Папа

Питер не знает, в какой комнате он находится, но Тони чувствует себя здесь совершенно свободно, так что, вероятно, это где-то в башне. Сначала они просто разговаривают, но потом он случайно называет Старка папой. Он бы даже не заметил, но... Тони гневно смотрит на него, улыбка мгновенно слетает с лица, любовь и спокойствие в глазах сменяются ненавистью. Все пространство вокруг него как будто темнеет, а сам Старк становится немного подсвечен снизу его реактором, и Питеру начинает становится страшно. - Ты что, действительно думал, что мы сблизились? Что я - я, сам Тони Старк, миллиардер и супергерой, буду доверять какому-то жалкому пацану из Куинса!? Что так низко паду до твоего уровня!? Питер пытается отойти, пытается встать, пытается открыть рот - сделать хоть что-нибудь, но у него ничего не получается. Тело как будто занемело, а мистер Старк как будто становится больше, и вот в его глазах такая чистейшая ненависть, которую паучок даже не мог себе представить. - ДА ЧТОБ МЕНЯ ПРОКЛЯЛИ, ЕСЛИ БЫ Я ДОВЕРЯЛ ТЕБЕ!! Ты думаешь, я поставил так много жучков, потому что волнуюсь за тебя!? Ха, ха, ха.. Питер так хотел бы заткнуть уши, чтобы никогда, никогда не услышать этот противный смех... - Это просто способ следить за тобой, чтобы в любой момент, если что, можно было прихлопнуть... Жаль, что стервятник тогда не уничтожил тебя.. это было бы облегчение для меня, если бы ты так и не смог выбраться из под того здания. Ты действительно думал, что я полюбил тебя? Что стал доверять, что захочу назвать своим _сыном_!? Тебя, неуклюжего тупого подростка, как я только пустил тебя в свою.. Питер буквально подпрыгнул на кровати, хватая воздух ртом. Сон. Это всего лишь сон, ничего страшного, этого не было на самом деле, всего лишь сон... Паучок всхлипнул, глотая непрошенные слезы. Медленно вдохнул и еще медленнее выдохнул. Надо успокоиться. Надо успокоиться. Надо. Успокоиться. Надо... Господи, ему надо увидеть Тони. Услышать Тони. Увидеть, понюхать что нибудь, связанное с Тони, что бы могло ему доказать, что вот он, здесь, в реальности, и Старк не ненавидит его... - П-пятница? - Да, Питер? Я могу чем то помочь? - тихий и будто бы нежный голос Пятницы успокаивал. Но ему надо увидеть Тони, надо... - Где п... - вдох, глубокий вдох, все в порядке, это был просто сон - Тони? - Босс сейчас на встрече в другом городе. Он прибудет утром. Позвонить ему? Питер сел на кровати. Сейчас 3. Осталось чуть больше 5 часов... Господи, он надеется, что тот будет не слишком зол, когда обнаружит Питера в своей кровати... - Н-нет, не стоит, Пятница, спас-сибо. Я могу пойти в его спальню? - вдох-выдох, все в порядке, это был только кошмар, на самом деле Тони не ненавидит его, все в порядке. - Конечно, Питер. У тебя есть доступ. - Спасибо, Пя-ятница. Немного шатаясь, Питер прошел до двери своей комнаты, все ещё всхлипывая. Он успокаивал себя, как мог, но ему нужно было добраться до спальни Тони. У него есть своя комната. Разве Тони сделал бы ему свою комнату, если бы ненавидел его? И дал бы ему доступ в свою спальню? Конечно, нет... Слава Одину, их спальни находились совсем близко, так что уже через 2 минуты (и то только потому, что его немного шатало после кошмара) он уже был внутри. Недолго думая, паучок плюхнулся на кровать и свернулся в комочек, обнимая подушку Старка и вдыхая такой родной запах. В голове проматывались моменты их со Старком объятий; совместные вечера кино и то, как они засыпали, обнимая друг друга руками; то, как Тони сидел с ним около больничной койки в башне, когда Питер получил ранение, потому что давно не спал и не заметил еще одного преступника с ножом; то, как Тони готовил для него куриный бульон и кормил его с ложки, когда он сильно болел и сидел с ним, пока он не уснет. Все это успокаивало Питера, и он все больше убеждался, что сон был обычным кошмаром, не имевшим никаких оснований, кроме его переутомления. Запутавшись в этих мыслях, паучок не заметил, как снова уснул, вдыхая такой родной и успокаивающий запах. *** Тони уже прощался со всеми собравшимися, когда ему пришло уведомление о ночном кошмаре его ребенка. Он немного побеспокоился, потом Пятница пересказала ему их с Питером диалог, и Тони забеспокоился еще больше. Еще через 6 минут Пятница прислала ему фотографию лежащего на его кровати Питера, который свернулся калачиком и обнимал его подушку, а также только что зафиксированное подтверждение о том, что паучок снова заснул. Старк, конечно, выдохнул