Нам ему уже не помочь...

      Тяжёлый дым из труб заводов поднимался ввысь. На улице расползался слабый солнечный свет (чтобы вам было понятно, читатель, я взяла на себя ответственность и перевела сияющую утром звезду Ампериус на наше солнце, понятное и легкое), будто его кто-то избил. Облака закрывали яркие лучики и оставляли лишь их подобие. Солнце будто скрывалось от жителей, не хотело полностью выходить из-за облаков. Мутное небо описывало жителей планеты Эмпелш и, вместо ярко-голубого оттенка, который блестел на земле, в Эмпелше по небу распространялся лишь полу-болотный, тусклый цвет. Мия еще раз печально взглянула в окно университета, но ничего нового, и тем более завораживающего, она там не нашла.       Через полчаса лекция закончится и можно будет идти домой. Ну вот зачем она выбрала этот предмет? На химии сейчас все помешаны, но ведь далеко не из-за интереса, а из-за перспективы брать с производства препараты, вводящие в транс и вызывающие галлюцинации. Но Мии это не было нужно. Она не хотела пробовать и принимать любые дозы этого смертоносного средства. Её отец скончался, взяв слишком большую дозу, и никакая скорая не смогла ему помочь. Мия вообще больше не верила в эти скорые. Они только вкачивают в людей еще бóльшие дозы препаратов и никогда не помогают ничем бóльшим. Когда ее отец валялся на полу, работники скорой, заявив, что "ему уже не помочь", вводили всё новые и новые препараты, которые еще никем прежде не были протестированы. Мия же знала, что антидот с легкостью бы справился с передозом.       Теперь Мия уже не хотела ни во что верить. Она просто устала; от универа, в котором не хотела появляться, от мамы, принимающей дозу за дозой с неизвестными эффектами. И от этого гребанного мира тоже устала. Если так продолжится, Мия, наверное, покончит с собой. Но вот, пара заканчивается, студентам снова напоминают о скором наступлении сессии, и группа спускается вниз по лестнице.       Внизу, к сожалению Мии, их ждет несколько автоматов: один с едой, а другой с наркотиками. Её однокурсники сразу подходят ко второму аппарату, и за пару мнгновений у него собирается небольшая очередь. Наша же Мия быстрыми шагами проходит к выходу из универа, дабы как можно скорее попасть домой. Прикладывая пропуск к турникету Мия снова задумывается о навязчивой идее, мучающей её последний месяц и только сильнее устаканивавшейся в сознании. Не самая лучшая мысль - о суициде. Мия уже буквально мечтала подняться на старую восьмиэтажную заброшку и спрыгнуть с её крыши. Она представляла, как падает и пропадает из этого мира навсегда, о ней никто не вспомнит и не сможет издеваться. Мия считала, что это её последний шанс забыть обо всех услышанных ею ужасах... У неё не было ни друзей, ни близких, которым она могла бы довериться. У нее больше не было якоря, удерживающего её на плаву в этом адском котле. Страх заполнял лёгкие, когда девушка неспешно шла по улице в сторону дома. Нет она еще не готова прыгать с многоэтажки..пока ещё рано.       Быстро пробежав мимо странно валяющихся на асфальте людей, Мия забежала в подъезд и поднялась по крутой лестнице. Ну вот, дверная ручка, ведущая в ее квартиру, без труда поддалась. Она не была заперта, а значит матушка все еще дома. - Привет, мам! - с надеждой крикнула Мия. Но, не получив ответа, девушка зашла в свою комнату и захлопнула дверь. Ведь мало ли что может взбрести в голову наркомана. Быстро и не особо аккуратно скинув портфель, она села на кровать, и открыла свой телефон-раскладушку (что, к слову, не было признаком богатства), который ей три года назад подарила бабушка. Кстати о бабушке; два года назад она скончалась в возрасте 84 лет. За день до дня рождения Мии. В тот день девушка ждала, что к ней наконец-то приедет её родной человек. Тогда-то она и узнала, что она умерла. Больше Мия не праздновала свой день рождения. Она лишь плакала по ночам в подушку, не имея сил смириться с потерей. Точной причины смерти она так и не узнала. Да что уж там, даже похоронить её нормально не смогла. Мать забрала все бабушкины деньги, а ту отправила на кремацию. Скорее всего бóльшая часть денег была спущена на наркотики, ведь не зря позже в коридоре появился целый ящик убийственных