Мой Супермен

Слуховой аппарат взял и вырубился. Обычно он всегда предупреждает, что время сменить батарейку. Выдает отчаянное пиканье. Но на этот раз привычное "пик-пик" Хан не услышал. Потому что тогда его ноги запутались в пальто, и он полетел вниз головой с лестницы в коридоре. Когда он мысленно уже попрощался со всеми своими зубами, его подхватили чьи-то сильные руки. - Эй, малой, ты чего? - услышал он сверху мальчишеский голос Он поднял голову и сдул с лица растрепанную челку. И сразу почувствовал, как начинает краснеть: перед ним стоял он. Нет, не так. ОН! Первый красавчик в университете, от улыбки которого аж в глазах болело, а где-то в груди начинал порхать миллиард бабочек. Высокий, крепкий, с карими глазищами и шатенистой копной волос. Он похож на актера, который играл Супермена. На Генри Кавилла. - Ты цел? Я тебя искал, кстати. Искал? Его? Сердце сначала провалилось глубоко в желудок, а затем поднялось вверх, застряло где-то в горле и начало громко стучать. И вот он перед ним красный, растрепанный, в грязном пальто - пока летел, успел вытереть собой всю пыль, - сердце издает громкое "тук-тук-тук", а тот Супермен говорит, что он его искал. Мама родная! Что делать? Куда бежать? И зачем он его искал? Пока все эти вопросы неистово звенели в голове, уши как заложило ватой. Так всегда бывало, когда умирала батарейка. Хан даже не сразу почувствовал эту тишину. Близость к Супермену была слишком фантастической. Казалось, что на него внезапно упал космос. Он и сам вообще-то был космосом - такой весь нереальный. Даже имя у него было какое-то неземное - Минхо (ну для Хана все в нем нереальное). Его так клево было произносить на одном дыхании. Он уже представил их вместе: Минхо - такой крепкий, красивый, и он - небольшой и смешной, прячется за его широкой спиной от всех проблем. Вот он подходит к нему близко-близко, смотрит в глаза и выдыхает ему в лицо: "Минхошааа". А он улыбается ему этой ослепительной улыбкой, что сводит с ума, а потом берет его за руку, и они счастливые идут по коридорам. А все вокруг им завидуют. И называют их не иначе как "Минсоны". Вот красота! Придумать, что будет дальше, Джисон не успел: Минхо коснулся его руки, чем привел в чувство. "Эй, малой", - прочитал он по губам. Вообще-то по губам он не читал и языка жестов не знал. Но это его "эй, малой" он как-то сердцем почувствовал. Недаром оно бьется как бешеное. ""Интересно, он знает, как меня зовут, и что ему от меня надо?", - пронеслось в голове Джисона. Однако в ответ он кивнул и широко улыбнулся. - Ну так что? - он наклонился к нему так близко, что Хан услышал его голос и почувствовал запах клубничной жвачки. - Конечно! - нарочно громко крикнул он. Ему казалось, чем громче он это скажет, тем сложнее Минхо будет догадаться о том, что он вообще сейчас ничего не слышит. Признаться в этом Джисону почему-то было стыдно. Еще подумает что он какой-то чокнутый. - Супер! Тогда я тебе позвоню! - он снова наклонился к нему и поцеловал в щеку. Хан почувствовал, как краснеет. Хотя "краснеет" - это мягко говоря. На него будто вылили ведро кипятка, и он стал красным с ног до головы. Хорошо, хоть под одеждой жару не было видно. Хотя щеки горели. "А у него есть мой номер телефона? Откуда?" - пронеслось в голове. Однако вопрос быстро заглушило громкое "тук-тук" - сердце вновь начало неистово стучать. Сказал позвонит - значит, номер имеет. Супермен он или нет, в конце концов ?! Джисон подпрыгнул и снова помчался по лестнице. На этот раз длинное пальто превратилось в крылья, которые принесли его прямо в буфет. Там он нашел Бан Чана и Феликса и упал счастливый рядом с ними на стул. - Ты чего? - посмотрел на него исподлобья Чан, которого они обычно звали Кристофер Бан за его ум, отличные баллы и чрезвычайную