уже поспокойнее, но решения своего не поменял, и переоделся, а потом и вовсе отправил все свои вещи вместе с Хэппи дожидаться утра и лететь на самолете. А сам забрался в костюм и отправился домой. Он всего лишь в паре часов полета на самолете, а в костюме в два раза меньше. Это ещё не считая ускоренного режима. Его ребенок определенно стоит того, чтобы полететь ночью из соседнего штата обратно домой. На самом деле, даже намного большего. *** Через 40 минут он мягко опустился на крышу своей башни. Костюм тут же начал собираться обратно в реактор, позволяя размять немного затекшие мышцы. Он успел немного вздремнуть, поставив костюм на автопилот, но тревога доконала его, так что, по сути, весь путь он провел в молчаливом напряжении. Старк зашел внутрь, спускаясь по небольшой лестнице прямо в кухню. И все таки, есть в этом какой то бонус, быть миллиардером. - Пятница, Питер спит? - Тони остановился в нерешительности, решая, что ему делать дальше. Чашечка кофе много времени занять не должна, но, если его ребенку нужна немедленная помощь... - Да, босс. Судя по сердцебиению, он сейчас в фазе глубокого сна. Что ж, тогда чашечка кофе определенно не помешает. Старк запустил кофеварку, доставая из шкафчика его любимую кружку. Питер подарил ему ее на прошлый новый год в качестве шутки, чтобы отвлечь от настоящего подарка, но Тони кружку выбросить отказался, а потом купил паучку похожую. Так что теперь Старк пьет свой излюбленный кофе из кружки с изображением человека-паука и подписью Питера, а Паркер свой чай из кружки с изображением железного человека и подписью Старка. Ожидая, пока варится кофе, Тони попросил Пятницу вывести ему голлограму с видеокамер в комнате Питера в тот момент, когда ему приснился кошмар. Немного уменьшив звук, он начал просмотр записи. Сначала все было хорошо, и Питер размеренно спал (даже улыбался уголком губ), но позже начал нервно переворачиваться сбоку набок. Уже что то отчаянно шепча, Паркер вскочил с постели, глубоко дыша. Что ж, кошмар явно не связан с какой то из его прошлых битв или ран, так как панической атаки и близко не было, но состояние пацана все же было довольно далеко от нормального. Переговорив с Пятницей и спросив разрешение на посещение его спальни, Питер туда и направился - правда, немного шатаясь. Происходящее дальше он уже видел около часа назад, поэтому смахнул голлограму куда-то вбок. Единственная мысль, которая выпирала впереди всех, было то, как запнулся Пит перед тем, как произнести его имя. П... Какое слово могло начинаться на п, которым Питер хотел бы его назвать? Или он перепутал? Почему то сразу пришло в голову слово ,,папа,, , но не мог же паучок действительно хотеть, чтобы Старк стал его отцом? Он далеко не самый лучший пример для подражания, да и отцовского в нем почти ничего - его то отец был в последнюю очередь хорошим... От этих мыслей его отвлекла закончившая приготовление кофе кофеварка, так что он забрал свою кружку и начал аккуратно пить из нее, стараясь не обжечь сильно язык, и облокотился о столешницу. Нет, он то был совсем не против. Он был бы даже за... Об этом знает только Пеппер (и Пятница, конечно), но ему уже пару раз снились сны, в которых паучок называл его папой. И, главное, в чем он признался только себе: ему определенно это понравилось. Кофе в кружке неожиданно закончился, так что Тони поставил кружку в раковину и всполоснул лицо, дабы немного освежить мысли. Его ребенок лежит в его постели совсем один, и ему определенно пора это исправить. *** Взяв запасную одежду из спальни Питера и переодевшись, Старк зашел в свою комнату. Все было, как ему и показала Пятница: Питер лежал почти посредине его двуспальной кровати (которую он купил, когда обустраивал комнату для его ребенка, так, на всякий обнимательный, и, как вышло, засыпательный случай) и обнимал его подушку, свернувшись в комочек. Услышав тихое сопение, Старк улыбнулся. Иногда его пугал размер его любви к этому пацану, но, честно скажем, этот пацан ее заслуживал. Тони тихонько подошел к кровати, любуясь Питером, как своим ребенком. Не успел Старк задать себе извечный в таких ситуациях вопрос ,,почему как,, , как его ребенок перестал сопеть и сонно привстал на локте. - П-папа? - он шмыгнул носом, сонно всматриваясь в силуэт у кровати. У Старка екнуло сердце, а в голове вихрем закрутились мысли. Все таки ему не показалось... Он продолжил молчать, внутренне справляясь с шоком, но Пит неожиданно громче шмыгнул