Амнезия [МЕГА РЕБУТ]

Первые восходящие лучи солнца лениво наполнили просторную комнату, кабы возвещая о своём прибытии и отбытии из царства снов. Кнайф, развалившись на диване, немного поморщился и пробормотал что то несвязное, наверное, то были проклятья, ведь он целую ночь не мог уснуть, и только в 4 часа он наконец сомкнул свои веки. Почему же у него была бессонница? Явно от того, что у него была сильная головная боль после сильного ушиба, что было не совсем главным для его бессонной ночи, столь волнительной и тревожной. Да, вопросы у него сыпались не так мало как через уста, но и в голове происходило что то на подобии каши, из за которой блевать изрядно хочется, да и не только. Нож решил приподняться с постели, но внезапно его прошибла острая боль во лбу. Кнайф, пробормотав несвязное "Блять", схватился за голову, зажмуря глаза. "Ну и каким лешим я вообще смог так мозги себе отбить" - подумал он, и уже начал более осторожнее подниматься с кровати, придерживая при этом больную голову и свесив ноги с кровати. Спину неприятно жарило солнце, вызывая духоту. Кнайф наконец смог полностью подняться с постели и еле как дотащиться до ванны. Он посмотрел на свое отражение и поморщился: до того ему показалось жалким существо, которое смотрело на него. Круги от бессоницы и голова, которая была перебентована и вся в крови, до сих пор была на нем. "Надо бы перебентовать рану, но позже" - подумал Кнайф. Сделав все водные процедуры, он вышел на кухню. Было тихо. Тишина неприятно давила на отброса, вызывая фантомный звон в ушах. Подумав, что Лампчка наверняка еще спит, он решил написать на куске бумаги, что он уйдет прогуляться, чтобы Лампчка не забеспокоилась о резкой пропаже друга и вышел на улицу. Первое, что его встретило- это солнце, которое беспощадно опалило Кнайфа с головы до пяток, жаря его будто стейк. Серый зажмурился от резкого света и снова мгновенно схватился за голову из за внезапной боли. Нож произнес несколько не слишком хороших слов себе под нос и поплелся куда глаза ведут. Поляна однвоременно казалась ему знакомой, а одновременно нет. У Кнайфа возникала мысль, как он мог настолько сильно удариться, что часть памяти просто напросто вылетело из его головы. Он переберал всех своих знакомых с трудом, даже назвать их имя было с трудом, не то что то как они выглядели или какой характер у них был. Хотя единственный, который каким то чудесным образом оставался в его памяти почти целехоньким это Краткий. Кнайф не понимал, почему среди всех обджектов именно это существо все еще пыталось сохранить в нем все неприятные моменты. Ножа передернуло от злости, даже когда он потерял память, он все равно оставляет неприятный осадок, а все хорошее прсото напросто избавил. Вот с такими мыслями серый плелся по поляне, скорбя за то, что с ним как всегда судьба поступает несправедливо и неправильно. С ним единственным. Кнайф поднял взгляд, морщась от солнца, увидев какое то бордовое пятно и сразу распознав, что это стояла Брялок. Нож страдальчески вздохнул, что ему снова придется встретиться с ней, хотя желание просто спрятаться и обойти где то было соблазнительным. Но, к его несчастью, он шел в буквально пустом пространстве, где деревьев и кустов либо не было, либо стояли они по одиночке, а там уже обойти не получится, кошка все услышит и увидит. Сглотнув, отброс все больше приближался к их главарю, пока перед ним резко не появился малиновый свет и нож не врезался во что то или в кого то. Кнайф упал, громко выругавшись и схватившись за и так больную голову, а тут его еще и толкают. —Я клянусь суши богом, если блять какой то пидор еще раз- —Кнайф прервал свою речть, наконец посмотрев на того, в которого так хорошо врезался и неудачно упал. Перед ним стояла та самая малиновая бестия, которую Кнайф ну уж очень хотел бы сегодня не встречать. Нож обомлел, не докончив речь и фыркнул, оскалив зубы и сказав: —Ну и какого хрена ты появляешься из неоткуда-процедил сквозь зубы, Кнайф. Краткий секунду посмотрел на него свысока своими бесячими глазами, напоминающие глаза козла, и довольно насмешливо произнес: —Прости, не увидел, слишком уж ты незаметный для меня. Да и когда свою бошку повредил, которая и так без мозгов, ходишь как во сне - произнес хост с усмешкой. Кнайф обиделся на такой ответ. Он же, как никак, часть памяти потерял, а он тут свой стеб подключает... Обджект сморщился и скрестил руки на груди и хмыкнув, ответил: —Когда свою больную бошку повредишь, то не удивляйся, что ничего не измениться, ты и так больной - ответил Кнайф и прошел мимо буквы. Малиновому, похоже, такой расклад не понравился и он резко повернулся в сторону ножа, протянув неестественно руку и взяв его за голову, из за чего тот вскрикнул из за неприятного давления на разбитую бошку, притянул к себе, произнося: —Если еще раз скажешь про то, что я больной и прочие штуки про это, то от твоей уж головы останется только череп, который я буду хранить у себя в качестве трофея, ты меня понял, изгой? - произнес полу-шепотом Краткий, постепенно давя на голову Кнайфа еще больше, из за чего тот уже чуть ли не орал. —Хорошо, хорошо!!! - воскликнул серый из за невыносимой боли и его сразу же бросили на землю с явной ненавистью. —Вот и прекрасно - сказал хост с уже довольными нотками в голосе, хотел что то сказать еще, но передумал и испарился. Кнайф все еще лежал на земле, осмысливая произошедшее. Спустя несколько секунд серый поднялся и подумал:"Ну хотя бы ногами не отпиздил, это уже плюс" Кнайф расстерянно посмотрел вокруг и не обнаружив Брялок, облегченно вздохнул и на свое удивление даже поблагодарил Краткого за то, что он отвлек его, но вдруг увидел вдалике знакомого:она была похожа на двухцветную стирательную резинку. Та стояла под деревом, наверное спрятавшись от палящего солнца и размышляла о чем то. Нож усердно пытался вспомнить ее имя, так как было неловко подходить к ней, даже больно не зная ее. С горем попалам Кнайф все таки смог вспомнить ее имя и зашагал навстречу ей, надеясь, что она не окажется грубой, как Брялок. Ведь, все таки, он не слишком помнил, какие были отношения между ними до случая с несчастной потерей памяти.