Во тьме

Рассказ 1 Дрова в печи с щелканьем потрескивали, пламя приятно издавало тепло, светом разрывая клочки мрака, расползающегося по углам комнаты. Стас поежился и сильнее укутался в плащ, подозрительно смотря на хлипкий засов. На улице стоял собачий холод и немудрено, зима на дворе, а это значит, что времени у всех будет дополна, работать на поле не надо разве, что скотину кормить да за домом приглядывать, главное чтоб запасов хватило. Нечисть вся тоже улеглась в спячку и трогать людей добрых на будет. Одним словом у всех забот будет гораздо меньше, кроме Стаса. На фоне трещящих дров в печи и гудения леса за окном, были едва различимые звуки, унылый и устрашающий вой. Стас этот вой отлично знал и помнил. В самой чаще леса если зимой будет мало еды выйдут из тьмы волки, да только не обычные, а гораздо кровожаднее и страшнее, они выйдут к людям и будут ждать… Когда вынесут еду. Ещё с незапамятных времён народ дабы уберечь деревню отдавал лесу своих людей, в лесу правила простые, чтобы что-то забрать нужно потом что-то отдать. обычно это были дети не подовавшие надежды на полезное существовани: калек, больных или просто слабых. Не самое приятное зрелище, когда мать, едва сдерживая приступы рыданий, отправляет своё чадо, якобы навестить бабушку или по какой-либо другой бытовой причине. Благо явление это крайне редкое, год для этого должен быть максимально поганый, хотя кто даёт на это гарантию? Но люди становятся смелее, вырубают деревья, строют города, деревни, поселения и постепенно обычаю и традиции забываются и напоминает их лес, когда волки проголодается, они придут и будут ждать угощенье, а если не дождутся возьмут сами. От внезапно нагрянувших мыслей по спине Стаса пробежали мурашки и он подполз поближе к огню. Утром разберёмся со всем, авось всё и наладится. *** Зимнее, морозное утро. Аглаю разбудила нянька Авдотья и стягивая одеяло сообщила, что хлопот сегодня выше крыши. Аглая сама встала, быстро одела утреннее платье, причесала свои густые русые волосы и спустилась вниз по лестнице в столовую, где её дожидались родители и завтрак. Первая прервала молчание мать: — Голубушка, хлопот у нас сегодня слишком много, платье уже готово, осталось сделать причёску и подобрать подходящие ленты… На званном вечере будет много молодых людей, я уверена ты должна расположить их к себе, особенно хорош среди них капитан Тараканов, очень ответственный и честный человек и имение у него большое — да, но он совершенно не приметен собой. У тому же он меня старше на 8 лет, матушка. Кто там ещё будет? — вот вам, женщинам вечно всё не так, есть же хороший, щедрый человек, а нет, вы поползете за каким-нибудь молоденьким гусаром у которого не шиша за спиной» — решил возмутиться такой несправедливостью Александр Фёдорович, отец Аглаи. Он отхлебнул горячего чаю и обратился к своей жене: — скажу я тебе так, Клара Ивановна, придётся нам ехать с охраной — это ещё почему? — а потому, что неожиданно в лесу стали выть волки как ошпаренные, воют и воют, кто знает, что в черепных коробках у этих зверей. — ну извольте тогда ехать с охраной, главное чтоб всё обошлось… Около двух минут семья погрузилась в молчание. Аглая знала почему вокруг неё царит такая суета, она сама девушка уже на выдане и как единственной дочери родители обязаны составить ей хорошую партию. Всего детей в семье было шестеро, но выжило ровно половина. Два старших сына служили в Петербурге и никогда не вылезали из долгов, а после ссоры с отцом самый старший, Алексей погряз по уши в конфликтах и переделках из-за во время не отданной суммы, но благо второй, Иван, вовремя одумался и вроде как даже всё наладилось… А Аглая всю свою жизнь росла в родительской губернии среди вишнёвых садов, лесных чащь и крупных деревень. — маменька, а скажите-с, кто ещё будет на Балу? — украдко решила спросить девушка — Скопин ещё будет, наш сосед, живёт в N губернии, молод, образован и неплох собой. — места у него хорошие богаты лесами, но сам по себе странный — добавил Александр Фёдорович -говорят он в лес любит ходить, да так что на несколько дней пропадает. А ещё говорят, что он во всех делах с нечистью разбирается, помню рассказывала мне кузина как у Фёдорова в деревнях Мор какой-то неизвестный пошёл, так он быстро к Скопину за советом, а потом всё и прошло — опять эти ваши женские сплетни да слухи. И нечисть ещё сюда приплели, человек он странный не спорю, но раньше же нормальным был, в Петербурге служил, а потом в своё родовое поместье поехал когда официально ему оно досталось от отца покойного, а потом как подменили… — помню как с его тёткой я имела беседу, говорит, что взор у него тосклив стал, думала что хандра это юношеская да нет… Я уж ничего говорить не стала, хотя знаю причину истинную! — и какая же такая причина, извольте просветить. — а всем известно, что поместье его стоит на лесах, да на курганах языческих… — опять ты Клара Ивановна, из светской беседы сплетни развела! — возопил Александр фёдорович. За всё время этого диалога Аглая сидела молча и слушала, рассказ про Скопина ей показался пугающим, но очень занимательным, она на секунду почувствовала себя героиней романа. Она уже знало чем может всё это закончится, единственная её подруга с детства Вера, смуглая, энергичная девушка около двух лет назад вышла замуж не по своей воле за богатого чиновника, из румяной хохотушки Вера превратилась в больную женщину, щеки впали, глаза потускнели в тоске, а вместо пухленьких плечей в роскошном платье виднелись острые ключицы. Ещё бы, столько она натерпелась, влюбилась в красавца гусара, ждала предложения руки и сердца, но вместо этого потенциальный жених только тянул время, а потом и вовсе пропал, а вернулся когда Вера была уже замужем… Девушка не хотела изменять, да и в её положении слишком рискованно. И утешения Аглаи не могли полностью исцелить растоптанное сердце подруги. «Красивый, но до боли грустный роман» — подумала Аглая. Тем временем родители вовсе забыли про неё и уже вовсю спорили о чей-то свояченице. -а вот будь Жилин там… -помилуй! Клара Ивановна, чем тебе Жилин то не угодил? — через чур он надменный. — отец со вздохом откинулся на спинку стула, взглядом наткнулся на Аглаю и сразу успокоился. — голубушка, ну ты поняла, относись добродушно и радушно ко всем, а особенно к Тараканову, он уж поверь мне, человек редкого сорта, таких теперь в свете не сыщешь. -а Скопин? — вдруг даже не ожиданно для себя спросила она. Отец слегка растерялся. — не могу даже надеется, что он изволит показать своё присутствие на людях, да и лучше не упоминать его часто. -ты лучше, доченька, правда к тараканову приглядись повнимательнее, пускай он и не красавец, но и не урод какой-то, умный, щедрый и относительно молод. Воспитание у него хорошое, его старики в своё время да и по сей день являлись примером супружеской пары, на образовании не экономили, вот сын ихний хоть про экономику, хоть про Гёте тебе пояснит. — добавила Клара Ивановна. Честно