и всхлипнул. - И-извините, мистер С-старк, я н-не... Тони сразу же очнулся, в два больших шага преодолел оставшееся расстояние до кровати и уже протянул руки, чтобы обнять своего ребенка и успокоить его, как тот резко отшатнулся. - Н-нет, и-иизвините, че-естно, я н-не хоте-ел... - Питер начал почти взахлеб плакать, пытаясь что-то сказать. Старк, не на шутку испугавшись, сел на кровать и таки притянул паучка к себе. Он прижал его голову у своей груди, зарываясь пальцами в мягкие локоны и мягко массируя кожу головы, а второй рукой начал поглаживать по спине в попытках успокоить отчаянно содрогающееся в рыданиях тело его ребенка. - Тшшшш, малыш, все в порядке. Расслабься, тебе ничего не угрожает, я тебе не угрожаю, все в порядке. Не плачь, ребенок, я здесь, твой папа рядом. Тони и сам не знал, каким образом в его ум пришла последняя фраза, и тем более как она прошла мозговой контроль и успешно вылетела из его рта, но после нее Питер будто ожил и крепко схватился за него, прижимаясь ближе. Они просидели так, наверное, минут десять, или даже полчаса, но кто станет считать? Старк размеренно гладил спину своего ребенка и задумчиво перебирал кудри, а Питер потихоньку успокаивался, пока в конце концов не засопел, полулежа на нем. Вынырнув из своих мыслей, Тони услышал сопение паучка и аккуратно уложил их в горизонтальное положение, положив Питера к себе на грудь. Тот во сне улыбнулся краешком губ и буквально обвил его руками и ногами, крепко держа. Тони улыбнулся и поцеловал своего ребенка в вихрастую макушку, успокаиваясь сам. Вероятно, нет ничего плохого в том, чтобы быть отцом, когда не имеешь правильного примера. Питер его ребенок, а он его папа, и он собирается стать лучшим папой для своего ребенка, чему бы ему это ни стоило. *** Питер проснулся от того, что солнце очень настойчиво светило своим озорным лучом прямо ему в левый глаз. Обиженно засопев, он зарылся лицом во что то очень теплое и мягкое, пахнущее чем то совсем родным, и облегченно вздохнул, когда свет пропал. Чей то родной голос сказал какой то Пятнице закрыть шторы, так что он снова положил голову на бок, удовлетворенно отмечая, что свет действительно пропал. Кто то поцеловал его в макушку, и он тихонько этому улыбнулся. Он почти начал погружаться обратно в сон, когда воспоминания о ночи резко бахнули его по голове и убежали, не давая догнать их и бахнуть их чем нибудь потяжелее в ответ. Получается, второй раз не был сном? Он действительно назвал мистера Старка папой? И тот на него за это не наорал, не выгнал, а просто прижал к себе, успокоил, сам назвался папой, а потом еще и уложил на себя спать?? Получается, что... - Доброе утро, малыш. - немного заспанный голос раздался сверху, и Питер, превозмогая страх, поднял голову чуть выше. Тони смотрел на него, как смотрел последние несколько месяцев: тепло, с любовью и нежностью в глазах. Также он смотрел на него во сне вчера... Прежде чем Питер ошибся. Паучок крепко зажмурился, прогоняя воспоминания орущего на него Старка и ненависти в его глазах. Ведь такого не может быть, ведь это был сон. Всего лишь сон. - Сынок, все в порядке? - мягкий и немного взволнованный голос снова раздался от его владельца, и Питер резко распахнул глаза, удивленно воззаряясь на Тони. Ему показалось, или он назвал его сыном? - П-папа? - Питер не знал, почему сказал это, но слова сами вырвались изо рта, заставляя глаза тут же расшириться в немом испуге. Несмотря на все ожидания, мистер Старк не начал злиться, не удивился, он просто... Он просто будто бы посмотрел с еще большей любовью и ответил: - Да, малыш? Питер очень много плакал за последние сутки, но на глаза все равно навернулись слезы. Ему же не послышалось, ему же не показалось, да? Он не против? Тони совсем-совсем не против, чтобы он называл его папой, да? Видимо, последний вопрос он сказал вслух, потому что Старк ответил. - Нет, Пит, я совершенно не против. И, честно говоря, я очень даже за. - и он чмокнул его в лоб, подтверждая свои слова незамысловатым действием. Слезы сами вырвались наружу, и Питер стиснул Тони в объятиях, вызволяя все свои страхи и сомнения наружу. Он действительно не против, он правда хочет, чтобы он называл его папой... - П-папа.. - повторил он, не веря в свое счастье. - Я, я люб-блю тебя, пап. Тони поцеловал своего ребенка в макушку, немного покачивая его в своих объятиях. Одна слеза счастья тихо скатилась по его щеке и упала на футболку. - Я тоже. Я тоже тебя люблю, малыш.