серьезность. Хан его не услышал, но понял, что тот у него что-то спрашивает. - Ой, у меня же батарейка умерла! - вспомнил он и полез в рюкзак. Ребята молча наблюдали за его движениями. Вот он поковырялся в одном кармане, вот в другом. Вот мечтательно посмотрел на них, вот перевел взгляд на девушку с первого курса, которая обедала борщом за соседним столом. Вот он игриво ей подмигнул, она от неожиданности чуть не подавилась и пролила красную жидкость себе на подбородок. - Слушай, все хорошо? - поинтересовался Феликс, когда Джисон наконец всунул себе в ухо аппарат с новой батарейкой. - Да, а что? - Хан сдул челку со лба и загадочно улыбнулся. - Странный ты какой-то, - поднял бровь Чан. - Ну хорошо, я вам скажу! Только никому! - Конечно! - скрестили пальцы ребята. Этот жест означал, что обещание ни в коем случае нельзя нарушить. Джисон немного помолчал, пожевал губы, а потом сделал большие глаза и выпалил: - А я только что Супермена видел! - Какого еще Супермена? Генри Кавилла? - не понял Кристофер. - Ну почти, - Джисон засмеялся. - Минхо! - Тю, и что? - Феликс скривил рот. - Я его каждый день вижу, когда с собакой гуляю. Он со своими друганами на стадионе качается. Вчера так подтягивался и такой красный был, я думал, что вот-вот лопнет! - При чем тут стадион? Он сказал, что искал меня! - Зачем? - Не знаю. У меня тогда батарейка на "локаторе" села, и я совсем ничего не услышал! - Почему ты тогда такой веселый? - Чан с неподдельным раздражением посмотрел на друга. - Ну ... не знаю - пожал плечами Хан - "Я тебя искал" звучит так романтично! - Не говори глупостей. Зачем ему тебя искать? - Ой, Кристофер Бан, ну тебя! Может он в меня влюбился! - С чего это вдруг? - Ну, не знаю Так же бывает - шел по коридору, увидел меня и влюбился! - Где ты такое видел? - В кино! - от волнения Хан начал махать руками и задел тарелку с макаронами. Кусочки теста весело подпрыгнули и разлетелись по столу. - Бред какой-то! - Чан осторожно стряхнул макароны со своего телефона. - Ликс, а ты чего молчишь? - Джисон пнул его под ребра. - Я думаю, что он вполне может в тебя влюбиться - почему бы нет? - Вот! Слышал? - Хан победно посмотрел на Кристофера. - Или ты думаешь, что в меня невозможно влюбиться? Или я совсем паршивый? - Начинается! - закатил глаза Чан. - Я не говорю, что в тебя невозможно влюбиться. Я имел в виду, что ему стопудово что-то от тебя надо! - Ой, да что ему от меня может быть надо? - Ну, может, он хочет посоветоваться с тобой по уходу за хомяками. - К чему здесь хомяки? - Ну, не знаю. Это первое, что пришло мне в голову! - Глупости какие-то. У меня нет хомяков! Точнее, был один, но он умер, помнишь? - Ну вот он и решил проконсультироваться с тобой, что делать, чтобы хомяк НЕ сдох! - от смеха Чана у Хана закатились глаза. Видимо, он вспомнил, что хомяку Джисона пришлось многое пережить - взять хотя бы ту историю, когда Хан случайно засосал его пылесосом. Хотя умер он, как ни странно, не от этого, а от старости после еще нескольких безумных историй. - Ой, да ну тебя! Я знаю, что он позвонит! И это будет что-то романтическое! Побегу домой, ждать его звонка! *** Ждать долго не пришлось. На следующий день он перехватил его в буфете. - Привет, - тронул он его руку. От этого прикосновения Хана как током шибануло. Он едва не выронил поднос с тарелками. - П-п-п-ривет, - почему-то начал заикаться он. - Давай помогу, - осторожно вынул поднос из рук. Затем перевел глаза на тарелки. Внимательно посмотрел на борщ с пампушками, оливье и макароны с тефтелями. - Ты сам все это съешь? - А почему бы и нет? - Ну, ты же спортсмен. У вас режим, фигура и все такое. - А ты откуда знаешь? - Видел твое видео на Ютубе. Круто ты на коньках гоняешь. Еще подумал, какой клевый малой. А потом друг сказал, что