признаться юной и трепетной девушке как Аглае было бы скучно в таком обществе, все соседи то и дело только обсуждали сплетни или бытовые дела, у кого как кони пашут, у кого как рож растёт. А Скопина она ещё в живую то и не видела, вот и загорелся интерес и любопытство в душе, особенно после получения столько информации от одних слухов. Весь день пролетел быстро в суматохе и спешке в процессе приготовления к предстоящему балу. Служанки метались по комнатам, Клара Ивановна же являлась дирижёром всей этой процессии. Но к вечеру всё было готово и Аглая предстала перед своим окружением в красивом, лёгком кремовом платье. Все присутствующие единогласно говорили, что девушка настолько прекрасна, что обатит на себя внимание всех гостей на Балу. И вот спустя столько потраченного времени и сил на приготовление, семья вышла из дому. Воздух был свеж и чист. Под вечер похолодало, да так, что было немного больно дышать. Рядом с лошадьми которые недовольно фыркали стояло человек семь деревенских мужиков, вооружённых ружьями и пистолями всякого рода и разнообразия. Аглае и Кларе Ивановне помогли сесть в карету, следом прошёл глава семейства и крикнул в приоткрытую дверь: «Ермолай, поехали! " Дверь захлопнулась и все погрузились в молчание, только кучер периодически ругался на непослушную лошадь. Аглая почувствовала как её клонит в сон и она задремала, в её воображении разыгрались сцены, как она парит в пустом роскошном зале с каким-то молодым господином в медленном танце, вдруг неожиданно зал тонет во тьме, она лезет изо всех щелей и давит, так, что отдаёт в висках. Из сгустка мрака от которого веяло холодом и сыростью, вышла фигура в плаще и почему то дружелюбно протягивал руку. Аглая попятилась назад, молодой человек исчез, или уже утонул и растворился в тумане мглы, но из-за её спины послышался людской гул и топот. Девушку в панике выбили из равновесия бегающие фигуры, лиц она не видела, они были как будто размазаны, но в силуэтах можно было узнать знакомых, крепостных …и матушку с батюшкой… Они сами были напуганы, но почему-то не замечали Аглаю, хотя отчаянно её звали. За долю секунды девушка сбитая с толку и ног, лежала на каменном полу, который словно обжигал своим холодом. Фигуры метались по залу наступая на Аглаю. Она попыталась подняться и увидела, что человек или даже не человек в плаще до сих пор стоял, протягивая руку и как будто ухмыляясь, хотя вместо лица была одна непроглядная тьма. Не секунды не думая, девушка вскочила и побежала к неизвестному и тут же окунулась во мрак… Карету качнуло, лошади заржали, а кучер громко выругался: — ну етить твою на лево! — Что там?! — вскочил с места отец и открыл дверь аккуратно выглядывая и оборачиваясь по сторонам. — да ничего ваше превосходительство, лошади как с дуба рухнули, авось одну испужало одно, а другие подхватили. Мать с облегчением вздохнула, посмотрела на свою дочь и тут же ахнула: — голубушка, что с тобой? ты белее снега. Всё хорошо, не пугайся. — Александр фёдорович с обеспокоенностью посмотрел на свою дочь. Аглая только что проснулась и её совершенно даже не беспокоило, что произошло с лошадями. Придя в себя, она с трудом улыбнулась и дрожащим голосом произнесла: — всё хорошо, просто сон дурной… — ну будет тебе, Аглаюшка, вот сама посмотри, всё в порядке. — успокаивающе мягким голосом проговорил отец и демонстративно отошел от двери. Аглая нагнулась посмотреть и действительно, сон дурной, а на самом деле всё хорошо, она едет на бал, повидаться с Верой и другими старыми знакомыми. Заснеженные ели совершенно не пугали, повалил пушистыми хлопьями снег. Всё бы ничего если бы не фигура в плаще, как во сне, стояла между деревьев прямо напротив Аглаи, по спине пробежал холод. Но тут фигура пропала как раз в то мгновение когда из глотки хотел вырваться крик. Девушка облегченно откинулась на спинку сиденья, она наконец пришла в себя. Родители тоже успокоились и Александр фёдорович приказал трогаться. Вскоре и снег прошёл, небо стало ясным и его осветили звезды и луна. Мороз всё также обжигал щëки, но кажется стал чуть помягче. Лошади видимо смирились со своим призванием и послушно шли рысью. Крестьянские мужики сообщили, что лес они практически проехали и всё припасенное оружие к счастью были взято зря. Ну вот и всё они приехали. Пройдя через тёмный лес, они наконец-то выбрались к свету и теплу. *** Бал проходил у кузины Александра Фёдоровича, Марьи Фëдоровны Стешинской. Зала была залита тёплым золотистым светом от свечей. Гости разговаривали между собой. На удивление людей собралось много, по крайней мере больше обычного. Марья Фёдоровна была крайне общительна и радушна, а её страстью были балы и приёмы гостей, на этот раз она созвала всех своих знакомых и все в итоге с радостью явились. Тут двери отворились и во всей своей красе взору гостей предстала Аглая… Мать вела свою дочь к хозяйке дома и изо всех сил пыталась скрыть довольную улыбку с лица при виде как важные, статные разодетые дамы в пышных платьях и мужчины в мундирах оборачивались при виде её дочери. Аглая действительно была хороша, лёгкой походкой, в воздушном кремовом платье переливающимся золотыми полосами от света. Личико выражало скромную, едва заметную улыбку, на лоб из причёски видимо во время дороги упала прядь волнистых русых волос и это было её изюминкой дополняя её красивые, аккуратные черты лица. Марья Фёдоровна за несколько шагов заметила дорогих гостей и с объятиями обрушилась сначала на своего кузина, затем на его жену. Потом с восхищением посмотрела на свою племянницу. — милочка, вы восхитительны, позвольте вас представить. Стас поправил воротник и прижался спиной к стене, чувствовал он себя устало, хотя толком ничего не делал, весь день читал книги, пил чай, тупо смотрел в окно выходившее на лес. Вдруг он заметил, что все как-то оживились. Гости раступились на пути добродушной хозяйки которая вела под руку хорошенькую девушку. — Господа, — обратилась ко всем Марья Фёдоровна и выдержав интригующую паузу, продолжила — господа, разрешите вам представить мою дорогую племянницу, Аглаю! Публика восторженно загалдела, прекрасную племянницу окружили дамы и молодые люди. Стас тоже решил попросить хозяйку представить его Аглае, всё-таки действительно красивых людей редко встретишь, ещё бы они были нравом и душой также прекрасны как и наружностью. Стас решил не медлить и подошёл к тетушке Аглаи которая сама подозвала его. — Станислав, хотите, чтобы я вас лично представила? — я бы не отказался от такой возможности быть знакомым с этой очаровательной девушкой. -Тогда извольте идти за мной — Марья Фёдоровна едва заметно хихикнула и повела за собой молодого человека к Аглае у которой уже не было отбоя от людей. — Аглаюшка, изволь иметь знакомство со Станиславом… — тут откуда-то взялся Александр Фёдорович и явно с удивлением промолвил — Господин Скопин? Не думал, что вы будете здесь. *** — а вы сомневались в моём присутствии? -Нисколько, просто я заметил