Так ли зла судьба?

      Ах, как прекрасен, как загадочен, как необычен мир детства. Особенно для ребёнка, что сказки любил каждый день, живое детское воображение рисовало яркие картинки, обволакивая чудесной разноцветной дымкой окружающую действительность, украшая невыносимые серые будни взрослых, чем-то поистине магическим и светлым. От шепота ветра в кронах деревьев, что чудится говором фей, до яркого бескрайнего неба, что было так близко, почти достать рукой, вот только посильнее нужно раскачаться.       Девчушка Иллия была светлым ребёнком, радовала родителей каждый день, хоть порой и была упряма в своих желаниях, но тем не менее для своих родных она всегда была словно яркий лучик света, среди холодной и серой зимы. Семья часто перебирала старые фотоальбомы, любила вспоминать ушедших близких, рассказывала разные истории и возвращалась в светлые моменты прошлого. «Иллия, ты очень сильно похожа на свою бабушку в молодости», — говорила ей мама всегда, немного надув свои пухлые губы.       И впрямь, отец и матушка были светловолосые, высокие и миловидные. Миссис Леминг всегда гордилась своим маленьким вздернутым носиком и хотела, чтобы её дитя унаследовало эту черту, но время шло и становилось ясно, что младенческая «пимпочка» постепенно становится прямым, аристократическим, но всё ещё детским, клювиком, а светлая макушка девочки медленно становилась цвета сухого какао, ярко отливающей медным сиянием, когда солнце входило в зенит. Ну точь-в-точь бабушка Иллии.       Ребёнок рос смышлёным и на редкость любознательным, однако часто с детских уст срывался неясный для взрослых лепет, мол, в саду живут большеглазые феи, похожие на стрекоз, или в небе между облаков летают пегасы. Родных это только умиляло и они не разрушали веру ребёнка во что-то такое сказочное, не хотели отбирать детство, ведь оно и так не слишком длинное.       Иллия часто играла в саду, разговаривала с цветами, словно с живыми существами, никогда не рвала их, а только гладила пухлой детской ладошкой по хрупким лепесткам. Ребенка всегда завораживали ирисы, своей необычной, практически неземной формой, она видела своими глазами, будто это домики фей, и всегда просила маму посадить больше разных ирисов. Дитя ещё с ранних лет, как только заговорило, начало засыпать матушку вопросами о названиях растений и цветов, так что в свои юные 5 лет, знания у неё были на уровне начитанной дамы, но только в этом вопросе, остальное её интересовало на должном её возраста уровне.       Солнечный день не предвещал беды, даже намека не было. Одетая в розовое платьишко с рюшами и рукавами-колокольчиками девочка вышла из дома. Мама очень любила красиво наряжать свою любимую доченьку, несмотря ни на что, даже если ради этого пришлось отказаться от ужина самой. «Зато буду стройнее», — утешала себя женщина, глядя на Иллию кружащуюся в обновке, среди пышно цветущих пионов. В воздухе витал медовый аромат розовых бутонов и сырого теста из открытого окна на кухни, где Миссис Леминг как всегда корпела над новым рецептом яблочного пирога, что выпросила у соседки, после именин её сына. Однако девочку не слишком привлекало общение с соседским мальчишкой, что палкой бьёт крапиву лишь только потому, что сам был глуп и невнимателен, «обжёгшись» об остроконечные листики. Нет, малышку больше привлекала бабочка-капустница, которая кружила по саду.       Белые тонкие крылышки, покрытые пыльцой, мельтешили часто, описывая спирали и поднимали насекомое вверх, девочке так сильно хотелось, чтобы бабочка села ей на ручку, чтобы «выбрала» её. Взмыв вверх капустница, заставила девочку встать на носочки и вытянуть короткие ручки вверх. Она так хотела достать, дотронутся до этой красоты, что самой хотелось уметь летать, словно мотылёк.       Вдруг земля словно исчезла под ногами ребёнка, мамин сад закрутился, завертелся перед глазами, заворачиваясь спираль, у Иллии закружилась голова, но малышка не понимала этого чувства, сравнивая это с тем чувством, когда папа слишком увлекался и раскачивал качели сильно-сильно. Мгновение и это чувство резко исчезло, и девчушка вновь встретилась ногами с землёй, однако слабые детские стопы не удержали её и дитя упало на землю, вымазав сочной травой коленки и рюши на юбке. Она уже была готова заплакать, как все дети, стоя на четвереньках и цеплялась за траву обиженно, в носу её защекотало.       