ты наш сосед и учишься со мной в одном университете. Поэтому я решил с тобой познакомиться. Конечно, решил! Хан тщательно следил за своей фамилией в интернете и знал, что в Ютубе собраны только лучшие его выступления. А на тех выступлениях он так крутится в воздухе, что ему самому хотелось с собой познакомиться, если бы это было возможно. - Ну так что? Пойдем? - Куда? - Ну, мы же вчера договаривались. Ну, когда я тебя в коридоре перехватил. - А, да. - Джисон почувствовал себя полным дураком. Но сказать Супермену о батарейке не решился. Еще подумает, что он какой-то убогий. Или, не дай Бог, начнет его жалеть. Лучше уж сделать вид, будто все ок. - Да конечно! Ведь мы договорились! Во сколько и где? - Давай в шесть у торгового центра? Я как раз успею переодеться после тренировки. "Какое еще тренировки?" - пронеслось у Хана в голове. Но спрашивать не стал - кто знает, может, он ему об этом вчера также рассказывал. В ответ он кивнул и, неудачно подмигнув, пробормотал что-то вроде "До вечера!" Вечером оказалось, что они договорились пойти покататься на коньках. Конечно, куда еще можно пригласить парня-фигуриста ?! Джисон даже немного разочаровался в Супермене, когда он завел его в торговельно-развлекательный комплекс и привел на каток. Какая банальность! Почему нельзя было позвать в кино, например? Ведь Хан так любит кино! Безумно! К тому же за всю свою жизнь он ни разу не был в кино с парнем. И посмотреть фильм на местах для поцелуев с кем то симпатичным типа Минхо было его мечтой. Ну хорошо, не кино. Кино в конце концов - это также дикая банальщина. И откуда Супермену знать о его мечте? На каток? Фе. Можно было придумать что-то оригинальное. Например, пригласить на выставку прогрессивных художников. Или на картинг - погонять на машинках. Но отказывать Супермену! Тем более, что он сейчас так увлеченно рассказывает о своих тренировках - оказывается, он занимается какой-то борьбой. Ушу-укушу какое-то. И тем более, что вчера он так радостно согласился. Что он ему теперь скажет? Сорри, Минхо, это не то, что я подумал? Еще решит что он совсем с головой не дружит. Не объяснять же ему о своих батарейках! Джисон вообще не любил говорить о своих недостатках. Пока все эти мысли прыгали в его голове, они взяли напрокат коньки и зашли в раздевалку. Хан на автомате переобулся и встал перед Минхо на колени. - Неправильно зашнуровываешь. Так ты не сможешь кататься. Дай я сделаю, - он выдвинул кончик языка и исправительными движениями завязал ему шнурки. - Попробуй походить. Нормально? Минхо поднялся и сделал несколько шагов. - Супер! Опять происходил туда-сюда, потом легонько подпрыгнул и потянул Хана за руку. - Я не очень хорошо катаюсь. Надеюсь, ты дашь мне пару уроков? - Подожди. Я ... Я не могу, - у Джисона вдруг запрыгали черные точки перед глазами. - Да чё ты? Пошли! - Минхо потянул его за собой и силой вытащил на лед. Ноги на льду разъехались. Черных точек перед глазами стало больше. Прыгали они так быстро, что вскоре превратились в большое черное пятно. Это пятно накрыло его с головой, и Хан потерял сознание. В себя пришел от резкого запаха нашатыря. Перепуганный Минхо сначала долго хлопал его по щекам, а потом догадался отнести в медпункт. - Слава Богу, ты жив! - завопил он, когда Джисон открыл глаза и, как герой какой-то американской мелодрамы, спросил: "Где я?" - Ты потерял сознание на катке. Я так перепугался! Что с тобой? Ты не ушибся? Тебе не больно? Как ты себя чувствуешь вообще? Сейчас я отведу тебя домой! - от волнения голос у Супермена стал грубее и хотелось слушать его вечно. - Я не хочу домой, - Хан перевел взгляд с потолка на Минхо. Тот был белого - как и потолок - цвета. - Хорошо, может, чаю где-то выпьем. - Горячий чай ему не помешает, - согласилась