некую закономерность, что если вы захотите, вас никто даже не заметит — как видите, судя по всему я захотел появится на виду- честно Стасу стало приятно от того, что он умеет скрываться в толпе. Аглая растерянно посмотрела на нового знакомого, он был роста выше среднего, стройного телосложения, светлые волосы прикрывали часть лба, одним словом вполне красивый, а глаза… Они были голубые, холодные, глубокие, тоскливые, прям как зимнее небо. — должно быть вы хотите пригласить нашу принцессу на танец? — ухмыляясь спросила хозяйка — должно быть так- соврал Стас, он просто хотел познакомиться, но старая ехидна решила помочь кузену с выбором партии. Понятия таковы, стоит раза два за вечер потанцевать с одной, тут же за спиной шепчутся, пророчат свадьбу. Тем временем Аглая изучила свои записи в блокнотике. В такую крохотную книжецу дамы записывают с кем и какой танец будут исполнять, всех же не запомнишь, не ну кому-то и не приходится. — только…только вальс остался- пролепетала Аглая и робко подняла взгляд на своего будущего партнёра по танцу. — ну давайте тогда вальс, как вам угодно. — согласился Стас, а что делать, не отказывать же. Тут он заметил боковым зрением, что родители дамы косо переглядываются, а сам он почувствовал на себе пристальный взгляд, прям всей кожей это чувствовал. -"Возможно обрушил чьи-то планы» — Подумал про себя он. — Скопин, не расскажете, чем занимались? — решил ещё помучить нудными распросами Александр Фёдорович. — в каком смысле? — ну как же, сколько вас приглашали, вы не являлись под предлогом важных дел — всё не унимался старик. — да, извольте просветить- подхватили дамы, а Аглая с интересом слушала или делала вид, что слушала, а на самом деле робко рассматривала Скопина, кто знает — с деревней одной проблем постоянно выше крыши, вот и пришлось разгребать, так то я и сам рад, что наконец выбрался в светское общество -должно быть вам скучно тут- внезапно вставила Аглая, за всё время разговора она молчала, а тут. — нисколько, было б скучно, застрелился. — молодые люди, вам кажется пора. — напомнила Клара Ивановна. Стас напоследок окинул всех взглядом и протянул девушке руку, та молча кивнула и последовала за партнёром. Танец в целом шёл хорошо, благо у Стаса и Аглаи нашлись темы для разговора, но потом Скопин почувствовал как у него началась кружится голова и он на минуту замолк, девушка подумав решила возобновить беседу. — мы в следующий вторник устраиваем бал, вы явитесь? — посмотрю на деле, возможно приду, но лучше не тешить себя надеждами — вы не хотите? — нет, с чего вы взяли, наоборот, я изо всех сил стараюсь посещать подобные мероприятия. По окончанию танца Стас проводил свою партнёршу к родителям и удалился. Посмотрев на часы и учтя сколько времени займёт дорога, он решил покинуть заведение сейчас и уже хотел было проститься с хозяйкой как глаза наткнулись на знакомое лицо. Авдеев Пётр. Всё такой же высокий, всё такой же брюнет с серыми глазами. Раз уж в глаза посмотрел придётся подойти. -вечер добрый- на удивление радушно поздоровался Пётр — ну привет. — явился -явился как видишь. -ты танцевал с Аглаей, племянецею хозяйки. -сам же видел, помешал твоим намерениям. — а вы дерзок. — ладно, я всё равно уходить уже собираюсь — уже? — а ты только этого и ждёшь. — перестань. — как скажешь, с Аглаей будь осторожен — в каком смысле? Она как ангел невинна — в прямом, таких невинных отдают обычно за сухих богатых стариков, а такие как ты тешат себя жалкими надеждами. — ты как всегда, призираешь всё высшее — зато ценю недооценное. — опять чувтвую твою жажду к конфликту и спору. — ладно, я вижу тебе Аглая понравилась — да… Она очень любезна… — правда через чур застенчивая, ну да ладно, не мне судить. Хочешь приходи к ним во вторник, будет бал. — а ты будешь? — посмотрим. — отрезал Стас и ушёл. С Авдеевым он был знаком считай с детства, вместе учились в юнкерской школе, там же познакомились, а потом оказалось, что и поместья рядом. Но другом для Стаса Пётр не стал, слишком разные, слишком гордые. Простившись со всеми Скопин побрёл к своей карете и приказал ехать обратно. Наконец приехав, Стас свалился на диван и прикрыл глаза. Много впечатлений только за один вечер. " А Аглая действительно хороша, а Авдеев то и дело потерял от неё голову, он такой, стоит только ему увидеть сразу готов на коленях просить руки и сердца, да и черт с ним» Неожиданно в опочивальню ввалились люди: «Станислав Александрович, волки!» — Стас вскочил, только прилёг и тут на тебе, в дверях стоял Фрол и ещё несколько мужиков, они тяжело дышали, явно бежали, от незванных гостей пахло дымом и морозом, физиономии показывали как минимум настороженный вид от происходящего — ну что ещё? — волки… — растерялся Фрол, один из главных полицейских. — где? — везде! — тварь… — по всем дорогам воют, но не на подают пока… — это пока — что делать? — разбираться откуда они повылезали. Где их больше всего? Очаг их где? -так… Около Бедово… — ясно, завтра прибегай, бошка совсем не варит и толку от меня нет, можете тут остаться, чтоб не рисковать… Всё, всё иди уже… — раздражённо проворчал Скопин, а Фрол кланяясь попятился вон из комнаты, толкая своих спутников. " Вот живёшь, никого не трогаешь, а потом какая-то тварь повадиться ходить в твою деревню " Он подошёл к столу и в стопках старинных книг чудом с первого раза нашёл карту его губернии. " Так, так, так. Бедово, Бедово, кто такие названия придумывает? Как назовешь так и поплывёт, а мне теперь разгребать всё это говно… Вот оно, м-да, местечко хреновое, всё лесом окружено, что уж там только не происходило: и мертвяки из могил домой возвращались, и лешаки грибников утаскивали, и кикиморы девок топили. Весёлое местечко. Ладно теперь спать, завтра разберёмся «. Странная штука зима, светлеет часов в одинадцать, а того и гляди закат уже в четыре, свечи считай постоянно горят, а от этого и заканчиваются быстро. Встаёшь в темноте, засыпаешь в темноте, как крот какой-то, а не человек. Ужас. Вот и сегодня, утро хмурое, холодное и предстоящий день не мчался на встречу с дружескими объятиями солнечных лучей. Вой за окном и судорожное стучания дятла по дереву сулил самое поганое начало. Стас оделся потеплее, взял два пистоля и хотел было уже идти, но вспомнил, что не по парку гулять идёт, развернулся и из шкатулки достал красивый, массивный кинжал с серебреной гравировкой замудренных символов. Дорогой и ценный подарок от хорошего друга, вот это действительно красивая и полезная в хозяйстве вещь. Оглянувшись он наткнулся на зеркало, в мутном отражении виднелось бледное лицо. «Какой же ты страшный, Стас» Подумал про себя владелец болезненного лика. Выйдя из комнаты и спустясь по дубовой лестнице Стас заметил уже собранных вчера внезапно явившихся гостей. Фрол встрепенулся. — Доброе утро ваше благородие, благодарим за радушный приём… — вас накормили? — ещё как, ваше благородие, Матрёна дмитриевна постаралась на славу. — хорошо. В дорогу тогда Тут из-за угла