнимая. — Антош, ты можешь говорить мне «ты». Или я сильно старый для тебя? — парень улыбается, качая головой в разные стороны. Арсений незаметно его обнял за талию. — Не старый, но разница довольно большая… — Тебя это смущает? — по опущенным глазам младшего он понимает ответ. — Знаешь, когда судьбой распределяются пары, вообще на возраст никто не смотрит. Обращают внимание на характер, чтобы альфа и омега хорошо жили друг с другом. Может даже сексуальные предпочтения учитывают, внешнюю симпатию… Но возраст точно нет. — Но я никогда не… Как им известно то самое предпочтение, ну, в постели, — очень хочется в обморок от стыда за свои вопросы упасть, но Арсений не даёт. — С научной точки зрения это закладывается ещё в утробе. Ты уже таким рождаешься. Будут ещё вопросы? Давай я расскажу тебе всё, что ты хочешь знать, — он понял, что так парень успокаивается, ему легче. Альфа будет всё делать ради комфорта омеги. — Почему ты «Лунный»? — Попов ожидал вопрос о взрослении, или о первых охотах и превращениях, но никак не о себе. — Сейчас покажу, — ему не хочется отпускать парня из объятий, но нужно. Чтобы не смущать парня раньше времени, он заходит за дерево, снимает с себя одежду, а уже потом обращается в оборотня. Перед Антоном белый, как снег, оборотень, чуть больше волка и чуть сильнее. Хотя волосы у Арсения черные, при обращении шерсть его стала белоснежной. Это поразительно. Когда Шастун всё увидел, Арс вернулся за дерево и накинул на себя пальто. — Кто-то увидел меня в полнолуние, под ярким светом луны, от которого моя шерсть стала с нее цветом. Поэтому и лунный, ну и ещё странный для кого-то, холодный и далёкий. — А у меня будет какая шерсть? — за время разговора Шаст даже не заметил, как вся его боль ушла. — До обращения никто не узнает. Если тебе интересно, то тогда начну помогать тебе стать взрослым. — Я помню ваш доклад… Очень часто после этого омега остаётся брошенной…? — Я тебя не брошу, поверь. Тош, мне 30 лет, я уже думал, что никогда не встречу своего любимого, умру в одиночестве… Я бесконечно счастлив, что мы наконец-то встретились, что ты у меня такой хороший… — Я верю… И готов стать взрослым… — они снова возвращаются к поцелую. Антон сам ничего не умел делать, пришлось просто стоять и на ходу учиться. Он постепенно приоткрывал губы, позволяя Арсу целовать. Попов решил поцеловать его шею, прижать к себе ближе. Шаст позволил, не сопротивлялся. Было приятно, когда влажные губы проходились по нежным местам, оставляли поцелуи. Его жадное дыхание покрывало кожу мурашками, а младший начинал дрожать. Зря он волновался и был против, если это так приятно, особенно когда руки Попова проходятся по его телу с такой нежностью. — Когда оборотень превращается, он сразу вырастает, рвёт одежду на себе. В экстренных ситуациях никто за вещи не переживает, не тратит секунды на раздевание, но вот когда оборотень может не торопиться, то может снять с себя одежду и оставить в лесу, а потом снова надеть её, — объясняет Арсений. Он хочет раздеть парня, отложить его одежду. Цепляясь пальцами за край толстовки, он смотрит в глаза, спрашивая разрешения. — Давай снимем, — кивает он, прощаясь с элементом одежды. Его горячая кожа сразу чувствует ночную прохладу. Целуя губы, старший сразу расстёгивает его джинсы, ныряет рукой, сжимает орган. Антон стонет ему в губы, начинает волноваться, когда Арс массирует это место в штанах. Дыхания не хватает, воздух закончился, Антон ощущает только его руки, тянущие вниз промокшие штаны и трусы. Шасту стало холодно. У него дрожали губы, пока мужчина его раздевал до конца. Он хоть и оборотень, должен чувствовать холод меньше, чем обычный человек, но всё-таки в нем нет той силы, которая есть у обращённых сородичей. Попов отдаёт ему свое пальто, накидывая на плечи. Теперь парень может увидеть тело своего альфы. Лучше бы он не смотрел на этот красивый торс, на пресс и широкие плечи, лучше бы он не опускал глаза ниже… Он покраснел, увидев огромный член, с красной головкой, стремящийся к нему. Стало даже дурно от мысли, что сейчас это будет у него внутри. Попов хотел опередить его страх. — Да, у альф гораздо больше, чем у омег. Это объясняется природой. Альфе важно создать потомство, оплодотворить омегу. Для этого и нужен такой орган, но оплодотворение, как и просто секс, проходит безболезненно. Всё благодаря смазке омеги. Ты молодой, у тебя ее много… — он тянется пальцами к его мокрой дырочке, проводит между ягодиц. — Ты же чувствуешь, что твой организм готовится ко мне? Смотри, как много смазки… — он медленно гладит там, от чего течь Шастун начинает активнее. — Угу, — он кивает. — Очень хорошо, что ты возбужденный и мокрый, так мой член войдёт в тебя быстрее. Поверь, проблем никаких не будет. Мой орган тоже выделяет дополнительную смазку, для помощи тебе… — он