медсестра с бутылочкой нашатыря в руках. - Желательно с сахаром. - Идти можешь? - Минхо приподнял его. Мелкими шагами они переместились в кофейню неподалеку от ледовой арены. Джисон в очередной раз отметил удобство торговых центров - все в одном месте, никуда не надо идти. Пока он усаживался на диванчике, Минхо вел себя так, как буд-то Хан стеклянный и вот-вот рассыплется. И здесь Джисона прорвало. Он рассказал Супермену все. О том, как стал на коньки когда едва научился ходить. О том, как его называли надеждой корейского спорта и о том, в скольких странах он побывал благодаря соревнованиям. И о том, как становился на колени после каждого удачного выступления, целовал лед и говорил ему "спасибо" - ему казалось, что между ним и льдом существует некая энергетическая связь и очень важно с ним разговаривать. И о том, как был влюблен в японского фигуриста Дайсуке Такахаши, и как мечтал с ним познакомиться. И как должен был с ним встретиться в прошлом году на Чемпионате мира среди юниоров, где он был в составе жюри. И как он придумал спич, с которым обратиться к нему, когда перехватит его где-то в коридоре после соревнований. И как их встреча не состоялась, потому что на одной из тренировок он потерял равновесие во время прыжка и сильно ушибся головой. И о том, как после этого он стал стремительно терять слух, а врачи связали это с травмой и посоветовали ему забыть о коньках - ведь кто знает, чем это может обернуться. И как недавно ему намекнули, что он выпал из большого спорта, так как год без тренировок - слишком большой срок. И о том, что он отказался от работы тренером, потому что после того падения в нем живет панический страх перед льдом, который он никак не может пересилить. И что без слухового аппарата он совершенно глухой, а когда Минхо поймал его в коридоре, проклятый аппарат выключился, потому что села батарейка. И если бы он знал, куда Ли его приглашает, он бы ни за что не согласился. Минхо слушал его не перебивая. Когда Хан замолчал и шумно вздохнул, он взял его за руку и куда-то потащил. - Эй, вы куда? - закричал официант. - А чай? - Мы сейчас вернемся. Вон наши вещи, - не оборачиваясь, крикнул ему Минхо. - Куда ты меня ведешь? - удивлялся Джисон. - На коньки. Сейчас будет шоковая терапия. Мы выбьем из тебя все твои комплексы! - Что? Зачем? Я не хочу! - Хан начал дергаться, но Минхо вцепился в него железной хваткой. Действительно как Супермен, в том фильме "Человек из стали". - Ты что, идиот ?! - он еще раз изо всех сил дернулся и упал на пол. Как капризный ребенок, устраивает истерику, когда что-то идет не так, как он того хочет. Минхо по инерции протащил его несколько шагов мраморной плиткой, потом выпустил его руку и удивленно посмотрел на него. - Что с тобой? - Ты дебил ?! Я не хочу на коньки! Понимаешь? Не хочу! Не нужна мне твоя шоковая терапия! - от волнения у него началась настоящая истерика, и Хан забил ногами по полу. - Тихо! Чего визжишь? Поднимайся! - Минхо попытался его поднять, но в Хана будто демоны вселились. Ему почему-то казалось, что если Супермен снова возьмет его за руку, то вырваться уже не удастся, и он точно отведет его на каток. А как не отведет, то унесет или потянет полом. Поэтому он брыкался и извивался, как уж, не позволяя ему себя потрогать. Под конец он вывернулся и укусил его за палец. - Ай! Ты что, совсем больной? - Минхо отпрыгнул от него и подул на руку. - Не тронь меня, догнал ?! Сам иди на свои коньки! - Джисон от злости еле переводил дыхание. - Да пошел ты! Бешеный какой-то! - Супермен развернулся и ушел. Краем глаза Хан видел, что он зашел в то кафе, где они заказывали чай. Вот он забрал свою куртку, вот к нему подошел официант, вот Минхо что-то сунул ему в руки - видимо, деньги за заказ. Вот быстро оделся и пошел к