Гарри Поттер и Кружка бедняка

      Дело начало стремительно раскручиваться после того, как Гарри вернулся из Хогвартса.       После беседы с Диком, Цирцеей и слизеринским призраком Гарри отправился в кабинет директора. Макгонагалл была на месте. Гарри вошел в знакомый кабинет с решительным видом, хотя внутри у него все скручивалось от противоречивых чувств. Волнение и азарт охотника, напавшего на след, нежданно-острая боль, которую вызывали воспоминания, нахлынувшие на него. Вот здесь, глядя в Омут памяти, он узнал свой неумолимый приговор, здесь, мучаясь от смертного страха, принял решение пойти в Запретный лес, навстречу смерти...       На стенах висели портреты директоров. Гарри остановился взглядом на лице дремлющего Альбуса Дамблдора. Стало вдруг так больно, что даже в глазах защипало. Минерва Макгонагалл заметила перемену в его лице. - Поттер, что вами? Вам нехорошо? - Нет, профессор, все нормально, - соврал Гарри, чудовищным усилием воли загоняя все свои чувства под замок. - Мне необходимо поговорить с профессором Снеггом. Это возможно? - Разумеется. Проходите.       Он подошел к портрету Северуса Снегга. Профессор зельеварения, одетый в свою неизменно черную мантию, как всегда, был мрачен и холоден. Черные, полузакрытые глаза на очень бледном лице, руки сложены на груди. - Директор Снегг, я могу поговорить с вами?       Тот посмотрел на Гарри. - Что вам, Поттер?       Гарри услышал этот жесткий скрипучий голос, и противоречивые чувства снова смешались. - Мне нужно узнать как можно больше про PJ, профессор Снегг. Про Джейкоба Пикка. Это важно.       Снегг вздохнул и произнес: - Поттер, почему каждый раз вы так стараетесь причинить мне боль?       Гарри растерялся. - Но я... - Он ничего особенного не спросил, Северус, - величественно возразила Макгонагалл. - Поттеру поручили расследовать неприятный инцидент в школе, и если вы будете так добры ответить на его вопросы, Хогвартс будет вам весьма признателен.       Снегг закрыл глаза. - Всегда самое больное... Хорошо. Хотите правду? Извольте! Джейкоб Пикк, слизеринец, исключенный из школы в 13 лет и бесследно исчезнувший. Я первый год преподавал в Хогвартсе зельеварение. И когда в октябре... Черт возьми, Поттер, почему с вами всегда так тяжело?       Гарри как будто молнией ударило. Сердце в груди сделало сальто и застряло где-то в горле колючим комком. Он вдруг сам все понял. - Профессор, он был талантливым учеником. И вы искали в своей работе силу жить дальше после того, как погибла моя мама. Так? Можете просто кивнуть.       Снегг кивнул. Слеза сползла у него по щеке. Это было очень страшно. - Он был вам почти как сын, - продолжил Гарри, которого будто кипятком обжигало сострадание. - А потом, внезапно... - ЗАМОЛЧИТЕ, ПОТТЕР! Пожалуйста!       Снегг закрыл лицо руками. Гарри почувствовал, что по его щеке тоже поползла слеза. Его душу разрывала боль. Глядя на портрет бывшего директора, он, будто в раскрытой книге, мгновенно прочитал то, что пережил Северус Снегг. Снова перед глазами была мама, ее крик и ослепительный луч зеленого света... Безутешный и одинокий профессор зельеварения, который попытался уйти с головой в работу. Талантливый ученик, на которого он возлагал столько надежд, вложил столько труда и сердца, пользовался его расположением только для своих целей. Погубил друга, выманивал у других разные ценности... Конечно же, Снегг был сокрушен и уничтожен предательством своего любимца. Единственного, к кому он привязался после смерти Лили...       Разумеется, после этого он возненавидел весь мир и всех школьников. Ожесточился и замкнулся навеки в своей боли. Не смог увидеть в нем, в Гарри, ничего, кроме поразительного сходства со своим главным школьным обидчиком, со своим ненавистным соперником... С Джеймсом, его отцом.       Все было так просто, так очевидно. И так горько... Гарри вытер щеки. Посмотрел на Макгонагалл. Минерва потрясенно слушала их диалог, с огромной нежностью глядя на него. - Теперь я понимаю, профессор Снегг. Всё понимаю. И от всего сердца прощаю вас. И прошу у вас прощения. И за то, что было раньше. И за то, что мне все равно придется задавать вопросы. Мне нужно найти его, понимаете?       Снегг убрал руки с лица, глухо и удивленно спросил: - Найти? Поттер, он давно умер!       Гарри покачал головой. - Нет, профессор. Джейкоб жив. И он снова напал на детей в Хогвартсе. Креола Сван умерла по его вине. Дункан Эш, как выяснилось, тоже. Он испытывает на детях какую-то дрянь, действует чужими руками. И мне важно узнать о нем как можно больше.       Снегг молчал. Потом тихо и монотонно проговорил: - Его родители волшебники, приехали из России, когда ему было месяца два, не больше. Когда Темный Лорд стал собирать последователей, присоединились к нему. А после... Джейкоб учился в Хогвартсе, а его родители избежали суда. Они жили в какой-то глуши, очень нуждались. Пикк - это фамилия, которую они взяли уже здесь. Его настоящего имени я не знаю. На третьем курсе его отчислили. Ходили слухи, что их хибару нашли разрушенной, он и его родители бесследно исчезли. До сегодняшнего дня я считал его мертвым.       Он был талантливым зельеваром, талантливым до гениальности. И в отличие от вас, Поттер, уже на первом уроке мог ответить, что волчья отрава и клобук монаха - это одно и то же растение под названием аконит. И еще одно. Его родители были обучены другой магии. На их родине многое отличается... Он знает то, чего никогда не знали вы. Аккуратнее с ним. Берегите себя, Поттер!       Эти последние слова Снегга, который он произнес с портрета перед тем, как повернуться ко всем спиной, были невероятны. Потрясенный Гарри еще минуту молча смотрел на черную спину, неподвижно застывшую в раме. Потом проговорил: - Спасибо, профессор!       И, не прощаясь с потрясенной Макгонагалл, вышел.