аккуратно берёт его руку и кладет к себе. Антон сразу сжимает его в кулак, но боится пошевелиться. — Так…? — он всё ещё стоит без движения, пока старший ему не показывает нужную траекторию движения по всей длине. Попов стонет от рук робкого Антона. Как ему приятно, что соулмейт наконец-то к нему прикоснулся. — Даа… Продолжай, — он сокращает расстояние, чтобы поцеловать. Омега продолжает тот самый темп, даже когда руки оборотня начинают трогать его попку. Ему приятно до дрожи в коленях, он обильно выделяет смазку, которая уже пачкает его бёдра. Арсений аккуратно продолжает скользить пальцами между ягодиц, надавливает на пульсирующий вход. — Мммм… — сжимает губы зеленоглазый. — Обними меня за шею, — он слушается, обвивает шею альфы, роняя со своих плеч пальто. Арсений такой горячий, что прикосновение к нему согревает лучше любой верхней одежды. Его пальцы проникли внутрь так незаметно, пока Антон обнимал, что сам он удивился, как не заметил этот важный этап. Попов потянул его ножку выше, попросил поднять. Брюнет взял его под коленкой одной рукой, пока вторая внедряла пальцы всё глубже и глубже. Парень стонал, обнимал крепко-крепко, а дышал очень часто, начиная стонать. Ему было хорошо… Он расслабился, поддавался окутывающему возбуждению. И правда, только его альфа мог довести до такого состояния. А это только пальцы, что будет, когда он войдёт в него? — Ааарс… — вскрикнул парень, когда пальцы надавили на точку наслаждения. — Сейчас, малыш… — он вынимает пальцы, хлюпающие в попке. Прежде чем развернуть к себе спиной, он жадно целует его губы, опускает ножку на пол. Антон обнимает дерево руками, его попка оттопырилась для альфы. Арсений размазывал по члену смазку омеги, тёрся головкой между ягодиц, пока парень привыкал к новой позе. Удерживая его хрупкую талию, Попов входит очень плавно. Омега очень узкий и горячий, сразу начинает обильно течь. Они оба стонут, не решаясь начать двигаться. Первым действует альфа, проникая ещё глубже, оказывается это не всё. Он задевает приятное место, Антона выгибает сильнее, он скулит, отрывая от дерева кору. Ещё медленнее Арсений выходит почти полностью, чтобы снова заполнить его попку…

***

Когда омега привыкает, получает от процесса удовольствие, Попов решает поднять его на руки. Парень всё также к нему спиной, он его удерживает сильными руками под коленками. — Держись за шею… — Антону приходится перекинуть руку через шею Арса, сделать захват, облокачиваясь спиной на альфу. Старший отходит от дерева, снова проникает в нежное тело. Он часто двигает бёдрами, насаживает омегу на себя руками под светом луны. Парень стонет на весь лес, сам пытается помочь своему соулмейту. Он скоро не сможет, он не в силах продолжать… Альфа-оборотень трахает его на весу, наслаждаясь обретенным счастьем. Ещё чуть-чуть он и сам не выдержит. Наступает пик. Приходится выйти и кончить на ягодицы. Антон всё-таки молодой, ему ещё учиться нужно, а не вынашивать деток. Тем более такой худенький и лёгкий, на руках носить не устанешь, ну и трахать тоже… Омега дрожит от оргазма. Потихоньку Арсений ставит его на ноги, обнимая и целуя. Теперь осталось важное. — Давай вместе превратимся? — просит зеленоглазый. Для него это важно и интимно. — Давай, — старший соглашается, чтобы было одновременно он медлит. Шастун собирается с мыслями, превращается очень легко и просто, благодаря поддержке любимого. Шерсть у оборотня-омеги золотистая, яркая и шелковая. Они присели рядом друг с другом и стали любоваться уходящей луной. Мысль пронеслась у них одновременно: «У каждого солнца должна быть своя луна». Они понимали, что очень разные. Они не ровесники, у них глаза разного цвета, разного цвета волосы и шерсть, разное телосложение, разные характеры и природа. Но они созданы для того, чтобы как магниты с разной полярностью, притянуться друг к другу и быть вместе самыми счастливыми. Яркий и весёлый Антон с его золотистыми волосами был солнышком, теплым и улыбчивым. Старший и загадочный Арсений с чудесным окрасом был луной. Эти две противоположности наконец-то смогли быть вместе на Земле, когда на полотне неба они всегда далеко друг от друга. — Идём к твоим родителям? — спросил Арсений. — Давай ещё минутку посидим так… — попросил Антон, укладывая голову на плечо альфы. Всё волнение прошло, он теперь взрослый, у него есть альфа, который никому его не отдаст. Только утром пара пришла к родителям омеги. Майя и Андрей были крайне удивлены, что их зять — самый талантливый учёный. Они ни на минуту не задумались, чтобы быть против их брака. Арсений поклялся оберегать Антона, любить и защищать. Ну а через пару лет сделать их бабушкой и дедушкой. Антон признался, что сильно любит своего мужчину и будет безмерно рад прожить с ним всю жизнь. Примерно столько, сколько существуют солнце и луна.