выскочила Матрёна, что отвечает в доме барском за кухню и питание — ваше благородие! А как же, кушать извольть-с? — потом. Некогда. И вся компания направилась к выходу, а Матрёна окинула своего барина прощальным взглядом. " Должно быть беда случилась» Сразу догадалась кухарка. *** Аглая отдернула кружевную тюль от окна и взглянула на происходящее на дворе. Батюшка как обычно вышел на утреннюю прогулку, которую он соблюдал не в зависимости от своего состояния и времени года, считая это полезным для организма, только теперь он не ходил по саду, а стоял у изгороди усадьбы и разговаривал с человеком, держащего за узду белого коня. Потом она узнала незнакомца, это был Авдеев, после того как Скопин внезапно изчез, девушка очень приятно побеседовала с одним вполне любезным человеком, Авдеевым. Как выяснилось он тоже любит пешие и конные прогулки на чем сошёлся во мнении с Александром Фёдоровичем. Стало быть вчера сговорились встретиться или само собой так получилось, но не в том суть. Тут отец приглашающем жестом зазывает гостя за калитку. Лошадь остаётся на попечении у Ермолая. И буквально спустя несколько минут все дружно сидели за столом чая и пряников. Беседа шла дружелюбно и Аглая даже позабыла, что знает Петра только со вчерашнего вечера. — а правду говорят, что у вас самое вкусное варенье- сказал Авдеев — да бросьте, самое обыкновенное — засмущалась Клара Ивановна. — только я вынужден к моему большому сожалению покинуть вас, примного вам благодарен за такой радушный приём — как, уже? — в один голос сказали родители Аглаи. — да, я был бы рад у вас остаться на подольше, но вынужден проверить своё поместье. — тогда обязательно приходите к нам во вторник, мы устраиваем бал и настоятельно просим вашего присутствия. — с важностью в голосе проговорил Александр Фёдорович — с радостью явлюсь — доченька, будь добра проводи нашего гостя. Аглая послушно встала и повела Петра за собой. Они вышли на крыльцо и Авдеев решил начать разговор: — а вы всё также прекрасны как и вчера — да будет вам… — нет, это нисколько не лесть, а чистая правда, я убеждён, что все это подтвердят. Даже Скопин признал это — вы с ним знакомы? — да, можно считать с детства — я так вижу, у вас очень напряжённые отношения между собой — да не сказал бы, мы обычные приятели — просто вы сделали на нём такой акцент, как будто человек как он должен был усомниться во мне — скажу вам, Аглая, чесно, Скопин наистраннейший человек, какого-либо я встречал. — вы завидуете ему? — почему же? — все завидуют, он красив и строен, я уже убедилась, что он имеет большой успех у дам — да только ему этот успех не особо и нужен, я так вам скажу, вообще непонятно, что ему надо от мира. — ладно, простите, что задала вам такой дерзкий вопрос… — да бросьте, зато я убедился, что вы очень наблюдательная и умная женщина — приятно слышать такие слова от вас, должно быть я вас задерживаю, пройдемте дальше. — в самой чаще леса послышался едва уловимый вой — вы точно поедете один, может вам карету выдать? — что вы, я совершенно не испытываю страха к волкам, если что пистоль у меня есть- и Пётр продемонстрировал грозное оружие. — будьте осторожны — до встречи, дорогая Аглая! — затем он оседлал коня и умчался по дороге, оставляя после себя снежную колею. Тем временем Александр Фёдорович, проверяя полученные письма, сидел со своей супругой в гостинной, Клара Ивановна читала какой-то журнал. — ах, как же хорошо наша Аглая поладила с Авдеевым — подметила она Вдруг Александр Фёдорович повернулся к жене и с напряжённостью в голосе сказал: — тут, письмо от Тараканова… — что там? — сейчас прочту. Только Аглая переступила через порог, сразу услышала за дверью гостинной ругань родителей, она на цыпочках подошла к двери как будто бы её могли услышать за этим шумом и прислушалась. — нет, ну ты понимаешь, что это немыслимо! У на ещё есть два сына! И с каждым бог знает, что творится! — я не хочу ради этих прогильдяев жертвовать счастьем своей единственной дочери! — кричала мать. — помилуй! Тараканов хороший человек… — я бы согласилась, не будь Аглая заинтересована в другом! — это лишь мимолётное увлечение, вспомни себя в таком возрасте! Молодые люди никогда не думают о серьёзном… У Аглаи подкосились ноги, сердце как будто остановилась. Она метнулась от двери и помчалась по лестнице в комнату, к глазам подступили слëзы. Она чуть не сбила с ног Авдотью, вбежала в свою комнату, захлопнув дверь и залилась горькими слезами. *** — ну хватит тебе, Фрол, я ж обычный смертный, не кусаюсь. — да…ваше превосходительство, как ж мне к вам обращаться то… — по-нормальному. Как в прошлый раз или запамятовал уже? — нет-с Около года тому назад Стас с Фролом прочесали весь пруд в поисках то ли с горя, то ли по случайности утопшей женщины и ведь правду говорят, что трудности сближают. Видела б Стаса тогда Аглая, весь в тине, мокрый, в не пойми в каком балахоне, так ещё и с утопленицей через плечо. Было бы очень интересно посмотреть на её реакцию. Карета ехала по извилистой дороге, Фрол сидел насупившись, смотря в пол, мужики укутанные в меховые воротники тоже сохраняли гордое молчание. Вот бывает же прям разжигает на разговор, а молчаливые собеседники тупо не поддаются попыткам начать общение. Стас не выдержал: — что хоть в деревне творится? — ну много чего… Но особо ничего криминального- пролепетал незадачливый собеседник — я тут вижу с колдовством связано, как раз по моей части — да, видно знахарка напортачила, хотя ей-то зачем, сама получше многих живёт — сейчас она где? — под охраной в избе у себя сидит — допрашивали уже? — не, понял, что дело нечисто сразу к вам, ещё и волки эти, мы бежим, а они сидят и смотрят — колдовство стало быть, плохо дело у тебя Фрол, да и меня тоже. Кто-то зло наслал, видимо из местных, соседям наше Бедово нахрен не нужно. — кто ж такую беду наслал? И почему волки сразу не разорвали? — видимо ждут когда прикажут или силы копят. Ты скажи есть ли в деревне обиженные на всех и всеми? — у меня все люди честные, всё своим трудом зарабатывают, есть конечно несколько пьяниц, вечно всё не то, вечно все виноваты кроме них — значит так, их под арест и допросить. А я окраины леса прочешу, посмотрю сколько у нас времени. — вы… Ты это, осторожнее только — ничего, не помру, рано ещё. Потом путники всё оставшееся время провели в тишине. Стас задумался. Призвать волков может либо голод, либо колдовство. Чёрное колдовство дело не простое, применив его во зло, (а иначе не получится) новоиспечённый колдун обрекает себя на вечные муки либо вовсе не находит себе место после кончины и шатается выбравшись из могилы пока не рубанут башку, а душа продолжает страдать и мучится. Хреновое окончания, но как показывает статистика многих это не останавливает. И тут карета остановилась, компания вывалилась из своего транспорта и взору Стаса предстало село Бедово. На удивление село вполне богатое, просторные избы из толстого сруба, из печных труб валил густыми клочьями