Но вдруг до ушек Иллии донесся мальчишеский разговор, девочка осмотрелась, она не знала этого места, тут было озеро, большой темный лес, на каменистом холме виднелся замок. Девочка сидела и пряталась за камнем. Под раскидистым дубом стояло пятеро мальчишек, на них были не слишком длинные черные мантии с капюшонами, внутренняя часть которых была красного цвета, по крайней мере у четырёх из них.       Они в руках держали странные гладкие палочки и направляли на другого мальчика и о чем-то смеясь говорили. В виду детской неопытности Иллия не понимала пока, что происходит что-то нехорошее, маленькое сердечко затрепетало. Это были волшебники! Чародеи из сказок! Малышка улыбалась и следила за ними, вспоминая все те правила общения с магами, что она знала из её книжек, которые Миссис Леминг читала дочери на ночь. — Ну, что, Нюньчик, почему такой хмурый? — Мальчишка 13 лет в очках ухмылялся и вертел палочкой у лица мальчика с длинными черными волосами, который опирался спиной о ствол дерева. — Ты же такой умный, заучка. Что, не можешь отбить заклинание без палочки? А такой высокомерный на уроках Флитвика, — продолжал ехидничать парнишка, на кончике деревянной палочки сияли серебристые искорки.       Остальные трое стояли и не слишком вмешивались, но активно хихикали и поддакивали мальчику в очках. Иллие это не понравилось, сомнения поселились в маленькой голове девочки. Она нырнула за валун и стала собирать камушки, складывая их в свою юбку. — Эй! — Вскрикнула малышка и запустила камушек точно в спину парня в очках, тот резко развернулся, за ним его друзья, скоп искр уже был готов сорваться с кончика волшебной палочки, лицо очкарика было искажено гневом. — Джеймс. Джеймс! — Его друг с вьющимися черными волосами среагировал сразу же и вцепился в руку мальчишки в очках и заклинание влетело в землю, оставив дымящуюся черную «рану» на зеленом ковре травы. — С ума сошёл? Она же ребёнок. — Какого чёрта, Сириус? Она в меня камень бросила! — Сириус прав, успокойся, просто маленькая девочка, а ты в неё чуть Жалящим ни запустил. Знаешь какие проблемы у нас были бы? — Другой мальчик со спокойным голосом и необычной для таких лет сдержанностью говорил. — Пойдёмте, хватит, скоро урок МакГонагалл, она нас опять на отработки оставит, если опоздаем. — Откуда тут вообще ребёнок? — Мальчик трусоватого вида оглядывался по сторонам и масляными глазками, словно у крыски, посмотрел на Иллию. — Да плевать, Питер, пошли, — сказал Джеймс, пнув подальше палочку, что лежала на земле, под его ботинком.       Хулиганы, так назвала их девочка, пошли в сторону старого замка из светлого, но потёртого временем, камня, где возле остроконечных башен, что так манили взор, кружили какие-то большекрылые птицы. Мальчик, которого задирали отошёл от дерева и принялся в траве искать что-то, вглядываясь угрюмо в зелень, чуть согнув ноги и положив руки на колени. Наконец, найдя, что искал, парнишка стал разглядывать свою палочку из чёрного дерева на предмет повреждений, а после вытер её об свою мантию. — А ты волшебник, да? — Девчушка подошла к нему не раздумывая, с присущей ей любознательностью и тягой ко всему сказочному, она не боялась, ведь сама смутно понимала, что вокруг происходили сложные вещи, а мама дома искала пропавшую дочь. — Не твоё дело, — буркнул он, защелкивая палочку на специальный ремешок-кобуру, крепившуюся к поясу его сероватых с торчащими нитками и катышками брюк. Одежда хоть и была старой и поношенной, но отнюдь не грязной. — Значит, ты злой, — немного расстроенно сказала малышка, надув щёки и сцепив руки за спиной, стала раскачиваться на пятках вперёд-назад, вперёд-назад. — Я сразу догадалась, что ты волшебник, у тебя чёрная мантия и волшебная палочка, — девочка не имела никаких предубеждений по поводу злых магов, мама учила, что люди совершают разные дела, и не всегда хорошие, но у этого всегда есть причина. — Слушай, иди уже, куда шла, — грубиян направился в ту же сторону, куда и хулиганы, а после остановился, вспоминая, что пришёл он сюда давно и никакой девочки тут не было. — Где твои родители? — он обернулся лишь слегка, глядя на неё с раздражением и небольшим интересом через плечо. — Мама дома, а папа на работе. Он работает в большом, — Иллия развела руками, показывая насколько большом, привстав даже на носочки для эффектности, — офисе, там ещё есть ква-квариум. — Аквариум, дура, — хмыкнул парнишка, насмехаясь над детским лепетом и неопытностью. — Я не «дура», а Иллия! — Малышка топнула ногой, нахмурившись и уперев руки в боки. — Это плохое слово, его нельзя говорить, — начала она читать нотации, словно её мама, также делая грозный взгляд, который не напугал бы и крольчонка. — Какое? «Иллия»? — Мальчишка хмыкнул, подначивая девочку, его забавляла реакция глупышки и он решил продолжить. — Да не «Иллия», а «дура»!       