выходу - в противоположную сторону от Джисона. Он надеялся, что Минхо обернется, и как в том фильме Хан позовет его глазами. А он вернется, поднимет его с пола и прижмет к своей широкой груди. И, может, даже поцелует. И они будут жить долго и счастливо, а на тот проклятый каток больше никогда не пойдут. Но Супермен не оглянулся. Он так и ушел - невероятно высокий, невероятно красивый и невероятно на него злой. Он даже со спины видел, насколько Минхо взбешен. А Джисон остался сидеть на полу - как Лоис Лейн, которая поссорилась с Кларком Кентом из-за какой-нибудь глупости на работе. На следующий день в университет он не пошел. Всю ночь Хан так сильно плакал, что утром лицо превратилось в розовый шарик. А глаза стали похожи на маленькие щелочки. Он минут десять объяснял декану что имеет совершенно паршивый вид и кто знает, чем это вызвано (врать плохо Хан-и, ты знал?). Весь день он валялся в постели, жевал конфеты, слушал грустную музыку и "ел" себя за то, что был таким дураком. Зачем он устроил истерику? Да еще и укусил Супермена! Он, видимо, теперь думает, что Джисон какой-то сумасшедший. Когда он себе это представлял, сразу начинал неистово реветь. Хорошо, что никто не видел, как он страдает. Вечером зашли Феликс с Чаном. Он их не предупредил, что не придет, поэтому они завалились к нему совершенно взволнованы. - Ой! Что с тобой? - Ликс даже отшатнулся, когда Хан открыл им дверь. - Супермен, - только и смог произнести он и горько заплакал. - Что? - Кристофер начал бегать глазами по Хану. Верный признак того, что он волнуется. Джисон заплакал еще сильнее. Ребята отвели его на кухню, усадили за стол заставили выпить воды. - Рассказывай! - приказал Чан. - Что он тебе сделал ?! Он ..? - Феликс-то не договорил, только лишь пошевелил бровями и сделал большие глаза, имея в виду что-то неприличное. - Что? Нет! Он ничего не сделал! Это все я! - Ты сам к нему полез? Запрыгнул на него? Первый начал целоваться? Вы вообще целовались? Или он приставал к тебе? Если ты говоришь, что ты, значит, ты дал ему сигнал, а он ... Вот негодяй! - Кристофер тарахтел как пулемет. - Да подожди ты! - Феликс пнул ему под ребра. - Пусть Джи расскажет! - Ну? - они оба пристально посмотрели на него. Тот посидел немного, глубоко вздохнул и рассказал все ребятам. - Тю! И это все? - облегченно вздохнул Чан, когда Джисон закончил свой рассказ. - Я уже испугался, что он что-то тебе сделал! - А это, по-твоему, не что-то? - Хан громко высморкался в салфетку. - Я тебя умоляю! Тоже мне Супермен нашелся. Да он просто дурак! - Но я его понимаю, - Феликс погладил Хана по руке. - Шоковая терапия иногда работает. Я читал об этом не раз. - Вы совершенно глупые! - закатил глаза Кристофер. - Один романтического кино пересмотрел, другой книг перечитал! Человек ясно дал понять, что он не хочет. Что ему больно и неприятно. Но нет! Он его куда там тянет! Это не шоковая терапия, дорогие мои! Это - насилие! - Да что ты говоришь? Какое насилие? Он хотел вернуть меня на лед! - А ты этого хотел? Нет! Поэтому да, это насилие! В этом мире вообще насилием называется то, что человека заставляют делать против его воли! Или целоваться, или становиться на коньки! - Чан от гнева стал красным, как помидор. - Откуда он взял, что тебе поможет шоковая терапия?