дым, пахло хвоей и свежестью. Где-то во всю глотку горланил петух и бранились бабы. Фрол вёл за собой всю компанию к дому знахарки, местные увидев барина, кланялись в пояс и приветствовали «здравствуйте, батюшка » а потом Стас за спиной слышал проклятия и брань, иногда даже долетали плевки. «вот же твари лицемерные, ну ничего, сейчас с волками разберусь, а потом и за дисциплину возьмусь, помогай после такого ещё». Тут они уже подошли к дому знахарки, вошли в хорошо натопленную избу, пахло травами разного рода, стены были увешаны различными вениками, полками со склянками и куча другого колдовского барахла, но в целом царил порядок и чистота. Со скамьи встала встала женщина лет пятидесяти и кинулась в ноги Стасу, вопя: — батюшка, не виновата-то я, за всю жизнь и мухи не тронула, добром и правдой народу доброму служила, с ничистым делов не имею ибо преданная христианка! Помилуй Христа ради душу невинную! — да всё, угомонись. Ты лучше скажи, какой урод на всю деревня беду накликал? — только несчастному человеку в голову взбредёт волков призвать, обижен видать на людей, терять ему нечего вот и на канун свою душу кладёт ради мести кровавой. — ясно, есть варианты подозреваемых? Отклонение от вопросов тоже карается. — вот приходили ко мне люди, но все по делам бытовым, у кого то куры заболели, дитяти плохо спят… Только Катька Прокофьева про колдовство распрашивала… — тут на знахарку нахлынуло прозрение — а я… А я то дура, всё и выболтала — женщина затряслась в рыданиях. — кто такая Катька? — обратился к Фролу допросчик. — девка лет тринадцати, сиротка, у дяди и тётки живёт. Жалко её, отец убежал, мать захворала и померла, вот и живёт Катька у тётки, у которой муж Михаил не просыхает и заодно с жинкой побои племяннице устраивает. Ты не подумай, но девка то зашуганная вся, наврятли на худое способна. — что с Михаилом? — купцом был, накопил себе состояние, да пропил всё, в долг брал, да не возвращал никогда. Мужики взяли да и побили остолопа этого, чтоб за ум взялся, а он дурак этакий теперь всех и винит в своём положении. И жена у него дура. — значит так, вы к ниму, а я в лес, поищу зацепок, как и договаривались. Ведьму стречь, ради её же блага. Стас ушёл, оствив в избе рыдающую женщину с озадаченным Фролом. Картина складывалась хреновая. Миха пропив своё богатство подослал к травнице племяшку за информацией о колдовстве, та всё и выдала, подозрения от себя хотел отвести придурок и на деревню кару навлечь, что у него в башке? Стас направлялся быстрым шагом к лесу уже не обращая никакого внимания на приветствия и поклоны. Лес встречал рядами мохнатых ёлок тонущих в белоснежном снегу. Скопин запрокинул голову, небо было серое, ветви голых деревьев сплетались ажурным кружевом, весь небесный свод заволокли мутные облака, наверное повалит снег и теперь следов будет не развидеть. Хотя что он хочет здесь увидеть? волки крайне осторожны, порой даже ни шороха не услышишь под звериной подступью. Стас сильнее вглядывался в снег, всё белое, нетронутое, он так увлёкся этим делом, что совершенно потерял бдительность. — чего рыщешь? — Скопин чуть не заорал от неожиданности, перед ним стоял волк, а он как баран бы сейчас уткнулся в него бошкой. — да так, гуляю. — эка невидаль, пока все из дома носу не высовывают, ты тут гульнуть решил. Меня ищешь? — уже нашёл — по ходу потолковать приперся? — да, есть одна тема для дискуссии- Стас понимал, что на любой его фразе, тварина может впиться ему в глотку и тогда молодого барина придётся хоронить в закрытом гробу. — ну давай, у меня как раз настроение хорошее- рожа оскалилась, показывая ряд заострённых жёлтых зубов в крови. Высокое, сутулое существо одетое в шкуры, имеющие густую растительность на конечностях, стояло перед ним оперевшись на ствол дерева. Рука Скопина нащупала в кармане успокаивающую рукоять кинжала. — зачем пришли? — позвали- кратко ответил волк. — а кто? — я думаешь знаю? Мы как только колдовство почуяли сразу к очагу. — чего ждёте? Захотели бы, давно б всю деревню превратили в клочья масо и перемолотых костей. — заговорщик медлит, не даёт силы. — у нас есть тут один урод, племяшку к знахарке послал, про заговор чёрный разведать, вот теперь я даже сомневаюсь в сохранности его здоровья и жизни. — и что вы сделали этому мужику? — отлупили за неуплату больших денежных сумм, взятых в долг, пропил всё своё состояние и теперь ещё с людей требует. — да не… Не он. — как не он?! — а ты думаешь, что у пьянчужки столько сил будет? Тут прям ненавистью должно за милю нести, да и с одних слов просто так заговор не превлечешь. Для этого колдуном заядлым надо быть, а не лопухом. — значит не он говоришь… — предидущие описание ситуации больше устраивала, но теперь всё разом рухнуло и гипотеза превратилась в набор клочков информации, что пораждало больше вопросов. — получается призвать вас может только ведьма? — не скажу — это ещё почему? — а что мне за это будет? — ну твоё тело не будет нафаршировано свинцом — тут лицо волка начало принимать звериные черты, руки свисли до колен, когти почернели, спина округлилась, уши поросли шерстью и вытянулись к макушке. -… Ну ещё в качестве благодарности за содействия полагается упитанный баран- поспешно добавил Стас, дабы предотвратить превращение из человечьего подобия в зверя. — барана? — переспросил остывший волк- обещаешь? — сказал, значит будет. — когда? — сразу после совершения задержки виновных — ну ладно… Тогда, хочешь чтоб я тебе подсказал, кто мог нас призвать? — ну хотябы обозначить круг подозреваемых. — кто именно это сотворил, никто не ведает, но точно не знахарка, сила не та. Человек этот которому терять уже нечего и имеет в себе уже колдовскую жилу — м-да… Придётся слухов про здешних ведьм послушать. Сколько у меня есть ещё времени? — не знаю, но видимо заговорщику трудно решится, сомневается. — ясно, благодарен за услугу, баран будет доставле живьём на это же место. — договорились. Знаешь же что будет если его тут не окажется? — у меня мозгов хватает. Стас повернулся и побежал по своим недавно оставленным следам обратно. «зачастую информацию для дела, приходится брать из слухов, уж что, что, а они то на пустом месте не рождаются. Есть одна баба в деревне, что ни спроси, про всех поведает». Скопин бежал по деревенской утоптанной дороге и тут ему опять повезла, рядом с чей-то избой голосили бабы, женщины охали, ахали, ну точно сплетницы, тут и наша знакомая стоит, Феврония Ильинична. — извините, что помешал, но это по делу- запыхавшись встрял Стас в беседу. — здрав будь, батюшка- все в один голос сказали женщины и начали кланяться — так, без этого, мне быстро. — чего тебе надобно, батюшка? — спросила Феврония — что про Михаила с Катькой знаешь? — ООО, это дело всем известное, Мишка то раньше купцом был, отец гордился, что работящего мужика вырастил, да только… — так, так. Это я уже слышал, что про Катьку? — перебил допросчик — Катька? — тут все быбы ахнули. Феврония взяла своего собеседника под