И Девчушка повелась, она пыталась убедить мальчика в том, что ей казалось он не понимал, но его это смешило больше, что даже риск опоздать на Трансфигурацию не страшил. Ему хотелось разгадать тайну этого не слишком умного ребёнка. — Так, если оно плохое, зачем ты его говоришь?       Иллия сразу встрепенулась и закрыла рот ладошками, краснея от стыда, мама бы за такое отругала.       Однако их встреча уже не была личной, малышка увидела, как к ним со всех ног бежит длиннобородый старичок, одетый в «ночнушку» и «халат», как показалось девочке, ещё какая-то старая женщина в длинном зелёном платье и в ведьминой чёрной шляпе, толстый низкорослый старичок с залысиной, наряженный в яркие вещи с золотыми узорами. Седоволосый придерживая свой остроконечных колпак с висюльками-камушками, а другой рукой подбирал свою «юбку», держа палочку, бежал быстрее всех, хоть и выглядел самым старым, маг явно спешил, а на лице читалось волнение. — Северус! — Дедушка-волшебник обеспокоенность крикнул, увидев первым делом ученика своей школы. Он зафиксировал большой магический всплеск и сразу же помчался туда, переживая, что это могли быть тёмные маги. — А вы, дедушка, тоже волшебник? — Хлопая глазками и сцепив пальчики в замок сказала девочка. Это совершенно точно мудрый старец чародей, девочке нравилось, что сказки это не выдумка. — Мистер Снейп, поспешите в класс, ваше занятие уже началось, — Строго сказала женщина в летах, выравнивая свою и так ровную спину. — Да, профессор МакГонагалл, — мальчик, ещё раз обернулся на малышку, гадая почему профессора так всполошились, — я уже уходил. — А вы, тётенька, ведьма? — Не унималась девчушка, ей хотелось всё узнать, она впервые очутилась в настоящей сказке. — У вас такая красивая шляпа. Только не бросайте меня в котёл, пожалуйста, я невкусная, — Иллия замотала головой, но не боялась, взрослые смотрели на неё с волнением, как мама и папа, когда она вдруг упала в воду с пирса, хотя сама девочка утверждала, что она села на спину белого пони и тот вдруг прыгнул в воду, после этого, на неё всегда натягивали неудобный надувной жилет и нарукавники, да глаз не спускали. — Дорогая, как тебя зовут? — Белобородый волшебник, на крючковатом носу которого висели очки по форме напоминавшие лимонные дольки, присел на корточки и с интересом разглядывал ребёнка своими маленькими цепкими глазками. — Я Иллия, мистер волшебник, — она положила ладошку на грудь и торжественно представилась такой важной персоне в её мировоззрении. — Очень хорошо, Иллия, а где мама и папа? — Старичок говорил мягко, по-доброму и какой-то озорной блеск сверкнул в его улыбке, скрытой под длинными усами. — Мама дома, а папа на работе. Он работает большо-ом офисе, там даже есть ква… — она запнулась, вспоминая черноволосого мальчишку, который исправил её, ещё и назвал плохим словом, — аквариум. С рыбками, — малышка сделала серьёзный и почти гордый вид, словно она этот аквариум туда и поставила. — Ясно, с разными рыбками, — задумчиво протянул старец, словно это была какая-то важная и интересная информация, чтобы не обижать дитя. — Но если мама дома, а папа, в большом, как там его? — О-фи-се, — по слогам повторила она. — «Офисе», то почему ты не с кем-то из них? — Стал рассуждать волшебник, поглаживая бороду и заставляя Иллию задуматься. И впрямь, а почему? — А я дома была, никуда не выходила, я послушная. Детям надо быть послушными, так бабуля Ненсис говорит. — Твоя бабушка определённо права, дитя, — дедушка-чародей хихикнул озорно и погладил малышку по волосам. — Однако, — наиграно удивлённо, словно создавая маленькое представление для девочки говорил он, — если ты была дома, юная леди, то как ты оказалась здесь? — С загадочным, но ни разу не злобным тоном сказал старец, обведя окружающий пейзаж рукой широким, медленным жестом. — А я не знаю. Я была в саду, к нам прилетела бабочка, я хотела чтобы она села мне на ладошку, вот так, — Иллия выставила руку у лица