Он что, дипломированный психолог? - Да нет ... - Джисон под давлением Чана немного растерялся. - Вот! И он просто тупой качок! Поэтому не надо реветь за него! - Но он мне так нравился... - Я понимаю. Но он нравился тебе, когда был недосягаем. А теперь, когда ты узнал, что он тупой, то надо тебе это? А он тупой, это факт! И не надо делать такие большие глаза! Подумай хорошенько, надо ли тебе тупого парня? Или о тупом принце ты мечтал, когда смотрел множество своих фильмов? Джисон задумался. А действительно. Ведь Минхо ни разу не спросил, чего он хочет. Потянул на те проклятые коньки и все. Хотя, может, и спрашивал, но он не слышал. Поэтому не считается! Привык, очевидно, что все бегают за ним, высунув язык. Но он не один из них! Поэтому да, Кристофер прав. Ну его! Обо всем этом он думал и всю следующую неделю. В университете начались каникулы, поэтому на мысли времени было достаточно. Джисон пересмотрел кучу кино - в частности, и о Супермене. Он любил этого красавца в глупом костюме. Его всегда удивляло и смешило, почему Кларк Кент, в обычной жизни одевался как нормальный хипстер, но превращаясь в супергероя, надевал трусы на штаны. Кто это придумал? Хорошо, хоть его любимец Генри Кэвилл этого не делал. Двадцать первый век на дворе, как-никак. Жаль, что Минхо оказался лишь жалким подобием красавчика Кэвилла. Но это ерунда. За неделю каникул Джисон почти забыл о досадном инциденте на катке и почти перестал думать об Минхо. К тому же в кинотеатре у дома шла ретроспектива Уэса Андерсона, и по вечерам он ходил на каждый его фильм. Мечта о свидании на последних рядах так и не осуществилась, однако яркие декорации кинокартин и режиссерский талант Андерсона отвлекали его от грустных мыслей. Поэтому Хан переживал мало. В последний день каникул, после того, как он в третий раз пересмотрел «Отель"Гранд Будапешт"», Джисон вылетел из кинотеатра, как на крыльях. Однако насладиться мыслями о гениальности Андерсона он не успел: что-то большое и тяжелое врезалось в него и сбил с ног. От неожиданности он ударился затылком в какую-то колонну. Стало так больно, что в глазах запрыгали звездочки. Пока он тряс головой и пытался сфокусировать взгляд, слуховой аппарат выключился. Джисон вспомнил, как он отчаянно пикал в кино, предупреждая его о том, что следует заменить батарейку. Но не менять же ее посреди фильма в кульминационный момент! Тяжелым и большим оказался Минхо с пакетами в руках. - О, привет! - улыбнулся он ему, и Джисон снова почувствовал, как внутри разливается тепло. Однако приветствие его он из-за батарейки не услышал. Поэтому только стоял и улыбался. - Ты чего? - Минхо поставил пакеты на землю. Хан молча отвернулся и полез в сумку. Нащупал батарейку в чехольчике, на ощупь достал одну и воткнул в аппарат. Затем резко развернулся к Минхо и широко улыбнулся. - Что, опять батарейка села? Ты меня сейчас слышишь? - Да, слышу. И да, села. Они ведь не вечны. - Жаль. Тогда тебе не пришлось бы париться. - Да, было бы клево. Они помолчали. - Как дела? Что делаешь на каникулах? Не хочешь на каток? - Минхо подмигнул ему и весело расхохотался. Джисон хотел сначала обидеться, но его смех помешал. В конце концов - это он был истеричкой! А сейчас Ли сам идет на контакт и показывает, что все вроде ок. Так зачем дальше играть роль неуравновешенного идиота? - Нет, не хочу. - Послушай, я хотел с тобой поговорить. Я искал тебя в универе на следующий день, но тебя не было. Хотел позвонить, но у меня не было твоего номера. Думал подождать под подъездом, но я тебя тогда не провел домой, поэтому не знал точно, где ты живешь. Друг сказал, что ты учишься в нашем универе и живешь где-то рядом, но ничего конкретного я не знал ... - А в инстаграме меня найти? Посмотреть на Ютубе мою фамилию и ввести в поиск? - Ееее ... Честно? Не догадался. Я немного старомоден. Не очень люблю все эти "инстаграмы". Лучше уж так говорить, чем переписываться. - И что ты хотел мне сказать? - Во-первых, хотел попросить прощения. За то, что так тянул. Я должен был спросить. - Да ну, серьёзно? - Да. Это во-первых. А во-вторых, я хотел пригласить тебя на каток. Я серьезно. Ты меня сейчас хорошо слышишь? Аппарат не отключился? - Я слышу тебя, Минхо. Но ты вообще в своем уме? Опять предлагать мне