локоть и отвела за угол улицы, подошла к нему почти впритык и шопотом начала говорить: — я тебе барин, по секрету скажу, она уж сиротка несчастная, мать её по мужикам ходила, отец её было уже жениться захотел, да сбежал, испужался ведьмы. — а почему она ведьмой была? — да потому, барин, что чертовски красивой была, волосы чёрные как смола, в церкву Христову заходила не на долго и тут же выбегала, но это ещё ладно… Давно это было лет пятнадцать назад… Я с попом нашим после вечерней, его проводить решила, заодно по поводу венчания моего хотела поясниться. Идём значит, мимо дома демоницы этакой… А она сидит голышом на трубе и на Луну зырит! Мы так с попом испужались, что дали дëру, да в церковь, водой святой себя кропить… Станислав Александрович, а вы куда? Тут уже Стас её не слушал, он уже всё понял и бежал со всех ног. Вот та улица, двор, изба, крыльцо. Он с ноги вышиб дверь и влетел в переднюю и замер. На стуле связанный, весь в крови сидел и хрепел Мишка, чуть по одаль с разбитым носом выла его жена. Фрол так и застыл в положении грозного допросчика и уставился на Стаса. — п- пришли, Станислав Александрович? — заслышав это имя Мишкина жинка подползла к Стасу и вцепилась своими кровавыми пальцами ему в ноги и завопила, что хватило глотки, захлебываясь в рыданиях и крови: — помилуйте! Мой муж пускай и полный дурак дураком, но он добрый, наивный, обманули его тогда, обпоили-и! Он на людей-то зла и не держит, просто ворчит постоянно! Ничего худого мы не замышляли против люда доброго! -завыла женщина. — вы чего тут устроили?! — заорал Стас. — т-так вы допросить велели этого негодяя — где Катька?! — ещё пуще заорал Скопин, дабы перекричать воющую супругу подозреваемого — в… В чулан забилась — прохрепел Мишка. Стас резко отбросил в сторону завывающее создание и бросился к чулану. Дверь была закрыта изнутри, но за секунду оказалась в разобранном состоянии. Скопин пригнул голову, чтобы не снести часть стены и вошёл в темноту. — Катенька, — как можно мягче произнёс он, — Катя, выходи, это я. — что там? — следом за ним высунулся Фрол — девку ищите. Глаза ещё не привыкли к темноте, но тут справа, что-то зашевелилось, лязгнуло, метнулась бесформенная тень, почти в притык с виском Стаса влетел со свистом топор и впился в деревянный сруб стены. Стас схватил деревянную рукоять оружия которому буквально не хватило мгновения для того, чтобы пришпилить не прошеного гостя к стене словно тряпичную куклу. Руки скользили по рукояти и наткнулись на холодные, тонкие ладошки, тут же Стас перехватил неудачливого палача за запястья, подовив сопротивления, скрутил и выволок на свет. По глазам больно резанул свет и после непродолжительных мерцающих пятен, взору предстала девчонка, худая с русой косой по пояс, в простой холщевой рубахе подпоясанной каким-то шнурком. Глаза серые и озлобленные. — а её то за что? Дитя то невинное испужалось шума и гама вот, забилась- проныла женщина, Мишка сидел молча не проронив не слова, то ли понимал всё на трезвую голову, то ли просто тупо молчал. — а топор она тоже испугавшись метнула? — спросил Стас и подивился, как такая худенькая девчушка вообще смогла поднять что-либо. Он встряхнул и бросил на пол обмякшее тело. — Фрол, будь добр, посвети — да, сейчас- полицейский засуетился и взяв свечу, прошёл за бариным в чулан. И развидев всё находящиеся там только и смог сказать — ну дела… На полу лежало блюдце с звериной шерстью смоченной кровью, вокруг стояли почти догоревшие свечи, пол был расчерчен мелом, ну точно, заговор. Тётка Катьки наклонилась посмотреть и взвыла. Теперь и до неё дошло. Женщина билась в истерике головой об пол, пополняя половицы новыми порциями нахлынувшей крови. Один из людей Фрола поспешил успокоить несчастную, дабы она не расквасила себе бошку. Стас наклонился к девчонке готовясь начать поучительную лекцию: — ну и зачем ты так? Хотела всё село выкосить? — как село? Только их — Катька злобно посмотрела на своих тётку с дядькой — кто научил такой науке? — мать. Они сами виноваты, всегда сквернословили на неё, демоницей называли. — потому что так и есть! — выкрикнул Мишка, Стас озадаченно посмотрел на него, взглядом требуя пояснения. — я сам видел, как она свои заклинания бурчала над свечой, сам видел как она голышом на крыше сидела в полнолунию! Уж что, что, а я правду говорю, хочешь верь, барин, хочешь не верь. Я смерть свою с честью приму и освобожусь от напасти этакой! — врёт, врёт он! — закричала в слезах Катька. — б-батюшка, я всё обьясню! Не слушай дитя малое, не понимает ещё ничего- впуталась в разговор пришедшая в себя тётка. — ты молчи пока, я Михаила слышать хочу. — отрезал Стас — продолжай. — я тебе всё поведаю барин, врать не буду и так ну душе тяжко. Я только хотел руки у Пелагеи просить- тут он кивком указал на сидящую на полу жену- так сестрица её тут же воспротивилась. Поссорились мы тогда все, я своего добился как вишь, да только после свадьбы глаз сомкнуть не мог без бутылки, стоит задремать помаленьку, сразу эта демоница лезет, шипит, ручища свои с когтями тянет, глаза наравит выцарапать… — лжец! — перебила опять Катька. — молчи, а то пристрелю- угрожающе рявкнул Фрол — потом и пить начал- продолжил купец, — её мать истинной ведьмой была, нет чтобы люду доброму помогать, себе на царство небесное копить, она души людские губить начала, Матвея, отца Катьки, чуть в могилу не свела! А он уже и о свадьбе думал, да вовремя очухался… — он бросил нас! — не унималась племянница — молчи, окаянная, тебя даже не было на свете тогда! Боженька милостливый, эту ведьму благо от нас оторвал, да только мне теперь всё покоя нету! Станислав Александрович! Убейте меня, нет сил больше это терпеть, только водкою боль заглушаю, а этим своим близким вред причиняю- тут Прокофьев сам начал плакать, — нету мочи терпеть, я уже понадеялся, что хоть Катька за ум возьмётся, да что уж, я сам по пьяни побои устраивал. ведьму я не оправдываю, но и свою вину признаю. — Миша, Мишенька-а — вновь завыла несчастная Пелагея. Стас покосился на скрученную девку, она молча сидела… И плакала, чудны дела твои, господи. Катька громко всхлипнув проныла: — я… Я не знала, что так будет. Мне мать про этот заговор говорила, перед тем как дух испустить, она мне всё по другому говорила, п-простите пожалуйста, я не хочу умирать, я хочу всё исправить. Вся семья Прокофьевых зарыдала, кто-то дажи среди мужиков пару раз утер руковом глаза. Стас почувствовал, как внутри всё сжимается, надо же, много видывал за свою жизнь, казалось бы уже все чувства растерял, очерствел, а тут на тебе. Фрол смотрел на Стаса умоляющими глазами — Стас, ну будет тебе, девка сама не знала, что творит, авось бог простит — а кто его знает, ему решать- Скопин отпустил окончательно ослабшего ребёнка, та мешком упала на пол и не думала убегать, хотя с успехом это могла сделать, стало быть не всё потеряно. — значит так, — все подняли взгляд на того, от чьего решения будет зависеть вся дальнейшая судьба