Стальные микросхемы робота-дипломата.

      Я был доволен как человек, с которого сняли скальп. Однако, в моём положении, скорее, ободрали краску с корпуса.       К тому, что мне придётся думать и говорить о себе в мужском роде, потому что Кавех всё же время от времени правит мои «мозги», я привыкла где-то через полтора месяца, после третьей проверки от хозяина и его «ДА ЧТО ЭТО ЗА ВИРУС ТАКОЙ, ПОЧЕМУ ТЫ ПОСТОЯННО ФИКСИРУЕШЬ СЕБЯ КАК ДЕВУШКУ?!». Пришлось экстренно перестраиваться и молиться Малой Кусанали о том, чтобы мне не попытались провести полную проверку. (В конечном итоге я нашла как прятать свой оригинальный код мысли и забила на это «она-он»).       К тому, что я теперь ебучий летающий кусок металла с искусственным интеллектом принадлежащий ебучему (во всех смыслах) промотавшемуся обманутому архитектору, который использует меня вместо жилетки на «поплакать о жизни такой», так что я скоро заржавею… Кхм. В общем, к тому, что я теперь летающий дипломат Кавеха по имени Мехрак, я привыкала до сих пор. Очень не хватало рук, ног и вообще конечностей, потому что иногда очень хотелось выдать хозяину поздатыльник, пнуть под зад, ну или хотя бы стукнуть себя по лбу. Но доступны были только нотации о том, что стоит поменьше верить всяким подозрительным личностям и аккуратное подталкивание краем под лопатки, потому что толкну чуть сильнее — и Кавех будет целый день дуться: «ну больно же!». — Ах!~ — раздалось из соседней комнаты, а я в очередной раз посетовала на то, что у меня нет рук. Вот так бы закрыла уши и не подслушивала как за стенкой ебутся, а так…       За стенкой снова кто-то протяжно простонал. Мне оставалось благодарить Кавеха за то, что он программировал меня без учёта всяких эмоций ниже шеи. Как вы понимаете, к тому, что чуть ли не каждый день страстные любовники в качестве Кавеха и Аль-Хайтама испытывали мои микросхемы на прочность я тоже всё ещё привыкала. Точнее просто надеялась, что их «круглогодичный мартовский сезон» скоро закончится. У КАВЕХА ЖЕ СКОРО ДЫРА ВМЕСТО ЗАДНЕГО ПРОХОДА ОСТАНЕТСЯ, АЛЁ, КРОЛИКИ, ОСТАНОВИТЕСЬ, МНЕ КАК ПОТОМ ХОЗЯИНА ЛЕЧИТЬ БЕЗ РУК??!       Дальше…       Кроме лав/хейт отношений с Хайтамом у Кавеха, удивительно, была работа. И его работу я обожала. Точнее, одну из них.       Мне нравилось спокойно висеть или стоять на столе рядом с Кавехом, который ведёт очередную лекцию для студентов Академии. В лекции я не вслушивалась, у каких даршанов мы ведём, кроме как когда Кавех спрашивал напрямую, не задумывалась, но мне нравилось слушать его голос (НЕ СТОНЫ!), нравилось находиться в состоянии покоя, нравилось помогать с 3D-моделями различных презентаций. В общем, мне нравилась эта спокойная деятельность без лишних эмоций и телодвижений.       Второй работой моего хозяина были путешествия по пустыне, зарисовки развалин и «приключения». Я еле держалась от того, чтобы не обматерить Кавеха за его любовь использовать меня как Bluetooth-порт для своего дрына, который весил ну пару тонн точно. Я была уверена, что даже сам Кавех легче, чем его этот меч, который мне приходилось держать своей программой, пока хозяин размахивал моей тушкой во все стороны. И всё потому, чёрт его дери (дерёт), что Кавех у нас — архитектор! Ему надо постоянно отправляться во всякие экспедиции, в которых я могу перегреться на солнце или повредить микросхемы из-за песка! Но по крайней мере этой работой он занимался молча и не возмущаясь поминутно о том, что «Аль-Хайтам-что-то-там»…       Третьей работой Кавеха были чертежи, которые (как и прочие инструменты, если требовалось) обычно переносила в себе я. Он засиживался над ними допоздна, утром напоминая панду и вызывая желание отправить его обратно под одеяло. Он ругался/мирился/договаривался с заказчиками, бегая по всему Сумеру. Он даже пару раз отказал Хайтаму в любви (я чуть не воспела дифирамбы его заказчику, перенёсшему проект на пару дней ближе), лишь бы закончить всё в срок. Но тем не менее эта творческая работа, которой Кавех буквально горел, выжимала из него все соки и силы, так что я переживала и даже пару раз задумывалась о том, чтобы поговорить с действующим Главным Секретарём Академии Сумеру, чтобы он как-нибудь повлиял на своего мужа и заставил его поумеренней сиять на небосклоне архитекторской мысли. Но я от этой мысли отказалась сразу же, как Кавех провёл очередную проверку и долго втолковывал мне о том, что уменьшение старательности обязательно приводит к ухудшению самих проектов и вообще, почему это я решил приплести Аль-Хайтама. В общем, он распинался, а я не могла понять, как так выходит, что мои воспоминания о мыслях «ХАРЕ ТРАХАТЬСЯ КАЖДУЮ НОЧЬ», которые буквально у меня каждую ночь, хозяин не находит, а зато что-то проскочившее пару раз замечает. Или как раз в этом дело?       Во всяком случае, я пыталась наслаждаться своей жизнью (моментами, пока мы с Кавехом находимся в Академии на лекциях). До прибытия Путешественника в Тейват оставалось прилично времени, до событий канона — тем более. Кавех тратил все свои кровно заработанные деньги на погашение всё ещё растущего долга по кредитам, Аль-Хайтам тратил свои горы денег на то, чтобы Кавех ни в чём не нуждался (хозяин, разумеется, упирался), я тратила прочность своих микросхем на то, чтобы время от времени читать нотации Кавеху о том, что он должен терпимее относиться к прихотям Хайтама, а Хайтаму — о том, что стоит иногда прямо говорить о своих ДОБРЫХ намерениях. Всё ещё удивлялась тому, как эти двое умудрились пожениться. — Мехрак. — Слушаю, хозяин. — Чего ты там завис? Мы так опоздаем на лекцию! — Следует поторопиться.       Я двинулась следом за спешно одевающимся после душа Кавехом. — Хозяин, я приятно удивлён, что сегодня вы напоминаете мне про лекцию в даршане Кшахревара, а не я вам. — Мехрак!