такое ?! - Я понимаю. Но послушай. Я знаю, что тебе трудно и все такое. Но ты должен попробовать. Не для того ты целовал лед столько лет, чтобы просто взять и забыть об этом. Попробуем еще раз? Обещаю: если тебе станет страшно, мы пойдем с катка и больше никогда туда не вернемся! У Джисона задрожали губы. - Ну что ты? Ты должен хотя бы попробовать! К тому же я умею хорошо группироваться, если что. У меня же тренировки, помнишь? Поэтому если я и упаду, то правильно. И ничего себе не поврежу. А ты если упадешь, то на меня. Хан молчал. Перспектива упасть на широкую грудь Супермена, конечно, его привлекала. Но страх побеждал. Страх напоминал, как сильно может болеть голова, если со всего размаху удариться обо что-то очень твердое. Липкий страх растекался внутри, парализуя все тело. Невыносимо тряслись колени и очень хотелось плакать. - Все страхи - они внутри, - Супермен будто услышал его мысли. - Это мой тренер по ушу всегда так говорит. Он говорит, что все страхи надо выпускать на волю. Потому что если долго держать их внутри, они калечат наше подсознание. Они - как болезнь, которую ты не лечишь. Если ты "забиваешь" на какие-то симптомы, болезнь прогрессирует, мутирует внутри тебя, развивается, размножается, заполняя тебя с головы до ног. Она портит тебя, не дает нормально жить. Болезнь надо лечить. Так же и страх: ты должен пережить его и выпустить. Пока ты этого не сделаешь, тебе будет больно. Я видел тебя на Ютубе - ты так счастлив на том льду. Но счастлив ли ты теперь? Без льда, без заточенных коньков? Губы Джисона задрожали еще сильнее. - Смотри, я не заставляю. Но если ты хочешь, я готов тебе помочь. По крайней мере очень этого хочу! Хан помолчал, пожевал губы, глубоко вдохнул. - Хорошо, я согласен! Когда? - А хоть бы и сейчас! - Сейчас ?! - Да! А то ты придешь домой, снова себя накрутишь и передумаешь! Куй железо, пока горячо, - Минхо рассмеялся. - Но твои пакеты ... - Не страшно, я сдам их в раздевалку! То как? Пошли? - он схватил одной рукой пакеты, а другую протянул Джисону. Он нерешительно сжал его ладонь. - Эй, малой! Смелее! - Минхо тряхнул руку и потянул вперед. Хан слегка подпрыгнул и побежал за ним. На катке Минхо сунул пакеты и куртки в шкафчик и помог Джисону переобуться. Снял с него ботинки, надел коньки. Плотно зашнуровал. Затем надел сам. Встал, походил туда-сюда. - Вроде ок. Пошли? Джисон потоптался на месте. - Ну? - Минхо подошел к нему близко-близко и заглянул в глаза. - Страх - это болезнь, помнишь? Ему надо волшебную таблетку. Давай руку, - он сжал его ладонь и осторожно вывел на лед. - Смотри, мы сейчас тихонечко покотимся. Не будем прыгать, просто будем понемногу себе ехать. Так даже я не упаду. А ты - тем более! Хан старался не смотреть под ноги, хотя чувствовал, что они свободно катятся по льду. - Я солгал тебе, - Минхо начал понемногу разгоняться на льду, не выпуская его руку. - Когда это? И о чем? - Я хорошо катаюсь. - Да неужели? - Ну, пируэты, как ты, не кручу, но на льду стою хорошо. Я когда-то на хоккей ходил. - А чего бросил? - Надоело. К тому же отец повел меня сначала на бокс, затем на карате, а затем - на рукопашный бой и ушу. - Ого! - Ну и как ты понимаешь, хоккей отпал сам собой. Но коньки я люблю. Не то чтобы жить без них не могу, но время от времени ... Пока они так говорили, Джисон даже не заметил, что они уже едут пятый круг. Причем разогнались они неплохо. Ноги на автомате рисовали "елочку" на поворотах, одной рукой он привычно помахивал себе в такт. Другую держал Супермен. Его рука была большой, теплой и удивительно спокойной. Чувство покоя перетекло в Хана, наполнило с ног до головы и залило лицо румяной краской. На шестом круге он улыбнулся. А на седьмом Джисон, легонько вздохнув, осторожно выпустил его ладонь ...