Прокофьевых — ты, Михаил, за голову берëшься, к знахарке идëшь, а не в кабак. А с тобой, — барин перевёл взгляд на заплаканное лицо Катьки — с тобой подумать надо. По хорошему пристрелить надо. — но пока же она ничего не сделала- сказал Фрол- самого факта преступления не совершенно, только нависшая угроза над селом, стало быть, наказание должно быть смягчено — дело говоришь, вставай, Катька, пойдём- девка качаясь встала с пола, не спуская со Стаса взгляд. Скопин повёл ребёнка к выходу, но тут же остановился как будто что-то вспомнил. — и это, барана у вас не будет? — да хоть всех бери, барин! — заорал Прокофьев. А Фрол наконец понял, что купца уже по хорошему нужно развязать. Освободившись, пленник утëр рукавом стекавшую по бороде кровь и выскочил в сени, через минуты две вернулся бранясь на двух кудрявых баранов. — вот барин, возьми — благодарю, пока тут оставь, я за ними заскачу позже, рук не хватит — а ты куда? — не выдержал Фрол — узнаешь- и Стас подхватил едва державшуюся на ногах Катю и понёс вон из дому. Свернув с улицы девочка заерзала и решила спросить дрожащим голосом: — а, вы куда меня тащите? — к знахарке, будешь ей поначалу помогать, научишься многому, свою силу применять на благо будешь, а там может бог простит, душа всё равно ему принадлежит. — простите пожалуйста — не у меня надо просить прощения Стас с Катькой на руках обошёл караул и зашёл в избу к знахарке, та благо баба умная, сразу всё поняла, девку бранить не стала. — спасибо вам, батюшка Станислав Александрович–знахарка держа за плечи девку поклонилась. — это моя работа, Фрола лучше благодари, он считай добровольно свои временем и здоровьем жертвует, а ты, — тут он обратился к Катьке и погрозил кулаком– смотри мне! Та тупо смотрела в пол. — ладно, у меня ещё не всё, дела ждут. Прощайте- и умчался за баранами. Снег благо окончательное не занёс оставленные Стасом следы и он относительно быстро допинал упертых животных до места встречи. Было пусто, ни следов, ни малейшего намёка на чьё-то присутствие. -эй! Угощение принимать соизвольте! — проорал Скопин — ну что ты так орешь? — из тьмы показался старых знакомый и завидев баранов сразу переменился в лице — ух, сразу два. Чего так расщедрился? — не хочешь, я себе заберу — экий ты, но проявлю вежливость, спасибо — и тебе того же. — ты это… Только в лес не ходи дня три, порвут — как скажешь. Прощай Стас побрёл обратно, но отойдя на приличное расстояние, обернулся, от волка не осталось больше ничего человеческого, зверь невероятных размеров рвал добычу в клочья мяса и костей. Запахло кровью, от туши уже закончившего земной путь барана исходил густой пар, Скопин больше не хотел смотреть на кровавое месиво. Всё, теперь всё хорошо, со всем справились, хотя на душу всё ещё давило какое-то нехорошее предчувствие. Прокофьев, его жена Пелагея и ещё не большая группа людей столпились возле Стаса и слёзно благодарили, особенно разлюбезничался Фрол, барин покосился на часы и сообщил всем, что ему стоит ехать восвояси. — ладно, народ, даст бог, ещё свидемся. В лес три дня не ногой. — а ты в гости приезжай, как родного встречу- пообещал Фрол и прикрыл за бариным дверь. Стас помахал рукой из окошка, а когда карета тронулась и очертания села Бедово исчезло из вида в темноте, он откинулся на спинку и только сейчас почувствовал голод, насколько сильно хотелось есть. «надо было хотя бы к Фролу на ужин напроситься, он бы с радостью пустил к себе, но нет надо же побыстрее всё, ещё и бал завтрашний, придётся идти» –подумал он про себя. С Фролом они поехали в село, когда ещё только светлело, сейчас же пол десятого вечера, здорово, что сказать, промотаться весь день, выясняя отношения с лесной нечистью это сильно. Приехав к себе Стас приказал подать ужин ему в комнату. Наконец можно было снять с себя всё замысловатое обмундирование. Только он стянул с себя штаны тут же распахнула дверь Матрёна с подносами. — извольте кушать-с — Матрёна ё-моё, что за народ, стучаться надо! — разражëнно прокричал Стас впрыгивая обратно в брюки. — извините-с –не с особым с раскаянием в голосе проговорила Матрёна и положила подносы с горячими блюдами на стол, чего тут только не было, жаренная картошка с мясом, какой-то супец и пирожки с чашкой чая. Всё вкусно пахло, комната так и наполнилась ароматом только, что приготовленной едой и уютом. У оголодавшего за день Стаса так и повело голову. Видя довольное выражение лица у барина, Матрёна добавила: — осторожнее ток, всё только что с огня- она положила свою каштановую шириной с кулак косу на плечо. Девка сильная, симпатичная и хозяйственная. Среднего роста, плечистая, с веснушками и зорькими кариями глазами. Посмотрев на неё сразу вспомнилась Аглая, но потом голова была занята исключительно мыслями о принятии пищи. Матрёна довольно смотрела на своего барина, который за считанные минуты съел всё содержимое тарелок, протёр рот салфеткой и поблагодарил за заботу, та поклонилась и ушла с посудой. Желудок почувствовал приятное чувство насыщения. Стас разделся и лёг в постель, но почему-то предчувствие чего-то поганого, занозой засела в душе и в мыслях. Скопин стал прокручивать у себя в голове воспоминания о сегодняшнем дне, может забыл чего? Да нет, всё сделал вроде как надо. Несколько раз чуть не умер, хотя чему удивляться, первый раз что-ли? Жизнь готовила такие сюрпризы, что нередко жизнь Стаса висела на волоске от смерти и от гибели его спасала зачастую случайность либо удача, а может даже сама судьба. Кто знает, в бою неуязвим, а сдохнешь из-за застрявшего куска хлеба в глотке или по-пьяни на гвоздь упадешь. Столько было случаев, а Стас оставался живым и относительно невредимым, должно быть нужен ещё. «ладно, ночью всегда всё кажется странным, а придумывать себе ещё приключения не стоит» — успокоился он, хотя понимал, что обманывает себя дабы хоть сон провести спокойно. *** Оказалось, что Александр Фёдорович ни чуть не уступает в количестве знакомых, приятелей и в торжестве застолий своей кузине, Марье Фёдоровне. Гостей конечно скопилось не как в той же Москве, но тоже впечатляет. Были среди них и приятели из трактира, куда Александр Фёдорович нередко отлучается в тайне от супруги. Вот настолько общительный человек. Перед званным вечером Клара Ивановна распорядилась вылизывать весь дом до единой пылинки, она думала, что этим покажет гостям своё гостеприимство, хотя на самом деле таким способом хотела отвлечься от недавнего спора с мужем, она уже догадалась, что Аглая обо всём уже знает, но менять своё решение всё равно почему-то не стала, даже зная, что сейчас чувствует её дочь. Аглая же сидела у себя в комнате, не жива, не мертва. Пелагея уж думала, что захворала барыня, об этом доложила её отцу, но он толи самый наивный, толи делающий вид, что всё в порядке, то ли просто тупой, сказал, что это от недостатка свежего воздуха, дескать для этого и нужны утренние прогулки дабы избежать такой недуг. Атмосфера в доме была мягко говоря напряжённая, все