порошков, скорее всего с новыми и очень усиленными действиями. Тогда Мия не разговаривала с матерью около трех недель. Если быть точнее, их отношения испортились еще сильнее. А сейчас Мия просто листала очередной мессенджер, заполненный нескончаемыми сообщениями. На самом деле всё то были общие чаты, в которых обсуждали всё подряд, и не слова о Мии. Всё, чего хотела девушка сейчас - это просто вырубиться и спокойно прожить следующий день. Но что-то резко сменило её планы. Это была ручка двери её комнаты. Она быстро двигалась вверх-вниз и дверь периодически подвергалась толчкам. Через пару мгновений дверь не выдержала напора и вылетела. В комнату пошатывающейся походкой зашла матушка Мии. Она держала в руке что-то острое и яркое. . . .       " Стало ужасно страшно, размыленное зрение не перемещалось с булавки у нее в руке. Колени затряслись, а тело не слушалось. Всё, что я могла - это смотреть, как она идет на меня с булавкой и надеяться на лучшее. Но где-то глубоко в душе, я уже успела смириться с надвигающейся участью. Она приближалась, приподняв свое орудие. Я заранее попыталась уклониться, как вдруг увидела её темные расширенные зрачки. Нет, они никуда не смотрели. Они были направлены будто сквозь меня, в пустоту. Что было у нее на уме и насколько она была опасна - я не знаю, но предчувствовала что-то до боли устрашающее. - Доченька, сейчас придет тётя Надя и мы с ней попьём чай в гостиной. Давай ты тихонько посидишь в комнате? А потом я позову тебя, и ты ей покажешься с новой булавочкой, я сегодня на рынке купила...- произносила мать, но я знала, что это булавка пылилась у нас в комоде уже не первый год. Надо было бежать. Но как и куда..? Кажется, было уже поздно раздумывать.        Неужели, я так и умру?! Кто знает, что она достанет - нож, вилку...да что угодно! От этого моя судьба не изменится..Всем телом я чувствовала напряжение. Если бы только она прошла мимо, не подходила ко мне...если бы я заперла дверь и поставила бы к ней шкаф...ну почему, почему я не могла даже пошевельнуться в тот момент?! Как так получилось, что именно в этот день я пришла чуть позже, чем обычно..Как же все так обернулось... Надо что-то делать. Срочно. В порыве отчаяния я схватила её руку, всем телом стараясь защищаться от нападений наркоманки. Но она была сильней, намного сильней и ловчее меня. Через мгновение я почувствовала, как что-то до противного холодное и острое воткнулось мне в кожу в области сердца. Посмотрев вниз я увидела кровь, без остановки сочившуюся из новосозданной раны, и эту злосчастную булавку. Матушка с кривой улыбкой просовывала ее всё глубже и глубже. Адская боль ударила по мне настолько, что мое сознание затуманилось. Я еще раз попыталась оказать сопротивление, но силы мои быстро сошли на "нет". В бессилии упав на кровать я услышала приглушённый голос мамы: - Только посмотри, какая ты красавица... Та повторялась у меня в ушах еще несколько секунд, пока всё не пропало во мгле. " . . . Матушка Мии с невероятным спокойствием накрыла труп дочери одеялом, все еще находясь под действиями нового наркотика - дефавина. Он буквально изменял всё, что видит человек, отравляя его сознание и не позволяя адекватно мыслить. Услышав звонок в дверь, она направилась открывать её. Это, видимо, тётя Надя.. Она и вправду собиралась прийти. Но собиралась ли она увидеть то, что поджидало её в этом доме? Тётя Надя, на самом деле, была тестировщиком новейших наркотиков . Что обьясняет почему именно у Рарки (мама Мии) неожиданно появилась партия нового, и как оказалось, очень вредоносного наркотического вещества.       Тетя Надя юрко проскочила внутрь квартиры. Ее взору предстала Рарка, у которой руки были полностью перемазаны кровью. По удивленному выражению ее лица было ясно, что она не смогла понять, что происходит, сколько бы не силилась это сделать. А тем временем действие наркотика начало отступать... Стих к главе: "Все люди, эгоисты"- Сказала бабушка моя, И я, с задумчивою миной, Пошла искать народу оправдание. Я час искала, и два ходила, Но не нашла ответа... Все говорили лишь о том, Что мне помогут смело. Но лишь когда пришла беда, Ко мне пришёл ответ. Ведь мало кто поможет вам, А остальные лишь мимо пробегут...