Красивое пламя

      Сноудин она не любила, хоть её там встречали всегда довольно тепло и радушно. Холод, как тонкие иголки, проникал под самую её броню, заставляя вздрагивать. Даже укутавшись в треклятый колючий шарфик, она всё равно чувствовала холод. Возможно, и не было удивительно, что она полюбила ходить в единственный бар в городе — и, честно сказать, и во всём подземелье.       Все всегда были заняты глупой болтовней между собой, так что и не обращали на неё внимания. Так, пять минут заваливали вопросами, а потом отставали. Ей это приходилось по душе — авторитет, как-никак.       Но как будто этому бармену её статус вообще побоку. То и делает, что подаёт напитки да еду. Андайн всегда садится так, чтобы уж он точно всегда её первой замечал. Рассевшись так, что стулья скрипели от тяжести брони. Тот и бровью не повёлся тогда на её трюк. Хотя у неё были мысли, что у него нет бровей. Странные мысли всегда приходили рядом с ним.       Она всё скалится в улыбке, пытаясь скрыть за этим своё недоумение. Её начал завораживать огонь, из которого он, собственно, и состоял. В Хотлэнде ей всё равно, что там род ногами кипит — хотя этот регион порой был слишком жарким для неё. А вот его пламя... это было что-то сродни дома, в который хотелось возвращаться после тяжёлого дня. Это было так глупо, но эта мысль её не отпускала. То, что это симпатия, она ещё с натяжкой признавала.       А вот при всех говорить о своих интересах — нет, спасибо.       Хотя под конец одного вечера Гриллби мимоходом услышал слова, больше походящие на бухтение:       «Красивое пламя».       Элементаль не знал, правда ли это или почудилось, однако же посмотрел тогда на неё чуть дольше, чем обычно. Лично он был в восторге, в глубине души, от пламя, горящего в её глазах. И, думалось ему, что она поняла его. Поскольку улыбка её стала ещё острее, явно победоносная.