делали вид, что всё в порядке вещей. Скоро нагрянут гости и выяснять отношения просто будет некогда. День тянулся мучительно медленно, каждые пятнадцать минут давались словно час. Аглае хотелось увидеться поскорее с Верой, теперь их объединяло общее горе. Наконец вечер настал, гости потихоньку начали являться одним за другим. Пришла и Вера, Аглая выдала ей всё подчистую и с трудом сдерживала слезы. Пока они беседовали, вошёл Тараканов, тот поклонился родителям и направился в сторону своей потенциальной невесты, Аглая затряслась, все внутренности как будто сдавливались под давлением стресса, спина взмокла, в горле образовался сухой ком. А Тараканов всё подходил ближе и ближе, с важным видом опираясь на трость. Подойдя, жених учтиво кивнул Вере и взяв бледную руку Аглаи, поцеловав её. И начал разговор: — добрый вечер, сударыня, как я рад, что оказался у вас на Балу. — но Аглая ничего не могла ответить, ей казалось, что она уже умерла, в глазах потемнело. Но тут возник из неоткуда голос: — вечер добрый — перед ними стоял Стас, весь бледный как мрамор, в простой одежде и с измученным видом. — здравствуйте, господин Скопин, вид у вас не самый здоровый, простите за мою дерзость конечно — сделал замечание прерванный Тараканов — и без вас знаю — вы должно быть что-то хотели? — да, поздороваться с дамами — поздорововались? — Станислав Александрович, моя подруга хотела вас о чём-то спросить, да должно быть запамятовала– быстро сообразила Вера — спросить? — тут он посмотрел на девушку– хорошо, я в вашем распоряжении. И они вместе отделиось от навязчивого Тараканова и сообразительной Веры. Аглая вела Стаса в сад подальше от людей, она даже не думала о одежде и о морозе на улице, Скопин послушно шёл за ней постепенно догадываясь о произошедшем, он на секунду встретился взглядом с недавно пришедшем Авдеевым, тот только и успел удивлённо посмотреть. — Тараканов просит вашей руки? — да, это всё ради братьев, у Тараканова много денег и связей, этим родители хотят помочь моим братьям. — ну я тут навряд ли смогу помочь, разве подкараулить его за окном и попросить его сменить свои намерения — а если он не согласится? — всажу ему клинок между рёбер, у него будет достаточно времени подумать Аглая смутилась, неоценив шутки. Тут откуда не возмись возникли люди, среди них была тётка Аглаи. Марья Фёдоровна громко возгласила, за что её хотелось выбить челюсть: — молодые люди! А вы не хотите одеться? Голубушка, сейчас не май месяц, я прихватила твою шубку, одень, не упрямся– племянница покорно укуталсь в шубу. — Станислав, а вы? — а мне тепло Тут из толпы показался Фрол, а он тут что делает? Толпа гудела, хохотала, среди них был и Авдеев, сам он как-будто почернел, должно быть узнал от Александра Фёдоровича о решении насчёт женитьбы. Самому Стасу почему-то стало грустно, от той мысли, что Аглая вынуждена будет страдать под опекой надменного Тараканова в лице мужа. Тут подошёл Фрол. — а ты тут каким боком? — не скрывая удивления спросил Скопин — да так, просто поимел честь познакомиться с хозяином дома в кабаке — ну ясно. — Господа! — торжественно провозгласил Александр Фёдорович–Господа, прошу представить вам жениха моей дочери, господина Тараканова. Все ныне здесь присутствующие приглашаются на свадьбу! — толпа в восхищении воскликнула. Стас посмотрел на Аглаю, та просто слилась со снегом, настолько была бледна. Не выдержав, Аглая закрыла глаза ладонями и побежала на утёк, жених было хотел остановить свою невесту, схватив её за рукав, да только шуба легко слетела со стройного стана и владелица одежды побежала в сторону леса, все кинулись за ней. Скопин с Фролом переглянулись и поняли к чему клонит дело. Стас заорал во всю глотку, что заболело горло: — стоять! Стоять я сказал! Фрол держи их! — Стас помчался за беглянкой, раскидывая всех в стороны, если девушка убежит в лес, от неё не останется даже трупа — все в стороны! Не ходить в лес! Не ходить я сказал! — Авдеева буквально насильно пришлось повалить на снег, всё культурное светское общество за секунду паники превратилось в груду тел, дамы падали в обморок, господа ловили тех, либо бежали за Аглаей. Скопин метнулся в лес, он уже знал, что невесту уже не спасти, ведь пока он расправлялся с Авдеевым, та смогла здорово оторваться. Но всё же, вдруг одумается, вдруг произойдёт чудо, в конце концов должно же быть в жизни хоть одно единственное чудо! Но оно не свершилось. Скопин застал Аглаю когда та стояла от него в шагах тридцати — Аглая! Стой на месте! Я сам приду! — девушка повернулсь к нему лицом и улыбнулась, наш герой запомнит это улыбку навсегда. Только он хотел рвануть, беглянку снесла серая звериная тень, но Аглая уже не чувствовала ни боли, ни страха, ни того как зубастая тварь поволокла её в чащу, вцепившись в тонкую шею. Стас хотел было уже достать кинжал, но за руку схватила мохнатая конечность, показалось звериная волчья морда с едва проглядываемыми знакомыми чертами — не мешай… — то ли прохрипел, то ли прорычал старый знакомый. Стас отпрыгнул назад. Тут за шиворот его схватили и потащили в сторону усадьбы, это был Фрол которому удалось утихомирить толпу, но сборище уже и не думало метаться, все, ну или те, кто остался в сознании стояли с выпученными глазами от только что разыгравшейся сцены от которой сразу пропало желание бежать за невестой. Лес наполнился рычанием, воем, гудением. В воздухе запахло гнилым и кровью, от сочетания таких ароматов хотелось блевануть. Но в одно мгновение всё стихло, остался только запах и звенящая в ушах тишина. — совсем с дуба рухнул? — наконец нарушил мёртвую тишину после оглушающего воя и криков Фрол — спасти думал — ну что, спас? — нет. — сам же знал, стоит только вступить поглубже в лес, сразу разорвут, вчера об этом сам и наказывал. И почему вы дворяне, вечно лезете хотя знаете, что нельзя? — идиоты потому что. Стас оглянулся на место где считанные минуты назад стояла улыбающаяся Аглая, теперь там осталось лишь кровавая борозда ведущая в чащу дремучего леса. А сама Аглая, а что Аглая? Хоровод волков заплясал вокруг быстрее, она уже скрылась от людских глаз среди грозных елей и глубоких оврагов, стало даже темнее, дунул леденящий ветер, из сгустка мрака и мельтешащих на фоне теней волков, выплыла та самая фигура в плаще, он скалился и оскал этот пробивал до дрожи. Хотелось поскорее умереть, но что, если и это не спасёт? Стас с Фролом тупо смотрели на багровый след на снегу. Мыслей было никаких, одна пустота. Тут до людей, которые стояли словно в анабиозе, дошло осознание всего произошедшего. Из сада послышались истошные вопли, визги, плач. Авдеев молча стоял, по его лицу текли слезы. Мать Аглаи и вовсе согнуло от боли и приступов рыданий. Отец же лежал подле нее в беспамятстве. На шум сбежались остальные гости. *** Лес всегда берёт своё, что-то он принимает к себе, а что-то просто поглощает. Эту историю Стас будет помнить всегда, так же как и все остальные, которому довелось ему увидеть.