плашмя, представляя будто бабочка уже была там, — но она улетела. А потом был такой… Пуф! И я здесь. — Ага, понятно, загадочный «пуф», говоришь. Вот, держи конфетку, — Чародей достал из кармана своего «халата» жёлтые сладости в прозрачной обёртке и протянул две штуки Иллие. — Мама сказала, что у чужих брать конфеты нельзя, — она отступила назад и спрятала руки за спиной, смотрела исподлобья на предложенные вкусности. Старец вскинул кустистые брови удивлённо. — Верно, об этом я не подумал, — и спрятал лимонки обратно в карман. — Директор Дамблдор, — наконец заговорила мадам в ведьминой шляпе, ступая вперёд, отчего белобородый сразу обратил на неё внимание и встал, — это дитя маглов? — Маглорождённая, Минерва, маглорождённая, — слегка пожурил он пальцем, исправляя женщину. — Что ж, полагаю Министерство уже в курсе из-за внезапного всплеска магии, но я хочу, чтобы вы отправили им сову, они вероятно захотят узнать подробности. — Но, Дамблдор, что я им напишу? Дети не могут трансгрессировать, даже если это пробудившаяся магия, — женщина кажется была возмущена немного. — Минерва, Минерва, за столько лет не запомнили, что у любого правила всегда есть… — он выразительно посмотрел на Иллию, — исключения, — сделал паузу и после вернул своё внимание МакГонагал. — Я верну мисс Иллию домой и лично поговорю с её семьёй. Дар пробудился слишком рано, они должны знать как его обуздать. — Вернёте домой? Дамблдор, ей лет пять на вид, она едва ли назовёт вам адрес, — женщина явно волновалась, и не понятно за кого, за ребёнка ли, за Дамблдора ли, а возможно и за всех вместе взятых. — А мне и не нужен адрес, ей достаточно просто представить, — Дамблдор усмехнулся, потерев указательным пальцем о большой и сощурив глаза. — Трансгрессируете с маленьким ребёнком? Альбус, так нельзя. — Нельзя-нельзя, но мисс Иллия же как-то сюда попала, полагаю, загадочный «пуф», был именно трансгрессией. — Полагаете? Полагаете?! Альбус, а если что-то случится? Она же ребёнок, отвлечется и что тогда? Гораций, ну скажите же что-нибудь. — Я думаю, — наконец подал голос низкорослый толстячок с залысиной, внимательно осматривая девочку, словно оценивая её потенциал, но пока это было рано, — чем меньше мы задействуем маглов, тем лучше. Полагаю Директор знает, что делает, м? — Мужчина положил ладони себе на круглый живот и глянул с беззастенчивой ухмылкой на МакГонагалл.       Женщина сжала губы, отчего её морщинки у рта слегка разгладились. — Вы совершенно не помогаете, Слизнорт, — разочарованно она качала головой, явно не одобряя задумку мужчин. — Ммнерва, всё решено, два против одного, в следующий раз повезёт, — Дамблдор хихикнул и наклонился к девочке, которая всё это время разглядывала взрослых и их наряды. — Итак, юная леди, сейчас я хочу чтобы ты сделала кое-что очень важное. — О Мерлин, Дамблдор, я не могу на это смотреть, — МакГонагалл развернулась и пошла в сторону замка, за ней последовал и Слизнорт, кидая последний долгий взгляд на ребёнка. — Что ж, Иллия, я хочу, чтобы ты представила свой дом, хорошо? То как он выглядит, кто там живёт, какая мебель, какие стены там, всё в мельчайших подробностях. Это очень-очень важно, поняла?       Малышка кивнула, закрыла глаза и изо всех сил представила пушистый белый ковёр в гостиной, мягкий диван и новый цветной телевизор, такого ни у кого на улице нет. Вдруг мужчина коснулся её руки, пока не пропало самое яркое воспоминание и снова девочка почувствовала себя словно на качели, которую сильно толкнули.       И вот Иллия уже стоит среди родных стен, а в воздухе витает запах яблочного пирога. — Иллия! — Взволнованный голос Миссис Леминг звучал на втором этаже, граничащий с отчаянием. — Мама! — Малышка позвала её громко, слегка подпрыгивая от нетерпения и переизбытка эмоций.— Смотри-смотри, к нам в гости пришёл волшебник.       Частый топот женских ножек по лестнице послышался сразу же, женщина с фартуком надетым на домашнее платье персикового цвета и простого кроя вошла в гостиную и увидела незнакомого мужчину с длинной бородой и в странном наряде возле её улыбающейся дочери. Однако Миссис Леминг не разделяла энтузиазма своего ребёнка. — Иллия! — Она побежала к дочери и взяла её на руки, защищая собой. — Успокойтесь, мадам, — Дамблдор выставил раскрытые ладони в примирительном жесте и спокойно улыбался, по-доброму сощурив глаза, — похоже нас ждёт длинный разговор. Конфетку?